Готовый перевод The Charming School Heartthrob / Школьный красавчик очарователен и мил: Глава 11

Чэнь Вэй вернулся очень быстро. На его лице сияла довольная улыбка:

— Ха, у меня теперь тоже есть лапша!

Он с гордостью помахал контейнером перед носом Лу Цзинчэня:

— Точно такая же, как у тебя! На зависть!

Лу Цзинчэн: «…»

— Роскошный, королевский пентхаус-сет с видом на море! — продолжал нарываться на грубость Чэнь Вэй.

Лу Цзинчэн лишь холодно и высокомерно процедил:

— Хех.

— На следующей перемене будешь сидеть и пускать слюни, глядя, как я лопаю! — вовсю злорадствовал Чэнь Вэй.

Лу Цзинчэн: «…»

Молодой господин резко поднялся со своего места и решительным шагом направился в сторону парты Е Цинъяна.

Перед уходом он бросил на друга испепеляющий взгляд и предупредил:

— Только попробуй тронуть мою лапшу.

— Да от твоей лапши один бульон остался! — потерял дар речи Чэнь Вэй.

— Бульон тебе тоже не достанется!

Чэнь Вэй: «…» — да сдался мне твой бульон! Я, по-твоему, совсем оголодал, — чужие объедки допивать?!

Лу Цзинчэн подошел к парте Е Цинъяна и ледяным взором обвел толпящихся вокруг него одноклассников:

— Чего вы тут собрались? А ну пошли вон отсюда.

Толпа в мгновение ока поредела.

Остались лишь несколько самых бесстрашных девчонок. Одна из них на прощание не забыла напомнить Е Цинъяну:

— Ты только не забудь сам заварить и принести мне за парту, ладно? У меня ведь эксклюзивный сет «как у нашего кумира»~

«Кумир» из этого самого эксклюзивного сета, то есть Лу Цзинчэн: «…»

Е Цинъян закивал головой, но не успел он вымолвить и слова, как Лу Цзинчэн резко оборвал его:

— Почему?

Договорив, Лу Цзинчэн в упор посмотрел на Е Цинъяна:

— Ты что, реально собрался лично нести ей заказ?!

— Доставка на дом стоит дополнительные пятьдесят фэней за сервисный сбор. Я беру за это деньги, — честно признался Е Цинъян.

Лу Цзинчэн молча достал свой кожаный кошелек, выудил оттуда хрустящую купюру в сто юаней и с размаху шлепнул её на парту:

— Я выкупаю у тебя двести доставок вперед. Посмотрю я теперь, как ты найдешь время прислуживать кому-то другому.

Е Цинъян: «…»

Парень мысленно присвистнул: вот уж действительно, сорит деньгами направо и налево.

В итоге Е Цинъяну ничего не оставалось, кроме как переложить заготовленные ингредиенты в руки стоявшей перед ним одноклассницы со словами:

— Прости, но наш кумир категорически против.

Попутно он аккуратно свернул стоюаневую купюру и засунул её обратно в карман брюк Лу Цзинчэня:

— Брат Лу, ты у нас VIP-клиент. Для тебя действует пожизненный бесплатный тариф, никакой платы за обслуживание не требуется.

Девчонка выдала протяжное и многозначительное: «О-о-о~~», переводя заинтригованный взгляд с одного на другого, после чего молча прижала к груди свои припасы и попятилась.

Е Цинъян достал телефон и перевел ей обратно на кошелек её пятьдесят фэней.

К счастью, услугу VIP-доставки заказали немногие — только Ци Сюань и Чэнь Вэй.

Раз уж зашла речь о Чэнь Вэе, Е Цинъян поднял глаза на Лу Цзинчэня:

— Чэнь Вэй тоже просил меня принести ему лапшу. Ему тоже нельзя?

— А ты сам как думаешь?

— Ладно, понял.

Е Цинъян уже приготовился сделать Чэнь Вэю возврат средств и заодно написать, чтобы тот сам топал к его парте забирать лапшу и добавки.

Однако стоило ему открыть чат, как Лу Цзинчэн добавил:

— Отмени заказ Чэнь Вэя полностью. Верни ему деньги и продай его порцию кому-нибудь другому.

— Продать другому? — не понял Е Цинъян.

Лу Цзинчэн кивнул:

— Ты против, что ли?

— Да я просто боюсь, что он меня отлупит.

