Готовый перевод Surviving natural disasters: peace and joy / Как пережить стихийные бедствия: мир и радость: Глава 14

Глава 14

Солнце палило нещадно. Юй Шаонин велел дедушке возвращаться и ждать, а сам быстро подбежал к Ло Мяню узнать, в чём дело.

Ло Мянь указал на холодные закуски перед собой и улыбнулся: — У него закуски неплохие на вкус. Вижу, осталось немного, вот и взял всё.

Юй Шаонин глянул, взял свободные щипцы и тоже принялся раскладывать закуски по пакетам.

Втроём они под палящим солнцем опустошили все лотки с закусками, закрыли всё ещё источавший холод пенопластовый ящик, и Ло Мянь пригласил хозяина зайти попить воды.

День выдался по-настоящему жаркий, так что продавец отказываться не стал — накинул полотенце на сиденье мотоцикла, чтобы не нагрелось на солнце, и прошёл во двор. Юй Шаонин уже вернулся раньше и вместе с дедушкой на кухне отложил по миске каждой закуски, а остальное убрал в пространство.

В гостиной Ло Мянь налил продавцу стакан кисло-сладкого напитка из уме, добавил пару кубиков льда и поставил перед ним: — В такую жару даже чай вам заваривать не стал.

Продавец отхлебнул ледяного напитка и довольно рассмеялся: — Если бы ты и правда заварил чай, я бы ещё и пить побоялся.

Прохладный воздух кондиционера обдувал тело, смывая духоту после напряжённого утра. Юй Шаонин вошёл с тарелкой фруктов и спросил: — Вы каждый день так мотаетесь?

Продавец покачал головой: — Слишком жарко, да и в деревне закуски берут нечасто. Раз в три-четыре дня приезжаю.

Сейчас у каждой семьи деньги водятся, как ни жалко, а с началом летних каникул то и дело покупают детям что-нибудь вкусненькое.

Юй Шаонин кивнул, задумавшись.

Он только что попробовал эти закуски — разве что куриные лапки пришлись не по вкусу, остальное было очень вкусным. Особенно утка: упругая, ничуть не сухая, а острота, впитавшаяся в самую кость, заставляла есть, не отрываясь.

Ло Мянь, взглянув на его лицо, сразу смекнул, о чём тот думает, и спросил у продавца: — А вы обычно в какое время поднимаетесь? У нас тут далеко от главной дороги, хотим заранее заказать у вас немного про запас.

Юй Шаонин пришёл в себя и поддержал: — Честно говоря, утка и правда объедение. Чувствую, того, что мы взяли, и на день не хватит.

Услышав продолжение, продавец обрадовался и принялся охотно отвечать на все вопросы. Он даже предложил: раз уж Юй Шаонину так нравится, он прикупит побольше уток и приготовит, а через несколько дней привезёт готовое прямо к их воротам.

Юй Шаонин, конечно, был только за. Кроме куриных лапок, он заказал побольше всего остального, сказав, что хочет отправить немного знакомым в город.

Продавец про себя посмеялся над такой суетой, но ни капли не усомнился в словах Юй Шаонина.

Всё же городские — что с них взять, любопытно им до деревенской еды, дело обычное.

Жара становилась всё сильнее. Продавец глянул на время, договорился о делах и распрощался с семьёй, напоследок условившись о времени, когда привезёт закуски.

Проводив взглядом уехавшего на мотоцикле продавца, Юй Шаонин что-то пробормотал себе под нос и перевёл Ло Мяню и дедушке по пятьдесят тысяч.

Дедушка Лу как раз смотрел в телефон и удивился: — А деньги у тебя разве не лучше лежат? Зачем мне?

Юй Шаонин обнял деда за плечи и захихикал: — Раз у вас на руках будут деньги, сможете купить что захотите, когда удобно.

Дедушка Лу сразу понял, что деньги переведены не только ему. Прикинул: откажись он — Ло Мянь со своим характером тем более не возьмёт. А у молодого парня в кармане не может не быть денег. Пришлось ему, вздохнув, похлопать внука по руке и принять перевод.

Старик хорошо знал Ло Мяня, живущего по соседству, но забыл одну вещь: деньгами теперь распоряжается его внук, и где бы они ни лежали — решает Юй Шаонин. Хочет Ло Мянь брать или нет, значения не имеет.

