Готовый перевод Rule of Law, Civilized Exorcism / Правовое общество: изгнание нечисти по-цивилизованному: Глава 25

Внезапный обморок призрака со вкусом ветчины поверг Линь Тяньлина в абсолютное изумление.

Он посмотрел на потерявшего сознание призрака, прищурился и даже заподозрил, что тот притворяется.

Присев на корточки, Линь Тяньлин слегка похлопал его по плечу и убедился, что тот действительно никак не реагирует и полностью отключился.

Линь Тяньлин умолк.

Раньше он слышал лишь о том, как люди боятся призраков.

Но впервые видел, чтобы призрак боялся человека.

Да еще и падал в обморок от страха.

В отличие от того раза, когда он намеренно решил запугать призрака со вкусом ветчины, на этот раз Линь Тяньлин вовсе не собирался его пугать.

Линь Тяньлин даже мысленно вкратце прокрутил в голове весь свой диалог с призраком ветчины и счел себя весьма вежливым.

Раз причины не обнаружилось в нем самом, значит, дело было исключительно в самом призраке.

Если призрак не причинял вреда людям, Линь Тяньлин вовсе не стремился причинять ему лишние страдания.

Призраки подземного мира дорожили своей гордостью, но, выслушав слова Чу Фэйи, они мысленно с облегчением выдохнули и принялись одаривать Чу Фэйи благодарными взглядами.

Было такое чувство, будто этот призрак полностью опозорил всю преисподнюю.

Чу Фэйи кивнул, поправил очки и продолжил говорить Линь Тяньлину:

— Многие призраки невероятно сильны.

Потерявший сознание призрак словно находился под действием наркоза и утратил всякую чувствительность.

Перехватив взгляд Линь Тяньлина, полный призрачный толстяк со вкусом молока сразу всё понял: без лишних слов кивнув, он щедро и без колебаний поделился с Линь Тяньлином целым бочонком молочной ци.

Линь Тяньлин не хотел упускать столь прекрасную возможность, пока призрак ветчины был без сознания, поэтому воспользовался моментом, чтобы собрать еще немного ци и отложить впрок на черный день.

— Куда чаще встречается другое: большинство призраков забавляются тем, что пугают людей.

Внезапно «нежные и хрупкие» призраки: «…………»

Линь Тяньлин с некоторым сожалением покачал головой, но рук не останавливал.

Поскольку он заготовил впрок уже несколько бочонков собственной ци, полный молочный призрак теперь выглядел заметно стройнее прежнего, и в его некогда сплошных складках на подбородке даже прорисовались контуры.

— Оказывается… у призраков тоже бывает хрупкая сторона, — задумчиво произнес Линь Тяньлин и бросил взгляд на остальных обитателей комнаты.

— Эффект оказался даже более естественным, чем после липосакции.

— Не совсем так, — прерывая общее молчание, Чу Фэйи шагнул вперед, чтобы заступиться за призраков. — Обычно призраки не падают в обморок.

Богатый и щедрый молочный толстяк тотчас заявил:

— Брат Линь, это свежесобранная ци, прямо из источника!

Чу Фэйи собирался сказать Линь Тяньлину, что и он сам, и его подчиненные-призраки прошли специальную подготовку и не стали бы ронять достоинство преисподней подобным образом, но, не успев договорить, вдруг вспомнил о своей нынешней роли — обычного уставного Небесного мастера на побегушках вроде Кун Гуанцзи, который умудрился насолить «начальству».

— Вот как, — услышав это, Линь Тяньлин слегка разочарованно цокнул языком. — Какая жалость.

В студии «Душераздирающая» несколько призраков, заслышав слова Линь Тяньлина, дружно уставились на сородича, дважды упавшего в обморок от страха, не в силах сдержать мысленные ругательства.

Чу Фэйи: «…………»

Помимо жареных сосисок и жареных яиц, похоже, можно было приготовить еще и… жареное молоко.

Он понял это еще тогда, когда впервые собирал ци у призрака со вкусом ветчины.

Тот призрак выглядел так, будто находился при смерти: даже когда из него выкачивали ци, он оставался абсолютно недвижим и даже не пытался сопротивляться, напоминая дохлую свинью.

Вспомнив недавние слова Чу Фэйи, Линь Тяньлин покачал головой.

Опасаясь, что толстый призрак растратит слишком много ци сразу и это нанесет непоправимый ущерб его призрачному телу, в котором он еще толком не разбирался, Линь Тяньлин кивнул молочному призраку и предостерегающе бросил:

— Не нужно источать слишком много ци за раз.