— Пусть попробует! — Лу Цзинчэн сурово зыркнул в сторону друга. — Не волнуйся, если он осмелится тебя обидеть, я его прибью!

— А можно поинтересоваться, почему?

Лу Цзинчэн красноречиво скосил глаза на оставшуюся рядом девчонку. Та мгновенно всё поняла и испарилась со скоростью звука!

Убедившись, что посторонних ушей рядом нет, молодой господин вальяжно и не спеша произнес:

— Этот гад хотел поиздеваться надо мной и заставить завидовать.

Е Цинъян: «…»

Парень подумал, что Чэнь Вэй, похоже, реально потерял страх перед Богом!

Он совершенно, абсолютно не знает своего лучшего друга Лу Цзинчэня!

Разве Лу Цзинчэн из тех людей, над кем можно безнаказанно издеваться и дразнить едой?

Да ни в коем случае!

Чэнь Вэй буквально решил станцевать на мине, подергать тигра за усы!

Сам напросился на смертный приговор!

— Всё понял, босс. Я сию минуту аннулирую его заказ и занесу в черный список. Больше ни одна его заявка не пройдет модерацию!

Лу Цзинчэн остался полностью удовлетворен таким ответом. Он уже собирался сказать что-то еще, но в этот момент оглушительно зазвенел школьный звонок. Парень с досадой вздохнул и решил, что продолжит этот разговор на следующей перемене.

Он бросил на Е Цинъяна многозначительный взгляд и бросил: «Учись давай как следует», после чего развернулся и пошагал к своему месту.

Чэнь Вэй, завидев возвращение друга, поспешил напомнить:

— О чем вы там так долго секретничали? Урок уже начался, давай убирай свой контейнер с глаз долой.

Лу Цзинчэн посмотрел на него, прямо на его глазах демонстративно допил весь бульон до последней капли и только тогда поставил пустую коробку на пол у своих ног.

— Твоя лапша накрылась медным тазом, — с блаженной улыбкой сообщил Лу Цзинчэн.

Чэнь Вэй опешил:

— Чего?!

— То, что слышал.

Чэнь Вэй пребывал в полном недоумении, как вдруг в его кармане коротко звякнул WeChat.

Парень достал телефон, открыл уведомление и наткнулся на сообщение от Е Цинъяна:

【Дорогой клиент! Возвращаю вам ваши пять юаней и пятьдесят фэней. К сожалению, наша торговая платформа больше не обслуживает ваш аккаунт. Надеемся на понимание, всего вам хорошего!~】

Чэнь Вэй: «…»

— Это ты Е Цинъяну наплел?! — Чэнь Вэй со скрежетом зубовным повернулся к другу. — Тебе самому-то не стыдно, а?!

Лу Цзинчэн, вместо того чтобы ответить, уставился на экран его телефона:

— Вы двое еще и в WeChat друг друга добавили?!!!

Твою мать!

Он сам, законный объект обожания, до сих пор не имеет Е Цинъяна в контактах!

А Чэнь Вэй, этот проныра, уже вовсю с ним переписывается!

Да и ладно бы только Чэнь Вэй — наверняка все те, кто покупал у него лапшу, тоже успели обменяться контактами!

Лу Цзинчэн чувствовал, что от ярости у него сейчас кровь из ушей пойдет!

Этот парень вообще нормальный? Он же вроде как без ума от него?!

Почему тогда он ведет себя так ветрено и легкомысленно?!

Никакой верности и благопристойности!

Умудрился за его спиной добавиться к куче левого народа, а его самого в упор не замечает!

Это просто выводило из себя!

Когда следующий урок подошел к концу, Е Цинъян отнес последнюю пачку лапши и оставшиеся припасы своим клиентам, после чего решил заскочить в мужской туалет.

Не успел он сделать и половины своих дел, как в уборную размашистым шагом вошел Лу Цзинчэн.

Е Цинъян даже рот открыть не успел, чтобы поздороваться, как молодой господин наградил его яростным, испепеляющим взглядом.

Е Цинъян: «???» — Да что опять не так с этим капризным принцем?

Парень ничего не понимал. Вымыв руки, он не стал сразу уходить, а остался ждать его у входа в туалет.

Лу Цзинчэн вышел довольно быстро. Заметив, что Е Цинъян покорно ждет его на улице, он заметно смягчился лицом, и тучи над его головой немного рассеялись.

