Готовый перевод The Subordinate's Guilt / Трактат о сломанных клинках: Глава 13

Глава 13. Мечник

Прошло несколько дней.

Мо Фэйюнь запер дверь снаружи. Сяо Хоу следовал за ним буквально по пятам, боясь, что учитель бросит его, и Фэйюню пришлось пойти на хитрость, чтобы мальчик не убежал куда-нибудь, едва проснувшись.

Три дня назад, проезжая мимо горы Линъянь, они услышали о странном происшествии. За последние несколько месяцев в разных уголках Цзяннани начали пропадать мальчики, и до сих пор ни одного не удалось найти. Среди похищенных оказался и молодой наследник школы Сиюй. Эта школа была широко известна в Поднебесной, так что пропажа единственного сына подняла на ноги всё сообщество боевых искусств. Глава школы нанял множество мастеров для поисков, но те не дали результата. И вот, три дня назад, он разослал повторные приглашения, в надежде привлечь ещё более искушённых героев.

В этом же городе жил богатый купец, чьё дитя — тринадцатилетний подросток — тоже бесследно исчезло несколько дней назад. Мо Фэйюнь решил под покровом ночи осмотреть место происшествия.

Усадьба купца оказалась огромной. Комната пропавшего юноши находилась в левом флигеле — месте довольно мрачном, скрытом в тени деревьев и декоративных скал, что делало его идеальным для скрытного проникновения. Внутри не обнаружилось следов борьбы: скорее всего, мальчика схватили прямо во сне. Мо Фэйюнь принюхался. Запаха сонных благовоний не было, вместо них в воздухе разливался едва уловимый, тонкий аромат, который легко было не заметить, не обладая острым чутьём.

Выйдя в сад, Фэйюнь осмотрел пространство за искусственной горкой и пришёл к выводу, что похититель спрыгнул на ветку дерева, а оттуда перемахнул через высокую стену. Вспрыгнув на ствол, мечник действительно обнаружил свежие повреждения на коре.

Больше никаких зацепок найти не удалось. Вернувшись в постоялый двор и убедившись, что Сяо Хоу всё ещё крепко спит, Фэйюнь тоже лёг отдохнуть.

Путешествовать с ребёнком было крайне неудобно, поэтому Фэйюнь решил пораньше отправиться в сад Лючунь, чтобы найти Му Сяо.

Едва переступив порог сада, Мо Фэйюнь замер. В беседке, лениво попивая чай, сидел Бай Шу и, завидев гостя, расплылся в улыбке.

Раз Белый Лис уже в Цзяннани, значит, скоро объявится и Хуншэ Фэнтянь.

Фэйюнь, нахмурившись, подошёл ближе. Му Сяо, как всегда, выглядел воплощением изящества и безмятежности, однако взгляд, которым Бай Шу одаривал хозяина сада, был более чем странным.

— Фэйюнь, сколько лет, сколько зим! — воскликнул Бай Шу. Он скользнул взглядом за спину мечника, остановившись на притаившемся там мальчике.

Лекарь лукаво усмехнулся. Сяо Хоу, не привыкший к чужакам — а уж тем более к таким подозрительным типам, — занервничал и, тихо позвав Фэйюня, попытался спрятаться за его спиной.

Мо Фэйюнь кашлянул:

— Действительно, давно не виделись.

— Что это за мелкий бес? — Бай Шу указал пальцем на ребёнка. — Уж не твой ли это внебрачный сынок, Фэйюнь? Если наш господин узнает, боюсь, он будет не в духе.

— Не утруждай себя догадками, мы с ним не в родстве, — отрезал Фэйюнь. Он вытолкнул Сяо Хоу вперёд и обратился к Му Сяо: — Я хочу оставить его здесь на время.

Му Сяо, нахмурившись, оглядел щуплого, невысокого мальчишку с ног до головы, после чего кивнул и достал из рукава маленькие счеты, сделанные из чистого золота.

— Что ж, одним нахлебником больше, одним меньше — не беда. Сейчас всё подсчитаем, а итоговую сумму я выставлю Второму принцу.