Ничего не понявшие призраки: ?????

Сказав это, Линь Тяньлин приблизился к призраку со вкусом ветчины.

Произнеся эти слова, Чу Фэйи и сам поморщился.

Запнувшись на мгновение, Чу Фэйи с невозмутимым видом переформулировал мысль и пояснил Линь Тяньлину:

— Например, высшие чины в подземном мире отличаются особой доблестью, да и духи-глашатаи не робкого десятка.

— Разумеется, те призраки, что несут официальную службу в преисподней, обладают колоссальной силой, — невозмутимо добавил он.

Возможно… это было скрытое предупреждение для Линь Тяньлина.

Собрав ци и аккуратно спрессовав ее на хранение в контейнер для еды, Линь Тяньлин глянул на кипящий неподалеку масляный котел, и руки у него снова зачесались.

Хотя толстяк все еще оставался упитанным, сквозь полноту уже проступали правильные, посвежевшие черты лица.

Он внезапно осознал, что бросил ту фразу как-то невпопад, и теперь гадал, зачем вообще ляпнул эти бессмысленные слова.

Черт возьми.

Какая жалость.

— Например… — я.

— Например? — не до конца понимая суть дела, с интересом переспросил Линь Тяньлин.

Линь Тяньлин прекрасно знал, что в процессе сбора ци призраки испытывают сильнейшую боль, равно как и то, что низшие духи вовсе не умеют контролировать собственную энергию.

Внезапно возникло ощущение, будто он сам вырыл себе яму.

Взгляд Линь Тяньлина упал на полного молочного призрака.

Линь Тяньлин рассчитывал отыскать способ облегчить призракам страдания при выкачивании ци, но с сожалением выяснил, что универсальным методом это, увы, не назовешь.

Чу Фэйи опустил глаза и погрузился в безмолвные раздумья.

— Сам контролируй процесс, — строго наказал он полному призраку.

Толстяк, всю жизнь мечтавший похудеть, сиял от восторга, а в его глазах горел огонек возбуждения:

— Брат Линь, все в порядке, я уловил закономерность!

— Эта ци — как еда, и принципы тут точно такие же, как при похудении, — возбужденно делясь своими выводами, вещал призрак, грезивший о стройности. — Главное, чтобы расход превышал поступления!

— Правда, та ци оказалась слишком вкусной, я не удержался, — смущенно опустив голову, признался он. — А потом испугался, что снова растолстею от обжорства, и тут же поспешил выдавить из себя излишки ци.

Линь Тяньлин: …

Линь Тяньлин все понял.

Окинув взглядом остальных, не страдающих полнотой призраков студии и вспомнив их рассказы о внезапном повышении уровня, он почувствовал, что напал на след истинной природы этой ци.

Молочный толстяк был прав: ци действительно во многом походила на пищу.

Поглощая ци, призраки приумножали ее количество, и если они не умели ее контролировать, то казались значительно толще, чем выглядели при жизни.

Сложив воедино поведение всех присутствующих, Линь Тяньлин легко догадался, что «физические нагрузки» призраков… по сути, являлись их духовным совершенствованием.

Линь Тяньлин погрузился в задумчивость.

Теперь связь между призраками и ци стала ему предельно ясна.

Он подумал о себе, затем бросил взгляд на сидевших напротив Кун Гуанцзи и Фэн Хэюя, и его ресницы дрогнули.

А… как обстоят дела с людьми?

Линь Тяньлин украдкой покосился на стоявшего рядом Чу Фэйи и слегка прищурился.

Особенно это касалось Чу Фэйи.

Линь Тяньлин чувствовал, что Чу Фэйи кардинально отличается от остальных.

Глядя на него, он погрузился в раздумья с опущенными глазами.

Будучи смертным, тот с самого начала мог ощущать вкус ци.

Более того, этот человек был способен совершенно свободно управлять ею.

Как… черт возьми, ему это удавалось?

Снова переведя взгляд на Чу Фэйи, Линь Тяньлин заметил, что тот, кажется, тоже наблюдает за ним.

Он улыбнулся Чу Фэйи, а затем едва заметно опустил глаза, пряча только что промелькнувшее на лице испытующее и оценивающее выражение.

В душе же впервые шевельнулось жгутельное любопытство.

Кем же на самом деле был Чу Фэйи?

И почему он перешел дорогу главарю студии «Душераздирающая»?

Линь Тяньлин вспомнил даже их самую первую «случайную встречу» давным-давно.

