Готовый перевод The Spicy-Tempered Fulang’s Small Restaurant / Маленький ресторанчик бойкого фулана: Глава 74: Соус чили (часть 2)

Глава 74. Соус чили (часть 2)

—

— Ух ты! — Цзи Жунся обнял Гу Танцзиня и возбуждённо сказал: — Как быстро! Не думал, что всё пройдёт настолько гладко! Я-то думал, придётся долго ждать.

— Угу, я тоже, — Гу Танцзинь обнял Цзи Жунся в ответ.

Цзи Жунся тут же отпустил его, потянул за рукав и сказал:

— Давай скорее посмотрим, что он только что тебе сунул.

Гу Танцзинь достал из рукава несколько листков бумаги и развернул их. На двух были рисунки, которые Гу Танцзинь прежде дал Дяо Кайпэну.

А ещё на одном оказался схематичный рисунок карты, который Дяо Кайпэн составил по памяти.

— Это карта. Брат Дяо действительно очень внимателен, — сказал Гу Танцзинь.

— И правда внимателен. Кажется, двух блюд —цзяоцзы и лянпи — в качестве ответного подарка маловато, — Цзи Жунся вдруг почувствовал, что отблагодарить человека всего двумя блюдами как-то слишком скромно.

Гу Танцзинь немного подумал и сказал:

— Может, ещё приготовим ему сушань? Положим его на нижний ярус пищевого короба. Я напишу ему записку и предупрежу, что ледяной десерт — редкость, пусть ест сам и никому не рассказывает. Даже если кто-нибудь узнает, ничего страшного. Вчера мы действительно готовили сушань, так что иметь дома несколько кусков льда вполне объяснимо.

— Так тоже можно. Только козьего молока и сую больше нет, осталось только коровье молоко и сливочное масло. Ничего страшного? — Цзи Жунся всё ещё немного беспокоился.

При этих словах Гу Танцзинь тоже заколебался. Коровье молоко достать было сложнее, чем козье, — да что там, лёд даже найти было проще.

Использовать сливочное масло из коровьего молока действительно было несколько странно. Кто знает, сможет ли Дяо Кайпэн почувствовать разницу.

[Динь! Задание по улучшению ресторана: исправить проблему с тугим открыванием и закрыванием третьего деревянного ящика для хранения слева.]

[Срок выполнения: один час.]

[Награда за задание: одна скрытая машина для очистки столешницы, десять цзиней белого сахара, десять цзиней козьего молока, пять железных подносов.]

— Танцзинь, если починить этот деревянный ящик, маленький мастер даст нам немного козьего молока.

Цзи Жунся быстро нашёл третий деревянный ящик, стоявший слева у стены. В нём хранились небольшие глиняные горшочки, в которых зимой готовили суп.

Цзи Жунся часто помогал отцу и старшему брату, поэтому, осмотрев ящик, сразу заметил, что шарнирам не хватает масла и открываются они с трудом.

— Он заржавел и ему не хватает масла, — уверенно сказал Цзи Жунся.

Гу Танцзинь тут же принёс ему небольшой точильный камень и маслёнку.

Сначала Цзи Жунся зачистил ржавчину маленьким точильным камнем, затем капнул масла на шарниры и несколько раз открыл и закрыл ящик. И действительно, стало намного легче.

— Сдавай задание, — сказал Цзи Жунся, отряхивая руки.

[Задание успешно сдано.]

[Сканирование…]

[Сканирование завершено.]

[Динь! Задание выполнено.]

[Выдача награды…]

[Награда выдана.]

Цзи Жунся открыл шкаф и действительно увидел внутри круглую машину, похожую на лепёшку, пять железных подносов, а также десять упаковок сахара и десять упаковок козьего молока.

Цзи Жунся хлопнул в ладоши:

— Ну вот, теперь у нас есть козье молоко. Но на этот раз мы сделали это ради маленького мастера. В дальнейшем постараемся не позволять маленькому мастеру обходить правила.

Хотя маленький мастер и говорил, что всё в порядке, осторожность превыше всего.

— Именно так, — кивнул Гу Танцзинь.

Система Бога Кулинарии почувствовала лёгкое умиление:

«Хозяин, не волнуйтесь, со мной всё хорошо. Вы действительно помогаете мне восстанавливать энергию, а мои действия полностью соответствуют правилам. Никаких проблем не будет».

