Готовый перевод The Movie Emperor's Sister Is Actually Like That / Сестра императора кино на самом деле такая: Глава 19

Чжи Чжи:

— …Почему это всё ещё здесь!

Девочка постаралась не выдать смущения и спряталась за спину брата.

Бай Цзэйюй тут же прикрыл сестру:

— А вдруг у Чжи Чжи рука дрогнула? Что в этом такого?

Чжи Чжи тихо добавила:

— Простите, наставник, рука дрогнула.

Наставник спокойно надел маску и ответил:

— Ничего страшного. Наставник не злится.

В последних трёх словах он чуть-чуть подчеркнул каждый слог.

Чжи Чжи про себя возмутилась:

— Наставник опять запугивает Чжи Чжи!

Всем велели надеть маски и завершить последние приготовления к банкету. Украшения уже были готовы — оставалось лишь расставить их по местам.

Ван Дэ заметил, что Цэнь Сяоян действительно ничего не принёс и лишь помогает другим расставлять вещи, и не удержался:

— Эй? А ты-то пустой пришёл?

Цэнь Сяоян слегка приподнял маску, открывая изящную линию подбородка. Его тонкие бледно-розовые губы, едва видимые сквозь щель, придавали чёрному пятну под маской неожиданную мягкость.

— Я подготовил номер, — сказал он, слегка постучав пальцем по длинной флейте в руке.

Ли Юань кивнул:

— О, это сложнее нашего.

Их поделки не требовали особых умственных усилий, в отличие от игры на флейте, которой занимался Цэнь Сяоян.

Ван Дэ повернулся к Ли Юаню:

— Замолчи, пожалуйста. Как только я на тебя смотрю, сразу мурашки бегут.

Ли Юань возмутился:

— Это моя вина? Всё на меня сваливаете?

Все парни были красавцами, но почему у Цэнь Сяояна чёрное пятно под маской смотрится даже элегантно, а у него самого — вызывает дрожь?

Чжи Чжи всё время старательно держалась рядом с братом и даже не пыталась взглянуть в сторону наставника. Ну, разве что мельком.

Наставник чуть приподнял маску и не опускал её, глядя на сакуру в углу комнаты. Его длинная шея с выступающим кадыком, волосы, колыхающиеся на ветру, и развевающиеся полы одежды создавали образ истинного джентльмена.

— Чжи Чжи? На что ты смотришь? — спросил брат, обернувшись.

Чжи Чжи поспешно отвела взгляд:

— Ни на что! Совсем ни на что!

Взгляд наставника, до этого устремлённый на сакуру, медленно переместился к брату и сестре — сквозь чёрную маску.

Лицо Чжи Чжи вспыхнуло, и она окончательно спряталась за спину брата.

Бай Цзэйюй недоумённо моргнул.

Взгляд наставника вынужденно встретился со взглядом брата — и с лёгким презрением отвернулся.

Бай Цзэйюй мысленно фыркнул: «Кто вообще захотел на тебя смотреть? Ты же чёрное пятно. Моя маска — суперкрутая! Чжи Чжи сама сделала».

Когда все закончили украшать помещение, они собрались вокруг квадратного стола посреди комнаты, чтобы поиграть.

Тема весеннего праздника была посвящена весне, и на столе, помимо угощений, принесённых гостями, лежали также приготовленные организаторами сакуровые пирожные. Всё было красиво разложено на изящных фарфоровых блюдцах с резьбой.

Этот выпуск программы был посвящён китайской культуре, и участники должны были обсудить традиции, с которыми сталкивались в повседневной жизни.

Ван Дэ, будучи старше остальных и недавно работавший над культурными проектами, поделился множеством местных обычаев.

— А у вас в родных местах какие традиции на праздники? — спросил он, передавая слово дальше.

Сяосяо ответила:

— У нас на Новый год и на Праздник фонарей устраивают ярмарки.

Мама Сяосяо:

— Бла-бла-бла…

Папа Ван Дэ:

— Кстати об этом, у нас бла-бла-бла…

Когда дошла очередь до наставника, он слегка наклонил маску, и его голос, приглушённый тканью, прозвучал немного холодно:

— С семьёй на праздниках почти не общаюсь.

Все замолчали. Он действительно всегда приходит на шоу один — похоже, отношения в семье и правда натянутые. Как же грустно…

Бай Цзэйюй не удержался:

— Разве ты два дня назад не ходил к своему двоюродному брату играть в карты?

Цэнь Сяоян: …

Все остальные: …

Цэнь Сяоян кашлянул и поправился:

— На самом деле в городе S много праздничных обычаев, например, бла-бла-бла…

[Вот это да, я чуть не поверил!]

