Готовый перевод The Green Tea is Always Targeting the Wrong Person! / Зелёный чай всегда метит не в того [Быстрая трансмиграция]: Глава 5. Требование извинений

Сцена перед глазами напоминала нарочно срежиссированный момент из идол-драмы: посреди огромного баскетбольного зала двое главных героев умудрились встать ровно в центре, словно спортсмены перед подачей, скрестив взгляды и готовые сорваться с места.

Юэ Чу тихо усмехнулся: не слишком ли это наигранно? И что думает один из них — такой гордый Вэй Сеян? Впрочем, лицо у него сейчас было мрачнее тучи, а во взгляде, устремлённом на Чжоу Жаня, читалась ледяная досада.

Юэ Чу потёр подбородок. Надо признать, красивым быть выгодно: даже в гневе они особенно хороши. Вот только положение Вэй Сеяна сейчас было не слишком выигрышным.

Вэй Сеян стоял один на одной стороне, а на другой — Ду Гучжоу, Чжоу Жань и друзья Чжоу Жаня. На белой нежной руке Чжоу Жаня алела большая ссадина, а красивое лицо было залито слезами — до того жалобно, что сердце сжималось. Друзья обступили его, кипя праведным гневом, и их осуждающие взгляды были направлены прямо на Вэй Сеяна. Ду Гучжоу же хмурился и с явным неодобрением смотрел на Вэй Сеяна.

Даже в таком одиночестве Вэй Сеян ничуть не сдался. Он стоял, выпрямив тонкую спину в прямую линию, словно колонна, подпирающая небо, и не собирался гнуться под надуманным обвинением.

Ду Гучжоу: – Сеян, что вообще происходит? Ты всё молчишь — как я могу тебе помочь?

Вэй Сеян холодно: – Я сказал: это не моих рук дело. Что ещё ты хочешь услышать?

Ду Гучжоу: – Где ты был в тот момент? Что делал? И кто может это подтвердить?

Вэй Сеян: – С какой стати мне тебе отвечать?

Ду Гучжоу вздохнул: – Обязательно быть таким своенравным?

Вэй Сеян с насмешкой изогнул губы и по-прежнему высоко держал подбородок, не снисходя до объяснений. Своенравный — кажется, Ду Гучжоу всякий раз описывал его этим словом. Со временем он и сам начал сомневаться, не слишком ли он своенравен.

Друзья Чжоу Жаня без стеснения принялись обвинять: – Ваше Высочество, язык проглотили? Ясно же, вы приревновали Чжоу Жаня к Ду Гучжоу и потому подняли на него руку! Чжоу Жань всего лишь хотел подойти поговорить с Ду Гучжоу — неужели вы не терпите даже такого общения?

Чжоу Жань беспомощно приник к одному из друзей; услышав эти слова, он горько улыбнулся, отвернулся и смахнул повисшую на ресницах слезу, словно не желая показывать свою слабость и стыд.

Чжоу Жань: – Это я виноват. Не вините его высочество.

Сказав это, он обхватил свою руку и нарочно выставил напоказ кроваво-красную ссадину, вызвав волну сочувствия.

Друг Чжоу Жаня тут же с болью в голосе сказал: – Даже если они помолвлены, свадьбы ещё не было! Какое право он имел так с тобой обойтись!

Чжоу Жань бессильно покачал головой и закусил губу, мол, не надо больше.

На мгновение все осуждающие взгляды в зале обратились на Вэй Сеяна — острые, как шипы, готовые пронзить его и пригвоздить к позорному столбу.

Юэ Чу приподнял бровь и сказал медвежонку: – Этот Чжоу Жань, случайно, не украл мою реплику?

Медвежонок рассердился: – Ты можешь не портить атмосферу!

Медвежонок, похоже, страшно разозлился: глаза его налились красным, он сверлил взглядом Чжоу Жаня и без умолку бормотал: – Белый лотос! До чего же мерзкий!

Медвежонок, не помня себя от ярости, подлетел к Юэ Чу и принялся размахивать волшебной палочкой: – Носитель! Наша «Система зелёного чая» и «Система белого лотоса» — заклятые враги! Нельзя позволить этому белому лотосу затмить нас! Вперёд, одолеем белый лотос!!

