Готовый перевод Better to Make a Wish Than to Fall in Love / Лучше загадать желание, чем влюбиться: Глава 170: Дух розы

— Почему? — Бериэль не понял.

Не вернуться сюда больше — значит, Бранд бросит всё здешнее.

— Из-за меня? — Он собрался духом и спросил: ведь это он хотел путешествовать, и потому Бранд хочет оставить здешнее и accompany его посмотреть на те края.

— Нет. — Сюй Юань посмотрел на проступившую в его глазах тревогу и улыбнулся. — Я изначально не собирался жить здесь долго.

— Почему? — Бериэль немного успокоился, но всё ещё не понимал.

Люди сильно привязаны к дому: если бы его роза не увяла, он непременно не ушёл бы далеко от неё.

Бранд так хорошо всё здесь устроил — совсем как в тех домах, что Бериэль читал о и представлял: книжный шкаф, цветник, да ещё слива, что растёт несколько лет.

Он явно любит это место, но, похоже, не собирается возвращаться.

— Секрет, — тихо усмехнулся Сюй Юань. — Сейчас пока не могу тебе сказать.Чем раньше узнаешь, тем раньше начнёшь размышлять о сроке жизни.

Бериэль внимательно посмотрел на него, тихо опустил глаза, приблизился и спросил:

— Ты скажешь мне, когда придёт время?

Сюй Юань с улыбкой кивнул.

— Ладно, в конце концов, твоих секретов не один этот, — Бериэль легонько дёрнул уголком губ и уткнулся дыханием ему в шею. — У меня тоже есть терпение.

Ждать, когда этот человек, полный злых умыслов и секретов, откроет ему свои тайны.

— Да, — тихо усмехнулся Сюй Юань, опустив взгляд.

Пусть Бериэль и дорожил временем в объятиях, но с переменой солнечных теней он с беспомощным вздохом снова превратился в маленького, точно огонёк свечи.

Свеча для него опять стала опасной, обложка книги — снова такой тяжёлой, что не поднять; листья, которые когда-то можно было сорвать небрежным движением, сделались местом, куда можно встать; паутина в углу, казавшаяся крошечной, вновь превратилась в сеть, способную его задержать.

Мир, прежде не такой уж опасный, внезапно показался очень опасным.

Даже с горки цветочному духу больше не хотелось кататься.

Но донёсшийся из-за окна зов заставил его уши дрогнуть и снова встать торчком.

Звонкий детский голосок пробился сквозь ограду и окно, окликая его по имени:

— Бериэль, ты дома?

Цветочный дух машинально хотел отозваться, но смог лишь подлететь к окну и выглянуть:

— Это Руби и остальные!

Те самые человеческие детёныши, что в тот день играли с ним в снежки.

Сюй Юань поднялся и открыл дверь, с улыбкой глядя на детей, звавших за оградой:

— Зачем вам Бериэль?

— Господин Бранд, — мальчуган, укутанный в меха, показал раскрасневшиеся от ветра щёки, — мы хотим позвать его поиграть.

— В снежки!

— И ловить кроликов! Зимой столько кроликов выходит! — так же восторженно приглашали пришедшие с ним дети.

Бериэль, разумеется, слышал это приглашение; крылья его трепетали, в нём вскипало волнение. Не говоря уж о том, что играть в снежки само по себе весело — если он сумеет поймать существо размером с кролика, это будет первый такой случай среди цветочных духов!

А главное — человеческие друзья зовут его поиграть.

В маленьких глазах цветочного духа плескалось ожидание. Сюй Юань обернулся, взглянул на это созданьице, что мерцало, точно звёздочка, и, посмотрев за дверь, сказал:

— Простите, Бериэль заболел, боюсь, он не сможет пойти с вами.

— А?!

— Заболел? Это его тогда простудило на холоде?

— О…

Дети наперебой засыпали вопросами, на лицах их проступили тревога и огорчение.

Маленький цветочный дух тоже тихо вздохнул, опустился в сердцевину цветка и смотрел наружу, понимая, что в нынешнем состоянии ему не выйти погулять: холодный ветер унесёт его неведомо куда, а человеческие детёныши с таким маленьким, как он, чуть потеряют контроль над руками и ногами — и он поранится.

— Болезнь — это ведь серьёзно.

— Можно нам зайти его проведать? — дети вцепились в ограду и с участием расспрашивали.

— Так вы легко можете заразиться, лучше уж подождите, пока он поправится, и тогда играйте с ним, — мягко отказал Сюй Юань.

— Ну ладно…

— Тогда пусть он хорошенько лечится, мы в другой раз придём его проведать.

