Готовый перевод What? The Villain Wants to Marry Me? / Что? Злодейка хочет на мне жениться?: Глава 18

Всегда говорят: не зная всей правды, не делай выводов.

Однако в этот миг казалось, что весь мир ополчился против Фу Жоань, что каждый спешит её обвинить.

Это довело девушку до абсурдного ощущения, будто она и впрямь совершила нечто ужасное. Она видела торжествующий блеск в глазах Бай Сыя и слышала упрёки толпы. Нельзя отрицать, на душе стало скверно. Но страха не было.

Только она собралась ответить, как раздался холодный, равнодушный голос:

— О? Мне очень интересно посмотреть, как именно вы собираетесь её поучать?

Все обернулись. В стороне стояла женщина в кремовом женском костюме, скрестив руки на груди. На её лице играла полуулыбка.

Это Се Цинжань!

На всём банкете только она одна была в брючном костюме. Те, кто узнал её, засуетились, лица их исказились от неловкости, а взгляды заметались по сторонам.

Цок, цок.

По мере того как Се Цинжань приближалась, кто-то судорожно сглотнул, у кого-то предательски задрожали колени. Она не остановилась, пока не подошла вплотную к Фу Жоань. Внимательно осмотрев девушку, она с облегчением выдохнула: хорошо, она в порядке.

Затем Се Цинжань обвела взглядом притихшую толпу:

— Почему же вы остановились? Я всё ещё хочу знать, как вы собираетесь разбираться в ситуации и какое наказание для неё приготовили?

Хотя голос её звучал ровно, знающие люди понимали: чем спокойнее Се Цинжань, тем сильнее её гнев и тем безжалостнее будут её методы. Сейчас все эти люди горько жалели, что ввязались в неприятности на пустом месте.

Се Цинжань перевела взгляд на Фу Жоань:

— Ты ведь обычно за словом в карман не лезешь. Что же замолчала?

Фу Жоань недовольно фыркнула:

— Кто замолчал? Я просто слова вставить не успела! Они тут галдят наперебой, если бы я начала кричать, голос бы сорвала. Вот и слушала, что они там придумают. А в итоге — одно и то же, уши уже вянут. Только собралась ответить, как ты пришла.

Се Цинжань приподняла бровь:

— О? Правда? А я уж подумала, тебя напугали.

Фу Жоань парировала:

— Ха, кто напугался? Не стоит меня недооценивать.

Се Цинжань лишь слегка тронула губами улыбку и умолкла. Фу Жоань упёрла руки в бока и обрушилась на присутствующих:

— Я просто поражаюсь вам! Одно и то же твердите, слов других не нашлось? И мне вот интересно: те две дырки у вас на голове — это просто для красоты? Или там вместо мозга кисель? Вы слышали когда-нибудь, что нельзя судить о том, чего не знаешь?

Даже не разобравшись в ситуации, вы тут раскудахтались — решили, что самые умные?

И ещё: даже если я и пользуюсь своим положением, вам-то что? Я пользуюсь тем, что дала мне моя семья, какое вам до этого дело? Мои родители меня так не отчитывают, с какой стати вы решили, что имеете право?!

Не нравится? Ну так подойдите и попробуйте меня ударить!

Надо признать, слова её были правдой, хоть и звучали вызывающе. Но сейчас никто не осмелился возразить. Бай Сыя не ожидала, что у Фу Жоань такой острый язык, и ещё меньше она ожидала, что Се Цинжань встанет на её защиту.

За что?!

Почему Фу Жоань удостоилась такой поддержки со стороны Се Цинжань? Почему она так легко завоёвывает расположение окружающих?

Несмотря на бурю негодования в душе, Бай Сыя не смела и виду подать.

Хань Чжунци, приобнимая промокшую насквозь Бай Сыя, поднял глаза на Се Цинжань и неторопливо произнёс:

— Госпожа Се решила взять её под своё крыло?

Се Цинжань странно посмотрела на него:

— Господин Хань, что это значит? Я не могу её защитить? А кого защищаете вы? Тем более, Фу Жоань сейчас — мой секретарь. Если у неё проблемы, кого мне защищать, как не её? И к тому же, никто из нас не видел, что произошло на самом деле. На каком основании вы решили, что она виновата?