Юэ Чу закрыл лицо рукой, не понимая, чем «зелёный чай» отличается от «белого лотоса»: оба одинаково невыносимы.

【«Система выживания зелёного чая» активирована. Особое задание первое: «Одолей белый лотос, зажги душу зелёного чая — зелёный чай не будет рабом». Если наберёшь больше девяноста баллов, получишь право один раз пересдать проваленное обычное задание.】

Юэ Чу молча отошёл на пару шагов: у медвежонка горели не только глаза — всё тело полыхало красным пламенем, он раскалился, как угольный шар, и от него так пекло, что у Юэ Чу зачесалась кожа на голове.

Вот это обида так обида.

Юэ Чу покачал головой. Браться за задание или нет — неважно; главное, он не мог позволить, чтобы его цель обижали. Возможность поднять симпатию выпадает не каждый день, и за это стоило поблагодарить Чжоу Жаня, подбросившего ему такую ракету.

Юэ Чу подошёл к Вэй Сеяну и с невинным видом поздоровался: – Ваше Высочество, вы в порядке?

– Услышав, что с вами беда, я так разволновался, что сразу примчался. Эти люди обступили вас с таким напором — чего они добиваются?

Вэй Сеян нахмурился. Зачем Юэ Чу вылез именно сейчас? Даже если он хочет поднять свою симпатию в глазах Ду Гучжоу, так делать не стоит — не то в итоге сам окажется в грязи.

Вэй Сеян: – Это тебя не касается.

Пусть Юэ Чу ему и не слишком нравился, впутывать его он не хотел.

Юэ Чу, разумеется, и не подумал его слушать. Взглянув на Ду Гучжоу, заслонившего собой Чжоу Жаня, он с видом внезапного озарения сказал: – Ваше Высочество, не гневайтесь на Ду Гучжоу. Просто вы его слишком избаловали, вот он и не умеет себя вести. И, по-моему, он не нарочно, не вини его: если есть недоразумение, лучше сразу всё выяснить, а не держать в себе.

Вэй Сеян холодно фыркнул. Ду Гучжоу даже не дал ему шанса объясниться — с ходу принялся допрашивать, словно преступника, и явно уже вынес приговор в душе. Услышав слова Юэ Чу, он разозлился ещё сильнее.

Друзья Чжоу Жаня не выдержали. Откуда вообще взялся этот тип? Говорит вроде человеческие слова, а слушать почему-то противно.

– Ты кто такой? Чего лезешь не в своё дело!

Юэ Чу моргнул. Его большие красивые глаза были чисты, как умытые, без единой соринки — само слово «невинность» будто было высечено в его зрачках. На этом фоне лица визгливо обвинявших его людей казались особенно уродливыми, и симпатии мгновенно склонялись на его сторону.

Юэ Чу: – Здравствуйте. Я одноклассник его высочества, услышал, что у него неприятности, и пришёл. Его высочество такой хороший: каждый раз, когда меня обижают, он помогает мне. Все знают, что я глуп и неуклюж и умею только плакать; это он научил меня быть сильным — вот почему я теперь другой. Его высочество защищает меня, значит, и я должен защищать его. Нельзя позволить его обижать.

Все словно прозрели: а ведь верно. По крайней мере этот Юэ Чу осмелился выйти вперёд и до сих пор не заплакал — ясно, это заслуга Вэй Сеяна. Наверняка и отчисление Чжао Хэна с компанией — его рук дело. Выходит, история с травлей, скорее всего, правда.

Друг Чжоу Жаня холодно усмехнулся: – Другие его обижают? Скажи спасибо, что он сам других не обижает! Посмотри на руку Чжоу Жаня — это он его толкнул!

Чжоу Жань слабо прикрыл руку, но между пальцами всё равно виднелась ссадина.

Юэ Чу подошёл, внимательно осмотрел его рану и только потом мягко спросил: – И зачем же его высочеству тебя толкать?