— До свидания, господин Бранд.

Дети с сожалением и жаром помахали на прощание. Бериэль легонько сжал лепестки, но тут снова зазвучал тот мягкий голос:

— Бериэль хоть и не может пойти с вами играть, но я могу.

— М? — Маленький цветочный дух обернулся и посмотрел на человека, стоявшего в дверях с лёгкой улыбкой.

— Правда? Господин Бранд, вы пойдёте?! — обрадовался мальчик.

— Вы такой высокий, нам трудно будет с вами тягаться.

— Тогда пусть мы все будем в одной команде, а господин Бранд — в другой! — переговариваясь, они радостно предложили.

— В снежки я не очень умею, — Сюй Юань обернулся, взглянул на созданьице с блестящими глазками и улыбнулся. — Зато я могу сводить вас ловить кроликов, вот это я умею хорошо.

— О!!!

— Правда?!

— Господин Бранд, пойдёмте вместе! — дети прямо-таки восторженно закричали.

Господину Бранду, которому и медведя свалить нипочём, поймать кролика — раз плюнуть.

— Подождите меня немного, — Сюй Юань отступил назад и притворил дверь.

— Хорошо! — радостно отозвались дети.

Дверь прикрылась. Сюй Юань, уже в уличной одежде, посмотрел на подлетевшего к нему цветочного духа и улыбнулся:

— Пойдём вместе.

— Угу! — Бериэль энергично кивнул и потёрся о его шею.

Сборы были недолги, всего-то надеть пальто и сапоги для ходьбы по снегу, взять лук со стрелами и верёвку да спрятать в шарфе маленького цветочного духа.

Когда выходили, дверь заперли, а дети, разумеется, с любопытством и восторгом последовали за ним.

— Этот лук такой большой!

— Господин Бранд, вы ещё и из лука умеете.

— Немного умею, — Сюй Юань шёл с несколькими укутанными с ног до головы детьми и наставлял: — Держитесь ко мне поближе, не разбегайтесь, зимой в лесу могут быть волки.

— Хорошо! — дети наперебой отвечали с опаской.

Зимой живности на улице мало, большинство впало в спячку, только кролики — теплокровные, и стоит нехватке еды случиться, как они выходят кормиться, так что зимой их, наоборот, часто видно.

Хоть трава и деревья их не укрывают, но шубка легко прячется в снегу или среди серо-чёрных земли и стволов.

Сюй Юань научил детей мастерить небольшие ловушки, но им явно больше нравилось охотиться напрямую, чем терпеливо ждать.

Выслеживая следы, вдалеке он наложил стрелу на тетиву. Все шедшие за ним дети разом затаили дыхание — пока в воздухе не раздался свист, и кто-то из детей не вскрикнул от нетерпения, выглядывая. Поспешно зажав рот, он обнаружил, что стрела уже вонзилась в кролика.

— О!!! — дети наперебой вскрикнули и с восторгом бросились подбирать подстреленного кролика.

— Господин Бранд такой сильный!

— Я тоже хочу научиться стрелять из лука!

— Как точно!

Они вдвоём поднимали кролика и бежали по снегу, подняв лица и глядя на него с восхищением.

Цветочный дух разделял их гордость: человеческие детёныши знают лишь, что Бранд может подстрелить кролика, а того не ведают, что он и медведя с одного удара прикончить может!

— Господин Бранд, можно мне попробовать? — один ребёнок поднял голову и с завистью спросил.

— Можно. — Сюй Юань отдал ему лук, заодно придержал его, присев рядом, чтобы тот попробовал натянуть тетиву.

— Как трудно натянуть! — ребёнок вложил всю силу, но вытянул лишь чуть-чуть.

— Поднажми! — подбадривали его другие дети, некоторые так и рвались помочь.

— Попробуй ты, он ведь тяжёлый.

— Попробую. — Другой ребёнок не желал уступать, но так же потерпел поражение от силы тетивы: — Боже, как туго!

— Я тоже, я тоже. — Дети всегда до крайности любопытны ко всему, чего ещё не трогали.

Но, попробовав по очереди, все по очереди и проиграли.

— Господин Бранд и правда сильный!

— Господин Бранд, можно я наложу стрелу и попробую? — ребёнок, подёргав ворот, с большим ожиданием спросил.

— Как найдём добычу, дам тебе попробовать, — с улыбкой, опустив взгляд, сказал Сюй Юань.

— Спасибо, господин Бранд! — он стал очень радостным и полным ожидания. — Этого кролика я понесу!

— Я понесу! Я могу нести!