Цзи Жунся ему не слишком поверил и махнул рукой:

«Ладно-ладно, маленький мастер, иди отдыхай. Нам с Танцзинем ещё работать».

Система Бога Кулинарии: «……»

У неё действительно всё было в порядке! Не нужно было за неё переживать!

— Сначала приготовим цзяоцзы. Я с ними хорошо знаком. Тем более начинка уже готова — можно просто использовать начинку от лепёшек с креветками. — Цзи Жунся начал распределять работу: — Танцзинь, замеси тесто. А я пока разберусь, как готовить лянпи.

— Хорошо.

Гу Танцзинь взял таз и принялся замешивать тесто для кристальных цзяоцзы.

Замешивать пшеничный крахмал было совсем не то же самое, что обычное тесто. Гу Танцзинь боялся всё испортить и потому добавлял воду очень осторожно.

Пока Гу Танцзинь был занят тестом, Цзи Жунся начал изучать рецепт лянпи.

— Ах, так… Крахмал смешивают с водой, чтобы получить жидкое тесто. Тогда во время промывания теста можно просто использовать ещё не высохшую крахмальную смесь. Получается, смешивать крахмал с водой отдельно вовсе не обязательно. Правда, если использовать уже готовый крахмал, храниться он будет дольше, и когда захочется приготовить лянпи, не придётся каждый раз возиться с промыванием теста.

После прочтения рецепта Цзи Жунся всё сразу понял.

Процесс вполне можно было изменить: после промывания теста дать крахмалу осесть, слить лишнюю воду, а затем сразу размешать его до состояния жидкого теста.

Получившаяся при этом клейковина-мяньцзинь тоже оставалась свежей — её можно было приготовить на пару.

Жаль только, времени не оставалось, чтобы промыть тесто и сделать лянпи таким способом. Поэтому Цзи Жунся достал оставшуюся со вчерашнего дня в холодильнике клейковину и сначала положил её в воду.

Если долго хранить её, вода из пор постепенно выходит, поры уменьшаются, и после приготовления клейковина получается твёрдой. А вот если она хорошо пропитается водой, после приготовления на пару получится гораздо лучше.

Пока мяньцзинь впитывала воду, Цзи Жунся насыпал пшеничный крахмал в миску и понемногу добавлял воду, размешивая до получения жидкого теста.

Плоский поднос смазал маслом, налил жидкое тесто и покрутил поднос, чтобы тесто равномерно покрыло всё дно. Когда вода в пароварке закипела, поставил поднос внутрь и готовил, пока тесто не схватилось и на поверхности не появились крупные пузыри.

Готовый поднос поставил в таз с холодной водой. Когда дно немного остыло, снял с него пласт теста. Затем слегка смазал готовый пласт маслом, чтобы он не слипался.

Так один за другим пласты лянпи складывались стопкой.

Мяньцзинь приготовил на пару и нарезал небольшими кубиками, оставив в стороне.

Затем нарезал соломкой огурцы.

Оставалось приготовить бульон. Семена фенхеля, корицу, кардамон, лавровый лист, сычуаньский перец, бадьян сложил в мешочек для специй. В воду добавил уксус и мешочек со специями. После закипания достал специи, затем добавил немного соли, соевого соуса и белого сахара. Бульон для заправки был готов.

Чеснок растёр в кашицу, добавил воды и немного масла — получилась простая чесночная вода.

Кунжутную пасту понемногу развёл водой до однородности.

Лянпи нарезал полосками шириной примерно в палец, добавил соломку из огурцов, мяньцзинь, бульон, чесночную воду, немного масла чили и кунжутную пасту, всё перемешал.

Порция лянпи была готова.

— Интересно, какой получится вкус. Надо сделать побольше, чтобы отец с матерью тоже попробовали.

Пока готовил, Цзи Жунся сам не заметил, как сделал слишком много. Он приготовил больше двадцати пластов лянпи. В одну большую миску помещалось два пласта, и в итоге получилось двенадцать больших мисок лянпи.

Тем временем Гу Танцзинь тоже закончил замешивать тесто.

Цзи Жунся быстро слепил несколько цзяоцзы и поставил их в пароварку, а заодно приготовил фруктовый сироп.

После этого можно было готовить сушань.

Когда козье молоко нагрелось, Цзи Жунся взбил его в миксере, получил сую, добавил в лед немного сую, затем влил остывший фруктовый сироп — и перед ним появился красивый сушань.