— Ты чего тут трешься? — включил он режим «строгого господина», хотя прекрасно знал ответ.

Е Цинъян с улыбкой ответил:

— Тебя жду. Заметил, что ты чем-то расстроен.

Лу Цзинчэн высокомерно хмыкнул:

— Иди за мной.

Е Цинъян без лишних слов последовал за ним. Они подошли к перилам в конце длинного школьного коридора.

— Что у тебя сегодня стряслось? Почему утром в школу не пришел?

— Проспал, — честно признался Е Цинъян. — Учителю я, конечно, сказал, что у меня тетка внезапно занемогла, но на самом деле я просто безбожно продрых.

— Тетка? — нахмурился Лу Цзинчэн.

Е Цинъяну пришлось пуститься в объяснения:

— Мои родители погибли, когда мне было всего тринадцать. Тетя является моим официальным законным опекуном.

Лу Цзинчэн понимающе кивнул, но тут же до его сознания дошел другой факт:

— Погоди, раз у тебя совсем нет денег, твои опекуны тебе даже на карманные расходы не выделяют?

— Она мне всего лишь тетка, а не родная мать, — Е Цинъян спокойно посмотрел на него. — С чего бы ей ко мне хорошо относиться?

Лу Цзинчэн искренне удивился:

— Но ведь тети всегда должны любить своих племянников и баловать их?

Он вспомнил собственную семью: — У нас, например, тетушка с ума сходит по всем младшим в роду, души во всех не чает.

Е Цинъян лишь горько усмехнулся. Стоит признать, Лу Цзинчэню в этой жизни чертовски повезло.

Видя, что парень просто улыбается и молчит, Лу Цзинчэн не стал развивать эту тему дальше.

Поначалу, когда он только услышал об этом, в нем шевельнулось искреннее недоумение. Но он ведь не был дураком. Жизнь многогранна, и точно так же, как далеко не все семьи в мире купаются в такой же роскоши, как его собственная, далеко не все родственники оказываются добрыми и любящими людьми.

— Так вот ради чего ты потерял стыд и принялся торговать бич-пакетами? Чтобы подзаработать? — спросил Лу Цзинчэн.

Е Цинъян кивнул:

— Да, и в этот раз мне нужно сказать тебе огромное спасибо. Если бы ребята не увидели, с каким аппетитом ты её уплетаешь, они бы ни за что не раскупили всё с таким ажиотажем.

— У тебя еще совесть есть об этом заикаться! — при упоминании этого факта Лу Цзинчэн снова вскипел от обиды. — Ты просто используешь меня как инструмент! Модель! Причем абсолютно бесплатно!

— Ну конечно же нет, — поспешил погладить его по шерстке Е Цинъян. — Я ведь в первую очередь искренне переживал, что ты останешься голодным. К тому же в твою порцию я бахнул двойной объем всех самых лучших топпингов! А остальным хоть и сказал, что сет «как у кумира», но начинки положил в три раза меньше, честное слово.

Лу Цзинчэн удовлетворенно фыркнул.

Е Цинъян продолжал заискивающе улыбаться, пытаясь умилостивить его:

— Меня просто суровая жизнь прижала. Видишь, у меня даже на обычную лапшу в стаканах денег не хватило, пришлось покупать самую дешевую, в пакетах, и варить дома.

— Я же перевел тебе вчера деньги?

— Это неприкосновенный стратегический запас на экстренный случай, я его пока трогать не хочу. А сегодняшняя лапша была конфискована из домашних запасов, так сказать, бизнес с нулевыми вложениями. Чистыми вышло сорок юаней, так что я как раз могу вернуть тебе те двадцать юаней, что задолжал вчера.

Договорив, он полез в карман за телефоном:

— Брат Лу, давай обменяемся контактами в WeChat, я тебе сразу долг переведу.

— Мне сдались твои несчастные двадцать юаней, что ли? — фыркнул Лу Цзинчэн. — Сказал же вчера, что угощаю, значит угощаю. Чего ты вечно всё усложняешь?

Однако...

Лу Цзинчэн бросил косой взгляд на его мобильник и язвительно добавил:

— Зато с Чэнь Вэем ты WeChat уже успел настроить?

Е Цинъян чутко уловил нотки ревности в его голосе и осторожно уточнил:

— А мне... нельзя было его добавлять?

— Ты сам-то как думаешь, это вообще прилично?

Е Цинъян: «…» — вообще-то вполне прилично.

