Готовый перевод Passing Through the Heavens Gate / Сквозь небесные врата: Глава 44. Инцидент в Сяошэне. Часть V

Глава 44. Инцидент в Сяошэне. Часть V

Услышав это, даже Тао Шэнван от изумления резко втянул воздух:

— Ты хочешь убить архимастера?!

— А почему бы и нет? — ответил Цзин Лунь. — Из двенадцати архимастеров духов только четверо принадлежат к нашей фракции. Пора бы сменить расклад. К тому же сейчас так благоприятно складываются обстоятельства, чего нам бояться?

Магистрат в белом был осмотрительным, поэтому возразил:

— Нет! Раз глава управления послал архимастера, значит, на Ваншань уже что-то подозревают. Если он погибнет здесь, это лишь подтвердит их подозрения!

— Ну и что, что подозревают? — отмахнулся Цзин Лунь. — Пока нет доказательств, никто не сможет обвинить нас.

— Спешка к добру не приведёт, — твёрдо заявил магистрат в белом. — Не стоит торопиться, особенно сейчас, в критический момент. Брат Цзин, лучше придумать другой способ.

Выслушав его возражения, Цзин Лунь продолжал улыбаться, но голос его похолодел:

— А какой ещё способ я могу придумать? Если никто не хочет действовать, тогда давайте просто все вместе ждать смерти!

Зная его характер, магистрат в белом поспешил успокоить его:

— Брат Цзин, я не это имел в виду…

— Я знаю, — перебил его Цзин Лунь, — что ты говоришь это из лучших побуждений. Когда ты только выпустился из Академии, тебя ведь продвигал сам Сун Инчжи. Ты наверняка встречал всех архимастеров под его командованием. Вы старые знакомые, и есть много вещей, с которыми тебе приходится считаться. Я поспешил и не продумал всё как следует, так что забудем об этом.

Цзин Лунь был поистине коварен — всего несколькими фразами он загнал магистрата в белом в угол, намекнув на его тайную связь с Сун Инчжи и его окружением!

— Брат Цзин, что ты такое говоришь?! — воскликнул тот.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся Цзин Лунь. — Брат Пэй, я просто говорю как есть. Чего ты так занервничал? Неужели я действительно попал в точку?

— Я думаю лишь об общем благе, а ты судишь меня по своим меркам мелочного подлеца! — возмутился магистрат в белом.

— Лицемер хуже подлеца, — сказал Цзин Лунь. — Я настоящий подлец. А ты — лицемер?

Его слова кололи как иглы. Магистрат в белом не нашёлся, что ответить. И тут молчавший всё это время Тао Шэнван вдруг сказал:

— Убьём его.

В леденящем мраке ночи под кроваво-красным небом их фигуры скрывались в тени дерева, словно демоны, облачившиеся в человеческую кожу. Двое учеников, что раньше стояли на коленях у ворот, уже давно молча удалились. Остались лишь Цзян Чжо и Ло Сюй, стоявшие плечом к плечу.

— Цзин Лунь прав, — сказал Тао Шэнван. — Сейчас обстоятельства играют нам на руку. Почему бы нам не убить его? Если этот архимастер вернётся живым, всем нам придётся расплачиваться. А раз так, лучше его прикончить!

— Наконец-то ты понял, — одобрил Цзин Лунь. — Не то что некоторые, кто всё ещё пытается усидеть на двух стульях.

Магистрат в белом понял, что с Цзин Лунем спорить бесполезно, и обратился к Тао Шэнвану:

— Брат Тао, ты действительно всё обдумал? В деле с падением божества у нас ещё есть возможность выпутаться, но если вскроется, что это мы убили мастеров духов, нам точно не жить!

— Если всё сделаем чисто и аккуратно, — ответил Тао Шэнван, — это никогда не вскроется. Я считаю, не стоит больше ждать. Немедленно пошлите приказ в Ванчжоу: и помимо мастеров духов, пусть доставят сюда ещё и грязных рабов. А если ему и этого окажется мало, пусть притащат низших и простолюдинов.

Цзян Чжо считал Цзин Луня крайне безжалостным и даже не ожидал, что Тао Шэнван настолько превзойдёт его в жестокости. Кто такие низшие и простолюдины? Это же обычные люди, жители Эрчжоу!

— Я всегда говорил, что ты самый безжалостный, — рассмеялся Цзин Лунь. — Додуматься до такого! Хорошо, хорошо! У меня на охотничьих угодьях как раз полно грязных рабов, я на них уже смотреть не могу. Отдам тебе всех, чтобы самому руки не пачкать.

Магистрат в белом помолчал немного, а затем сказал:

— Погибнет слишком много людей…

— Брат Пэй, не будь таким мягкотелым, — прервал его Тао Шэнван. — Если всё пройдёт удачно, больше всех выиграешь именно ты.

— В смысле? — удивился тот.

Было слышно, как Тао Шэнван сделал несколько медленных шагов.