Юй Шаонин взял телефон Ло Мяня, оплатил заказ, затем подключил семейный платёж, выставил его способом оплаты по умолчанию и заглянул в его приложение для покупок.

Кое-что там было, да только всё не очень приличное.

Юй Шаонин, смущённо рассердившись, отбросил телефон в сторону, но, заметив, что дедушка смотрит с недоумением, снова наклонился, выбрал всё и оплатил.

Мужик — что поделать, думал Ло Мянь, ему тоже хочется!

Оплата прошла быстро, и краем глаза Юй Шаонин заметил, что Ло Мянь приближается. Он молниеносно выскочил из приложения и, садясь, даже качнулся.

Ло Мянь, глядя на выступивший на лице Юй Шаонина румянец, быстро чмокнул его и протянул стакан ледяного кисло-сладкого напитка. Голос его был очень тихим: — Дедушка не видел.

Юй Шаонин: «?»

Дедушка сидел почти наискосок от него — как он мог не видеть?

Он повернул голову и посмотрел.

Старик, прихватив стакан с напитком, как раз направлялся в свою комнату, бормоча себе под нос: — Ох, годы уже не те, не выдерживаю. Чуть поработал — и спина заныла. Пойду вздремну.

Юй Шаонин покраснел ещё сильнее.

Не видел, как же. Просто старик всё заранее понял.

От этой мысли Юй Шаонин в досаде шлёпнул Ло Мяня по крепкой руке: — Всё из-за тебя.

Ло Мянь, ухмыляясь, наклонился и подхватил на руки свою мягкую и душистую жену, покорно соглашаясь: — Да, всё из-за меня. Пойдём и мы спать.

Юй Шаонин, боясь расплескать напиток, поднял руку и не смел сопротивляться.

На этот раз сон был самый что ни на есть настоящий. Ло Мянь встал рано, работал споро, и почти весь бамбук во дворе — это он натаскал на себе. Едва коснувшись кровати, он ещё что-то говорил, смеялся — и дыхание уже выровнялось.

Юй Шаонин, не дождавшись ответа, повернулся лицом к Ло Мяню. На лице мужчины всё ещё играла улыбка. После вылазки на улицу он снова вспотел, и от одежды попахивало.

Юй Шаонин с пренебрежением пощипал его за щёку, но, прежде чем она покраснела, сам рассмеялся и устроился в объятиях, засыпая вместе с ним.

-

На следующее утро, в девять часов.

Привезли заказанное чайное дерево, и только тут Юй Шаонин понял, что Ло Мянь имел в виду под «машиной»

— грузовик.

Глядя на высоко наваленные в кузове брёвна, Юй Шаонин искренне удивился: — И куда это разгружать?

По обе стороны бетонной дороги к дому — рисовые поля. Когда рабочие заливали фундамент, им приходилось спускаться на верёвках, лишь бы не повредить чужие посадки. А сейчас, если сгружать эти брёвна неаккуратно, можно запросто побить немало ростков.

Ло Мянь велел ему не переживать, закатал рукава и подошёл, поздоровавшись с рабочим, спустившимся из первой машины: — Всех, кого просил позвать, привёл?

— Конечно, все здесь.

Тот глянул на Юй Шаонина, стоявшего у ворот, и толкнул Ло Мяня локтем: — Это твоя вторая половинка?

Ло Мянь приподнял бровь: — Красивая, правда?

Рабочий показал большой палец: — Вот это да. Куда лучше того самовлюблённого типа с горного ручья.

— Кхм.

Ло Мянь посерьёзнел: — Ты это при нём не ляпни, а то настроение испортишь.

Рабочий прицокнул языком: — Брат, по-моему, он скорее над тобой посмеётся.

Та история два года была главной темой для разговоров в их краях. Кому ни расскажи — все, как один, заходились хохотом.

Ло Мянь уставился мёртвым взглядом. Неужели ему ещё и вслух признавать, что он не хочет, чтобы жена над ним смеялась?

Позади.

Юй Шаонин, видя, как запросто они общаются, и что из всех трёх машин вышло немало народу, с облегчением выдохнул.

