Готовый перевод I am Unexpectedly Not Human! / Я, оказывается, не человек!: Глава 1

Небо над городом Наньлин было затянуто тучами уже целую неделю. Прогнозы погоды изо дня в день обещали сильный ливень, ежедневно напоминая горожанам о мерах предосторожности и необходимости брать с собой зонты. Однако до сих пор не пролилось ни капли. Перед выходом из дома Кун Янь немного посомневался, но все же сунул зонт в рюкзак. В конце концов, он собирался в горы, так что лучше перестраховаться.

Покинув общежитие и направившись к выходу с территории, он вдруг осознал, что после возвращения с каникул по случаю Национального дня уже наступила осень. Наньлинский университет был учебным заведением со столетней историей, здания здесь были довольно старыми, и всё вокруг казалось немного унылым. Особенно сейчас, когда осенний ветер усыпал тротуары пожелтевшими листьями, так и тянуло написать пару стихотворений.

Поймав такси у задних ворот, Кун Янь бросил водителю: «На гору Яньхуэй», после чего замолчал. Засунув руки в карманы и отвернувшись к окну, он всем своим видом показывал нежелание общаться.

Однако это не сработало.

Сидевший спереди водитель то и дело поглядывал на него через зеркало заднего вида, явно порываясь что-то сказать. Возможно, его заинтриговал необычный цвет волос пассажира. Кун Янь просто не мог игнорировать столь пристальные взгляды, но, не зная, как объяснить цвет своих волос, решил и дальше хранить молчание. Увы, его замешательство, похоже, послужило для водителя зеленым светом. Мужчина средних лет ловко крутанул руль и как ни в чем не бывало завел беседу.

— Красавчик, ты из Наньлинского? — начал таксист со стандартной фразы, явно зная толк в подобных разговорах.

Кун Янь кивнул, но, внезапно сообразив, что водитель может этого не заметить, ответил:

— Да, из Наньлинского.

Наньлинский университет славился долгой историей. Обычно лишь приезжие называли его сокращенно «Наньда», а местные предпочитали полное название, и это стало своего рода привычкой. Кун Янь вырос в этих краях, поэтому прекрасно знал об этой особенности.

— Учишься на археологическом? Хотя не похоже, скорее с факультета кино и телевидения, да? — таксист снова посмотрел в зеркало на сидящего сзади парня. Чем дольше он приглядывался, тем меньше тот походил на археолога и тем больше — на актера из исторических сериалов. — Говорят, на горе Яньхуэй опять раскопали древнюю гробницу? За последние два дня я уже три группы туда отвез. Ты четвертый будешь.

— Ага, — Кун Янь и подумать не мог, что новости дойдут даже до водителей такси у ворот университета. Разве они не договаривались держать всё в секрете до официального заявления в СМИ? Поразмыслив, он всё же поправил собеседника: — Я не с археологического, изучаю реставрацию и оценку древних текстов.

Сказав это, он тут же пожалел. Объяснять суть его специальности было слишком муторно, к тому же у людей часто складывалось ложное впечатление, будто это что-то «невероятно престижное». Уж лучше бы таксист продолжал считать его археологом — разница-то небольшая. И, что самое страшное, теперь, когда он открыл рот, беды было не миновать.

— Реставрация древних текстов? — как он и ожидал, таксист удивленно уставился в зеркало, а в его голосе появились преувеличенно восторженные нотки: — Это же обалдеть! Всё, что проходит через ваши руки — национальное достояние! Один листочек, небось, десятки тысяч стоит? Круто! К тому же, по всей стране только в нашем Наньлине есть такой курс. Слышал, туда берут всего двадцать человек? И ты поступил? Вот это силища! А вот мой оболтус совсем не хочет учиться. Говорил недавно, что тоже хочет к вам на факультет. Ну, парень он у меня с амбициями, это похвально, конечно...

Слушая эту нескончаемую тираду, произнесенную с удивлением и любопытством, Кун Янь пожалел о своих словах еще больше. Садясь в такси, ни в коем случае нельзя произносить ничего, что могло бы дать пищу для разговоров! И как теперь объяснить этому дядьке, что малый набор студентов вовсе не означает престижность профессии? Да, на всю страну такая специальность есть только в их университете, и на четырех курсах учится от силы восемьдесят человек, но это лишь доказывает, что профессия абсолютно не востребована! К тому же он сильно сомневался, что сыну водителя стоит туда поступать...

Впрочем, поразмыслив, Кун Янь решил не пускаться в объяснения и поспешно сменил тему:

— Утром смотрел прогноз погоды, обещали сильный ливень...