[Я вытащил бумажку, провёл ею под глазами и в итоге высморкался.]

[Вот это да, прямо «вот это да»!]

[Мама спрашивает, почему я плакала, а потом начала стучать по столу!]

[Как Бай Цзэйюй узнал про карты? Моей улыбке снова не хватает невинности.]

[Разве он не говорил, что с семьёй холодно? Теперь я смотрю на шоу и чувствую, что мозгов не хватает.]

…

После обсуждения традиций организаторы предложили сыграть в настольную игру — детектив в стиле древнего Китая.

— На самом деле ваши сегодняшние наряды тоже имеют особое значение — они соответствуют вашим ролям в игре, — объяснили организаторы. — Среди девяти человек есть один убийца.

Ли Юань тут же спросил:

— А кто жертва?

Едва он это произнёс, за окном бамбукового домика упало чучело, и раздалась записанная фраза Ли Юаня: «Ааа, я умер!» — совершенно неожиданно.

Ли Юань саркастично заметил:

— Отлично. Просто отлично.

— Эта программа хочет выжать из меня последнюю каплю сил!

Сотрудники раздали всем сценарии:

— Прочитав, вы узнаете личность жертвы. Только убийца может лгать.

— Поскольку Си Си ещё очень молода, мы исключили её из числа подозреваемых. Её роль — просто участие, — пояснили организаторы, подобрав для Ли Си подходящий по возрасту сценарий.

У всех было несколько минут, чтобы ознакомиться со сценарием. Чжи Чжи открыла свой многостраничный текст и попросила у организаторов ручку, чтобы делать заметки.

Остальные изначально собирались просто пробежаться глазами, но, увидев, что Чжи Чжи взяла ручку, вдруг почувствовали вину и тоже стали просить ручки.

Ван Дэ не упустил случая пошутить:

— После школы я так не старался.

Сегодня он был одет как чиновник императорского двора, и его слегка округлившийся живот едва помещался в одежде.

— Давайте начнём с меня: каждый по очереди представит свою роль? — предложил Ван Дэ, показав рукой направление.

— Можно.

Действие происходило в большом особняке. Ван Дэ играл главу семьи — высокопоставленного чиновника. Его отец, конечно, остался его отцом. Цэнь Сяоян, Ли Юань и Сяосяо были его детьми. Мама Сяосяо — управляющая домом, Ли Си — служанка. Бай Цзэйюй — личный телохранитель второго сына Цэнь Сяояна, а Чжи Чжи — его младшая сестра.

Бай Цзэйюй возмутился:

— Погоди, тут что-то не так. Почему я телохранитель? И ещё телохранитель Цэнь Сяояна?

В голове Чжи Чжи всплыли романы, которые рекомендовала Мэнмэн из одного зелёного приложения, и её глаза снова загорелись.

— Наверное, потому что у брата есть меч?

Белый господин и чёрный телохранитель…

Бай Цзэйюй вздохнул:

— Ладно.

Жертвой оказалась сестра главы семьи — женщина, которая, пользуясь своим положением, постоянно задирала всех в доме и конфликтовала со всеми детьми. Поэтому у каждого был мотив.

Во втором раунде каждый описывал свои действия до и после убийства.

Бай Цзэйюй читал с подозрением:

— За час до убийства я зашёл в комнату второго сына и вышел через четверть часа.

Чжи Чжи с блеском в глазах:

— А зачем ты туда заходил?

Бай Цзэйюй:

— По делам.

Наставник, сидевший напротив Чжи Чжи, медленно перевёл взгляд на неё сквозь маску.

Чжи Чжи тут же замолчала. Что вы там делали с братом, раз даже спросить нельзя?

После первого раунда Ван Дэ проанализировал:

— Похоже, у Чжи Чжи наименьшая вероятность быть убийцей — у неё почти не было контактов с жертвой. Но телохранитель мог убить по приказу второго сына.

Бай Цзэйюй не стал спорить:

— Да.

В первом голосовании все выбрали самого подозрительного — и единогласно выгнали Ли Юаня.

Ли Юань возмутился:

— Вы ещё пожалеете!

Бай Цзэйюй без эмоций:

— Жалеть так жалеть. Можешь идти.

Ли Юань: …

Во втором раунде Бай Цзэйюй, прищурившись, прочитал:

— После убийства я снова зашёл в комнату второго сына.

Сяосяо не выдержала и расхохоталась:

— Почему ты всё время ходишь в комнату второго сына?

Бай Цзэйюй:

— И я не понимаю. Возможно, убийца — это я.

Все: …

Во втором раунде Чжи Чжи снова не имела контактов с жертвой и была признана невиновной.

Сяосяо спросила её:

— Чжи Чжи, кто, по-твоему, убийца?

