До приезда Цзянь Ли Цзянь Цзинфэну знатно досталось.
Его избивали в четыре захода, причем били профессионально и жестко, словно действительно собирались забить до смерти.
Позже из разговоров амбалов он понял, что вся эта экзекуция – из-за того, что Цзянь Ли умудрился насолить второму молодому господину семьи Лу.
Цзянь Цзинфэн был вне себя от ярости и уже мысленно планировал, как сдерет с сынка три шкуры.
Но сейчас, завидев Цзянь Ли, он побоялся открыто выказывать злобу. Все-таки старший молодой господин Лу проявлял к парню определенный интерес, и если разозлить Лу Сыци, то его собственная участь окажется еще более плачевной!
— Сяо Ли, хватит шутить, спаси отца, — Цзянь Цзинфэн, превозмогая боль, выдавил заискивающую улыбку. — Если это продолжится, я же здесь кости оставлю!
Цзянь Ли усмехнулся, не спеша подошел к дивану и вальяжно развалился на нем:
— Гендиректор Лу, вы же хотели его прикончить? Валяйте, я побуду свидетелем.
Цзянь Цзинфэн мгновенно изменился в лице:
— Цзянь Ли, ты с ума сошел?!
— Гендиректор Лу, не слушайте этого паршивца! — Он пополз на коленях в сторону Лу Сыци. — Забирайте моего сына в счет долга! Делайте с ним все, что вашей душе угодно, лишь бы вы остались довольны!
На лице Лу Сыци отразилось явное отвращение. Он брезгливо отпихнул старика ногой, после чего перевел задумчивый взгляд на Цзянь Ли.
— Надо же, Цзянь Ли, не ожидал от тебя такого сыновнего непочтения, — Лу Юаньхан, заметив колебания своего названого брата, быстро выступил вперед. — Получается, вся твоя былая доброта была лишь притворством?!
Цзянь Ли обернулся и одарил Лу Юаньхана широкой улыбкой:
— Кто бы говорил о почтении? Почему бы тебе тогда не признать своих настоящих родителей из деревни?
— Почему бы тебе не поехать к ним, чтобы помочь вскопать огород, покормить свиней и подоить кур?!
Лу Юаньхан поперхнулся от возмущения, но тут же упрямо вскинул голову:
— Они меня ни дня не растили! С какой стати я должен их признавать?
— А-а, — протянул Цзянь Ли с видом внезапного озарения. — Не растили – значит, можно не признавать?
— Ну, тогда у нас много общего.
— Мой папаша сбежал сразу после моего рождения, чтобы скрыться от кредиторов.
— Объявился он только тогда, когда я попал в шоу-бизнес, да еще и притащил с собой кучу долгов.
— Он меня тоже не растил, так что я со спокойной совестью могу послать его подальше, верно?
Лу Юаньхан скривился:
— Да как ты смеешь сравнивать себя со мной?!
— А почему нет? — Усмехнулся Цзянь Ли. — Я человек, и ты человек. Или ты у нас особенный?
— Ах ты… — Лу Юаньхан едва не задохнулся от злости. — Ты думаешь, что все еще находишься на съемках шоу и можешь творить что вздумается?!
Он резко развернулся к стоявшим неподалеку амбалам:
— Избейте его!
Услышав приказ, громилы начали закатывать рукава, готовясь ринуться в бой, но Цзянь Ли лишь небрежно махнул рукой:
— Погодите, у меня еще один вопрос.
— Цзянь Цзинфэн брал деньги именно у тебя?
Лу Юаньхан даже не попытался отпираться:
— Да, у меня. И что с того?
— Он нищий безработный старик. Ты действительно верил, что у него есть возможность выплатить долг? — Цзянь Ли изогнул бровь.
Лу Юаньхан злорадно ухмыльнулся:
— У него нет, зато у тебя есть. Мне плевать, кто именно вернет деньги, главное – получить их назад.
— То есть ты даже не осознаешь, что нарушаешь закон?
— И что с того, что нарушаю? Все так делают, — Лу Юаньхан махнул рукой с полным безразличием. — Я не являюсь юридическим лицом компании, а лишь ее фактическим владельцем. Даже если начнется расследование, на меня ничего не оформлено. И вообще…
На его губах заиграла надменная ухмылка:
— Ты разве не знал, что законы пишутся для богатых?!
— А-а, — кивнул Цзянь Ли. — Теперь мне все предельно ясно.
Лу Юаньхан скомандовал амбалам:
— Чего встали? Живо проучите его!
Цзянь Ли не спеша поднялся с дивана и достал закрепленное на воротнике крошечное устройство:
— Тот, кто посмеет поднять на меня руку, пусть сразу готовится к тюремному сроку.
— Кого ты пытаешься запугать? — Фыркнул Лу Юаньхан.
