Готовый перевод I Want to Marry You and Have Buns / Хочу жениться на тебе и завести детей: Глава 16

Глава 16. Маленький молочный котик

Любовь преобразила Лян Цзяньшуая. Он буквально светился изнутри, а с его лица не сходила сияющая улыбка, по которой каждый без труда догадался бы: этот человек абсолютно счастлив.

Лань Тянь, деливший с ним квартиру, знал Цзяньшуая как облупленного. В последнее время тот повадился возвращаться домой поздно, но неизменно в прекрасном расположении духа. Он безумно хотел расспросить его, где он пропадает и с кем, хотя и без расспросов всё понимал — конечно же, с ним.

Лань Тянь не мог не заметить этих разительных перемен. Прежде Цзяньшуай казался спокойным, но эта сдержанность напоминала застоявшуюся воду в тихом пруду — ни всплеска, ни ряби, никто не мог пробиться к его сердцу. Теперь же эта стоячая вода ожила, превратившись в хрустально чистый, бьющий ключом родник. Яркий и манящий.

«Эх, любовь... штука и прекрасная, и беспощадная».

Лань Тянь тяжело вздохнул, сам не зная, о ком сокрушается больше — о Цзяньшуае или о себе. Он уже давно втайне любил его. Любил безответно, пряча глубоко в душе эту горькую, изнуряющую тоску. Он не смел открыться, не смел даже намеком выдать свои чувства, до смерти боясь, что Цзяньшуай просто соберет вещи, съедет и оборвет с ним всякие связи.

«Может, остаться просто друзьями — лучший выход?» — порой убеждал себя Лань Тянь. Но сердце отказывалось мириться с этим. Четыре года безответной любви... а может, и дольше. Никто не знает, в какой миг крошечное семечко привязанности пустило корни в его душе, чтобы со временем разрастись в исполинское дерево, ветви которого теперь сдавливали грудь. Чувства, бушевавшие внутри, сводили с ума, но внешне он оставался все таким же невозмутимым.

Не раз и не два ему хотелось сорваться, наплевать на приличия, схватить Цзяньшуая за плечи и прокричать: «Я люблю тебя! Хочу быть с тобой!» Но в последний момент слова застревали в горле. Он знал горькую правду: Цзяньшуай его не любит. Признание лишь оттолкнет его, разведет их по разные стороны, и тогда Лань Тянь потеряет его навсегда.

Любить того, кто никогда не ответит взаимностью — чистая пытка.

В замочной скважине повернулся ключ. Сидевший на диване Лань Тянь мгновенно напрягся. Словно деревянная марионетка, он медленно повернул голову к двери и замер, глядя на вошедшего.

— О, телевизор смотришь? — с улыбкой поздоровался Лян Цзяньшуай.

— Угу, — выдавил Лань Тянь. Он словно лишился дара речи, он мог лишь завороженно смотреть на друга.

— Ладно, я сегодня жутко устал, пойду прилягу, — бросил Цзяньшуай.

— Хорошо, — Лань Тянь отвернулся обратно к экрану.

Цзяньшуай прошел мимо него в спальню. Вскоре за его спиной тихо щелкнул дверной замок.

Полночь. Он вернулся только в двенадцать. В последнее время, едва отработав утреннюю смену, Цзяньшуай испарялся в неизвестном направлении. Лань Тянь прождал его весь вечер. Долгие, мучительные часы ожидания ради мимолетного приветствия.

Единственное, что хоть как-то утешало — он не остался ночевать в другом месте. Все еще возвращался домой. И пусть причиной тому был вовсе не Лань Тянь, сама мысль о том, что Цзяньшуай спешит под эту крышу, немного унимала боль.

На секунду Лань Тяню показалось, будто он — брошенная жена, покорно ждущая неверного мужа. Тот развлекается на стороне, но все равно возвращается в семейное гнездышко, зная, что дома его преданно ждут.

От этой мысли Лань Тянь горько усмехнулся. Какая еще жена? Та половинка, что ждет Цзяньшуая за пределами этой квартиры — вот кто настоящая семья. А он здесь никто.

«Я сойду с ума, если продолжу в том же духе», — подумал он. Нужно срочно чем-то занять мысли, отвлечься. Все эти глупости лезут в голову просто от безделья.

Цзяньшуай, разумеется, и не подозревал о душевных метаниях соседа. Приняв душ и растянувшись на кровати, он мысленно прокручивал каждую секунду, проведенную с Ли Найцзюнем. Его переполняло щемящее, сладкое чувство, смешанное с легким смущением. Словно безусый юнец, впервые познавший любовь, он уставился в потолок и глупо, счастливо улыбался собственным мыслям.

Вдруг мобильный завибрировал. Пришло сообщение от Ли Найцзюня:

«Ты дома?»

«Да, дошел».

«Устал сегодня? Ложись пораньше».

«Угу».

«Эх, как бы я хотел сейчас обнять тебя перед сном... Брат Цзянь, дай хоть грудь твою потискать!»

«Отвали».

«Жестокий какой».