Фэйюнь оторопел, а Бай Шу, помрачнев, посмотрел на Му Сяо — видимо, он уже успел познакомиться с его методами. Тонкие пальцы хозяина сада замелькали над золотыми косточками с невероятной скоростью.

— Итак, — деловито начал Му Сяо, — во-первых, одежда и прочие нужды — тридцать лянов. Трёхразовое питание по стандартам этого заведения — минимум один лян в день. Проживание — двадцать лянов в месяц. Поскольку мальчик от «господина», услуги слуг и горничных — ещё пять лянов в месяц на чай.

Щелчки прекратились. Му Сяо поднял глаза:

— Итого — восемьдесят пять лянов в месяц. Позвольте узнать, как долго он намерен здесь оставаться?

Сяо Хоу, ошеломлённый таким напором, во все глаза уставился на Му Сяо, не в силах вымолвить ни слова. Фэйюнь снова кашлянул. Судя по всему, его жалования едва ли хватило бы на проживание в подобном месте.

— Запиши это на мой счёт, — тихо произнёс он.

— О, так не пойдёт, — Му Сяо сложил веер с сухим щелчком. — Долги — вещь скверная, да и не посмею я брать деньги с самого великого мастера Мо. Но я, Му Сяо, никогда не работаю в убыток. Так что, мастер Мо, вам будет безопаснее забрать его с собой.

Бай Шу вздрогнул, его лицо мелко задергалось:

— Алчный торгаш, живого места на людях не оставит.

— Друг мой Бай, мастер Мо ведь не говорил, что ваши расходы тоже ложатся на него, — Му Сяо одарил лекаря ослепительной улыбкой. — Мы с вами пересчитаем всё позже. Обещаю скидку в пять процентов, а суммы меньше десяти лянов мы просто округлим в большую сторону.

Улыбка Му Сяо была безупречно прекрасна, но Бай Шу почему-то совсем не хотелось смеяться в ответ.

Фэйюнь не удержался от вопроса:

— Сколько ты ему задолжал?

— Сто лянов...

По спине Мо Фэйюня пробежал холодок. Не зря Му Сяо был в свите Фэнтяня — достичь таких высот в искусстве обдирательства было непросто. Пять процентов скидки от ста лянов — это девяносто пять, а округление «в пользу заведения» превращало эту скидку в чистое издевательство, за которое ещё полагалось благодарить.

— Ты останешься здесь, — Мо Фэйюнь строго посмотрел на Сяо Хоу. — Я не могу взять тебя с собой.

Мальчик мгновенно прослезился.

— Нет! Учитель, я хочу с вами! Обещаю, я не буду мешаться!

Фэйюнь потёр виски. Му Сяо, наблюдая за этой сценой, рассмеялся:

— Чтобы признать учителя, нужно поднести ему подарок. Ну-ка, малыш, что у тебя есть ценного?

Сяо Хоу жалобно втянул голову в плечи и, поколебавшись, покачал головой. Взгляд Му Сяо хитро блеснул:

— Тогда оставайся и прислуживай мне. Я буду платить тебе, и когда накопишь на достойный подарок — тогда и пойдёшь проситься в ученики к мастеру Мо. Идёт?

Мальчик неуверенно посмотрел на Фэйюня, опустил голову и замолчал. Когда Фэйюнь уже решил, что спор окончен, Сяо Хоу вскинул голову. В его взгляде читалось недетское упрямство.

— Не хочу я прислуживать этому... существу непонятного пола! У меня есть подарок! И я буду его учеником!

С этими словами он вытащил из-за пазухи медный «замок долголетия» — оберег, который носил на шее всю жизнь. Подняв его над головой, он рухнул на колени:

— Учитель, примите поклон вашего верного ученика!

Это был обычный медный замок, но узоры на нём были на редкость искусными. Фэйюнь помедлил, глядя в эти решительные глаза, и протянул руку. Но он не взял замок — вместо этого его ладонь мягко опустилась на голову мальчика.

— Вставай.