Разве визитка студии «Душераздирающая», которую тот ему вручил… действительно оказалась простой случайностью?

Вокруг Чу Фэйи вилось слишком много загадок, и Линь Тяньлин отчетливо понимал, что ответы на эти вопросы найдутся не сразу. Опустив глаза, он решил пока не ломать голову над тем, на что у него еще не было ответа.

Подняв взгляд, Линь Тяньлин вновь улыбнулся Чу Фэйи, развернулся и направился к масляному котлу — задумчивое выражение на его лице бесследно исчезло.

Раз уж в его распоряжении появилась молочная ци от толстяка, а котел простаивал без дела, он решил побаловать всех жареным молоком.

Обычно для приготовления жареного молока требуется крахмал или агар-агар, чтобы масса застыла, но ци молочного призрака и без того отличалась исключительной плотностью. Прикинув так и сяк, Линь Тяньлин решил, что блюдо схватится и без добавления загустителей.

Сперва он пустил в ход талисман высокой температуры: совмещая процесс дезинфекции с нагреванием, он принялся интенсивно размешивать ци в одном направлении. Добившись нужной густоты и насыщенности, он моментально извлек талисман заморозки.

И точно.

Под воздействием таких манипуляций молочная ци постепенно застыла, превратившись в нежную, упругую субстанцию.

Линь Тяньлин тронутельно улыбнулся.

Вооружившись мечом из персикового дерева, он со сосредоточенным видом принялся нарезать застывший молочный пудинг на аккуратные брусочки.

Стоявший рядом Чу Фэйи в упор смотрел на Линь Тяньлина, и по его лицу невозможно было понять, доволен он или разгневан.

Мягкий свет падал на лицо Линь Тяньлина, а слегка упавшие на лоб пряди волос придавали ему почти детский, послушный вид.

Его взгляд, устремленный на сгустки ци, излучал серьезность и благоговение, а руки действовали ловко и споро, без малейшей тени небрежности. Каждое движение по очистке ци было доведено до совершенства.

— Редчайший природный талант среди Небесных мастеров.

Обращаться с ци для заклинателей было делом непростым; некоторые не могли постичь эти азы даже за всю жизнь, тогда как Линь Тяньлин постиг всё интуитивно, без учителей и наставников.

Чу Фэйи опустил глаза, погрузившись в раздумья.

Столь искусные методы работы с ци и ее взращивания…

Неудивительно, что в прошлой жизни окружавшие Линь Тяньлина призраки обладали столь колоссальной силой.

Подумав об этом, Чу Фэйи невольно нахмурился.

В прошлой жизни рядом с Линь Тяньлином околачивалось слишком много духов, и он не придавал этому особого значения.

Но… судя по имеющейся у него информации, тогда возле Линь Тяньлина вроде бы не было мальчика-куклы с глазом на лбу.

Что-то оставалось неизменным, но многое словно бы тихо и незаметно менялось.

Чу Фэйи слегка опустил ресницы, чувствуя, что уловил какую-то нить из прошлой жизни, однако она ускользала, оставаясь призрачной и неуловимой.

Подняв голову, Чу Фэйи вновь уставился на Линь Тяньлина.

Глядя на сосредоточенного парня, он поймал себя на странной мысли —

Было бы замечательно, если бы всё продолжалось вот так вечно.

Мысленно повторил он, не сводя глаз с Линь Тяньлина.

Взгляд Чу Фэйи был слишком приметным, и Линь Тяньлин, закончив нарезать слегка застывшую молочную ци, поднял голову, смахнул с глаз выбившуюся прядь тыльной стороной запястья и улыбнулся ему.

— Что такое? — услышал он вопрос, прозвучавший с идеальной степенью непринужденной близости.

— Ничего, — Чу Фэйи мгновенно взял себя в руки, поправил очки, в ответ улыбнулся Линь Тяньлину и естественно подхватил разговор: — Что-нибудь еще требуется?

Линь Тяньлин на мгновение замер, но тут же улыбнулся шире, лукаво согнув глаза, и беззастенчиво выпалил:

— Панировочные сухари.

Подумав секунду, он снова поднял взгляд на Чу Фэйи и, сохраняя невозмутимый вид, замахнулся по-крупному:

— Было бы совсем отлично, найдись еще и крахмал.

— Идет, — без тени сомнений кивнул Чу Фэйи, мгновенно сконцентрировал порцию ци и протянул ее Линь Тяньлину.