«Все, я спать. И ты ложись, день был тяжелый».

«Хорошо-хорошо. Спокойной ночи! 😘»

Убедившись, что новые сообщения не приходят, Цзяньшуай еще раз пробежался глазами по этой ласковой переписке и решительно стер весь диалог.

Он всем сердцем хотел быть с Найцзюнем, но рисковать их хрупким счастьем не желал. Случайно брошенный чужой взгляд на эти нескромные строчки мог в одночасье разрушить их тихий мир.

И все же он был безумно благодарен своей нынешней работе. Именно она связала их невидимой, но прочной нитью. Стоило подумать о том, что любимый человек трудится совсем рядом, как душу затапливала нежность, а он сам собой тепло улыбался.

Усталость взяла свое — Цзяньшуай провалился в глубокий, безмятежный сон без сновидений.

Он проснулся только в десятом часу утра. Умывшись и выйдя в гостиную, удивился непривычной тишине. Лань Тянь сидел на диване, полностью погрузившись в чтение какой-то толстой книги.

— Утречко, — приветствовал его Цзяньшуай.

— Доброе утро, — Лань Тянь оторвался от книги. — Видел, что ты вчера вымотался, вот и не стал будить. На столе каша, поешь.

— Спасибо, — Цзяньшуай сел за стол и принялся за теплую рисовую кашу, закусывая несложными домашними соленьями.

— Что читаешь? — с улыбкой поинтересовался Цзяньшуай. — К выпускным экзаменам готовишься, что ли?

— Да нет, к магистратуре, — отозвался Лань Тянь, перелистывая страницу.

— В магистратуру собрался? Отличное дело, — одобрил Цзяньшуай, отправляя в рот ложку каши.

— Угу. Четкого плана на жизнь пока нет, так что лучше продолжу учебу.

— Ну да, потом в аспирантуру, докторантуру, стажировку за границей... Перспективы блестящие. Семья тебя поддержит, да и голова у тебя варит как надо.

— Как будто у тебя хуже, — Лань Тянь с легким упреком посмотрел на него. — В нашей группе ты вообще-то был лучшим.

— Да ладно тебе. Тогда я просто из кожи вон лез, лишь бы пробиться в люди. А сейчас меня за учебники силой не усадишь. Мозги уже не те.

— И что, у тебя совсем нет планов на будущее? С твоим-то дипломом прозябать на этой должности... Тебе не кажется, что ты зарываешь талант в землю? — спросил Лань Тянь.

— Посмотрим. Пока мне здесь нравится, менять работу не планирую.

«Еще бы, ведь тот, кого ты любишь, работает там же. Зачем тебе уходить?» — мысленно усмехнулся Лань Тянь с нескрываемой горечью.

За неспешным разговором Цзяньшуай быстро покончил с завтраком, поднялся и вымыл за собой посуду.

Чтобы не мешать Лань Тяню заниматься, он вернулся в свою комнату. Делать было особо нечего, поэтому включил ноутбук и зашел на литературный сайт, чтобы выложить свежую главу своего веб-романа. Любовный подъем творил чудеса: вдохновение лилось рекой, сюжет развивался сам собой, так что накатать за один присест десять тысяч иероглифов для него теперь не составляло никакого труда. Читатели, которых он привык называть своими «маленькими ангелочками», были в полнейшем восторге от такого внезапного щедрого обновления.

«А-а-а! Наконец-то прода!»

«О боже, какая длинная глава! Я на седьмом небе от счастья!»

«Автор, признавайтесь, что стряслось? Откуда такая бешеная скорость работы?!»

«Милота-то какая! Прямо сахар на зубах скрипит! Автор, давай еще!»

«Несу автору все свои донаты в надежде на новые главы!»

«Люблю вас! Целую! Хочу от вас детей!»

«Так-так, судя по всему, наш многоуважаемый автор по уши влюбился!» (Автор ответил на этот комментарий: «Неужели это так заметно?» Читатель 2: «Ого!» Читатель 3: «Ого-го!» Читатель 4: «Ничего себе!» Читатель 5: «Вы что, квакаете тут все?» Читатели 6, 7, 8...: «Ого!»)

Из-за этого шутливого ответа в комментариях началось настоящее безумие.

Ветка обсуждений росла со скоростью бамбука после дождя. Читатели наперебой гадали, кто же та счастливая половинка автора, и сокрушались, не означает ли эта внезапная сладость скорый финал романа. Кто-то радовался за кумира, кто-то в шутку лил слезы, жалуясь, что «Великий бог» вот-вот бросит их ради тихой семейной жизни. Цзяньшуай читал это с улыбкой, качая головой: «Ну и фантазия у людей».

Кое-кто даже пытался составить портрет его избранника. «Это точно парень! Сто процентов парень, автор же сам признавался, что ему нравятся мужчины! И наверняка писаный красавец, да непростой, а из тех утонченных, неземных юношей, корейских айдолов, не меньше! Только такой достоин нашего любимого автора!» Цзяньшуай мысленно хмыкнул: «Неземной юноша... Хм, звучит забавно».

