Готовый перевод Enchanting Emperor Immortal: The Regent's Wife is Arrogant to the Heavens / Чарующая Повелительница: Жена регента возносится до небес: Глава 168

Услышав вопрос, Наньюэ Чэнь изогнул губы в жестокой усмешке и не проронил ни слова.

Даже он сам не знал, как ему удалось прорваться сквозь барьер.

— Вы ведь вовсе не собирались извлекать её воспоминания? — спросил он, держа в руке длинный меч и глядя на тени с насмешливым прищуром. — Вы хотели убить её насмерть?

В его глазах, глубоких, как бездна, пылала лютая жажда убийства.

Случилось это лишь мгновение назад.

В тот самый миг, когда он увидел Гвоздь Пожирания Душ, вонзившийся в голову Цзюйинь на три цуня сверху, в его сознании вспыхнуло понимание: этот артефакт способен рассеять даже душу. С самого начала целью теней было стереть Цзюйинь с лица мира.

Если Цзюйинь действительно умрёт…

Тогда всё, что он совершил, окажется пустой насмешкой?

— Отпустите её! — крикнул Наньюэ Чэнь, подняв клинок прямо к лбу тени. — Иначе не пеняйте, что я не пощажу!

Тени переглянулись и холодно фыркнули:

— Ты хочешь её спасти? Посмотрим, хватит ли у тебя на это сил!

— Да кто ты такой, чтобы так нагло бросать вызов нам?

Не успели слова сорваться с их уст, как тени взмахнули руками, и поток ци устремился в грудь Наньюэ Чэня. Они мгновенно окружили его с обеих сторон.

Но Наньюэ Чэнь резко развернул запястье, и его меч метнулся к горлу одной из теней.

— Звон!

Клинок в его руке внезапно столкнулся с потоком ци и начал ломаться — сначала один осколок, потом другой, пока не рассыпался полностью.

В глазах Наньюэ Чэня на миг мелькнуло изумление, но тут же его сменила ярость:

— Кто вы такие? Откуда у вас такая пугающая сила?

Тени лишь холодно усмехнулись в ответ и не стали отвечать. Вместо этого они протянули руки и обрушили удар на Наньюэ Чэня. Их сила была чрезвычайно велика — всего через несколько обменов ударами Наньюэ Чэнь получил мощный удар ци в спину.

С грохотом он отлетел назад и со всей силы врезался в барьер.

Но в этот самый момент!

Под немигающими взглядами теней Наньюэ Чэнь не ударился о барьер — его тело пронзило его насквозь и вылетело наружу.

В конце концов, с тяжёлым глухим стуком он рухнул на землю и потерял сознание.

— Он… он прорвал барьер?

— Ну и что с того? С такой-то силой ещё явился сюда умирать — просто не в своём уме!

— Не будем тратить на него время! На всякий случай уничтожим сначала её тело, — холодно бросил один из теней, бросив последний взгляд на безжизненное тело Наньюэ Чэня, после чего повернулся к Цзюйинь.

В их зрачках отражалось, как Гвоздь Пожирания Душ медленно выходит из головы Цзюйинь.

Цветы, окружавшие Цзюйинь, начали танцевать, превращая один лепесток в два.

Бесчисленные нити силы веры хлынули в родинку на её лбу. Пряди волос у висков взметнулись, и черты лица начали стремительно меняться — каждая деталь лица перестраивалась, становясь настолько прекрасной, что весь мир мог бы позавидовать.

Тени подавили в себе восхищение.

Их грубые ладони молниеносно сложили печать, и они устремились к Цзюйинь со скоростью молнии.

За пределами барьера Ши Цзыхуа с широко раскрытыми глазами наблюдал за происходящим. За всю свою жизнь он никогда не видел ничего столь ужасающего.

Тени приближались к Цзюйинь всё ближе… уже на пять шагов…

На три шага…

В тот самый миг, когда мощь в ладонях теней уже готова была пронзить сердце Цзюйинь, а Гвоздь Пожирания Душ резко вырвался из её лба!