Хань Чжунци опешил. Действительно, никто не видел начала конфликта, все лишь инстинктивно решили, что Фу Жоань обижает слабую Бай Сыя.

Но прежде чем он успел что-то ответить, Бай Сыя сама подала голос:

— Молодой господин Хань, я же говорила, дело не в госпоже Фу, я сама поскользнулась.

Слова были сказаны, но обида в её глазах никуда не делась.

Хань Чжунци, ослеплённый эмоциями, рявкнул на Фу Жоань:

— Извинись перед Сыя!

Фу Жоань вытаращила глаза:

— Ха?!

Опомнившись, она добавила:

— Хань Чжунци, ты больной? С какой стати я должна извиняться?!

Хань Чжунци холодно посмотрел на неё:

— За то, что пользуешься своим положением! — он помедлил и продолжил: — Даже если так, ты видела, что Сыя упала в бассейн, неужели нельзя было протянуть ей руку? Ты просто стояла и смотрела!

Фу Жоань рассмеялась от возмущения:

— О, ты такой забавный. Во-первых, интересно, как это она умудрилась упасть в таком просторном месте? А во-вторых, почему я должна была её спасать? Я ей мать, что ли? Она взрослая девица, а воды там по колено — она что, утонуть там должна была?

Хань Чжунци отрезал:

— В состоянии испуга человек теряет способность здраво рассуждать, это нормально.

Фу Жоань парировала:

— О, а мне-то что до этого? Даже если бы она упала не в лужу по колено, а в океан, я бы и пальцем не пошевелила. В конце концов, кто знает, что это за человек.

Хань Чжунци внезапно сделал шаг вперёд и замахнулся, явно намереваясь ударить девушку. Фу Жоань с изумлением смотрела на его действия, испытывая лишь презрение.

Но рука Хань Чжунци не успела опуститься — кто-то с силой толкнул его, и он полетел прямо в бассейн.

Следом прозвучал холодный, равнодушный голос:

— Думаю, тебе стоит немного остыть!

Толпа ахнула!

Се Цинжань и правда оказалась такой, как о ней говорили: яростно защищала своих и не тратила слов на пустые споры, сразу переходя к делу.

Всем было известно, что корпорация Се охватывает множество сфер, включая индустрию развлечений. Одна нашумевшая история, произошедшая в компании, стала притчей во языцех — и в ней Се Цинжань тоже лично приложила руку.

Говорили, что одна начинающая актриса, только подписавшая контракт с агентством Се, приглянулась инвестору на одном из мероприятий. Тот решил склонить её к непристойным предложениям. Девушка оказалась с характером и наотрез отказалась, несмотря на угрозы. Терпение инвестора лопнуло, он попытался применить силу. В суматохе девушке удалось вырваться из комнаты, и в коридоре она столкнулась с Се Цинжань, которая как раз завершила деловые переговоры.

Поначалу Се Цинжань не хотела вмешиваться — подобные вещи в мире случались сплошь и рядом. Нельзя сказать, что она была жестокосердной, но разве можно уследить за всем на свете? К тому же, это была не её сотрудница. Помогая другим, можно и самому пострадать от ответного удара.

Она уже собиралась уйти, но девушка оказалась проворной и, узнав в Се Цинжань высшее руководство, бросилась к ней с мольбами о помощи.

Это было всё равно что потревожить осиное гнездо.

Се Цинжань не только на месте сломала руку обидчику, но и разорила его компанию, устроила разнос руководству своего развлекательного подразделения, уволила менеджера, допустившего такое, и внесла виновных в чёрный список.

Она провела тотальную зачистку и чётко дала понять: если с кем-то из артистов Се случится подобное, пощады не будет.

С тех пор никто не смел вести себя подобным образом. В городе Ань корпорация Се считалась одним из самых безопасных мест для работы.

Теперь, когда Хань Чжунци перешёл ей дорогу, у компании семьи Хань явно будут крупные неприятности.

— Хань Чжунци, когда моя сестра дома, даже родители пальцем её не трогали, а ты что, решил распускать руки?

Все обернулись: там стояли трое — двое мужчин и женщина.

http://bllate.org/book/18838/1835307