Готовый перевод Socially awkward man marries into a wealthy family / Второстепенный персонаж-социофоб ради исполнения мечты вышел замуж за больного богача: Глава 7. Он трусливый, но говорит так, что всех злит

Хотя сила действия равна силе противодействия, боль от удара в разных местах ощущается совершенно по-разному. Юй Юань после столкновения почти ничего не почувствовал, зато, увидев покрасневшую от его удара левую щёку Гу Шаочэна, растерянно произнёс:

— Я…

Гу Шаочэн сглотнул, почувствовав привкус крови во рту, и, подавляя боль, вернулся на своё место. Лицо его помрачнело:

— Замолчи.

Юй Юань:

— …Ох.

Он послушно замолчал, но в мыслях уже начал готовиться заранее.

Он понимал, что имел в виду Гу Шаочэн. В обычных обстоятельствах для молодожёнов вполне естественно хотеть побыть вдвоём, но они были редким для двадцать второго века примером брака, заключённого вслепую безо всяких чувств. Поэтому, если только не показать окружающим, что они с первого взгляда понравились друг другу и счастливы в браке, у них не будет разумной причины избавиться от лишней прислуги в доме под предлогом желания побыть вдвоём.

Главной проблемой Юй Юаня было то, что при большом скоплении людей он начинал краснеть и заикаться. Но теперь он заранее настроился психологически, решив, что в нужный момент, что бы ни случилось, он, стиснув зубы, пойдёт напролом ради своей мечты.

Размышляя об этом, Юй Юань опустил чёлку пониже, стараясь с помощью волос и очков в толстой оправе обеспечить себе как можно больше чувства безопасности.

Вскоре машина медленно въехала на парковку частной больницы.

Больница, в которой находился старый господин Гу, принадлежала семье Гу. Поскольку это была их частная собственность, сразу после того, как старый господин Гу попал в больницу из-за случившегося с Гу Шаочэном, меры безопасности были усилены. Толпу журналистов не пропускали внутрь, поэтому им оставалось лишь терпеливо дежурить у въезда на парковку и на торопливо щёлкать затворами фотоаппаратов, когда туда въезжали роскошные автомобили семьи Гу.

Как только машина остановилась, водитель и телохранитель на передних сиденьях быстро вышли и открыли двери для пассажиров. В отличие от невозмутимого Гу Шаочэна, который спокойно ждал, Юй Юань уже проворно выбрался из машины и остановился в трёх шагах, ожидая, когда Гу Шаочэн выйдет.

Они вместе направились к лифту. Когда между ними и телохранителем образовалось некоторое расстояние, Юй Юань прочистил горло и тихо спросил:

— А как мне вести себя, когда вы говорили про то, что я должен по-детски кокетничать?

Гу Шаочэн нахмурился и не ответил сразу. Не потому, что хотел намеренно проигнорировать Юй Юаня, — просто доза лекарств, которую он принимал сейчас, была недостаточной, и ему всё ещё было трудно полностью контролировать свои эмоции. При мысли о том, что вскоре ему предстоит встретиться с некоторыми «надоедливыми мухами», он не мог сдержать гнев, бурлящий в душе.

Впрочем, Юй Юань напомнил ему о нужном деле. Гу Шаочэн поправил манжеты, вошёл в лифт и поднял локоть, показывая, что Юй Юань может ненадолго взять его под руку, чтобы продемонстрировать близость между ними.

Но Юй Юань решил, что Гу Шаочэн слишком слаб и ему нужна поддержка. В памяти мгновенно всплыли несколько дворцовых сериалов, которые он когда-то смотрел вместе с приёмной матерью, чтобы скоротать время.

Юй Юань встряхнул широким рукавом. Удлинённый край закрыл тыльную сторону ладони. Он поднял локоть, подставил его под локоть Гу Шаочэна и надёжно поддержал его, мгновенно превратившись из просто сопровождающего в евнуха, почтительно ведущего под руку старую императрицу.

Идущий позади них телохранитель внезапно фыркнул, а следом разразился сильным кашлем, словно намеренно пытаясь что-то скрыть.

