Готовый перевод Crazy Play Quick Transmigration: Devour the Love Brain / Безумные игры: поглощая любовные мозги: Глава 17

Шэнь Линьчжоу стоял посреди толпы с закрытыми глазами, бледный и беззащитный.

Отвергнутый собственной семьей, он не значил ровным счетом ничего. Никто не решился бы пойти против семьи Сюэ ради него.

Шэнь Сихэ чувствовала неописуемое торжество.

— Как тебе винцо, молодой господин Шэнь? — Сюэ Цань швырнул пустую бутылку в хозяина бара. — Чего застыл? Неси еще! Разве одной бутылки хватит, чтобы напоить такого гостя?

Хозяин поймал бутылку, но замешкался, не зная, как поступить.

В этот момент из темноты донесся холодный женский голос:

— Забавно.

Чу Няньжэнь, чьи глаза оставались равнодушными, не спеша опустила бокал.

Ее движения были полны грации и невозмутимости. В них не было ни капли дружелюбия — лишь властный взгляд человека, стоящего на вершине иерархической лестницы. Даже ее манера смотреть на окружающих напоминала подачку.

Одного этого слова хватило, чтобы в зале воцарилась тишина.

Когда подоспела Сюй Жоси, в помещении было непривычно тихо.

Увидев жалкий вид Шэнь Линьчжоу, она нахмурилась и первым делом поприветствовала Чу Няньжэнь:

— Сестра Няньжэнь.

Затем она беглым взглядом окинула зевак.

— Хватит уже, все свои, нечего тут цирк устраивать.

Присутствующие были крайне удивлены появлением Сюй Жоси. Все знали, что семья Сюй планирует выдать ее замуж за Сюэ Цаня. Однако Сюэ Цань был влюблен в Шэнь Сихэ.

— Что такое? Решила за него заступиться? — Сюэ Цань с насмешкой перевел взгляд с Сюй Жоси на Шэнь Линьчжоу. — С каких это пор вы так сблизились?

В словах Сюэ Цаня слышался подтекст, и лицо Сюй Жоси вспыхнуло от легкого гнева. Когда он просил ее пригласить Чу Няньжэнь, он вел себя совсем иначе. Если бы не ее репутация, разве пришла бы сюда Чу Няньжэнь?

Чу Няньжэнь.

Лицо Шэнь Линьчжоу было залито алкоголем, капли на ресницах мешали смотреть, размывая силуэт женщины, которая казалась чуждой среди этой компании мажоров.

В ее глазах застыл покой. Свет в зале изменился, и на ее тонких веках заиграл призрачный красноватый отблеск.

В этом не было кокетства — лишь невольная, ледяная строгость.

Чу Няньжэнь не проронила ни слова. Она просто встала и направилась к выходу.

Она уходила, когда хотела, и никто не смел даже пикнуть. Такова власть, достигшая определенных высот: никто не решается перечить. Это совсем не то, что с Шэнь Линьчжоу, которого заставляют стоять на коленях, обвиняя в неуважении.

— Госпожа Чу!

Шэнь Сихэ чутко уловила, как задержался взгляд Чу Няньжэнь на Шэнь Линьчжоу, и не выдержала:

— Не думала, что вы знакомы с моим братом.

Она украдкой посмотрела на лицо Шэнь Линьчжоу — растрепанное, но оттого ставшее еще более пугающе красивым. Вопрос прозвучал нерешительно, будто она пыталась выведать какую-то тайну.

В глубине глаз Шэнь Линьчжоу промелькнул едва уловимый холод. Это было смешно.

Шэнь Сихэ сомневалась в отношении Чу Няньжэнь, ей жизненно важно было понять, какой вес имеет Шэнь Линьчжоу в глазах этой женщины. А что, если властная глава семьи Чу вдруг заинтересовалась им?

Чу Няньжэнь не остановилась и не ответила. Она покинула зал с высоко поднятой головой, не удостоив никого своим вниманием.

Сюй Жоси дернула Шэнь Линьчжоу за рукав: если он не уйдет следом за Чу Няньжэнь прямо сейчас, то навлечет на себя еще больше неприятностей.

Шэнь Сихэ забеспокоилась и умоляюще посмотрела на Сюэ Цаня. Если Чу Няньжэнь уйдет, она станет посмешищем в кругу знакомых.

Сюэ Цань тоже заметил недовольство Сюй Жоси, а ведь именно она пригласила Чу Няньжэнь. Он шагнул вперед, преграждая путь:

— Сяо Си, ты только пришла, разве мы не договаривались остаться подольше?