— Не вини Цзин Луня за его резкие слова, — сказал он, — тебя действительно продвигал Сун Инчжи. Если бы не это, разве тебя направили бы сюда с горы Ваншань? У тебя ведь могли быть блестящие перспективы. По статусу магистрат в белом действительно был на ступеньку ниже других двоих — видимо, именно по этой причине. Он молча слушал, а Тао Шэнван продолжил:

— По справедливости, с твоим опытом и навыками ты мог бы занять должность верховного советника при самом главе управления. Увы, братья из нашей фракции Ваншань опасаются тебя. Из-за прежней благосклонности Сун Инчжи они боятся, что ты как-то связан с ним, поэтому и отправили тебя сюда, поставив меня рядом — и помощником, и надсмотрщиком. Но скажу честно: за последние дни я убедился, что у тебя превосходные способности и ты предан делу. Но одного моего мнения мало, нужно, чтобы об этом узнали и на горе Ваншань.

— Вот именно! — подхватил Цзин Лунь. — А он, голова дубовая, отказывается слушать. Объясни-ка ему ещё прямее!

— Хорошо, брат Пэй, скажу тебе прямо, — сказал Тао Шэнван. — В результате падения божества погибнуть должен не один архимастер, а всё население провинции.

— Что ты сказал?! — содрогнулся магистрат в белом. — Уже погибли жители целого города, десятки мастеров духов и грязных рабов! Неужели этого недостаточно?!

— Конечно, этого недостаточно, — ответил Тао Шэнван. — Чем больше сейчас погибнет людей, тем явственнее проявятся твои способности. Рассуди сам: после того, как мы убьём архимастера, что делать с падшим божеством? Разумеется, передать его тебе, ведь ты действующий верховный магистрат Эрчжоу. Ты доставишь его именную табличку на гору Ваншань. Во-первых, это позволит тебе отличиться перед главой управления, а во-вторых, ты сможешь доказать братьям, что ты искренне предан нашей фракции. После этого кто осмелится сомневаться в твоих способностях и верности? А там и повышение не за горами!

Он говорил хитро, умело подбирая слова, чтобы обнадёжить собеседника. На деле же его единственной целью было вовлечь магистрата в белом в их аферу. В конце концов убийство архимастера было слишком серьёзным делом, и они не могли себе позволить допустить утечку информации. Все трое должны были запачкать руки, иначе если кто-то один раскается и решит во всём признаться, двое других будут обречены.

«Все они так искусно плетут интриги, — подумал Цзян Чжо, — но сердца их полны злобы, а разум затуманен алчностью и жестокостью. Они далеки от истинного пути».

Под напором их уговоров магистрат в белом ещё немного поколебался и наконец сдался:

— …Хорошо. Но мы должны убить его окончательно, так, чтобы даже душа не уцелела!

— Это само собой, — сказал Тао Шэнван. — Я знаю одну технику уничтожения душ. Она способна рассеять душу заклинателя без следа, очень эффективно.

— О, я понял, — усмехнулся Цзин Лунь. — Ты ведь использовал её, когда убил того молодого господина из школы Шоюэ, да? Неудивительно, что даже после того, как ты вырвал ему сердце, он не стал призраком и не пришёл к тебе.

Когда они упомянули школу Шоюэ, путеводная лампа в рукаве Цзян Чжо вдруг задрожала, словно услышала эти слова. Цзян Чжо поспешно сжал рукав и лишь успел подумать: «Плохо дело!»

В следующий миг раздался голос магистрата в белом:

— Здесь кто-то есть!

Какая острота чувств! Цзян Чжо замер, затаив дыхание. Ло Сюй тоже не шевельнулся. Мелькнула белая фигура — магистрат первым выбежал наружу. Он мрачно окинул взглядом двор. Не обратив внимания на двух мужчин, он посмотрел на безжизненное тело мастера духов, лежавшее у ворот подобно груде мусора.

— Откуда здесь труп? — спросил он.

— Да тут повсюду трупы, — отозвался Цзин Лунь. — Что в этом странного?

— Нет, — возразил магистрат в белом. — Все остальные тела опутаны кукловодными нитями, а этот труп — нет.

Он был прав. Цзян Чжо и сам заметил, что все трупы на улице были обмотаны кукловодными нитями, и лишь это тело лежало просто так, резко выделяясь. Ло Сюй внезапно вывел на ладони Цзян Чжо слово «глаз».

«Какой глаз?» — подумал Цзян Чжо.

Затем Ло Сюй вывел «небо». Цзян Чжо поднял голову и увидел, что кровавая луна в небе будто бы увеличилась в размере. Но уже в следующий миг он понял: луна вовсе не стала больше — она приблизилась! И в то же мгновение огромное дерево во дворе вдруг зашуршало, словно поднялся ветер. Свисавшие с ветвей головы закачались из стороны в сторону и разом раскрыли рты:

— Сяошэн…

Этот странный, жуткий голос напоминал вой ветра в пустой медной трубе и жалобный стон.