Гу Шаочэн на мгновение прикрыл глаза. Убедившись, что мысли этого человека идут в направлении, противоположном его собственным, он успокоился и прямо распорядился:

— Покажи руку.

Юй Юань не совсем понял зачем, но всё же разжал сжатые пальцы и высвободил правую руку из смятого рукава.

Едва кончики пальцев ощутили прохладу воздуха, как их крепко сжала горячая ладонь. И Юй Юань перестал дышать.

Хотя он уже привык к Гу Шаочэну и от всего сердца уважал и любил этого благодетеля, которому оставалось недолго жить, но от неожиданного рукопожатия его лицо мгновенно вспыхнуло, а дыхание стало учащённым.

То, как реагировал Юй Юань, отчётливо отражалось в металлических стенах лифта, и Гу Шаочэн, увидев всё это, почувствовал, как его настроение внезапно немного улучшилось.

Наверное, среди всей этой вызывающей отвращение грязи и мерзости Юй Юань был до такой степени нелепо простодушным, что Гу Шаочэну даже нравилось смотреть, как тот, растерявшись и перепугавшись, всё же изо всех сил старается оставаться рядом с ним.

Гу Шаочэн, прекрасно зная ответ, всё же спросил:

— Что такое?

Неужели уже не можешь продолжать играть?

Затем он увидел, как губы Юй Юаня несколько раз дрогнули, словно он с огромным трудом набирался смелости, прежде чем наконец выдавил:

— Вы… неужели вы…

Гу Шаочэн слегка приподнял брови и крепче сжал их сцепленные руки:

— Хм?

Юй Юань глубоко вдохнул и вдруг поднял голову:

— Неужели у вас гипертиреоз? У вас рука такая горячая!

Гу Шаочэн:

— …

Телохранитель в углу молча отвернулся, а его плечи несколько раз содрогнулись.

Что касается Юй Юаня, то для него, как и для многих, самое трудное — это начало. Стоило ему преодолеть первоначальную крайнюю тревогу и напряжение, как первый шаг оказался сделан, и он сразу почувствовал себя гораздо свободнее. Всё оставшееся внимание он сосредоточил на вопросе, который давно его интересовал.

К тому же, когда речь шла о вопросах, в которых он немного разбирался, он чувствовал себя гораздо увереннее:

— Разве не так? Тогда, может, это недостаток инь и избыток внутреннего жара? Если вы часто не высыпаетесь, не чувствуете, что ваше состояние ухудшается?

— Юй Юань, — холодно произнёс Гу Шаочэн.

Юй Юань слегка поднял глаза и через зеркальную металлическую дверь лифта встретился с ним взглядом. Его лицо всё ещё пылало, пока он ждал ответа.

Выражение лица Гу Шаочэна было мрачным:

— Замолчи.

Юй Юань:

— Ох…

У Гу Шаочэна появились все основания подозревать, что его воспоминания о Юй Юане из прошлой жизни спутались именно потому, что этот обманщик был до такой степени невыносим.

***

Когда они, держась за руки, появились у двери просторной больничной палаты, все присутствующие тут же обратили на них взгляды.

Гу Шаочэн отчётливо почувствовал, как находившийся рядом человек напрягся. Он даже не удостоил взглядом этих родственников, отделённых от него множеством степеней родства и давно превратившихся в лицемерных чужаков, а сам сосредоточился на том, чтобы мягко перебирать пальцами прохладные и нежные пальцы в своей ладони.

Ему стало крайне любопытно, что же способно довести Юй Юаня до состояния абсолютной паники? Вдруг ему даже захотелось посмотреть, как тот будет плакать от страха...

Как раз в этот момент дверь палаты открылась, и получивший уведомление помощник Чэнь вышел навстречу, сказав:

— Старый господин сейчас просит вас войти одного.

Гу Шаочэн слегка кивнул, после чего тихо прошептал Юй Юаню на ухо:

— Пришло время проявить себя. Если ты сыграешь хорошо, я попрошу дедушку прогнать всех этих людей.

С этими словами он выразительно окинул взглядом нескольких человек вокруг. Юй Юань мгновенно оживился. Ради мечты он способен преодолеть что угодно!!!

