Готовый перевод My Deskmate Distracts Me From My Studies / Сосед по парте мешает мне учиться: Глава 47

Губы Чи Е были такими же горячими, как и всё его тело, — казалось, от этого жара кровь могла превратиться в лаву. От его дерзкого и грубого натиска Вэнь Сяо, надёжно упёршись ладонями в письменный стол, был вынужден запрокинуть голову; мышцы его шеи натянулись, словно шёлковые струны древнего гуциня [1].

[1] 古琴 gǔqín — гуцинь, традиционный китайский семиструнный щипковый музыкальный инструмент, струны которого изначально изготавливались из шёлка.

Их дыхание переплелось, и в перерывах между поцелуями Вэнь Сяо выдохнул:

— Что за дурная привычка кусаться?

Голос его по-прежнему звучал холодно, но в конце фразы проскользнула лёгкая, словно пёрышко, дрожь.

Во рту разлился металлический привкус крови. Прижавшись к тонким губам юноши, которые наконец-то стали тёплыми, Чи Е ещё более хрипло произнёс:

— Для твоего Чи-гэ это тоже первый поцелуй. Немного попрактикуюсь — и больше не буду кусаться.

— Т-с-с. — Не успел он договорить, как резко зашипел от боли и беспомощно усмехнулся: — А вот это было жёстко.

Чи Е не знал, прокусил ли сосед ему нижнюю губу, но острая боль ничуть не умерила его пыл [2] — напротив, он лишь усилил натиск и углубил поцелуй.

[2] 偃旗息鼓 yǎn qí xī gǔ — букв. свернуть знамёна и перестать бить в барабаны; обр. прекратить действия, отступить.

Лишь когда Вэнь Сяо уже с трудом мог сглатывать и ударил его кулаком, парень поднял руку, поймал его ладонь и лишь тогда оторвался от его губ и заметил:

— В этот раз слабее, чем обычно.

Они отстранились друг от друга. Уголок губ Вэнь Сяо был прокушен, да и нижняя губа юноши напротив была не лучше — из неё понемногу сочилась кровь. Чи Е небрежно провёл по ней языком, оставив на ранке влажный след, а рукой всё же сжимал кулак соседа.

Казалось, лишь теперь из окна повеял весенний ночной ветер, рассеивая густую, чувственную атмосферу, наполнившую комнату. Вэнь Сяо снова надел очки в тонкой серебряной оправе, скрыв алый румянец у внешних уголков глаз.

— Где ещё нужно обработать лекарством?

Чи Е, не теряя своей привычной беспечности, ответил:

— Больше нигде. А на губы надо наносить?

Взгляд Вэнь Сяо задержался на его губах меньше чем на секунду, после чего он, словно его ударило током, мгновенно отвёл глаза и твёрдо произнёс:

— Не нужно.

Глядя на него, Чи Е постепенно отбросил всю прежнюю шутливость.

— Я не могу обещать, что больше не буду браться за опасную работу — например, ходить на спарринги. Но обещаю, что буду беречь себя настолько, насколько это возможно. А если всё-таки получу лёгкую травму, то обязательно скажу тебе.

Его голос был необычно серьёзным.

Вэнь Сяо крепче сжал в пальцах ватную палочку с йодом и после долгой паузы выдавил из себя одно слово:

— Хорошо.

Когда они дошли до двери, в прихожей горел свет. В его тёплом сиянии Чи Е обернулся и указательным пальцем легонько коснулся своей нижней губы.

— Кстати, а за это ответственность возьмёшь?

Сосед остановился и ответил словами, которые когда-то сказал ему сам Чи Е:

— Если хочешь, возьму. Как тебе?

— Чёрт. — Из горла вырвался смешок. — Знал бы, что ты будешь использовать мои слова против меня же, тогда бы сказал, что согласен. Согласен нести ответственность до самого конца.

В глазах Вэнь Сяо тоже мелькнула улыбка.

— Поздно сожалеть.

— Не пожалею. — Чи Е ответил сразу, явно вкладывая в свои слова особый смысл.

***

Когда на следующий день Вэнь Сяо пришёл в класс, Лао Сюй уже был там и разговаривал с Сюй Жуем, стоя в проходе:

— Сюй Жуй, тебе нужно быть увереннее в себе. В заданиях с выбором ответа менять ответы — одно мучение. Я заметил, что ты трижды менял ответы, и все три раза правильные поменял на неправильные.