Сяо Хоу замер от неожиданности, а затем просиял:

— Учитель, вы согласны?!

— Отныне ты должен слушаться меня во всём, иначе нам не по пути, — коротко бросил Фэйюнь и, развернувшись, направился к флигелю, оставив троицу позади.

— Мастер Мо и впрямь человек благородный. Неужто рядом с Его Высочеством Вторым принцем есть порядочные люди? Поразительно, ха-ха-ха! — заметил Му Сяо.

Бай Шу наградил его тяжёлым взглядом:

— Просто у него нет денег на твою аренду, вот и приходится тащить парня за собой.

Бросив эту колкость, лекарь тоже ушёл к себе.

***

Ночью в комнате Фэйюня.

Бай Шу сидел у стола, помешивая чай.

— Люди из «Тяньди» уже разослали приглашения. Нам нужно выдвигаться.

Мо Фэйюнь молча кивнул.

— До собрания мастеров осталось совсем немного, — продолжил мечник. — Фан Чжунтянь когда-то был дружен с моим отцом, так что я знаю, как себя вести.

Бай Шу снова кивнул. Он знал: ради Хуншэ Фэнтяня этот человек готов пойти на смерть без раздумий — он доказал это ещё на поле боя, когда прикрыл собой раненого принца. Но где-то в глубине души лекарь считал это несправедливым. Он не понимал, почему такой человек, как Фэйюнь, хранит верность тому, чьё сердце давно превратилось в ледяную пустыню, где нет места никому.

— Фэнтянь... Я сопровожу тебя к союзу «Тяньди», таков приказ принца, — Бай Шу замялся, но Фэйюнь и так догадывался, что тот хотел сказать.

Мечник лишь снова кивнул.

— Ложись пораньше, — бросил Бай Шу, поднимаясь.

У лекаря было много претензий к характеру принца, и он знал его натуру лучше всех, но какой смысл объяснять это Фэйюню? Это всё равно что пытаться пробить стену лбом.

Фэйюнь же подумал, что Фэнтянь, должно быть, снова наговорил лишнего. Но за годы службы он привык: какими бы болезненными ни были слова принца, за ними всегда стояло нечто иное. Было ли это искренним чувством или самообманом — Мо Фэйюнь не хотел задумываться. В душе Фэнтяня была запретная зона, куда не было входа никому. Что ж, если так, то почему бы просто не стоять рядом и не охранять этот покой?

Путь к горе Тяньпин в компании Бай Шу оказался на удивление лёгким. Сяо Хоу вёл себя очень разумно, к тому же обнаружилось, что у мальчика феноменальное чувство направления и расстояния. Бай Шу, оценив этот талант, рассыпался в похвалах, чем несказанно обрадовал ребёнка. Лекарь умел ладить с детьми, и вскоре Сяо Хоу проникся к нему симпатией и начал беспрекословно слушаться.

Когда они шли по главной улице города, издалека донёсся свист плети. Фэйюнь нахмурился. Мимо, не разбирая дороги, несся всадник на чёрном коне, заставляя прохожих в ужасе разлетаться в стороны. Троица замерла: посреди дороги, покачиваясь, стоял юноша, который внезапно рухнул без чувств прямо под копыта летящего скакуна.

В одно мгновение Мо Фэйюнь взмыл в воздух. Меч покинул ножны и вернулся обратно в мгновение ока — толпа даже не успела осознать движение. Всадник вылетел из седла, а голова чёрного коня, отделённая чистым ударом, покатилась по мостовой, заливая камни кровью. Спасённый юноша, очнувшись на мгновение, в ужасе застыл, глядя на представшую картину. Фэйюнь подхватил его под руки, но тот снова обмяк, теряя сознание.

Виновник происшествия поднялся с земли, глядя на Фэйюня с нескрываемым изумлением — такую технику меча он видел впервые. Он поспешно сложил ладони в жесте почтения:

— Прошу прощения! У нас в школе Хуашань срочное дело, я обязан немедленно вернуться. На собрании мастеров я обязательно искуплю свою вину! Прощайте!