— Прошу прощения, дома строгие правила, — Сюй Жоси выдавила улыбку и, копируя его насмешливый тон, перевела взгляд с него на Шэнь Сихэ. — Раз уж вы празднуете день рождения госпожи Шэнь, то вашего присутствия вполне достаточно. Не смею мешать вашему торжеству.

В ее словах сквозила ирония. Шэнь Сихэ, словно уязвленная, с покрасневшими глазами робко повернулась к Шэнь Линьчжоу.

На словах она просила его остаться, но в голосе слышалась угроза:

— Брат, отец подарил мне на день рождения виллу у Тихой заводи. Не хочешь взглянуть?

Вилла у Тихой заводи была местом, где жила мать Шэнь Линьчжоу до самой смерти. Каждое слово Шэнь Сихэ было пропитано желанием вывести его из себя, но Шэнь Линьчжоу оставался невозмутим. Он не злился, не негодовал, и эта его выдержка лишь рассмешила Сюй Жоси.

Любовница с дочерью захватили дом, а законная жена с сыном были вынуждены ютиться где попало. Теперь, когда матери не стало, у сына решили отобрать даже дом, который должен был достаться ему. Семья Шэнь — это просто фарс.

Сюй Жоси обернулась. Чу Няньжэнь уже ушла, и ей не хотелось больше тратить время на этих людей. Она решила действовать согласно намекам Чу Няньжэнь:

— Надеюсь, вы, матушка и дочь, будете вести себя прилично. Шэнь Линьчжоу больше не принадлежит семье Шэнь. Если я узнаю, что кто-то из вас снова посмеет прийти к нему и обидеть его, я вам этого не прощу!

Смысл сообщения, которое сестра Няньжэнь прислала ей заранее, был предельно ясен: «Я положила на него глаз, но не хочу афишировать. Придется тебе взять это на себя».

У входа в бар.

Сюй Жоси и Шэнь Линьчжоу вышли почти одновременно. Перекинувшись парой фраз, Сюй Жоси уехала.

Шэнь Линьчжоу постоял немного у входа, а затем, опустив голову, направился к автобусной остановке. Его жалкий вид заставлял прохожих оглядываться.

Чу Няньжэнь сидела в машине. Увидев приближающегося Шэнь Линьчжоу, она положила руки на руль. Внезапно вспыхнули фары, ослепив его, и он был вынужден прикрыть глаза рукой.

Не успел он опомниться, как стекло опустилось, и раздался холодный, спокойный голос:

— Хочешь тот маленький особняк?

В полумраке салона Чу Няньжэнь откинулась на спинку сиденья. Ее прекрасные глаза были слегка прищурены, а выражение лица — исполнено высокомерного величия.

Шэнь Линьчжоу нахмурился. Он не ожидал, что она будет ждать его здесь. Что она имеет в виду?

Видя, что он молчит, Чу Няньжэнь едва заметно приподняла изящную бровь, в ее взгляде промелькнуло нетерпение.

— Ну?

Интерес женщины к нему начал угасать, лицо стало холодным и скучающим, но при этом она оставалась невероятно красивой. Это было то самое высокомерие, когда на человека даже не смотрят, но именно оно манило сильнее всего.

Шэнь Линьчжоу почувствовал, что был бы счастлив, даже если бы она растоптала его. Поддавшись какому-то странному порыву, он ответил:

— Хочу.

Он понимал, что означает это слово, но скрытые в глубине души темные чувства безумно влекли его. Они манили его приблизиться к ней, исследовать ту сторону ее натуры, которую никто не знал.

Чу Няньжэнь снова окинула его взглядом. В чертах лица юноши читалась застарелая, глубокая надломленность. Такая очевидная печаль не позволяла заподозрить в нем истинную хитрость.

Она вдохнула ночной воздух, смешанный с терпким запахом алкоголя, исходящим от него, и внезапно почувствовала прилив азарта.

Она усмехнулась и вышла из машины.

Она выпила, но алкоголь не ударил в голову. Зная, что садиться за руль нельзя, она перешла на пассажирское сиденье и скомандовала:

— Веди. На набережную Рейна.

Шэнь Линьчжоу опустил голову и молча сел в машину. В салоне стало душно от запаха спиртного.

Автомобиль рванул с места, оставив после себя лишь резкий звук мотора.

Добравшись до места, Шэнь Линьчжоу припарковал машину. Повернув голову, он увидел, что она закрыла глаза и, кажется, уснула.

http://bllate.org/book/18819/1831328