Парнишка выглядел так, будто вот-вот заплачет от отчаяния [3].

— Учитель, обычно со мной такого не бывает! Это только потому, что вы стоите у меня за спиной!

[3] 欲哭无泪 yù kū wú lèi — букв. хочется плакать, но нет слёз; обр. о состоянии крайнего бессилия или досады.

— Так вот оно что! Тогда я тем более буду стоять здесь — чтобы тренировать твою стрессоустойчивость! — Лао Сюй сделал вид будто прозрел.

Чжао Иян злорадно усмехнулся:

— Ха-ха-ха, наш староста сейчас в слезах утонет прямо за партой. Лао Сюй, наверное, сегодня слишком плотно позавтракал и решил постоять, чтобы переварить съеденное? — С этими словами он поднял голову и посмотрел на Вэнь Сяо: — Ну, я ведь прав… Охренеть, а что у тебя с губой? Неужели у школьных ворот наткнулся на телефонного вора и подрался с ним?

Юноша уже собирался придумать какое-нибудь оправдание, но вспомнил нижнюю губу своего соседа по парте и в последний момент изменил уже готовый сорваться с губ ответ:

— Подрался с Чи Е.

От такого ответа одноклассник слегка опешил, а затем, немного подумав, выдал:

— А-а… значит, вы и правда наставник и ученик?! Чи-гэ — мастер и вчера вечером устроил тебе проверку успехов на практике?

Вэнь Сяо предоставил тому возможность и дальше давать волю фантазии, а сам не сказал ни слова.

***

Когда после обеда Чи Е пришёл в школу, Чжао Иян и двое остальных тут же дружно устремили на него пристальные взгляды. Увидев прокушенную губу, на которой уже успела образоваться тонкая корочка, Шангуань Юй заключил:

— Информация подтверждена. Драка была серьёзной.

— Ну почему меня там не было? Я бы своими глазами увидел, как Чи-гэ и Вэнь Сяо сошлись в смертельной схватке на вершине Запретного города! — Сюй Жуй был искренне растроен.

Чжао Иян, прекрасно зная характер своего друга, холодно заметил:

— И к завтрашнему дню вся школа — от директора до охранника — знала бы, что Чи-гэ и Вэнь Сяо подрались?

Сюй Жуй тут же замолчал.

Из обрывков фраз Чи Е сложил примерную картину происходящего. Положив рюкзак на парту, он опустил взгляд на соседа, который тоже делал вид, будто сосредоточенно решает задания, хотя на самом деле до сих пор не смог осилить даже одно простейшее задание.

— Что ещё за решающая битва на вершине Запретного города? — с улыбкой спросил он.

— Ты и Вэнь Сяо вчера вечером же подрались! Да ещё и раны у обоих — сразу видно, насколько было жарко! — объяснил Чжао Иян.

Улыбка Чи Е стала шире, а в его словах появился подтекст, непонятный окружающим.

— Верно, подрались. И бой был что надо.

На листке Вэнь Сяо под его рукой появилась глубокая линия, будто он хотел проткнуть бумагу насквозь, — было заметно, с какой силой он её провёл.

Когда Чжао Иян и остальные вышли из класса проветриться, Чи Е протянул руку, взял соседа за подбородок и повернул его лицо к себе.

— Как твоя губа?

Не сумев вырваться, тот спросил в ответ:

— А твоя?

— Превосходно. — Парень приподнял бровь.

Вэнь Сяо: «……»

Этот тип рядом с ним был просто невыносимо бесстыдным в своём флирте — с ним невозможно было разговаривать.

Все в первом научном классе заметили, что сегодня Чи-гэ, похоже, в особенно хорошем настроении. Учительница английского вызвала его отвечать и, конечно же, не удержалась от пары колкостей, но тот с удивительным терпением выслушал всё до конца.

На перемене Чэн Сяонин обходил учебный корпус с проверкой. Он вошёл в класс через переднюю дверь и собирался выйти через заднюю. Проходя мимо последнего ряда, он вдруг услышал от Чи Е:

— Учитель Чэн, спасибо за ваш труд.

Чэн Сяонин был так ошеломлён, что чуть не споткнулся, решив, что у него слуховые галлюцинации.