Движения Линь Тяньлина едва заметно дрогнули, но он тут же взял себя в руках. Поблагодарив Чу Фэйи, он с сияющей улыбкой принял энергию и продолжил работу.

Их диалог выглядел столь непринужденно и гладко, что призраки из студии «Душераздирающая» искренне изумились: с каких это пор их отношения зашли так далеко?

И тем не менее, никто из них не догадывался, что, стоило обоим опустить головы, как на их лицах вновь застыло выражение глубокой задумки.

Схватка мастеров.

Где каждый удар безмолвен.

Давно заметивший неладное в поведении Чу Фэйи, Линь Тяньлин больше не зацикливался на нем и переключил все внимание на жареное молоко.

Яичная смесь, крахмал, панировочные сухари.

Знаменитая троица, способная довести ребенка до слез от аппетита, была в сборе.

Не колеблясь ни секунды, Линь Тяньлин аккуратно подцепил палочками из персикового дерева нарезанный молочный пудинг, легко обвалял его в золотистой яичной смеси, затем щедро покрыл крахмалом с сухарями и наконец опустил в кипящее масло.

Он воочию наблюдал, как молочные бруски из ци, покружившись в масляном котле, мгновенно приобретали аппетитный золотистый оттенок.

Аромат снова поплыл по студии «Душераздирающая». В отличие от запаха жареных сосисок в прошлый раз, на сей раз в воздухе витал сладковатый молочный дух.

Поскольку молоко само по себе годилось в пищу сразу, жареное молоко готовилось молниеносно: как только корочка становилась хрустящей, лакомство тут же извлекали шумовкой.

Стоило призракам, обступившим котел, втянуть этот запах и услышать шкворчание, как им показалось, что они сходят с ума от голода.

Даже внушавший им ужас масляный котел в эту минуту казался родным и невероятно милым.

Аромат жареного молока разительно отличался от запаха сосисок.

Он был куда более властным, напролом пробиваясь от кончика носа прямо в мозг: густой молочный дух в сочетании с неповторимым запахом фритюра заставлял сглатывать слюнки и людей, и призраков.

Призрак-старожил, круживший возле котла, зачарованно глядел на бурлящую ци и потрясенно бормотал:

— Надо же, сколько способов приготовить молоко…

Какое счастье, что он — кислый йогурт.

Мысленно возблагодарил судьбу призрак-старожил.

Услышав его бормотание, Линь Тяньлин понимающе глянул на него и невозмутимо изрек:

— Помимо жареного молока, существует еще и жареный йогурт.

— Желаете попробовать в следующий раз? — негромко бросил он.

Призрак-старожил в ужасе замер: !!!!!!!

— Еще не готово? — пока он в панике пятился назад, Ли Бэйбэй протиснулся вперед с тарелкой наперевес и жадными глазами уставился на извлекаемые из масла кусочки.

Научившись ощущать вкус ци, Ли Бэйбэй вдруг осознал, насколько пресной и бессмысленной была его прошлая жизнь призрака.

Цокнув языком и мысленно соображая, как бы выбить из живых побольше подношений, он алчно уставился на обработанную Линь Тяньлином ци.

— Погодите, — покачал головой Линь Тяньлин. Даже имея дело с ци, он не собирался халтурить. — Требуется двойная обжарка.

Призраки и люди умолкли: усевшись за столики с тарелками наготове, они сгорали от нетерпения в ожидании свежеприготовленной ци.

Окинув взглядом обступивших масляный котел зрителей, Линь Тяньлин поймал себя на странном чувстве: он ощущал себя воспитателем в детсаду во время раздачи обеда.

Линь Тяньлин умолк: «…………»

Мысленно утешая себя, он покосился на паренька с глазом на лбу, который жил строго по биологическим часам и уже сладко спал.

Уже неплохо.

— По крайней мере, призраки из соседнего переулка не проснулись от аппетита.

Иначе на всех этих порций жареного молока точно бы не хватило.

Второй этап обжарки занял совсем немного времени. Стоило Линь Тяньлину выловить из котла первый кусочек жареного молока, как все призраки дружно подорвались с мест и наперегонки сунули ему свои тарелки.

— Брат Линь, давай мне, — в глазах призрака-старожила почти зеленело пламя. — Я ведь сам заманивал… то есть, нанимал это молоко для тебя.

— Между прочим, эта молочная ци хранилась в бадье нашей студии «Душераздирающая», — не сдаваясь, Ли Бэйбэй протиснулся поближе с тарелкой и улыбнулся Линь Тяньлину. — Брат Линь, мы ведь коллеги со стажем совместного поедания ци.