Доплатив водителю тридцать юаней за подачу машины, Кун Янь вылез из такси и наконец с облегчением выдохнул. Тетушки в супермаркетах и таксисты всегда были его главными кошмарами. У них вечно не заканчивались темы для разговоров, Кун Янь совершенно не мог с ними справляться, и ему всегда казалось, что стоит только попасться им, как пути назад уже не будет. За годы тренировок он кое-как освоил топорный навык смены темы, и хотя тот срабатывал не всегда, для выживания этого вполне хватало.

Когда такси, подняв облако пыли, скрылось из виду, у подножия горы Яньхуэй постепенно воцарилась тишина. Теперь можно было отчетливо расслышать далекое пение птиц, шум сосен на ветру и даже журчание воды в скрытой придорожными сорняками канавке. Кун Янь глубоко вдохнул чистый, без грамма смога, воздух и почувствовал, как напряжение отпускает. Тем не менее, место здесь было глухое — ни деревень, ни магазинов, ни даже карты. Сигнал на телефоне почти не ловил. Немного потоптавшись на месте, он решил никуда не уходить.

Они с профессором археологии договорились встретиться у подножия Яньхуэй ровно в девять утра. Сейчас было без пяти девять — оставалось еще пять минут.

Кун Янь постоял немного в оцепенении, долго рассматривая полевой цветок у своего ботинка, но так и не смог определить его сорт. Внезапно земля под ногами задрожала, гравий затрясся, а издалека донесся громкий тарахтящий звук двигателя, эхом разнесшийся среди гор и лесов.

Он поднял голову и посмотрел в ту сторону. Вскоре из-за деревьев вылетел розовый женский скутер, за рулем которого восседал весьма габаритный мужчина. Этот ослепительный цвет буквально светился сам по себе! Позади скутера с деревьев в панике взмывали стаи птиц, а по бокам приминались ветки низкорослых кустарников. Кун Янь опустил взгляд на всё еще дрожащий полевой цветок и глубоко осознал смысл выражения «напугать цветочки да травинки».

Со свистом и скрежетом шин по мелкой гальке розовый скутер плавно ушел в занос и затормозил всего в метре от Кун Яня, подняв тучу пыли. Тот лишь моргнул, слегка ошарашенный развернувшейся перед ним сценой.

— Младшекурсник Кун! — донесся глухой голос из-под розового шлема. Видимо, водитель и сам понял, что говорить так не очень-то удобно, поэтому поспешно стянул его, явив миру щербатое от шрамов после акне, но широкое улыбающееся лицо.

— Здравствуйте, старший. Мы знакомы? — Кун Янь даже зажмурился от блеска его белоснежных зубов и, немного помедлив, с улыбкой поздоровался. Хоть он и не знал этого парня, который смотрел на него так, будто они старые приятели, любой, кто приехал на раскопки, определенно был опытнее его, простого бакалавра. Кун Янь заранее решил, что будет только смотреть — чем меньше говоришь, тем меньше ошибаешься.

— Да кто ж в нашем Наньлине тебя не знает? Особенно после того, как ты покрасился в этот приметный цвет. За версту видать! — с этими словами он достал из сумки телефон, пару раз ткнул в экран и протянул Кун Яню. — Еще не видел? С тех пор как ты сменил цвет, моя девушка всё уговаривает меня сделать такой же. Не посоветуешь парикмахерскую? Только чтоб не очень дорого...

Кун Янь взял телефон. Судя по всему, это был университетский форум. Он сразу же заметил свое имя — первая тема на главной странице была выделена красным жирным шрифтом:

«Почему главный красавчик Наньлина Кун Янь поседел за одну ночь? Любовная травма или смертельная болезнь?! Требуем фото вблизи! Фото со всех ракурсов! По традиции просим WeChat, номер телефона и прописку!»

— Слушай, младшекурсник Кун, скажи честно, ты правда покрасился? Выглядит здорово! Неудивительно, что последние два дня все девчонки в универе как с ума посходили, целыми днями пялятся на твои фотки и хихикают, — старший товарищ забрал телефон и с любопытством уставился на волосы собеседника.

Вспомнив слова про «любовную травму или смертельную болезнь», Кун Янь выдавил несколько натянутую улыбку и поспешил напомнить старшекурснику, явно готовому болтать без умолку:

— Старший, профессора, наверное, уже заждались?

На середине склона скутер наконец остановился. Женская модель была довольно тесной, а габариты старшего — весьма внушительными, так что всю дорогу в гору Кун Яню пришлось балансировать, наполовину повиснув в воздухе. Ему казалось, что от тряски у него вот-вот сломается спина, а вдобавок он еще и наглотался пыли. Оставалось лишь утешать себя тем, что земля на горе Яньхуэй экологически чистая. Дорога наверх явно была проложена наспех: кусты и сорняки по бокам кое-как расчистили, а путь от подножия до середины горы просто наметили белой линией из извести.