— У меня силы больше!

— Тш… — тихо подал знак Сюй Юань, дети разом притихли, подняли кроликов и пошли за ним.

Выследить следы нетрудно, а вот разглядеть в снегу бегущую фигурку требует чуть больше зоркости.

Заметив движение, Сюй Юань подозвал того ребёнка, взял его руку, наложил стрелу, натянул тетиву и направил остриё, тихо подсказав:

— Отпускай.

Тетива отпущена, стрела вонзилась в снег, и ещё один кролик попал в мешок.

— Боже, как здорово!!! — Дети выпустили затаённое дыхание, их полные восхищения глаза, казалось, вот-вот засияют.

— Я тоже хочу!

— Я тоже хочу попробовать! — их влекла эта манера охоты.

— Можно, по одному. — Сюй Юань согласился обступившим его детям и улыбнулся: — Но прежде чем учиться, я должен предупредить об одном.

— Да!

— Говорите, господин Бранд.

— Наложив стрелу на тетиву, ни в коем случае нельзя направлять её на человека, — Сюй Юань обвёл детей серьёзным взглядом. — Даже ради шутки нельзя.

Когда он это сказал, в голосе его была небывалая серьёзность, и дети на миг тоже напряглись.

— Да, господин Бранд.

— Мы запомнили.

— А на цыплят можно? — спросил один ребёнок.

— За порчу вещей у себя дома или у других побьют или заставят возмещать, — мягко, опустив взгляд, сказал Сюй Юань. — Если это не ради еды и не ради угрозы, лучше не вредить живым существам.

— О… — ребёнок машинально потёр себе зад и покорно согласился.

— Пойдёмте. — Сюй Юань поднялся и улыбнулся. — Кстати, сначала сыграйте в камень-ножницы-бумага и установите очередь.

— Хорошо! — наперебой отозвались дети.

Охота из лука в любое время — дело азартное; за один полдень они настреляли кроликов столько, что хватило по одному на каждого.

Стрелы собрали, но столько кроликов детям было не унести: они вдвоём поднимали по одному, остальных всех нёс Сюй Юань на обратном пути, заодно разнёс каждого по домам.

— Зимой постарайтесь не бегать наружу, зимой волки, не находя еды, могут рискнуть и забрести в деревню, — наставлял Сюй Юань при расставании ребёнка, державшего кролика. — Даже если выходите, то вместе со взрослыми.

— Хорошо. — Ребёнок немного испугался, послушно кивнул и, пышущий жаром от беготни, вошёл в дверь. — До свидания, господин Бранд.

— До свидания. — Сюй Юань помахал рукой и повернулся.

Сзади раздались звук открывающейся двери и расспросы.

— Где ты был? И кролика принёс! Вы что, в лес бегали?! — В последних словах слышались укор и тревога.

— Нас господин Бранд водил, он сказал, что одному нельзя.

— Одному нельзя, там же волки, вы, дети, право, куда только не сунетесь!

— Господин Бранд дал мне кролика, я хочу мяса.

— В следующий раз не смей бегать куда попало, понял?

— Понял…

Голоса стихли с закрытием двери. Деревня была большой, и, когда Сюй Юань вернулся домой, уже стемнело.

Лук повешен, пальто расстёгнуто, маленький цветочный дух вылетел наружу, и, казалось, от него ещё шло тепло его тела.

Загорелась свеча, осветив знакомую комнату. Маленький цветочный дух кружил в танце, но взгляд его был крепко прикован к человеку.

— Доволен? — тихо усмехнулся Сюй Юань.

— Угу, доволен! — уверенно ответил Бериэль.

Хоть ему и не довелось попробовать тетиву, но свист стрел, эти крики радости и восторга — цветочному духу казалось, будто и он в этом участвовал.

Мягкие напоминания человека, терпеливые наставления вместе со звуком тетивы заставляли сердце цветочного духа напрягаться и биться чаще.

— Доволен — и хорошо. — Сюй Юань подхватил принесённого кролика и пошёл на кухню.

Бериэль кружил следом и, опустившись ему на плечо, едва сдерживал зуд в руках и в душе:

— Бранд, ты поистине прекрасный человек.

Сюй Юань скосил взгляд, посмотрел на цветочного духа с блестящими глазками и с улыбкой напомнил:

— Прекрасному человеку пора разделать кролика.

— Я и медведя видел, — бесстрашно заявил цветочный дух, но, стоило ножу прорезать шкуру кролика, поспешно отвернулся.

В воздухе разлился лёгкий запах крови. Бериэль слушал звуки, и сердце его продолжало колотиться:

— Мы сегодня не встретили в лесу волков.