Однако, как бы там ни было, как только Гу Шаочэн ушёл, а Юй Юань в один оказался в центре всеобщего внимания, у него мгновенно побежали мурашки по спине, и он уже собрался развернуться и уйти.

На самом деле у двери стояло не так уж много людей. Хотя старый господин Гу был главой и опорой семьи Гу, из-за внезапности его обморока пока пришли лишь несколько праздношатающихся бездельников. Однако для Юй Юаня присутствие больше трёх незнакомцев уже считалось «толпой народа».

Румянец на его лице ещё не сошёл. Он был из тех людей с социофобией, которые словно запрограммированы как NPC: если другой человек не проявит инициативу, сам он ни за что не начнёт разговор первым. Пока Юй Юань ломал голову над тем, как показать окружающим их с Гу Шаочэном любовь, к нему сами подошли мужчина и женщина.

Юй Юань и был готов к этому, но всё же инстинктивно отступил на два шага, увеличивая расстояние, и продолжил мысленно подбадривать себя:

«Смелый юноша, вперёд — твори чудеса!»*

(п.п. — это цитата из китайской версии опенинга Neon Genesis Evangelion.)

Они встали рядом и долго разглядывали Юй Юаня с ног до головы. На прежнюю свадебную церемонию их, как дальних родственников не пригласили, и теперь они впервые видели мужа Гу Шаочэна.

Первым делом, естественно, нужно было выяснить, какого человека старый господин Гу привёл в дом для этого сумасшедшего. Увидев худенького и невысокого Юй Юаня, они с облегчением выдохнули.

Дешёвая одежда, заурядная внешность, робкая поза… В нём действительно не было ничего выдающегося. Убедившись, что старый господин не приставил к Гу Шаочэну какого-нибудь помощника и что, как и говорили слухи, он действительно настолько выжил из ума, что поверил в лечение безумия с помощью брака «для привлечения удачи», и невольно стали смотреть на Юй Юаня с ещё большим презрением.

Они постояли перед Юй Юанем с надменным видом и подождали некоторое время, но, поскольку тот не проявлял никакого желания заговорить первым, тогда более молодая женщина с добродушной улыбкой произнесла:

— Ах, совсем забыла. Мы встречаемся впервые, и Шаочэн, наверное, ещё не успел тебя со мной познакомить. Я — старшая невестка.

Юй Юань подтянул чёлку пониже, а затем, скрыв половину лица за с очками в чёрной оправе, с трудом выдавил с сомнением:

— Гу Шаочэн… нет, разве он не единственный сын?

Услышав это, молодая женщина почувствовала себя неловко и с натянутой улыбкой пояснила:

— Мой муж — из семьи старшего сына двоюродного деда Шаочэна.

Даже несмотря на свою сообразительность, Юй Юань на мгновение запутался в этих степенях родства:

— Ох… Тогда вы действительно довольно дальние родственники.

Высокий худой мужчина, все это время стоявший рядом с женщиной, сразу рассердился. Он шагнул вперёд, задрал подбородок и произнёс:

— Тебе велели поздороваться, а не болтать лишнее. Разве в семье Ван тебя не учили манерам?

Мужчина сделал паузу. Он уже собирался ещё раз уколоть Юй Юаня, намекнув на его простонародное и низкое происхождение и на то, что семья Ван признала его совсем недавно, но в этот момент Юй Юань сделал ещё один шаг назад, сжал губы и нервно произнёс:

— Старший брат.

Лицо женщины рядом тут же побледнело, а мужчина поспешно объяснил:

— Не называй меня так. Я младше Гу Шаочэна. Она — моя старшая невестка.

Юй Юань поправил очки, перевёл взгляд с одного на другого и многозначительно кивнул:

— А-а… старшая невестка и деверь…

Трудно было не заподозрить, что он уже пишет в воображении какой-нибудь непристойный романчик про отношения между невесткой и деверем.

Лица обоих мгновенно стали ещё мрачнее, но Юй Юань искренне не понял:

— Но ведь вы сами не велели мне называть вас так?