Чжи Чжи невинно вонзила нож:

— Мне кажется, это брат.

Бай Цзэйюй: !!!

— Чжи Чжи, как ты можешь так со мной поступить?

Чжи Чжи прочитала свои записи и логично, шаг за шагом, объяснила, почему убийца — её брат. Закончив, она добавила:

— Брат, Чжи Чжи тоже надеялась, что это не ты.

Уже выбывший Ли Юань радостно закричал:

— Ахахаха, так это Бай Цзэйюй! Чжи Чжи способна на обман?

После выступлений всех участников состоялось финальное голосование — и все единогласно выбрали Бай Цзэйюя. Ведь всё так на него похоже!

Сяосяо подвела итог:

— Ты слишком много сделал для второго сына!

Чжи Чжи кивнула:

— Да-да!

Все затаили дыхание, ожидая, когда организаторы объявят результат.

— Все проголосовали за Бай Цзэйюя. Убийца победил.

— Убийца — Чжи Чжи.

Сотрудники даже вручили Чжи Чжи маленький красный цветок.

Чжи Чжи поблагодарила:

— Спасибо за цветочек!

— Погодите, почему это Чжи Чжи? — все в замешательстве.

Ведь у неё почти не было контактов с жертвой!

Чжи Чжи, держа цветок, разъяснила по сценарию. В её записях ловко была выстроена логическая цепочка, полностью исключающая её из подозреваемых и перекладывающая вину на Бай Цзэйюя.

Сяосяо восхищённо воскликнула:

— Чжи Чжи, ты молодец! Ты почти полностью вывела себя из истории.

Бай Цзэйюй с недоверием посмотрел на сестру и тут же похвастался:

— Наша Чжи Чжи такая умница!

Словно это было не впервые.

Чжи Чжи сняла маску и чуть приподняла глаза, демонстрируя улыбку, достойную убийцы. На её милом личике зловещая улыбка смотрелась особенно пугающе, особенно в сочетании с маленьким красным цветком в руке…

Ли Юань воскликнул:

— Чжи Чжи, когда ты в образе, ты так страшна!

— Настоящая сестра Бай-гэ!

Бай Цзэйюй мысленно добавил: «…Я и сам не ожидал».

После детектива Цэнь Сяоян исполнил финальный номер — игру на флейте.

Он приподнял маску, обнажая тонкие губы. Сквозь узкую щель было видно, как он опустил глаза.

Ли Юань не выдержал:

— Слушай, Цэнь-лаосы, раз уж мы дошли до этого, не мог бы ты снять эту маску?

Цэнь Сяоян повернул лицо:

— Она же красивая. Зачем снимать?

Ли Юань вздохнул:

— Ну, если тебе нравится.

Ван Дэ изумился:

— Боже мой! Так ты правда считаешь её красивой?!

Цэнь Сяоян спокойно ответил:

— А что не так?

Под маской уголки его губ дрогнули, и он снова вошёл в образ.

Мелодия была простой, но нежной и плавной, словно ручей, струящийся по бамбуковой тропинке. Его длинные пальцы легко касались флейты, и в луче света плавно вырисовывались изящные движения.

Закончив, он спрятал флейту за спину и грациозно поклонился собравшимся.

Ли Си восторженно воскликнула:

— Вау! Так здорово! Так круто!

Едва она это произнесла, сотрудник случайно включил только что выключенную музыку. Та же мелодия, простая, но нежная и плавная, словно ручей, струящийся по бамбуковой тропинке, снова заполнила комнату.

Бай Цзэйюй начал:

— Я чёрт—

Чжи Чжи потянула брата за рукав, напоминая не ругаться.

Бай Цзэйюй быстро поправился:

— Ч—Чёрт возьми, вот так всегда.

Все остальные молчали.

Ван Дэ наконец понял:

— Вот оно что! И это всё, чему ты учился весь день?

Цэнь Сяоян спокойно опустил маску:

— Кто сказал, что я учился играть на флейте?

Ван Дэ: …

Он ведь говорил, что готовит «номер»… Оказывается, имелось в виду жонглирование!

В чате зрители взорвались.

[Вот это да, не ожидал такого!]

[Я остался только со своим «я остался».]

[Я и правда думал, что он сам играет.]

[Я умираю от смеха, он открыто притворялся!]

…

Организаторы пояснили:

— На самом деле это была шутка для вас. Настоящий номер Цэнь-лаосы — игра на скрипке.

Ван Дэ кивнул:

— Да я и так слышал, откуда звук идёт! Просто решил подыграть.

Бай Цзэйюй подхватил:

— Именно! Именно!

http://bllate.org/book/1895/213067