— Встретили, — не прекращая работы, ответил Сюй Юань.

— Встретили?! — Бериэль изумлённо поднял голову.

— Да. — Сюй Юань взглянул на него. — Среди леса, далеко. А может, нас было много, и он не подошёл.

— О… — тихо отозвался Бериэль. — А ты пойдёшь его убивать?

Даже если не подошёл, волк — свирепый зверь, он легко разорвёт клыками горло добыче, человеческим детёнышам с ним ни за что не справиться.

— Зимой волки ходят стаями… — тихо сказал Сюй Юань.

— Не ходи! — Бериэль нахмурился.

Сюй Юань тихо усмехнулся:

— Но обычно они держатся в лесу и не забредают в человеческие деревни без причины.

Это была относительно зажиточная деревня, но даже при достатке зерна мяса всегда не хватало. Помимо разводимого скота, зимой взрослые тоже ходили в лес на охоту; достаточной силы и оружия хватало, чтобы волки не смели легко приближаться к деревне, а если и приближались, взрослые могли дать отпор.

Их сила не та, что у медведя.

— Я не пойду, — ответил Сюй Юань на тревогу цветочного духа.

— О… — Бериэль тихо перевёл дух. Даже если Бранд силён, один в поле не воин: он своими глазами видел, как стая муравьёв охотится на насекомое размером с жука-дровосека, а стая волков куда опаснее.

Если бы Бранд тогда не пошёл, эта ватага человеческих детёнышей…

— Ты изначально собирался повести их на охоту? — Бериэль что-то почувствовал и поднял голову.

Сюй Юань опустил взгляд, аккуратно отделяя шкуру кролика:

— Я изначально собирался только предупредить их, что в лесу волки и туда нельзя.

— О… — Бериэль легонько моргал, глядя на его профиль, и сердце его всё так же не переставало колотиться.

Он подумал: если бы тот только предупредил, эта ватага человеческих детёнышей, может, и не послушалась бы — точно мотыльки, летящие на огонь: даже зная об опасности, не обязательно внемлют уговорам.

Он знал, что Бранд пошёл потому, что ему хотелось поиграть.

— Отвернись, не смотри, — поднимаясь, напомнил Сюй Юань.

— М? — Бериэль не понял, но снова прозвучал тот мягкий голос:

— Не любопытствуй.

Встретив эти мягкие глаза, он машинально отвернулся и услышал за спиной звук воды.

Он подумал, что Бранд, наверное, уже разделал кролика. Пухлый кролик, что ест траву, не такой свирепый, как медведь, но с содранной шкурой, может, выглядит не очень красиво.

А скорее всего — очень некрасиво!

Бериэль, крепко помня урок с медведем, не стал смотреть, а лишь тихо скосил взгляд на человека, что опустил глаза.

Он был поистине мягким человеком, но иногда в нём, похоже, была и та сторона, что кажется холодной.

Но только кажется.

Бериэль смотрел лишь на то, что человек делает.

Дети не пострадали и получили кроликов, узнали, что лук нельзя применять как попало, узнали, что нельзя одному бегать в лес.

А что будет потом — никто не в силах вечно удерживать существо, что ищет смерти.

— Бранд, — раздался голос цветочного духа среди плеска воды.

— М? — тихо отозвался Сюй Юань.

— Ты поистине прекрасный человек! — Голос цветочного духа, относительно слабый, прозвучал твёрдо и веско.

Взгляд Сюй Юаня дрогнул. Хоть он и не знал, по какому пути шли мысли цветочного духа, он тихо усмехнулся:

— Я знаю, я ведь лучший человек на свете.

— Угу! — кивнул Бериэль. — Тогда я — цветочный дух с самым лучшим вкусом на свете.

— Да, — улыбнулся Сюй Юань.

…

Зима постепенно уходила, но, казалось, от спешки времени она задерживалась с неохотой, отчего погода становилась всё холоднее.

В погоду, когда капающая вода замерзает, даже дети, что прежде играли в снежки, перестали выходить; зато по деревне иногда разносились вести об охоте на серых волков — люди, собравшись ватагой, несли волка и обходили с ним деревню кругом, отчего в холодной и тихой зиме прибавлялось немного оживления.

Весна пришла внезапно: снег ещё не до конца сошёл, а на голых ивах уже набухли почки и проклюнулись нежные листья; когда травяные ростки пробились сквозь остатки снега, бабочки, кружа, опустились на рано распустившийся зимний жасмин.