Высокий худощавый мужчина выглядел особенно недовольным. В своём кругу «золотой молодёжи» второго и третьего поколения он привык быть авторитетной фигурой, чьё слово было законом. Если бы не его мать, заставившая его сопровождать невестку к постели старого господина, чтобы продемонстрировать сыновнюю почтительность, он бы ни за что сюда не пришёл.

Пусть сейчас Гу Шаочэн был фактически никуда не годен, но поскольку они были почти ровесниками, с самого детства мужчине не раз приходилось терпеть сравнения не в свою пользу. И даже теперь, когда Гу Шаочэн превратился в печально известного безумца, за ним всё равно оставались статус и власть, на которые остальные могли лишь завистливо смотреть.

Поэтому, увидев этого мужа, которого Гу Шаочэну наскоро подобрали, чтобы переломить судьбу, он, естественно, сначала решил поиздеваться над ним. Неужели он не может превзойти даже такого никчёмного человека?

В результате он сам получил от него порцию отвратительных оскорблений, и в нём закипел гнев. Мужчина холодно усмехнулся:

— Слышал, когда семья Ван признала тебя, ты уже бросил учёбу и пошёл работать? Даже аттестат о среднем образовании не получил…

Услышав это, старшая невестка тут же вступила в разговор:

— Ой, для такой семьи, как наша, это действительно выглядит не слишком хорошо. Но, Сяо Ван, в будущем попроси Шаочэна отправить тебя за границу, чтобы получить там хоть какое-то образование.

С этими словами она кокетливо прикрыла рот рукой:

— Правда, для этого нужно, чтобы английский был на приличном уровне. Если совсем никак, остаётся только потратить деньги и купить диплом какого-нибудь фазаньего университета.

(п.п. 野鸡大学 буквальный перевод: фазаний университет; дутый университет, липовый университет, фабрика дипломов. Значение: ВУЗ, не признанный официальными инстанциями.)

Юй Юань нахмурился. Он никак не мог придумать, как повернуть разговор в сторону демонстрации его с Гу Шаочэном любви. В попытках придумать что-нибудь подходящее он на время даже забыл о своей социофобии.

Женщина же принялась язвительно подначивать его, а, не дождавшись ответа, пошла ещё дальше:

— Неужели? Я правда угадала? Сейчас всё ещё бывают люди с настолько плохим знанием английского?

Юй Юань вздохнул:

— Нет.

— Что нет?

Юй Юань был полностью поглощён мыслями о том, как продемонстрировать свою любовь, и без особого энтузиазма ответил:

— Я не бросал учёбу, и с английским у меня всё в порядке. Я должен был сдавать Гаокао в июне этого года, но в прошлом году благодаря победе в олимпиаде меня зачислили в Юньнаньский университет по квоте, так что…

Внезапно Юй Юаня осенило. Он слегка смущённо опустил голову и продолжил:

— Шаочэн хочет, чтобы я больше времени проводил с ним, поэтому я подал заявление в школу о приостановке обучения. Всё равно весь этот материал я уже самостоятельно освоил ещё в неполной средней школе.

Старшая невестка и деверь:

— ???

Первой реакцией обоих было, конечно, неверие.

Невозможно! Поступить в Юньнаньский университет по квоте? Это всё выдумка!

Гу Шаочэн хочет, чтобы кто-то проводил с ним время? Это уже совсем за гранью! Кто не знает, что вас двоих старый господин Гу буквально насильно свёл вместе? С твоей внешностью зануды и бедняка ты действительно возомнил себя богом, спустившимся с небес?!

Тем временем Гу Шаочэн, получавший от телохранителя прямую трансляцию происходящего, опустил глаза, скрывая промелькнувшую в них улыбку. Некоторые люди настолько трусливы, что едва решаются открыть рот, но каждую свою фразу умудряются произнести так, что она способна вывести из себя.

Почувствовав, что время пришло, Гу Шаочэн опрокинул стоявшую рядом тележку с медицинским оборудованием, создав оглушительный шум, и, не оборачиваясь, вышел.

Ожидавшие в коридоре помощник Чэнь и медсестра тут же вбежали в палату и в панике закричали:

— Старый господин, не волнуйтесь, не волнуйтесь!

***

Гу Шаочэн вышел из палаты, сделал два шага вперёд и заключил Юй Юаня в объятия.