Хотя Шу Шэньхуа молчал, он лишь улыбнулся Линь Тяньлину, слегка приподняв брови на своем ярком лице, и тоже выставил тарелку вперед.

— Если уж на то пошло, так и масляный котел приволок я… — не желая уступать, протиснулся наконец раздобывший тарелку Сяо Е.

Чу Фэйи, который тоже страстно жаждал лакомства, но гордость не позволяла ему выпрашивать в открытую: «…………»

Он мрачно, словно туча, оглядел собственную команду подчиненных, однако перед лицом еды его авторитет испарился без следа.

Все взгляды людей и призраков были прикованы к злосчастному кусочку жареного молока, и никто из подчиненных даже не заметил убийственного выражения лица своего босса.

Чу Фэйи умолк.

Линь Тяньлин тоже умолк.

Сложно выразимым взглядом окинув призраков, чье душевное состояние явно дало трещину, он с бесстрастным выражением лица подумал:

У этой шайки случаем не мания перфекционизма?

Почему они вечно устраивают такую грызню за право первыми попробовать жареное молоко?

*******

Среди общего гама Линь Тяньлин на секунду задумался, развернулся и положил лакомство прямо на тарелку сидевшему ближе всех Чу Фэйи.

Мрачное выражение лица Чу Фэйи тут же испарилось.

Одарив злосчастными взглядами прочих призраков, он с изящной улыбкой поправил очки и принялся с утонченным видом дегустировать ци со вкусом «жареного молока».

Остальные призраки: Безумно злит, но побить его мы не в силах.

— Следующий кусок должен достаться мне.

— Соблюдайте очередь, первым был я…

Бросив на Чу Фэйи еще один взгляд, призраки без дальнейших колебаний переключились и вновь вступили в схватку за второе место.

Линь Тяньлин:…………

Действуя молниеносно, Линь Тяньлин с большим трудом раздал всё «жареное молоко», мысленно отмечая, что борьба призраков за еду выглядит куда свирепее дележки мест в шоу талантов.

Не в силах больше терпеть, Линь Тяньлин откусил кусочек.

Раздался хруст проломившейся корочки, и наружу брызнул мягкий, нежный пудинг, заполнив рот богатым молочным вкусом.

— Вкусно! — смакуя лакомство, Сяо Е прищурился и озвучил свои впечатления. — Снаружи хрустит, я думал, будет то же самое, что с жареными сосисками, но текстура совершенно другая.

Желая детально описать ощущения тем, кто еще не пробовал, Сяо Е пояснил:

— Когда прокусываешь корочку, внутри всё мягкое, тает во рту от малейшего нажима.

Слушая его подробный доклад, Линь Тяньлин заметил, как остальные призраки под его слова закрыли глаза и принялись изо всех сил воображать вкус.

Прямо сеанс массового гипноза.

Линь Тяньлин:…………

Студия «Душераздирающая» определенно катилась куда-то не туда.

— Еще хочу, — войдя во вкус, Сяо Е умоляюще уставился на Линь Тяньлина. — Сможешь сделать еще?

Остальные призраки уставились на него с тем же выражением.

— Я могу отдать что-нибудь взамен, — подумав, предложил Сяо Е, которому было неловко объедаться на халяву. — Оставлять этот масляный котел здесь просто так нельзя, пожалуй, я поищу свой пространственный мешок и подарю тебе.

— В него можно всё сложить.

Пространственный мешок — название говорило само за себя.

Внутри него скрывалось целое пространство, способное вместить мириады вещей.

Будь то в преисподней или мире людей, пространственный мешок считался величайшей редкостью.

Ходили слухи, что некогда такими сокровищами владели лишь древние бессмертные заклинатели.

— Охренеть, пространственный мешок, — когда Линь Тяньлин только пытался сообразить, что это за вещица, сбоку раздался изумленный возглас Фэн Хэюя, уставившегося на Сяо Е с восторгом. — Это как те кольца для хранения или карманные измерения из романов?

Сяо Е кивнул:

— В него можно спрятать даже столь мощную Инь-энергию, так что носить с собой очень удобно.

— Благодарю, — улыбнувшись, Линь Тяньлин покачал головой и отклонил щедрое предложение.

Он украдкой окинул обоих оценивающим взглядом, и в его глазах вновь промелькнул тот же интерес к Чу Фэйи и Сяо Е.

Пространственный мешок.

Такая вещица… явно не по зубам рядовым Небесным мастерам или бродячим практикам.