Ручей растаял и понёс вдаль обломки льда; маленькие мальки плавали, и стоило бросить немного травы и корма, как они надолго принимались кружить у дома.

Дети, переждавшие зиму взаперти, снова появились. Не то оттого, что сбросили тяжёлые меха, не то оттого, что накопленная за зиму энергия пошла в рост, — всего за месяц-другой они снова вытянулись, по крайней мере на высоту цветочного духа.

Они с весёлым смехом рвали полевые цветы; из-за таяния снега на дорогах неизбежно прибавилось ям и следов, на их одежде и штанинах — пятен грязи, и по деревне иногда разносились визгливые крики.

— Я не валялся в грязи!!! Она сама прилипла.

— Это она тебе на лоб прилипла?

Голоса людские шумели, но уносили зимнюю стылость. Весенние ночи хоть и были ещё прохладными, но вполне позволяли давно ждавшему цветочному духу совершенствоваться.

Весна вернулась на землю — и всего за три-пять дней снег сошёл окончательно, даже грязь на дорогах постепенно исчезала.

Дети, похоже, утратили интерес к любованию цветами и принялись носиться по всей деревне, разнося весть о том, что Сюй Юань собирается раздавать и продавать вещи.

В одночасье хлынул людской поток, и прежде малолюдный двор стал оживлённым, точно рынок.

— Вы больше не собираетесь выращивать цветы? — спросил юноша, получивший горшок с цветущим деревцем.

— Я оставил семена, — улыбнулся Сюй Юань.

Юноша хоть и недоумевал, но довольный ушёл с бесплатно полученным цветущим деревцем.

Горшечные растения Сюй Юань продавать не собирался — каждый пришедший получал по горшку; мебель и меховые изделия продавались по разной цене, и, поскольку цена была относительно низкой, покупатели всё шли и шли.

Только дом был не особенно большим, а вещи, разобранные и сложенные, заняли почти весь двор.

Даже Бериэль, принявший человеческий облик и помогавший с уборкой, был поражён их количеством.

Цветочному духу, чтобы переехать, довольно перелететь с одного цветка на другой, а людям, право, тяжко.

— Эти книги тоже продаются? — Бериэль с большим сожалением смотрел на полный большой книжный шкаф.

Книги почти по два серебряных за штуку, а у Бранда их столько, что и шкаф не вмещает; продать все — у цветочного духа сердце почти кровью обливалось.

— Книги не продаются. Кроме этих, помоги мне сложить их в ящик, — Сюй Юань указал на книги, лежавшие на столе, и улыбнулся.

— Все заберём? — Бериэль немного успокоился, но тут же забеспокоился, не загонит ли до смерти та лошадь.

— Я устрою их куда надо, — улыбнулся Сюй Юань.

— Угу. — Бериэль тихо отозвался и принялся складывать книги в ящик одну за другой.

Вещей было множество, но Бериэль мог помогать с уборкой лишь понемногу каждый день. Впрочем, половину продали, половину раздали, и за несколько дней дом опустел больше чем наполовину.

— Господин Бранд собирается уезжать отсюда? — Руби, всегдашний непоседа, принял из рук Бериэля книгу и с ноткой грусти спросил.

— Э-э… — Бериэль на миг запнулся, сложил руки на ограде и сказал: — Откуда ты знаешь?

— Многие так говорят, — нахмурился Руби. — Он не будет жить здесь особенно долго.

— Господин Бранд правда уезжает? — не поверил другой ребёнок.

— Да. — Бериэль не мог им лгать. — А почему Бранд не будет жить здесь долго?

— Он выглядит как человек, приехавший из города, — сказала одна девочка.

— На вид богатый, как дворянин, — сказал другой мальчик.

— Он приехал сюда, чтобы залечить сердечную рану, — серьёзно, подумав, сказал Руби. — Залечит — и уедет.

— Сердечную рану? — Сердце Бериэля ёкнуло, и он спросил.

Вот оно, возможные меж возлюбленными невзгоды и недоразумения.

— Господин Бранд говорил, что у него есть возлюбленный, но за столько лет никто его возлюбленного не видел, — поднял палец один ребёнок.

— У него… есть возлюбленный? — Сердце Бериэля разом пронзили боль и горечь.

— Да ничего подобного, не слушай его, господин Бранд явно сказал это лишь как предлог, чтобы отказать множеству поклонников, — фыркнул другой ребёнок. — Говорят, те, кто за ним ухаживал, могли бы выстроиться отсюда до самого города.

— Так много?! — Бериэль изумился и насторожился.

Соперников у него столько, что с ульем пчёл сравнится!

http://bllate.org/book/18299/3386903