— Значит, неприлично?

Лу Цзинчэн гневно сверкнул глазами:

— Естественно!

«Ну, судя по всему, это смертный грех», — подумал парень и тут же пошел на попятную:

— Всё, я прямо сейчас удаляю его из друзей.

Лу Цзинчэн расплылся в довольной улыбке.

Вот так-то лучше. С какой стати он, главный объект внимания, до сих пор кукует без контакта Е Цинъяна, в то время как какой-то Чэнь Вэй уже вовсю сидит у него в друзьях? Это высшая несправедливость!

Е Цинъян демонстративно удалил Чэнь Вэя из списка и с любопытством спросил:

— Надеюсь, остальных покупателей мне удалять не нужно?

Он состроил максимально жалобную мину:

— Это же все мои драгоценные клиенты, моя клиентская база!

Лу Цзинчэн посмотрел на его несчастное лицо, вспомнил, в каких суровых условиях парню приходится выживать, и нехотя, со скрипом кивнул:

— Исключительно по делу. Только ради торговли.

— Клянусь! Обещаю, что вся наша история переписки будет состоять исключительно из денежных переводов и красных конвертов-хунбао, и вообще ничего лишнего!

Вот это его более чем устраивало.

Лу Цзинчэн величественным жестом достал свой навороченный смартфон:

— Ладно, давай сюда, добавляй меня.

Е Цинъян поспешно навел камеру своего телефона на его QR-код. Его старенький аппарат уже прилично отжил свое и дико лагал, поэтому бедному парню пришлось добрую минуту ловить фокус, пока на экране наконец не загрузилась личная страница Лу Цзинчэня.

Наблюдая за этими мучениями, Лу Цзинчэн не выдержал:

— Ну и барахло у тебя вместо телефона. Он же виснет как проклятый.

— Все старые вещи со временем начинают так себя вести.

— Да мой самый древний списанный мобильник работает в сто раз шустрее этой доисторической коробки, — со знанием дела раскритиковал гаджет молодой господин.

Бросив эту фразу, он внезапно замер, будто его осенила какая-то мысль, и внимательно уставился на Е Цинъяна:

— Пожалуй, я покопаюсь дома в вещах и отдам тебе один из своих старых телефонов.

— Чего?! — Е Цинъян округлил глаза от неожиданности.

Лу Цзинчэн, убедившись, что заветный значок «Вы теперь друзья» наконец загорелся, легким движением убрал аппарат в карман:

— Всё, вопрос закрыт. Завтра принесу тебе нормальный телефон.

В смысле вопрос закрыт?

— Да мне кажется, мой еще вполне себе побегает, — Е Цинъян с сомнением покосился на свой мобильник.

Да, подлагивает, но для звонков и базовых чатов его вполне хватало.

Если уж на то пошло, этот аппарат достался ему «по наследству» от Ван Фаня, когда тот выпросил у родителей очередную новинку, а старье скинул двоюродному брату.

Иначе Е Хун в жизни бы не раскошелилась на мобильную связь для сироты.

Если бы школьный классный руководитель в ультимативной форме не потребовал, чтобы абсолютно все ученики состояли в общем чате WeChat, Е Хун, испугавшись, что учитель вызовет ее для личной беседы, ни за что бы не отдала парню даже этот старый кусок пластика.

Ведь она до последнего планировала сдать этот старый телефон в скупку и выручить за него пару копеек.

Лу Цзинчэн не собирался вступать с ним в бессмысленные дискуссии:

— Я сказал, что он сдох, значит — он сдох. Точка. Ты использовал меня как рекламный инструмент, и я слова против не сказал, а тут я дарю тебе вещь, и ты еще умудряешься спорить? Твои возражения не принимаются, апелляция отклонена!

Е Цинъян: «…» — что ж, ладно. Не зря парень в будущем станет суровым и властным генеральным директором, задатки деспотизма уже проявлялись.

— Премного благодарен, молодой господин, — с улыбкой поклонился Е Цинъян. — Вы просто ангел во плоти!

Лу Цзинчэн и сам в глубине души считал, что проявляет к парню просто вершину великодушия и заботы, поэтому лишь благосклонно уронил короткое «Угу» и уверенной походкой направился обратно в класс.

Е Цинъян смотрел на него, как на самодовольного белого павлина, и думал, что он действительно очаровательно высокомерный.

http://bllate.org/book/17838/1705853