Старший по фамилии Хуан припарковал скутер и протянул Кун Яню рабочий пропуск. Тот молча принял его и повесил на шею. Это был не первый раз, когда он оказывался на месте археологических раскопок. Студенты его специальности частенько увязывались за археологами. История Наньлина насчитывала более трех тысяч лет, так что недостатка в исторических памятниках и возможностях для практики не было.

В этот раз раскопки курировало провинциальное управление по охране культурного наследия. Поговаривали, что обнаружили новую гробницу, поэтому приехали все университетские профессора-археологи. Декан их факультета в ожесточенных спорах выбил одно место для студента. И пусть оно предназначалось лишь для наблюдателя, это всё равно был отличный шанс расширить кругозор и, если повезет, проявить себя перед экспертами. Загадкой оставалось лишь то, почему это место досталось именно Кун Яню.

— Гробницу нашел местный житель. Один дровосек средних лет, живет у подножия соседней горы. Каким-то чудом забрел на Яньхуэй, провалился в яму и — уж не знаю, на беду или на счастье — наткнулся на каменную дверь, сплошь усеянную странными символами. Мужик сказал, что в фильмах такое часто показывают, так что здесь точно похоронен император. Ну и сообщил властям, — рассказывал старший Хуан, ведя его в пещеру. Пещера была настолько узкой, что Кун Яню с его ростом в метр восемьдесят приходилось пригибаться, чтобы не удариться головой. Земля под ногами была мягкой и влажной, воздух казался пропитанным влагой, а где-то неподалеку отчетливо слышался плеск воды.

— Здесь подземная река? — Кун Янь затаил дыхание, почему-то ощущая необъяснимую тревогу. Должно быть, они находились в самом сердце горы Яньхуэй. Пещера оказалась глубокой и постоянно уходила вниз, они прошли уже около сотни метров. Гора располагалась к югу от Наньлина, не так уж далеко от города, но ее крутые склоны делали любую застройку слишком сложной, поэтому ее почти не трогали. Иначе древнюю гробницу не нашли бы только сейчас, да еще и случайно.

— Ага, слух у тебя что надо. Это карстовая пещера, структура скал тут довольно сложная. Ребята с соседнего факультета говорили, что эта подземная река проходит сквозь всю гору. Уже почти пришли, вон та каменная дверь, — старший Хуан указал вперед. Действительно, вскоре они увидели группу людей. Те стояли кружком и, приглушив голоса, что-то обсуждали. Присмотревшись, Кун Янь узнал несколько знакомых лиц — преподавателей, которые вели у них пары по изучению культурных реликвий. Все они были светилами исторической науки Наньлина.

Добравшись до места, старший Хуан отошел по своим делам. Кун Янь не стал следовать за ним, а пристроился в углу, разглядывая окрестности в тусклом свете ламп. Та самая удивительно гладкая каменная дверь, о которой упоминал Хуан, была приоткрыта. В щели зияла непроглядная тьма. Среди двух десятков собравшихся были в основном профессора со своими студентами, а остальные, видимо, являлись официальными лицами. По всей видимости, полномасштабные раскопки начнутся только после этой первоначальной разведки.

Кун Янь перевел взгляд с людей на створки каменной двери. Их уже очистили от грязи и пыли, и вся поверхность выглядела странно гладкой, что вызывало подозрения. По идее, простояв столько лет внутри горы, где протекала подземная река, дверь должна была стать неровной от эрозии. Но эта мысль задержалась в голове Кун Яня всего на несколько секунд, после чего его внимание полностью поглотили символы, внезапно проступившие на камне.

Символы на каменной двери выстроились в очень аккуратный узор. Очевидно, их создатель пытался передать какое-то сообщение — скорее всего, это была письменность. Однако они совершенно не походили на китайские иероглифы или какие-либо другие известные Кун Яню письмена. Символы отличались странным начертанием и обладали собственной внутренней логикой. Изящные и гармоничные, они больше напоминали загадочную картину, сотканную из линий.

Кун Янь попытался успокоиться и посмотрел на толпу у входа, но с удивлением обнаружил, что все ведут себя как ни в чем не бывало и продолжают беседовать.

Его взгляд невольно вернулся к символам. Он смотрел на них неизвестно сколько времени, как вдруг почувствовал головокружение. Он закрыл глаза, решив, что это из-за недостатка кислорода. Но когда открыл их снова, символы... казалось, двигались? Кун Янь сделал полшага вперед, больно прикусил кончик языка и пригляделся внимательнее. Символов становилось больше! Сначала он видел только семь строк, а теперь появилась девятая, и их количество продолжало расти!

Однако никто, кроме него, не замечал таинственных символов, проступающих на гладком камне.

Было ли то, что он видел, лишь галлюцинацией? И если нет, то чем же оно было на самом деле?

http://bllate.org/book/17666/1648481