— Давай положим его в этот пищевой короб, — сказал Гу Танцзинь, найдя изящный короб.

Короб был многоярусным, с резными узорами сверху. В ресторане его использовали редко — обычно доставали такие красивые вещи только для банкетов.

— Хорошо. Тогда сушань положим вниз, потом лянпи, а сверху — ещё тёплые цзяоцзы. Цзяоцзы нужно есть горячими, иначе тесто перестанет быть упругим, — бормотал Цзи Жунся, укладывая всё внутрь.

Когда всё было готово, Гу Танцзинь только тогда открыл дверь кухни.

— Я приготовил немного лянпи, забери домой и поешь. А пищевой короб в следующий раз, когда придёшь обсудить торговлю ароматным мылом, вернёшь.

Гу Танцзинь поставил короб перед Дяо Кайпэном.

Затем спросил:

— Мы скоро откроем ресторан. Ты выйдешь отсюда через наш задний двор и пойдёшь вперёд, или обойдёшь снаружи?

— Обойду снаружи. Вы только немного подождите, — ответил Дяо Кайпэн, поднимая короб.

Гу Танцзинь незаметно сунул ему записку.

Дяо Кайпэн немного удивился, но виду не подал. Попрощавшись с Яо Тяньлань и Гу Чуньцаем, он ушёл.

Выйдя наружу, он открыл записку. Там было написано, что они увидели карту, а в благодарность приготовили ему кое-что со льдом. Нужно было сначала отнести всё домой и не дать растаять, а цзяоцзы съесть горячими.

Дяо Кайпэн: «???»

Что же это Ся-гэр и Танцзинь ему приготовили?

Записка была написана так, что он даже не всё понял. Но всё же Дяо Кайпэн послушался совета и сначала отправился домой.

— Ну и ребёнок! Мог бы просто пройти из нашего заднего двора в ресторан, а теперь столько лишнего пути намотает, — Яо Тяньлань убрала несколько маленьких табуретов и собиралась идти вперёд, готовясь к открытию.

— Мама, подожди. Я приготовил немного лянпи. Чем-то похоже на лянфэнь*, очень вкусно. Сначала попробуйте.

[*Лянфэнь (凉粉, Liángfěn) — это традиционное китайское прохладное желеобразное блюдо. В отличие от лянпи, для которой система дала рецепт выделения чистого крахмала, древний способ приготовления лянфэнь был проще: бобы (чаще всего маш) или злаки долго вываривают до состояния густой кашицы, процеживают и дают массе остыть, пока она не превратится в плотное, нежное желе. Обычно его нарезают толстыми полосками или кубиками и подают в холодном виде. Само желе практически безвкусно, весь вкус блюду задает насыщенный соус.]

Цзи Жунся вынес миску лянпи.

Хорошими вещами всё-таки нужно делиться с родными.

Иначе получится несправедливо.

Цзи Жунся поставил миску и перед Гу Танцзинем:

— Ты тоже попробуй.

— А ты? — Гу Танцзинь взял палочки и хотел положить ему немного.

Цзи Жунся поспешно замахал руками:

— Я уже попробовал на кухне. Лянпи получается гладкой и прохладной, есть её очень приятно. Но мне всё-таки больше всего нравится мяньцзинь, которая впитала весь сок!

Гу Танцзинь положил лянпи в рот. Необычная, непривычно гладкая текстура сразу заставила его глаза загореться. Заправка тоже получилась превосходной — кисло-острой, освежающей и не слишком насыщенной.

Он попробовал клейковину. Кубики, пропитавшиеся кунжутной пастой и заправкой, были слегка мягкими, но при этом упругими. Стоило откусить, как из них брызнул сок. В сочетании со свежими хрустящими огурцами получилось невероятно вкусно.

— Давай сегодня в полдень будем есть это, — неожиданно заявил Гу Танцзинь, который редко сам выбирал блюда.

Цзи Жунся тихонько сказал:

— О, похоже, Танцзиню очень понравилась эта лянпи. Тогда сегодня в полдень будем есть её. Не волнуйся, я приготовил много. Хватит вдоволь.

Конечно, маленькое желание Танцзиня он собирался исполнить.

Гу Танцзинь съел несколько кусочков и остановился. Из-за чесночной воды он даже специально прополоскал рот, прежде чем отправиться в переднюю часть ресторана.