Однако молчавший до этого Лу Сыци резко прищурился:
— Микрокамера?
— О, гендиректор Лу знает толк в технике, — Цзянь Ли широко улыбнулся. — Одолжил у режиссера перед уходом, не думал, что так быстро пригодится.
— Ты… ты все это время записывал?! — Глаза Лу Юаньхана округлились от ужаса.
Значит, все его признания только что…
Осознав масштабы катастрофы, Лу Юаньхан рванулся вперед, пытаясь выхватить камеру.
Но Цзянь Ли просто швырнул ее обратно на диван:
— Не утруждайся. Трансляция шла в прямом эфире, а сейчас я ее уже выключил.
Он поднял голову и окинул взглядом гостиную:
— И судя по всему, у вас тут камер видеонаблюдения нет.
— Что логично, ведь вы промышляете откровенным криминалом.
Лу Юаньхан окончательно потерял контроль над собой и с яростным ревом бросился на него:
— Цзянь Ли, ублюдок, я убью тебя!
Но Цзянь Ли лишь лениво повел плечом и наотмашь влепил ему звонкую, сокрушительную пощечину.
Лу Юаньхан не удержал равновесие и с грохотом повалился на пол. Зажав ладонью горящую щеку, он взвыл от ярости:
— Тварь! Я тебя искалечу!
Цзянь Ли небрежно размял пальцы, а на его лице появилась пугающе холодная ухмылка:
— Попрошу не воровать мои реплики.
— Искалечить тебя собираюсь именно я.
Он сделал шаг вперед. Его взгляд наполнился жаждой крови, а от всей его фигуры повеяло леденящей душу аурой смерти – так пахнет только на полях настоящих сражений.
На этот раз Лу Юаньхан не на шутку испугался. Он в панике повернул голову к Лу Сыци:
— Брат, помоги! Цзянь Ли хочет меня убить!
Лу Сыци, до предела утомленный этим цирком, тяжело вздохнул и направился к Цзянь Ли:
— Довольно, прекрати этот балаган. Долг твоего отца я…
Договорить он не успел. Цзянь Ли молниеносно развернулся и с размаху заехал ему кулаком прямо в челюсть:
— Заткнись, придурок, и не смей ко мне обращаться!
Лу Сыци, не ожидавший нападения, отлетел на несколько шагов назад. Кое-как удержавшись на ногах, он почувствовал во рту солоноватый вкус крови. В нем мгновенно вспыхнула ярость, и он уже открыл было рот, чтобы обрушить на наглеца поток ругательств, но хрупкий на вид парень оказался гораздо быстрее слов. Дальше началось настоящее избиение…
Цзянь Цзинфэн окончательно обомлел от ужаса и попытался как можно тише уползти в самый дальний угол гостиной.
Этот монстр не имел ничего общего с его сыном – перед ним был настоящий демон, выбравшийся из преисподней!
…
Прямая трансляция возвращения Цзянь Ли на виллу Лу мгновенно вызвала волну общественного негодования. Комментарии сыпались один за другим: 【О боже, бедный братец Ли! Мало того что у него такой никчемный отец, который бросил его в детстве, так этот урод еще и повесил на него свои миллионные долги?!】
【Теперь понятно, почему братец Ли раньше соглашался быть донором для Лу Юаньхана. Он просто пытался расплатиться за грехи отца!】
【Вы слышали? Этот папаша буквально предложил Лу Сыци делать с его сыном все что угодно! Разве нормальный отец способен на такое? Да он ему неродной!】
【Это же чистой воды беспредел! Неужели в нашей стране до сих пор существуют такие бандиты?! Я больше не могу смотреть на эту мерзкую рожу Лу Юаньхана, куда можно пожаловаться?!】
【Постойте, они ведь собираются его избить?! Что делать?! Кто-нибудь, спасите братца Ли!】
【А-а-а, эфир прервался! Все, я звоню в полицию!】
【Если с братцем Ли что-то случится, я этого не переживу!】
【…】
В итоге на пульт дежурного полиции поступили сотни звонков от взволнованных граждан, сообщавших о незаконном удержании и избиении человека.
Правоохранительные органы отреагировали незамедлительно. Оперативно прибыв по адресу, полицейские выломали дверь и замерли на пороге в полном недоумении.
Они точно приехали на вызов о групповом избиении?
Почему невредимым выглядел только один человек?
А все остальные представляли собой жалкое зрелище?
Цзянь Ли обернулся на шум и ослепительно улыбнулся самой невинной улыбкой примерного гражданина:
— Здравствуйте, товарищи полицейские, я здесь жертва.
http://bllate.org/book/18096/1735316
Сказали спасибо 15 читателей
wildhingst (читатель/формирование ядра)
22 июля 2026 в 15:39
1