На губах Чжоу Жаня застыла горечь; он бросил на Ду Гучжоу полный любви взгляд, тут же отвёл его и опустил голову — всё было ясно без слов.

Друг Чжоу Жаня тут же подхватил: – Да всё из-за ревности! Чжоу Жань и Ду Гучжоу просто готовились к предстоящим соревнованиям. Чжоу Жань как комментатор хотел побольше узнать о спортсменах, вот они и проводили вместе чуть больше времени. А его высочество не вытерпел даже этого и пустил в ход руки — это уже слишком!

Юэ Чу убрал руку, и во взгляде его появилась нерешимость — будто он не знал, стоит ли говорить. Он закусил губу, и нежная алая полоска побелела — вся его внутренняя борьба была как на ладони.

Юэ Чу посерьёзнел, изо всех сил выпрямил хрупкую спину и твёрдо сказал: – Ты лжёшь. Его высочество не такой. Я тоже тайно люблю одного человека и знаю, до чего это горько. Но как бы тяжело ни было на душе, я хочу быть с ним просто друзьями и не позволяю себе никаких лишних надежд. Можете спросить в нашем классе: даже когда я липну к его высочеству и делаю то, что ему неприятно, он только не обращает на меня внимания. Он не то что не поднимает руку — даже грубого слова не говорит. Его высочество терпит даже такого тайно влюблённого, как я. Что уж говорить о тебе.

Юэ Чу перевёл взгляд на Вэй Сеяна, и в его сияющей улыбке была сплошная нежность. Такое публичное признание, надо думать, принесёт ему немало баллов.

Вэй Сеян холодно отвернулся: «Идиот. Теперь вся школа знает, что ты тайно влюблён в Ду Гучжоу».

Этот Юэ Чу осмелился признаться Ду Гучжоу в любви у него на глазах — совсем страх потерял! Но, возможно, из-за сравнения с Чжоу Жанем, он почему-то не так сильно злился: скорее ему было жаль Юэ Чу.

Все снова ахнули, а услышав это объяснение, окончательно уверились: Юэ Чу тайно любит Ду Гучжоу, и Вэй Сеян это позволяет. Мамочки, до чего же захватывающе! Они ведь в одном классе, целыми днями вместе — возможностей куда больше, чем у Чжоу Жаня. И Юэ Чу, хоть и слабоват, но если бы не был таким слабым и не плакал днями напролёт, на самом деле был бы весьма привлекательным Омегой.

Друг Чжоу Жаня забеспокоился и тут же возразил: – Врёшь! Тогда там были только Чжоу Жань и Вэй Сеян. Если не Вэй Сеян толкнул, так, по-твоему, Чжоу Жань сам упал?

Юэ Чу с видом человека, внезапно прозревшего, сказал: – Вот оно что. Это не я сказал.

Друг Чжоу Жаня едва не задохнулся от злости: – Я не это имел в виду! В общем, Чжоу Жань не станет лгать!

Юэ Чу пожал плечами: – Тогда и его высочество тем более.

– Хватит!

Ду Гучжоу с головной болью прервал их перепалку. Ему до смерти надоело разбирать ревнивые склоки между Омегами: из-за них он уже потерял двадцать минут тренировки, и если так пойдёт дальше, этому не будет конца.

Ду Гучжоу решил погасить скандал: – На этом всё. Кто прав, кто виноват — не стоит докапываться до конца. Сеян, иди пока; Чжоу Жань ранен, я отведу его в медпункт.

Вэй Сеян от злости рассмеялся. Это действительно его жених? Мало того что покрывает его соперника — ещё и сам собирается его провожать.

Горечь в груди едва не захлёстывала его, но гордость принца не позволяла унижаться и удерживать Ду Гучжоу. Он упрямо вскинул подбородок и молча смотрел, как тот подходит к Чжоу Жаню и подхватывает его на руки. Эта сцена резанула по глазам, но он лишь шире раскрыл глаза, не давая слезам пролиться.

Однако Юэ Чу был против.

– Чжоу Жань должен извиниться. И Ду Гучжоу тоже.

http://bllate.org/book/17955/4560918