Он помнил, что при первой встрече отношения Чу Фэйи и его спутника походили то ли на дружбу, то ли на субординацию.

Более того, когда он раздавал жареное молоко, выдав первую порцию Чу Фэйи, это ведь тоже была проверка.

Линь Тяньлин заранее заготовил оправдание на случай вопросов.

Однако остальные призраки не высказали ни возражений, ни претензий.

Более того, судя по его наблюдениям, выражения их лиц почти не изменились, и они тут же принялись грызться за второй кусок.

Слишком подозрительно.

Линь Тяньлин прищурился, и его взгляд на Чу Фэйи наполнился всё тем же скрытым смыслом:

Так кто же…

Эти двое на самом деле?

Разве они обычные Небесные мастера?

********

Именно в этот момент призрак со вкусом ветчины очнулся.

Хотя в комнате не пахло ничем съестным, по какой-то причине он все равно машинально утер слюну.

Призраки из студии «Душераздирающая» уже умяли все жареное молоко, и теперь, распаленные аппетитом, они обступили пришедшего в себя бедолагу, принявшись прикидывать, сколько еще ци из него удастся выкачать.

В результате —

Едва призрак ветчины открыл глаза, перед ним выросли несколько призрачных голов, тесным кольцом окруживших его со всех сторон.

И все до единого пялились на него горящими глазами.

Жутковато зрелище.

Тело пронзила острая боль; он попытался осторожно пошевелиться, но обнаружил, что накрепко связан по рукам и ногам и лишен даже малейшего шанса на сопротивление.

Заметив, что он очнулся, полный молочный призрак пришел в восторг и заорал Линь Тяньлину:

— Брат Линь, он очнулся!

Призрак со вкусом ветчины:……

Сложнейшая гамма чувств отразилась на его лице, когда он уставился на этого призрака, источавшего слабое золотое сияние заслуг. Вспомнив, как вся эта шайка только что дружно уплетала ци, выжатую из него же в аду масляного котла, он абсолютно не понимал, откуда у столь отъявленного злодея вообще взялся свет праведности.

Хотя сам он честно пахал всю жизнь, а начальник, на которого он горбатился после смерти, оказался далеко не ангелом — впрочем, разве бывают среди работодателей-призраков порядочные существа?

Считая свою совесть чистой, а поскольку при жизни он был призраком-программистом и отроду не убивал и не жег, он вполне мог бы сойти за добропорядочного гражданина преисподней, но за всю смерть так и не увидел даже намека на золотой свет заслуг.

Пока он завистливо и с замиранием сердца пялился на молочного призрака, перед ним внезапно вырос Линь Тяньлин.

В тот самый момент, когда его глаза закатились и он собрался снова хлопнуться в обморок, Линь Тяньлин решительно ущипнул его за точку жэнь-чжун под носом.

— Давай на связи, — с полуулыбкой глядя на него, мягко произнес Линь Тяньлин. — Приведи еще парочку.

Помассировав точку под носом пленника и поразмыслив секунду, он расплылся в соблазнительной улыбке:

— Если притащишь сюда еще двоих, мы тебя не убьем.

Заметив, что призрак ветчины панически боится масляного котла, Линь Тяньлин, произнося эти слова, бросил на котел многозначительный взгляд, намеренно заставляя беднягу додумывать худшее.

Призрак со вкусом ветчины: !!!!

— Приведу, — под градом угроз и соблазнов Линь Тяньлина призрак в ужасе закивал. — Я сию минуту их позову!

Кивнув, Линь Тяньлин с невозмутимым видом улыбнулся.

Он прикинул, что в своей так называемой «организации» этот призрак вряд ли занимал высокий пост, так что притащить много сородичей ему вряд ли под силу.

И хотя призрак утверждал, что организация старается пресекать любые контакты между ними, коллеги по работе всегда успевают завести пару знакомств, полностью изолировать их было невозможно.

Двое — как раз в самый раз.

В пределах его скромных возможностей.

Рассудив так, Линь Тяньлин велел призраку-старожилу освободить верхнюю половину туловища призрака ветчины от пут.

Тот действовал шустро: извлек откуда-то из небытия телефон и принялся яростно стучать по экрану.

— Должны подойти с минуты на минуту, — закончив набирать сообщение, призрак ветчины зажмурился и опасливо доложил Линь Тяньлину.

Не успело затихнуть его эхо —

Как из экрана телефона призрака ветчины высунулись две призрачные головы.

— Какого черта ты… — открыл было рот один из них, собираясь высказать претензию, как Линь Тяньлин выдернул их обоих за шкирки, словно спелые редиски.