— Сяошэн… полнолуние… настало полнолуние.

Цзин Лунь уже собирался шагнуть за ворота, но, услышав это, вскинул костяную флейту и крикнул:

— Что происходит?! Заклинание повеления ещё действует, кто позволил ему говорить?!

— Плохо дело, — сказал магистрат в белом. — Похоже, божество поглотило слишком много мастеров духов, и разум его помутился. Оно совсем обезумело!

Цзин Лунь тут же поднёс флейту к губам и заиграл. Но как только зазвучала мелодия, головы пришли в ещё большее неистовство.

— Сяошэн! Сяошэн!!!

Они кричали и раскачивались под кроной дерева, сталкиваясь друг с другом, будто пытались освободиться. Мёртвый мастер духов, лежавший на земле, вдруг выпрямил ноги, снова издал хриплое «хэ, хэ» и поднял голову, болтавшуюся на сломанной шее под странным углом.

— Сяошэн! — прохрипел он.

Затем он резко рванулся вперёд, и если бы Цзин Лунь не увернулся вовремя, схватил бы его!

— Сяошэн! Сяошэн!

Все мертвецы на улице выкрикивали одно и то же, словно у них на всех был один рот. И тут кукловодные нити освободились от сдерживающей их печати и стали поднимать трупы одного за другим.

— Оно умеет управлять марионетками?! — воскликнул Цзин Лунь.

Магистрат в белом, не говоря ни слова, поднял два пальца. Он не произнёс заклинание, но по земле тут же поползла корочка льда, в считанные мгновения заморозив всю улицу!

«Он и правда использует силу, не читая заклинаний…» — подумал Цзян Чжо.

— Его духовная сила слишком велика, — магистрат в белом обернулся. — Я не смогу его долго сдерживать! Быстро неси именную табличку! Я снова наложу заклинание повеления!

Не успел он договорить, как раздался громкий треск — ледяная корка пошла трещинами. Мертвецы проломили лёд и выползли наружу. Один за другим они поднялись на ноги и, вытянув вперёд руки, с криками «Сяошэн!» двинулись ко входу в резиденцию!

Цзин Лунь начал шарить у себя за поясом. Вдруг выражение его лица резко изменилось:

— Её нет… Его именной таблички тут нет! Она исчезла! Я же носил её здесь!

— Что?! — крикнул магистрат в белом.

Они переглянулись — в глазах обоих читался ужас. Они осмелились творить такое в городе только потому, что именная табличка была в их руках — без неё они не могли противостоять падшему божеству. Цзин Лунь неожиданно пришёл в ярость:

— Он обманул нас! Тао Шэнван, ах ты тварь…

Оба бросились внутрь, но там уже никого не было! Оказалось, что Тао Шэнван с самого начала лишь притворялся. Его смех эхом разнёсся по улице под кровавым небом:

— Единственный способ сохранить что-то в тайне — устранить всех, кто это знает!

— Тварь! — взревел Цзин Лунь. — Я и забыл, что все, кто тебе верит, плохо кончают!

— Ты хотел убить архимастера, и мы согласились! — воскликнул магистрат в белом. — Зачем же идти на такие крайности?!

Голос Тао Шэнвана прозвучал уже издалека:

— Благодарю вас за блестящий план! Если я не скормлю вас своему брату, как он сможет убить архимастера?

Цзин Лунь скрипнул зубами:

— Какая же ты подлая тварь! Значит, ты с самого начала планировал пустить нас на корм! И всё, что происходило в городе, тоже твоих рук дело?! Это падение божества, все эти убийства были просто предлогом, чтобы заманить нас сюда и использовать как ступеньку на пути к своим целям!

— Всё так, — Тао Шэнван громко смеялся. — Я давно знал, что дело с присвоением подношений скрыть не удастся. Потому и расставил эту сеть и дождался, пока вы сами в неё запрыгнете.

Его расчётливость была поистине пугающей!

— С твоим уровнем совершенствования тебе не удержать падшее божество, — сказал магистрат в белом. — Остановись, пока не поздно!

— О? — усмехнулся Тао Шэнван. — Так вы не знаете о моей связи с ним? И даже не знаете, как называется этот город?

Словно отвечая ему, все мертвецы в городе закричали:

— Сяошэн! Сяошэн!

Но на самом деле они повторяли вовсе не «Сяошэн» а…

«Сяо-Шэн».[i]

[i] Сначала город Сяошэн все называют 小胜 (xiǎo shèng), что значит «маленькая победа», но оказывается, что на самом деле это Сяо-Шэн, 小圣 (xiǎo shèng), что значит «маленький святой», но суть в том, что Шэн здесь — первый слог из имени Шэнван, то есть это ласковое обращение к Тао Шэнвану.

http://bllate.org/book/17320/1636105