Раньше такого не было — тут определённо что-то не так!

Чжао Иян и Шангуань Юй долго это обсуждали и даже начали подозревать, что сидящий позади них Чи-гэ — вовсе не настоящий Чи Е, а в него кто-то вселился. Но поскольку это предположение слишком явно противоречило учению марксизма, они пришли к следующему выводу.

Всё дело во вчерашней драке! Чи Е увидел, что его ученик Вэнь Сяо достиг впечатляющих успехов, и был настолько доволен, что его хорошее настроение осталось до сих пор!

Логично и не докопаешься!

***

Когда закончился урок химии, весь класс, словно повинуясь зову какой-то таинственной силы, один за другим ринулся из кабинета.

Чжао Иян, словно фокусник, вытащил из рюкзака баскетбольный мяч и, решив покрасоваться, подбросил его к потолку. Вот только красоваться он, как оказалось, ещё толком не научился: мяч едва не угодил в лампу дневного света, так что у него от страха чуть душа в пятки не ушла.

Шангуань Юй по-дружески напомнил:

— Одна такая лампа стоит двести юаней. Мастер, хорошенько подумай, прежде чем действовать.

— Офигеть, сколько?! Школа настолько обнищала, что теперь ей остаётся только вытягивать деньги из учеников? — Паренёк одним движением крепко прижал к себе мяч и снова с воодушевлением повернулся к Чи Е: — Чи-гэ, я даже свой мяч принёс! На физкультуре у нас будет свободное время, так что не придётся бежать в инвентарную и бороться за эти полуспущенные мячи. Сыграем пару раз?

Чи Е перевёл взгляд на Вэнь Сяо. Чжао Иян и Шангуань Юй не очень понимали, зачем смотреть на юношу, но раз тот взглянул на него, они тоже уставились на него.

— Чего вы на меня смотрите? — В глазах того читался вопрос.

Чи Е положил руку на его худое плечо:

— Теперь если захотите позвать меня поиграть, сначала спрашивайте моего соседа по парте. Только если он скажет, что можно, — тогда пойду.

Не успел он договорить, как этот самый сосед наступил ему на ногу. Парень незаметно втянул воздух, но всё же сумел удержать улыбку на лице.

Чжао Иян понял всё совершенно по-своему:

— Чи-гэ, Вэнь Сяо теперь что, твой менеджер? — и пошутил: — И сколько ему платишь?

— Сколько сто́ю я, столько и дам ему в качестве зарплаты. Как тебе, сосед?

От тепла его ладони плечо словно обожгло. Юноша подавил это ощущение и холодно ответил:

— Пойдёт.

Поскольку они находились совсем близко, Чи Е всё же заметил одну мелочь: кончики ушей соседа покраснели — точно такая же реакция была у него прошлой ночью, когда он прижимал того к краю письменного стола и целовал.

***

На баскетбольной площадке народу было немного, а одно поле даже пустовало. Ещё издалека Чжао Иян бросил мяч в кольцо — бах! — и промахнулся. Попытка покрасоваться окончательно провалилась. Стоявший позади Сюй Жуй чуть не задохнулся от смеха.

Но не успели они начать игру, как учитель физкультуры дал свисток.

— Учитель, чем мы сегодня будем заниматься? — Одноклассники вытолкнули вперёд физорга.

— А что вы хотите? — спросил мужчина.

Кто-то тут же выкрикнул:

— Мы хотим научиться, как провести сорок минут свободного времени с максимальной пользой!

— Ого, ну и фантазия у тебя, товарищ! Давай-ка, выходи из строя и для начала пробеги один круг. — Когда ученик побежал по дорожке, учитель физкультуры заложил руки за спину, зевнул и сказал: — Все бегом три круга, а потом можете заниматься чем хотите. Как вам такой план?

— Учитель, ваша мудрость и доблесть не знают границ [4]! — Физорг ещё и притворно участливо добавил: — Учитель, вас прошлой ночью бессонница мучила? У вас такие тёмные круги под глазами.

[4] 英明神武 yīngmíng shénwǔ — устойчивое выражение, которое используется для восхваления правителей, военачальников или начальников. Буквально оно означает: 英明 — проницательный, мудрый, светлый умом; 神武 — божественно могучий, доблестный, величественный. Вместе: «Мудрый и доблестный, словно сам бог войны».