Оба призрака: ?????

Вытянув парочку наружу, Линь Тяньлин небрежно передал их стоявшему позади Чу Фэйи. Призрак-старожила и остальные тут же подхватили новичков, и те еще толком не успели сообразить, в чем дело, как их сноровисто скрутили по рукам и ногам.

Все действия были отточенными, слаженными и напоминали работу профессиональной шайки похитителей.

Два новоприбывших призрака, так и не понявших сути происходящего: ?????

Что здесь творится?!

Они уставились на призрака ветчины, который зазря заманил их в ловушку, но обнаружили лишь то, что тот испуганно трясет головой и молча забивается в дальний угол.

— Ну, просто… заложники, — с испугом в голосе произнесла призрачная вонь со вкусом сосиски и лаконично пояснила всё парочке новоприбывших призраков, виновато добавив: — Простите…

— Но я хочу жить.

Как только эти два новых призрака, выслушав объяснения собрата-сосиски, уже собирались закатить глаза и тоже упасть в обморок, остальные призраки проявили молниеносную реакцию и принялись яростно массировать им точки под носом.

Линь Тяньлин улыбнулся и повторил тем двум призракам то же самое, что и сосисочный призрак.

И тогда —

В Студии забвения один призрак притащил двух, те двое провозились полдня, и в итоге призраков стало четверо.

Когда прибыли еще четверо, пара новичков, увидев масляный котел Студии забвения, задрожала всем телом. Точь-в-точь как успешно развившая сеть структура, они принялись оправдываться еще до того, как Линь Тяньлин успел хоть слово сказать.

А затем.

Четыре призрака превратились в восемь.

С такой скоростью, что это до боли напоминало вербовку рекрутов в сетевом маркетинге.

Вот только метод развития сети по принципу митоза, задуманный Линь Тяньлин, в конце концов всё же не удался.

Знакомых среди призраков у этой компании оказалось катастрофически мало, и следующие ведомые ими подельники сводились к одному и тому же набору лиц.

— Какая никчемная молодежь… — проговорил столетний призрак, разглядывая притащенную братию, и мрачно вздохнул.

Новички дружно вжались в плечи.

Они переглянулись под палящим жаром масляного котла и тяжелыми взглядами окружающих, и в их глазах застыла совершенно одинаковая паника.

Неужели это и есть та самая легендарная… земная преисподняя?

В конце концов в Студии забвения восемь призраков были строем привязаны к углу.

Зрелище оказалось весьма масштабным.

— Брат Линь, как мы их готовить будем?

— Брат Линь, а эти призраки с какими вкусами?

Обитатели Студии забвения, как люди, так и нелюди, возбужденно переглядывались. Заметив столько призраков, они решили, что сегодня удастся знатно попировать, но стоило им в предвкушении повернуться к Линь Тяньлиню, как они увидели, что тот хмурится.

Линь Тяньлин тяжело вздохнул.

Призраки-то пришли.

Но… в воздухе по-прежнему пахло исключительно сосисками.

Нахмурившись под пронзительные завывания нечисти, он подходил к каждому призраку, принюхивался и умолкал.

Вулькано-каменные сосиски-гриль, хот-доги, кукурузные сосиски, хамон, сэндвичи, ветчина Мейлин, бекон…

Настоящая дружная семейка.

— Еще кого-нибудь притащить можно? — Линь Тяньлин вовсе не улыбалась перспектива через пару дней начать блевать сосисками-гриль на завтрак. Он посмотрел на выстроившихся в ряд призраков и озасаченно нахмурился.

— Больше реально некого звать, — подал голос призрак со вкусом сосиски-гриль. Он боязливо покосился на связанных по стенке товарищей и тихо произнес: — Это вообще все призраки, которые отвечают за сеть…

Ну ладно.

Хотя Линь Тяньлин был немного разочарован, он быстро успокоил себя.

Лучше хоть что-то, чем ничего.

Ветчину, сэндвичи и прочее потом можно пустить на маратанг или острую лапшу, а бекон и хот-доги дождаться, пока попадется призрак со вкусом выпечки, и сделать бутерброды с соленой начинкой.

Линь Тяньлин кивнул.

Он задумчиво прищурился, разглядывая пойманную стайку.

Вспомнив, что все эти призраки приползли по сетевому кабелю и поголовно отдавали одинаковым ароматом сосисок, Линь Тяньлин невозмутимо поинтересовался:

— Вы все занимаетесь сетевыми программами?

