Готовый перевод The Chatty Fulan From The Hunter's Family / Болтливый Фулан Из Семьи Охотника: Глава 8. Один обладатель древесной способности

Глава 8. Один обладатель древесной способности

Если говорить честно, условия у этой семьи были лучшими среди трёх, что сегодня приходили свататься.

К тому же Цзян Нин видел того парня несколько раз. Раньше, когда он навещал Цзян Пин, то обычно заходил в лавку у входа в переулок, покупал там сладости и закуски и приносил с собой. Это как раз добавляло остроты их болтовне.

Старшая сестра Цзян Нина, Цзян Пин, похоже, тоже «заразилась» от него, ведь у них у обоих была одинаковая страсть к нескончаемым разговорам. После её замужества они могли говорить без передышки по два часа кряду, обмениваясь новостями и слухами.

Лавка та принадлежала семье по фамилии Цянь. Семья у них была небольшая — один сын и одна дочь. Сам сын был на вид вовсе не дурён, но вот беда… он возомнил себя гением торговли. Учился он несколько лет, да только от учёбы стал заносчив и самоуверен, а вернувшись домой, заявил, что их семейная лавка ведётся устаревшим способом и требует реформ.

Отец его тоже словно умом тронулся — и вправду передал ему всё дело. А теперь, спустя три года, лавка задолжала уже двести восемьдесят семь лянов серебра…

Цзян Пин с цоканьем сказала:

— Теперь мне даже не хочется ходить к ним за покупками. Товары стали хуже, да не на чуть-чуть. Но всё-таки это же мои старые соседи… если покупать в другом месте, то они это увидят, как-то неловко. Каждый раз, когда беру соевый соус или уксус, чувствую себя чуть ли не воровкой.

Когда весь в долгах, да ещё и цепочка финансирования рушится, то откуда взять деньги на хороший товар?

И ведь парень вовсе не транжирил деньги, не гулял, как прочие избалованные сынки, не выносил средства из лавки на развлечения. Он и правда старался управлять делом… и именно так довёл его до таких долгов.

Две пустующие лавки, которые они сдавали, приносили всего два ляна в месяц. Неизвестно, сколько лет потребуется, чтобы закрыть эту дыру в двести восемьдесят семь лянов.

Тогда Цзян Пин ещё говорила ему, что эта семья повсюду ищет невестку или зятя, разбирающегося в торговле, чтобы спасти положение. Кто бы мог подумать, что они положат глаз именно на него?

Слишком уж высокого о нём мнения, не так ли?

Трёх свах проводили, и все три предложения, разумеется, отвергли. Тётушка У, которая была с их семьёй в более близких отношениях, обернулась, взглянула на Цзян Нина и не удержалась от совета:

— Нин-гер, я понимаю, что у этих парней хватает недостатков. Но ты должен знать: в этом мире трудно найти человека без изъяна… Даже если эти трое тебе не по душе, в будущем, когда появится примерно такой же кандидат, стоит соглашаться. Не нужно слишком придираться. Особенно теперь, когда тебе так нужно поскорее жениться.

Цзян Нин нахмурился:

— Почему же я, будучи совершенством во всём, не могу найти себе мужа, равного мне?

Три свахи поперхнулись от неожиданности и не нашли, что ответить.

Вот уж действительно — ни капли скромности… Совершенство, говоришь? Да ты же сплетник! Всё знаешь, тебя не проведёшь! Вот это как раз далеко от идеала!

……

В хижине из соломы на склоне холма у Люшугоу.

Почувствовав боль в лодыжке, Шэнь Юньчжоу даже на мгновение растерялся.

Ведь у него не только лодыжка должна была болеть…

Стена базы была проломлена гигантским зомби, и орда, словно поток, хлынула внутрь, поглотив всё. Всю базу и его самого…

А сейчас он ощущал лишь лёгкую боль в ноге.

Шэнь Юньчжоу пошевелил пальцами — чувствительность была. Он… не умер?