Он тоже понял: видимо, отношения у них хорошие, раз позвали на подмогу.

Юй Шаонин спросил у дедушки: — А сколько у нас тут рабочим платят в день?

Дедушка Лу: — Триста — уже хорошо. Смотри сам, сколько дать.

Юй Шаонин открыл телефон, глянул на сегодняшний максимум температуры и решительно: — Пятьсот. А то перегреются на жаре — за триста потом совестно будет.

Дедушка Лу: «…»

Дедушка Лу посмотрел на с десяток рабочих, потом на три грузовика дров и промолчал.

Вещей много, но народ этот привык к работе — к часу дня как раз управятся. Припечёт их знатно, зато успеют закончить до самой жары.

Впрочем, когда Ло Мянь созванивался, он просто сказал, что нужны руки для переноски дров, про деньги не упоминал. Эти люди привыкли к такой работе и сами знали цену: полдня труда — сотня с небольшим уже хорошо, а во многих домах вообще не платят, только кормят. Согласились они прийти из уважения к Ло Мяню.

Так что Юй Шаонин, по сути, сделал Ло Мяню честь.

Дедушка Лу видел всё ясно: раз эти молодые люди готовы из уважения к Ло Мяню тащиться в такую жару на тяжёлую работу — с ними стоит дружить. Потерять двести юаней не жалко. Потому он и не стал объяснять Юй Шаонину все эти тонкости.

При температуре под сорок градусов даже просто стоять на месте — и то вспотеешь, что уж говорить о тяжёлой работе по переноске дров.

Юй Шаонин глянул на лёд в пространстве, развёл в тёплой воде, вскипячённой утром и остывшей, соль, поставил чайник в пенопластовый ящик, а лёд положил снаружи.

Дважды подложив льда, Юй Шаонин закрыл ящик крышкой.

В такую жару даже холодная вода на вкус тёплая, но пить ледяную сразу после работы в духоте вредно для желудка. Юй Шаонин каждое лето именно так и готовил воду для питья.

Управившись, Юй Шаонин услышал, как в дровянике возле кухни складывают дрова, вышел и позвал рабочих: — Заходите, попейте солёной водички, силы восстановите.

Те знали об отношениях Юй Шаонина и Ло Мяня, потому немного смущались, к тому же не особо хотели пить, и уже собрались отказаться, как Ло Мянь сзади тоже принялся их подгонять зайти попить.

А тут ещё дедушка Лу, услышав шум, подошёл и тоже позвал. Только тогда они, рассыпаясь в благодарностях и извинениях, зашли на кухню.

На кухне было чисто прибрано, а поскольку дом стоял у самой горы, с открытыми передней, задней и боковой дверью в дровяник, прохладный горный ветерок разгонял пот с тела.

Они попили воды, как указал Юй Шаонин, и, полные сил, вышли продолжать работу. В перерывах меж делом перекидывались парой слов — и главной темой стал Юй Шаонин. Ло Мянь, у которого слух был отличный, уловил несколько фраз — в основном удивлялись, какой он внимательный.

Всё же у них тут не принято пить солёную воду для сил, да ещё и подогретую до самой приятной температуры.

Приятель, связывавший рядом брёвна, толкнул его и подмигнул с подколкой. Ло Мянь пришёл в себя, кашлянул, пытаясь держаться скромно, да только уголки губ всё лезли вверх, и удержать их было невозможно.

Юй Шаонин не знал об этих разговорах. Он видел, как Ло Мянь хлопочет туда-сюда, и, посердце жалея его, долго стоял в дверях, а когда Ло Мянь в очередной раз вернулся с дровами, подтащил его к себе и налепил несколько охлаждающих пластырей.

Будь это просто рабочие — Ло Мяню можно было и не впрягаться. Но раз это ещё и друзья, то без него никак.

Наклеив пластыри Ло Мяню, Юй Шаонин как раз заметил, что рабочий зашёл попить, и позвал их тоже наклеить.

Охлаждающие пластыри он прикупил ещё тогда, когда закупал предметы первой необходимости. Зная, что будет жара, он затарился целой сотней коробок, так что выдать столько сразу — ни капли не жалко.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://bllate.org/book/17663/1646633