— Да. — Призрак со вкусом сосиски-гриль кивнул и принялся сбивчиво докладывать Линь Тяньлин подробности: — Мы в основном системные аналитики и архитекторы, те ребята — инженеры по проектированию ПО, вон те крайние — разработчики и кодеры, а этот отвечает за тестирование ПО…

Четкое разделение труда, прямо целая команда.

Линь Тяньлин опустил взгляд, улыбнулся этой восьмерке, взглянул на их смартфоны, а затем перевел улыбку на пухлого призрака со вкусом молока:

— Мне кажется, в Подземном мире скоро может появиться интернет.

— И даже получится разрабатывать преисподние мини-игры, — погрузился в раздумья Линь Тяньлин.

Пухлый призрак со вкусом молока мгновенно расплылся в счастливой улыбке: !!!

Сяо Е при этих словах тоже помрачнел. Переглянувшись с Чу Фэйи, он кивнул.

Развлечений в Преисподней сейчас и правда катастрофически не хватало.

Духи то и дело бунтовали, с ними было слишком сложно справиться.

Они как раз продвигали проект подземного интернета, вот только уперлись в технический тупик и собирались отправить за уловом в мир живых побольше людей, но эти призраки… явились как нельзя вовремя.

Пока призраки предавались каждый своим мыслям, раздался голос Линь Тяньлина:

— Свяжитесь в свободное время с вышестоящим руководством и доложите о нашей ситуации.

Линь Тяньлин кивнул трем призракам Студии забвения и принялся отдавать четкие распоряжения.

Закончив, он посмотрел на ту восьмерку, достал коробочки для еды и мягким, заботливым тоном произнес:

— Все мы работяги, сами понимаете.

— От момента доклада до одобрения свыше пройдет какое-то время, — он открыл коробочку и вежливо улыбнулся призракам из сосисочной линейки: — Так что… пока придется потесниться.

— Коробочек на всех не хватает, — добавил Линь Тяньлин, опасаясь зависти со стороны других призраков, — так что поживете уплотненно.

— Будем считать это… общим общежитием.

Восемь призраков со вкусом сосиски: …………

Какое к черту общее общежитие.

Глядя на остолбененелые физиономии восьмерки, призрак-женщина со вкусом яиц наконец обрела душевный покой.

Те восемь призраков ютились в одной коробочке из-под доставки, а она жила в апартаментах целиком для себя одной.

Она посмотрела на Линь Тяньлин с почти что чувством глубокого удовлетворения.

— Верно говорят: познавать прелесть бытия призрака нужно в сравнении.

Только так и можно ощутить истинное счастье.

********

В другом месте.

— Этот тупой призрак ушел к Линь Тяньлин еще вчера вечером и до сих пор не вернулся? — в мрачном голосе мужчины звучало раздражение.

— Нет… — с трепетом в голосе отозвался кто-то другой.

— Никчемное отребье, — помрачнел тот еще сильнее. — Других не отправляли?

— Это же совместное дело, они оба жаждали прикончить его, — в низком голосе мужчины прозвучало предупреждение. — Нельзя давать им повод думать, что мы слабаки.

В мрачном тоне сквозило едва уловимое презрение:

— Столько призраков — и не могут справиться с каким-то Линь Тяньлинем?

— Отправляли, — голос собеседника задрожал еще сильнее. — Из тех призраков сейчас не вернулся ни один…

Мужчина на мгновение замер, и его лицо мгновенно почернело, как днище котла.

— Они ушли еще прошлым вечером, — собеседник, словно набравшись храбрости, продолжил: — И до сих пор никто не вернулся.

— Если эти призраки не придут, наш сайт долго не протянет, — не замечая почерневшего лица хозяина, продолжал тот. — Боюсь, скоро он рухнет…

— Линь Тяньлин, — сквозь зубы процедил мужчина, и в его голосе зазвучала ярость. — Я запомнил тебя…

— Чего застыл? — мужчина поднялся и рявкнул мрачным голосом: — Быстро запрашивай подмогу!

В его жутком голосе тяжестью залегло предостережение:

— Эту штуку ни в коем случае нельзя им показывать…

В отличие от угрюмой и унылой атмосферы в том логове, в Студии забвения ранним утром Линь Тяньлиню позвонил Фэн Хэюй.

— Брат Линь, — возбужденно выпалил Фэн Хэюй, — кажется, у нас снова будет новый заказ!

Линь Тяньлин мгновенно воспрянул духом: !!!!!!

http://bllate.org/book/18682/1805263