Когда они открыли двери, Дяо Кайпэн неожиданно оказался не первым посетителем.

Первым ворвался У Баоцюань!

— Скорее, скорее! Дайте что-нибудь поесть! — слабым голосом простонал У Баоцюань.

За ним вошли Чжу Пэнъи, Пэн Лэчэн, Гуань Фэйбай, Цзя Цянь и Су Ханьвэй.

Все они были друзьями Гу Танцзиня, но сейчас тому было совершенно некогда обмениваться любезностями.

Он поспешно помог У Баоцюаню сесть и спросил:

— Что случилось?

— Морская болезнь плюс тепловой удар. Я велел господину вернуться домой и отдохнуть, но он не захотел и настоял, чтобы сначала зайти поесть, — беспомощно объяснил Чжу Пэнъи.

Гу Танцзинь: «…...»

Редкий случай — он даже не знал, что сказать.

Су Ханьвэй и остальные тоже выглядели так, словно не знали, что и думать.

Гу Танцзинь немного подумал и спросил:

— Что будете заказывать?

У Баоцюань собрал остатки сил и начал заказывать:

— Всех дорогих блюд по две порции. Лепёшек со свежими креветками — двадцать штук, дяочжабинов — десять, шэнцзяней — двадцать и ещё кувшин рисового вина.

— Хорошо, сейчас всё будет.

Он подошёл к Яо Тяньлань и сказал:

— Мама, мне кажется, Ся-гэр приготовил слишком много лянпи. Спроси его, не хочет ли он продать им несколько мисок.

Увидев состояние У Баоцюаня, Яо Тяньлань поспешно кивнула и отправилась на кухню.

Только бы уездный магистрат не потерял сознание прямо в их ресторане!

Яо Тяньлань торопливо крикнула:

— Ся-гэр, старик, давайте скорее готовить! Всех дорогих блюд по две порции, лепёшек со свежими креветками — двадцать штук, дяочжабинов — десять, шэнцзяней — двадцать!

Услышав это, Гу Чуньцай спросил:

— Уездный магистрат У снова пришёл?

Обычно никто не заказывал столько еды.

— Ага. И ещё привёл несколько людей, похожих на учёных, — ответила Яо Тяньлань.

Цзи Жунся с любопытством спросил:

— Несколько учёных? А всего сколько человек?

— Если считать господина У и его слугу, всего шестеро.

Услышав это, Цзи Жунся сразу догадался: скорее всего, У Баоцюань привёл поесть тех людей, о которых Танцзинь ему рассказывал.

Яо Тяньлань поспешно добавила:

— У господина У тепловой удар, сейчас он даже лежит на столе. Танцзинь велел спросить, не хочешь ли ты продать им несколько мисок своей лянпи.

Услышав это, Цзи Жунся кивнул:

— Дайте им шесть мисок. Как раз получилось многовато. Считайте, что это мы с Танцзинем угощаем, денег за лянпи не берите.

Во-первых, за этим столом сидели друзья Танцзиня — Пэн Лэчэн и остальные. Во-вторых, Цзи Жунся пока ещё не решил, сколько будет стоить лянпи.

Приготовление было довольно хлопотным. Если поставить низкую цену и набежит много покупателей, они просто не справятся. А если назначить высокую, Цзи Жунся чувствовал, что за одну миску лянпи без мяса получится слишком дорого.

Он решил сначала обсудить всё с Танцзинем и маленьким мастером, а уже потом решить, стоит ли вообще продавать лянпи и какую цену установить.

— Хорошо, тогда я сначала отнесу, — ответила Яо Тяньлань и понесла лянпи посетителям.

Когда Дяо Кайпэн пришёл, впереди уже несколько человек делали заказы.

Он понял слова Гу Танцзиня и сначала отнёс пищевой короб домой. А открыв его, обнаружил, что в самом низу лежит сушань, приготовленный из льда и сую!

Такое он видел только в столице и ещё нескольких крупных городах!

Кроме того, там были прозрачные, словно хрустальные, цзяоцзы и неизвестная ему лянпи.

Дяо Кайпэн так сильно удивился, что задержался и поэтому немного опоздал.

Пока ждал, он без особого интереса оглядывал ресторан и вдруг увидел стол У Баоцюаня.

Полный мужчина лежал на столе, выглядя как увядший баклажан после заморозков.