Он открыл глаза и сел.

Перед ним оказалась маленькая хижина, сложенная из соломы, дерева и глины. Она выглядела ветхой, но была прибрана довольно аккуратно. За окном простиралась густая зелень, и доносилось весёлое щебетание птиц.

Э-э-э… Шэнь Юньчжоу мог с уверенностью сказать: в базе города H такого места не было.

Он снова осмотрел своё тело — всё цело, ни руки, ни ноги не утрачены. На нём была грубая короткая одежда древнего покроя. В месте, где болела лодыжка, проступила кровь. Он закатал штанину. На коже виднелись два глубоких следа от клыков, а вокруг уже расползалась чернота.

Рядом с его ногой лежала змея — чёрная с белым узором, длиной не меньше метра. Её пригвоздило стрелой к земле, и она уже давно была мертва.

Шэнь Юньчжоу вышел из хижины и, встав на большой серый валун, издали разглядел деревню у подножия горы.

Бескрайние поля отливали нежной зеленью. Люди, работавшие в полях, были одеты так же, как и он — в грубую короткую одежду старинного покроя. Женщина, уперев руки в бока, стояла у края поля и громко отчитывала непослушного ребёнка. Даже отсюда до него доносились обрывки её живого, полного сил голоса. Такого, какого уже не услышишь в мире апокалипсиса.

Этот шум, одновременно суетливый и мирный, доносился до него приглушённо, но постепенно возвращал ощущение реальности: он жив…

Похоже, возможно, вероятно… он перенёсся в другой мир!

……

Горы оказались по-настоящему щедры на ресурсы.

Спустя полчаса Шэнь Юньчжоу сидел на корточках у входа в хижину и жарил курицу, едва не теряя сознание от аромата.

Курица была поймана только что — дикая, горная. Он лишь слегка присолил её и смазал немного соевым соусом, который нашёлся как раз в самой хижине.

Даже этого было достаточно: запах мяса, смешанный с лёгким ароматом соли и соуса, заставлял его беспрестанно сглатывать слюну.

На самом деле это тело не испытывало сильного голода. Но Шэнь Юньчжоу был голоден — голодом иного рода, душевным. Он уже давно не ел мяса, да и просто не наедался досыта: оборона города длилась два дня, и за всё это время он успел проглотить лишь две лепёшки из кукурузной муки размером с ладонь, да бутылку воды.

Перед самой смертью он даже не сумел как следует поесть. Знал бы, что всё равно не удержат оборону — съел бы все те банки тушёнки, что берег столько времени, не решаясь открыть.

Шэнь Юньчжоу с сожалением вздохнул. Интересно, кому достались те консервы… или их просто растоптали вместе с ним зомби?

К счастью, теперь он оказался здесь.

В этой хижине он нашёл не только соль и соевый соус, но и немного риса с мукой. Под кроватью стоял горшок, в котором лежали две длинные связки медных монет.

Мёртвую змею он небрежно повесил на ветку у входа. К этому моменту Шэнь Юньчжоу уже догадался, что прежний хозяин тела, вероятно, умер от её укуса, и только тогда его душа заняла это тело.

Сначала он даже хотел сварить змеиный суп, но, подумав о том, что это ядовитая змея и неизвестно, безопасно ли её есть, отказался от этой идеи. Получив второй шанс на жизнь, стоит беречь её. К тому же в горах полно еды — куда ни глянь.

Сама хижина на склоне была чуть лучше, чем совсем пустые стены. Денег и запасов почти не было, мебели тоже, зато имелись охотничьи инструменты, а вот сельскохозяйственных не было вовсе. Похоже, прежний хозяин тела был охотником.

Однако Шэнь Юньчжоу не стал пользоваться охотничьими инструментами.

Он лишь слегка шевельнул ладонью, и из кончиков его пальцев извилась тонкая лиана, скользнула вперёд и скрылась в горных зарослях кустарника.

http://bllate.org/book/17138/1603861