Раздался оглушительный взрыв — «Бум!»

Ши Цзыхуа ожидал увидеть смерть Цзюйинь и уничтожение её тела…

Но вместо этого…

— Он… он! Это он! Он вернулся!

Ши Цзыхуа, словно увидев нечто ужасающее, резко сжал зрачки, а в глазах отразился первобытный страх, исходящий из самой глубины души. Его ноги подкосились, и он уставился на происходящее внутри барьера.

В тот самый миг, когда прогремел взрыв, из тела Цзюйинь хлынула невиданная ранее мощь, распространившаяся во все стороны.

Весь барьер начал трещать и раскачиваться, будто его сдавливали изнутри невероятной силой.

— Хрусь!

— Хрусь!

Звук разрушения — барьер постепенно рассыпался от центра, пока полностью не исчез.

Две тени, что бросились на Цзюйинь, внезапно были подхвачены чудовищным давлением и отброшены на несколько метров назад. Они с грохотом врезались в землю, и на мгновение их разум помутился — казалось, внутренности вот-вот разорвутся.

— Ш-ш!

— Ш-ш!

Очнувшись, тени резко подняли головы и посмотрели в небо. В следующее мгновение изумление в их глазах сменилось ужасом, исходящим из самой глубины души.

Перед ними предстало зрелище, способное потрясти все миры.

Цзюйинь в белоснежных одеждах парила в воздухе с закрытыми глазами.

Лепестки вокруг неё медленно собрались в белую шахматную фигуру и зависли в сантиметре от её лба. Сила веры, словно неиссякаемый источник, непрерывно втекала в родинку на её лбу.

А рядом с ней…

Возвышалась фигура, способная подчинить весь мир.

В его руке был тот самый чёрный Гвоздь Пожирания Душ. Под изумлёнными взглядами теней он склонил голову, и в уголках его губ едва угадывалась дерзкая усмешка. Его длинные пальцы слегка сжались — и Гвоздь Пожирания Душ в его ладони…

Обратился в пепел.

Исчез!

Гвоздь Пожирания Душ обратился в пепел прямо в его руке!

Тени подавили нарастающий ужас и перевели взгляд на лицо фигуры в небе.

Он осторожно поднял руку и подхватил парящее тело Цзюйинь, будто обращаясь с бесценным сокровищем.

Затем он медленно поднял голову, обнажив черты лица, способные потрясти небеса и землю, и глаза, чёрные, как бездонная пропасть.

Его черты словно были высечены богами — каждая линия совершенна до предела. Даже без малейшего выражения на лице он излучал подавляющее величие, подобное высокомерию императора перед простолюдинами.

— Это ты!

— Один из Четырёх Стражей!

— Мо Бай! Ты вернулся?! Как ты вообще мог вернуться?! — Узнав его лицо, тени в ужасе распахнули глаза и уставились на фигуру в небе.

Их сердца будто сжала невидимая рука — сжималась, сжималась, сжималась…

Уголки губ Мо Бая изогнулись в дерзкой, вызывающей улыбке.

Его глаза, чёрные, как адская бездна, медленно поднялись. Ледяной, убивающий взгляд скользнул по полю боя и остановился на тенях. Вокруг него витала аура, способная уничтожить все миры.

— Это ты? Как это возможно?!

— Разве ты не покинул её? Ты…

Под этим взглядом тени чуть не лишились рассудка от страха.

И тут им в голову пришла мысль, от которой сердца их сжались ещё сильнее, а глаза чуть не вылезли из орбит.

— Твоя душа?! Это не твоё тело — это твоя душа?! Как твоя душа могла внезапно оказаться внутри её тела?!

Верно. Рядом с Цзюйинь парил не сам Мо Бай.

А лишь его душа. Гвоздь Пожирания Душ…

Не вырвал душу Цзюйинь!