Дяо Кайпэн нахмурился.

Неужели это и есть их новый уездный магистрат?

Выглядит как-то… совсем не внушительно.

У Баоцюань, лёжа на столе, даже не хотел поднимать голову и совершенно не обращал внимания на то, как его рассматривают.

За лето съездить на лодке туда и обратно — для человека его возраста действительно было тяжеловато.

По дороге в префектуру они плыли по течению, так что всё прошло довольно спокойно. А на обратном пути лодочник попался неопытный, лодку сильно раскачивало, да ещё и течение оказалось быстрым. У Баоцюань уже много лет почти не плавал на лодках, поэтому и укачало.

А вот Су Ханьвэй и остальные, которые часто путешествовали по воде, чувствовали себя прекрасно.

— Вот и лянпи, ешьте. Это угощение от Танцзиня и Ся-гэра, — сказала Яо Тяньлань и ушла по своим делам.

Чжу Пэнъи и остальные даже не успели спросить, что это за блюдо.

У Баоцюань уже взял палочки и начал есть.

Стоило ему съесть кусочек лянпи, как У Баоцюань почувствовал, будто снова ожил!!!

Прохладное, освежающее, ароматное, с приятной остротой и кислинкой — от этой еды ему даже показалось, что симптомы теплового удара прошли.

Увидев его реакцию, Пэн Лэчэн и остальные тоже взяли палочки.

После первого же укуса они поняли, почему У Баоцюань так отреагировал.

Гуань Фэйбай подумал:

«Неудивительно, что У Баоцюань так рвался сначала поесть. Я ещё думал — какая разница, где обедать. А теперь вижу, что разница действительно есть!»

В такую жару съесть что-нибудь прохладное было невероятно приятно.

Блюда одно за другим начали появляться на столе, но они даже не смотрели на остальную еду. Сначала подчистую съели лянпи, а уже потом вспомнили, что нужно попробовать остальные блюда.

И тут обнаружили, что каждое из них тоже оказалось невероятно вкусным!

— Брат Дяо, что будешь заказывать? — спросил Гу Танцзинь.

Дяо Кайпэн отвёл взгляд от стола уездного магистрата и ответил:

— Полцзиня лужоу, цзинь овощей в маринаде, одну порцию гобаожоу, одну порцию карпа в кисло-сладком соусе и ещё одну порцию кушуйцзи. Всё упакуйте, я заберу домой.

С этими словами он заплатил заранее приготовленные деньги.

— Хорошо. Пока сядь и подожди немного, — сказал Гу Танцзинь.

Дяо Кайпэн кивнул и сел на свободное место.

И тут понял, что ошибся.

За этот стол уже начали подавать еду.

Когда он смотрел, как едят другие, до него доносился аромат блюд, буквально витавший у самого носа. Есть захотелось ещё сильнее!

Многие посетители, заметив, как У Баоцюань и его спутники едят лянпи, начали спрашивать, сколько оно стоит.

Каждому Гу Танцзинь с улыбкой отвечал:

— Это наша сегодняшняя домашняя еда. Просто у господина уездного магистрата случился тепловой удар, поэтому мы угостили их.

Услышав это, больше никто не спрашивал.

В конце концов, они же не могли немедленно получить тепловой удар только ради миски лянпи. Да и если это домашняя еда семьи Гу, значит, приготовили её наверняка немного.

Разумеется, эти слова дошли и до У Баоцюаня.

У Баоцюань немного смутился: выходит, он съел обед хозяев.

После еды он попросил Чжу Пэнъи проводить Лао Су и остальных к нему домой отдохнуть, а сам остался.

Он подошёл к прилавку и сказал:

— Гу сюцай, я немного здесь посижу. Когда у вас станет посвободнее, хочу лично поблагодарить Ся-гэра и твоих родителей за то, что угостили нас этим блюдом.

Услышав это, Гу Танцзинь принёс ему маленький табурет и веер из пальмовых листьев:

— Садитесь, господин.

Как раз Гу Танцзинь хотел попросить его посмотреть на перец чили.

Теперь просить специально уже не требовалось.

У Баоцюань и не подозревал, что творится в голове у Гу Танцзиня. Он совершенно без чиновничьего высокомерия уселся на табурете и принялся обмахиваться веером.

Наевшись и напившись, он начал клевать носом.

—

http://bllate.org/book/17885/2397538