С этими словами он использовал технику легкости и мгновенно скрылся из виду.

— Мастер, ну и силища! — к ним подошёл бородатый детина с огромным тесаком за спиной. — Моё почтение, такой работы я отродясь не видел!

Мо Фэйюнь вежливо кивнул и, подхватив юношу, направился в ближайшую гостиницу. Сяо Хоу суетился рядом, стараясь помочь, а Бай Шу, осмотрев пострадавшего, выписал рецепт и послал за лекарствами. Жизни парня ничто не угрожало.

— Как он? — спросил Фэйюнь. Бай Шу сел за стол, налил себе чаю и выпил его залпом, облегчённо выдыхая.

— Жить будет. Просто в обморок упал от голода.

— Вот как... — рассеянно отозвался мечник.

— Этот парень ненамного старше твоего Сяо Хоу. Не знаю, что за зверь в человечьем обличье с ним так обошёлся, но это за гранью жестокости.

Фэйюнь перевёл хмурый взгляд на возмущённого лекаря:

— Что за запах от его одежды?

— Это особый аромат — цветок ночного слияния, — Бай Шу вздохнул и покачал головой. — В большой концентрации его запах вызывает потерю сознания. А если он смешивается с вином, то действует как сильнейшее возбуждающее средство. Хуже всего то, что этот аромат вызывает привыкание.

Лекарь замолчал на мгновение, глядя на бледное лицо юноши.

— Похоже, у этого мальчишки невероятная сила воли.

Мо Фэйюнь был уверен: спасённый ими юноша напрямую связан с делом о пропавших детях.

— Пойду велю приготовить что-нибудь лёгкое и диетическое, — сказал Бай Шу, поднимаясь. — Скоро он должен прийти в себя.

Фэйюнь проводил его взглядом.

Тот бородач с тесаком последовал за ними в гостиницу и теперь сидел внизу, попивая вино. Увидев спускающегося лекаря, он радостно замахал рукой, приглашая его к столу. Бай Шу не горел желанием общаться с бродячими воинами, но решил, что пара вежливых фраз не повредит.

— Присядь, выпей со мной! — Бородач отодвинул стул и крикнул слуге, чтобы принесли ещё приборы.

— Благодарю, я уже сыт, — холодно ответил Бай Шу.

Детина расхохотался:

— Тогда просто выпей пару чарок, поболтаем. Моё имя — Юэ Ушуан.

Бай Шу мельком взглянул на него. «Имя, которое совершенно не вяжется с обликом», — подумал он.

— Приятно познакомиться. — Называть своё имя лекарь не спешил.

— Послушай... — Бородач подался вперёд, он смотрел с любопытством. — Как зовут того парня, у которого техника меча просто запредельная? Почему он не спустился? С такими людьми грех не завести дружбу, а ещё лучше — обменяться парой ударов!

Бай Шу больше всего на свете не любил таких «боевых фанатиков», у которых в голове одни поединки, а мозги заменены мышцами. Именно поэтому они с Мо Фэйюнем вечно не могли ужиться в одной комнате — любая их встреча заканчивалась попыткой прирезать друг друга. Глядя на этого бородача, Бай Шу не удержался от колкости:

— Ты ему явно не ровня, так зачем напрашиваться на унижение? И вообще, он терпеть не может заводить знакомства с кем попало из этого вашего мутного мира боевых искусств.

Юэ Ушуан замер на секунду, а потом хлопнул себя по лбу и весело заржал:

— А ведь верно подмечено! И чем больше ты так говоришь, тем сильнее мне хочется с ним познакомиться!

Бай Шу едва не задохнулся от возмущения. «Ну и тупица», — пронеслось в голове.

Бородач продолжал как ни в чём не бывало:

— Ну вот, ты же теперь знаешь моё имя? Значит, мы уже вроде как друзья!

Бай Шу снова почувствовал, как закипает.

— У меня дела. Прощайте! — Сложив ладони в сухом приветствии, он развернулся и быстро зашагал вверх по лестнице.

http://bllate.org/book/17548/4633484