Он вырвал душу Мо Бая!

Тени были до смерти напуганы. Они в ужасе уставились на фигуру Мо Бая.

А за пределами барьера Ши Цзыхуа тоже широко раскрыл глаза. Увидев появление Мо Бая, он немедленно попытался скрыться с максимальной скоростью.

Бежать!

В голове Ши Цзыхуа крутилась лишь одна мысль: пока Мо Бай не заметил его, нужно немедленно убраться отсюда.

Однако…

Едва его фигура исчезла с места, как его запретное искусство вдруг перестало работать. Его тело словно оказалось прикованным к земле невидимым взглядом — и он не смог сделать ни шага вперёд!

— Бах!

Только что бежавший Ши Цзыхуа внезапно был схвачен невидимой силой и с грохотом отброшен обратно — прямо к ногам теней.

Ши Цзыхуа сразу понял, кто это сделал.

Кроме спящей Цзюйинь, это мог быть только Мо Бай.

Ши Цзыхуа инстинктивно попытался встать и убежать, но его тело будто сковали цепями — он не мог пошевелиться.

— Ты действительно вернулся!

— Что ты собираешься делать? Убийство Кровавой Красавицы задумали не я один! — Ши Цзыхуа в отчаянии замотал головой, не веря своим глазам, глядя на фигуру, парящую в небе.

Ведь стоявший перед ним Мо Бай…

Его сила не уменьшилась — она осталась на том же уровне, что и в Лесу Отшельников! Нет, она стала ещё страшнее.

Мо Бай, заметив их изумление, прищурился, и в уголках его глаз мелькнула дерзкая усмешка.

Его фигура лениво наклонилась в их сторону, и он провёл длинным указательным пальцем по пряди волос на лбу. Его взгляд, тёмный, как ночь, упал на теней — и от одного этого взгляда все трое невольно отступили.

Увидев это, Мо Бай усмехнулся — дерзко, нагло, как истинный повелитель преисподней.

Он опустил глаза и посмотрел на лицо Цзюйинь.

В ту же секунду бездонная глубина его взгляда сменилась нежностью. Мо Бай осторожно отпустил Цзюйинь, позволяя ей парить в воздухе, и наблюдал, как нити силы веры втекают в родинку на её лбу.

Да, это и есть его Сяо Цзюй.

Та, кто, находясь в самом центре интриги, всё равно видит всю игру целиком.

— Сяо Цзюй, я вернулся! — раздался слегка прохладный голос.

В нём не было явной любви — лишь тревога и глубокая тоска. Мо Бай двумя пальцами взял белую шахматную фигуру, парящую у лба Цзюйинь.

В тот самый миг, когда фигура оторвалась от её лба,

глаза Цзюйинь, способные очаровать любого, внезапно распахнулись. В их пустоте и мёртвой неподвижности на мгновение мелькнула рябь эмоций. Почувствовав знакомую ауру рядом, Цзюйинь медленно повернула голову и посмотрела на фигуру, способную подчинить весь мир.

Перед ней стоял…

тот самый, чьё лицо она знала лучше всего. Каждый раз, глядя на неё, он изгибал губы в дерзкой, вызывающей улыбке.

Его поза всегда была ленивой и нагловатой, но при этом он излучал величие, способное подавить всё живое.

— Ты вернулся.

Цзюйинь не поднялась, а лишь тихо пошевелила губами, обращаясь к Мо Баю. Её голос звучал так же спокойно и отстранённо, как всегда, но в нём всё же чувствовалась лёгкая, почти незаметная волна эмоций.

Мо Бай ещё шире усмехнулся, уже собираясь что-то сказать, но тут его пальцы ощутили холод белой шахматной фигуры.

— Сяо Цзюй, неужели ты постарела настолько, что стала глупой?

Дерзкая усмешка на его лице мгновенно исчезла, и взгляд Мо Бая стал серьёзным и сосредоточенным.

http://bllate.org/book/1799/197533