Особо одаренные прямо в комментариях начали сочинять целые любовные драмы об их знакомстве: как они встретились под проливным дождем (судьба, не иначе!), через какие тернии прорывались к своему счастью и как теперь утопают в нежности. Некоторые сюжеты выходили настолько захватывающими, что впору было публиковать их вместо самого романа.

«Ну и таланты у меня в читателях сидят, — покачал головой Цзяньшуай. — Им бы самим книги писать».

Тред разросся до невероятных масштабов, напоминая сияющий небоскреб. Цзяньшуай даже засомневался, есть ли вообще у сайта лимит на длину комментариев под одним постом.

Он еще раз пробежался глазами по отзывам, искренне восхищаясь богатым воображением своих фанатов. Если бы их домыслы не были такими слащаво-идеальными, он бы и сам поверил, что проживает именно такую жизнь.

Чтение чужих романтических фантазий пробудило в нем тоску по Ли Найцзюню. Он потянулся к телефону, собираясь набрать его номер, но вовремя глянул на часы — стрелки подбирались к двум часам дня. Увлекшись писательством, он напрочь забыл про обед. Впрочем, из-за позднего завтрака голод почти не ощущался.

Цзяньшуай вышел на кухню и обнаружил, что на плите его уже ждет готовый горячий обед. «До чего же удобно жить с Лань Тянем», — невольно подумал он. Все-таки сосед умел создать домашний уют и позаботиться о бытовых мелочах.

«Интересно, а мой "Маленький молочный котик" умеет заботиться о ком-то? Или его самого нужно нянчить?» — улыбнулся своим мыслям Цзяньшуай, неторопливо обедая. Он принялся фантазировать об их совместном будущем. Пусть они оба уже взрослые, самостоятельные люди, Цзяньшуай подсознательно чувствовал, что именно он должен опекать Найцзюня. Все-таки он старше, а забота старшего о младшем — вещь вполне естественная.

Из спальни, сонно щурясь, вышел Лань Тянь и скрылся в ванной комнате. Спустя десять минут он вернулся к себе, чтобы переодеться к работе.

Цзяньшуай быстро прибрал на кухне, и вскоре они вместе вышли из дома, направляясь на смену.

***

После полудня опять забарахлила система управления активами. Впрочем, почему «опять»? Эта несчастная база данных висла с завидной регулярностью. Программисты техподдержки, видимо, считали, что без постоянных сбоев жизнь дежурной смены станет слишком скучной и пресной. В работе они использовали от силы три-четыре внутренние программы, и те постоянно летели по очереди — то одна заглючит, то другая.

— Ну все, приехали. Будем куковать, — вздохнул Пань Сяолун, созерцая на мониторе извечную надпись: «Упс, страница не найдена».

Ли Синь сегодня взял выходной, так что в группе данных отдувались всего трое: Лян Цзяньшуай, Лань Тянь и Пань Сяолун.

Сяолун покосился на пустующее соседнее кресло и недовольно проворчал:

— Опять Ли Синь отдыхает? Какого черта он вечно на выходных?

— Да он, кажется, накопил отгулы за прошлый месяц и перенес на этот, — с улыбкой пояснил Лань Тянь.

— Понятно, — буркнул Сяолун. Он перевел взгляд на Лян Цзяньшуая. — А-Шуай, я слышал, ты в последнее время все время бегаешь помогать своему двоюродному брату?

— Ну да, — кивнул Цзяньшуай. — У него завал с заказами.

Услышав это оправдание, Лань Тянь украдкой взглянул на друга. На душе скребли кошки, сотни невысказанных слов застряли в груди, но он лишь молча уткнулся в свой монитор.

— Ну, твой братец реально пашет как проклятый, — покачал головой Сяолун. — По количеству установок он у нас вечно в топе, настоящий король монтажа. Монтажник восьмидесятого уровня!

В этот момент в рабочем чате всплыла очередная заявка на смену порта. Пань Сяолун смачно выругался:

— Мать вашу, они чат вообще читают?! База лежит мертвым грузом, какая им, к чертям, смена порта?!

Внезапно в углу экрана выскочило личное сообщение от Ли Найцзюня:

«Жёнушка!»

Цзяньшуай вздрогнул от испуга, судорожно свернул окно чата и воровато огляделся. Убедившись, что коллеги уткнулись в свои мониторы и никто не стоит за спиной, он быстро вернулся в диалог и стер опасное слово.

«Мы на работе. Называй меня братом Цзянем. 🔪»

«Слушаюсь, брат Цзянь!»

«Выкладывай, что случилось?»

«Порты сейчас сменить нельзя?»

«Нельзя. В общую группу скинули объявление, ты его вообще открываешь?»

«Зачем мне группа? Я ведь предпочитаю заходить с черного хода. 😏»

«С черного хода»...

Цзяньшуай уставился на сообщение, и двусмысленный намек мгновенно дошел до его сознания. Он густо покраснел. Средь бела дня выдавать такое... Этот паршивец окончательно стыд потерял!

http://bllate.org/book/18168/1749597