— Встретил знакомых? — небрежно спросил он.

Юй Юань застыл и поднял голову, даже широкие очки не могли скрыть его нервозности:

— Это… неужели это не старшая невестка и деверь из семьи твоего двоюродного деда?

Холодный взгляд Гу Шаочэна скользнул по двум потрясённым людям:

— Хм?

Им ничего не оставалось, кроме как сухо представиться заново. От былой надменности, с которой они разговаривали с Юй Юанем, не осталось и следа: они слегка согнулись в поклоне и выглядели даже почтительнее, чем вышколенная домашняя прислуга.

Юй Юань, несмотря на волнение, не забыл о своей задаче. Глубоко вдохнув, чтобы успокоиться, он сам ухватился за край рукава Гу Шаочэна и слегка потянул его.

Гу Шаочэн опустил взгляд и увидел пылающие румянцем щёки. Половину лица Юй Юаня закрывала уродливая оправа, но с такого близкого расстояния Гу Шаочэн мог разглядеть за линзами его ясные миндалевидные глаза и длинные, словно вороньи перья, ресницы.

Мягкие красные губы шевельнулись, и Юй Юань тихо повторил Гу Шаочэну услышанные слова:

— Они сказали… что такому человеку, как я, остаётся только попросить тебя потратить деньги на покупку диплома фазаньего университета, чтобы создавать видимость, что я получил хоть какое-то образование.

Он постарался сделать голос как можно мягче, искренне полагая, что очень старательно капризничает, но интонация всё равно напоминала ученика начальной школы, жалующегося учителю. Неуклюже, но в этом была своя прелесть.

Лица обоих родственников побледнели.

Хотя они и не верили, что Гу Шаочэн встанет на его защиту, но когда о них говорят плохо прямо в лицо, приходится, стиснув зубы, хоть как-то оправдываться. В душе они уже проклинали семью Ван: где они только нашли такого идиота?

Холодные черты лица Гу Шаочэна оставались совершенно спокойными. Он слегка приоткрыл тонкие губы, но в его словах не было ни капли снисхождения:

— А вы двое — кто такие вообще?

Высокий худой мужчина не выдержал:

— Гу Шаочэн, это уже слишком грубо…

Но встретившись с холодным и свирепым взглядом Гу Шаочэна, он вспомнил, что вчерашняя новость о его безумстве до сих пор висит в горячих темах, и, пару раз дёрнув губами, всё-таки замолчал.

— Грубо? — усмехнулся Гу Шаочэн. — Вам не нравится, что вы слишком много получаете, попрошайничая в корпорации Гу? Тогда впредь можете сюда не приходить.

С этими словами он посмотрел на стоявшего неподалёку телохранителя.

Тот тут же кивнул:

— Я немедленно передам ваши слова генеральному директору Вэню.

Оба мгновенно запаниковали:

— Ты не можешь…

Но начав, они тут же осеклись. Всем было известно, что Гу Шаочэн — единственный наследник семьи Гу. Чтобы избавиться от таких родственников, которые числились на бесполезных должностях и получали зарплату за ничегонеделание, ему достаточно было одной фразы. И всё же они не могли поверить, что Гу Шаочэн действительно из-за такой мелочи без всякого предупреждения порвал с ними отношения.

Однако сколько бы они ни менялись в лице и ни умоляли, Гу Шаочэн даже не взглянул на них. Он обнял Юй Юаня за плечи и развернулся, чтобы уйти.

***

Когда они вернулись в машину, Юй Юань уже успел ещё раз пересказать Гу Шаочэну ту часть, где он изображал их влюблённость, а затем осторожно посмотрел на него:

— Я хорошо справился?

Услышав это, Гу Шаочэн вспомнил весь разговор между ними троими, и мрачность в его глазах исчезла без следа. Он вдруг решил, что этот маленький обманщик довольно забавно говорит. Конечно, при условии, что бесит не его самого.

Гу Шаочэн дважды легко постучал длинными пальцами по подлокотнику и, повернувшись к Юй Юаню, улыбнулся:

— Неплохо. Но этого недостаточно.

Юй Юань поправил огромные очки:

—?

http://bllate.org/book/18458/1951211