Мужчина махнул рукой, снова зевнул и вяло ответил:

— Раздобыл у вашего классного руководителя одну книжку. Не знаю, у кого из вас он её конфисковал. Забрал её с собой, не удержался и читал всю ночь напролёт. Всё, больше не могу — пойду в кабинет немного посплю.

Физорг повёл класс на три круга, а когда они закончили, несколько десятков учеников тут же разлетелись кто куда, словно стая ворон. Кто-то отправился в магазин, кто-то просто гулял вокруг стадиона, а несколько прилежных учеников направились ко второму учебному корпусу — явно решили не терять времени и вернуться к учёбе.

Свободное баскетбольное поле — редкая драгоценность, поэтому Чжао Иян благодаря своей скорости успел занять одно и крикнул остальным, чтобы поторапливались.

Чи Е и Вэнь Сяо шли позади всех. Они держались совсем рядом и были почти одного роста, поэтому при ходьбе то и дело задевали друг друга плечами. От этих столкновений плечи уже слегка побаливали, но в них было какое-то интимное, будоражащее ощущение, которое почему-то не отпускало Чи Е, и он при всём желании не смог бы остановиться.

— Ещё немного ближе? — тихо спросил он.

Вэнь Сяо краем глаза заметил в его взгляде скрытый жар и сделал полшага в его сторону. Поэтому Чжао Иян издалека посмотрел в их сторону и недоумённо спросил:

— Что это с ними? Как-то странно идут.

— Может быть… здесь просто дорожка неудобная? — Сюй Жуй тоже удивился.

Учитывая общий уровень навыков Чжао Ияна и двух его товарищей, Чи Е и Вэнь Сяо в этой игре откровенно им поддавались. Впрочем, сам Чи Е прекрасно понимал: мысли были заняты совсем не баскетболом.

Бороться за мяч под кольцом, перехватывать его во время ведения — баскетбол давал бесчисленное множество возможностей для физического контакта с Вэнь Сяо.

Их лбы и шеи были покрыты потом, капли которого разлетались во время бега и прыжков. Когда они сталкивались на центральной линии, когда их руки соприкасались под кольцом и слегка тёрлись друг о друга, бурлящие гормоны словно готовы были взорваться уже в следующую секунду.

Будто где-то в самой глубине тела прогремел ядерный взрыв. Едва ощутимая двусмысленность делала воздух вокруг почти осязаемо тягучим.

Когда пришло время перерыва, Сюй Жуй растерянно спросил:

— Пока мы играли, я же ясно видел, что эти двое играли круто и агрессивно, но почему на деле они набрали так мало очков?

— Может, это был показательный матч? Чтобы мы не чувствовали себя слишком униженными из-за того, что они поддавались, они старались делать вид, что играют в полную силу? — предположил Шангуань Юй, надев очки.

— Чи-гэ и Вэнь Сяо — какие же хорошие люди! — Чжао Иян вскинул руки.

Неподалёку, под тёмно-синей баскетбольной стойкой, Вэнь Сяо сидел на ящике, широко расставив ноги. От того, что он бегал по всему полю, его футболка, плотно облегающая тело, промокла почти насквозь, а на затылке блестели капли горячего пота.

Он открыл бутылку ледяной Колы, поднёс её к губам и сделал несколько больших глотков, а затем как ни в чём не бывало протянул оставшуюся половину Чи Е.

Чи Е, словно у него не было ни одной косточки, расслабленно прислонился к стойке, упираясь длинными ногами в землю. Ничуть не смутившись, он взял протянутый юношей напиток и поднёс его к губам.

В следующую секунду Вэнь Сяо отчётливо увидел, как он нарочно обвёл кончиком языка край горлышка, а потом опустил взгляд и с дразнящей усмешкой произнёс:

— На вкус очень сладко. А ты что думаешь?

От автора

Посылаю вам сердечко сложенное из открученных крышек от Колы~

Спасибо, что читаете. Спокойной ночи~

—

Молюсь, чтобы меня не заблокировали…

От переводчиков

Молитва о том, чтобы не заблокировали — типичное для китайских онлайн-авторов беспокойство о цензуре. Главы могут быть заблокированы за содержание, которое считается слишком откровенным или «не соответствующим норме».

Перевод «В цветах — кувшин вина»

http://bllate.org/book/17591/1959841