Готовый перевод The Chatty Fulan From The Hunter's Family / Болтливый Фулан Из Семьи Охотника: Глава 4. Нападение

Глава 4. Нападение

Как бы ни был недоволен уездный магистрат Цзян, Ван Тугэнь всё же был человеком, хоть как-то связанным с «чиновным миром» уезда Фушуй. Такое важное событие, как шестидесятилетие его матери, невозможно было обойти без приглашения этого старика. Да и место ему отвели довольно почётное.

Цзян Нин встретился с ним взглядом всего на пару секунд, затем как ни в чём не бывало отвёл глаза, однако внутри у него стало неспокойно. Взгляд Ван Тугэня был словно змеиный язык — холодный, липкий, с пронизывающей мрачной злобой, от которой становилось не по себе.

Когда пир уже подходил к концу, дочь магистрата, госпожа Цзян У, наклонилась к уху старой госпожи и что-то тихо прошептала. Та нахмурилась и, взглянув в сторону Цзян Нина, вздохнула.

Вскоре кормилица Лю, служившая при старой госпоже, подошла к Цзян Нину, чтобы проводить его из усадьбы:

— Четвёртый братец Цзян, ты сегодня потрудился на славу. Вот остаток платы и ткань. Это награда от нашей госпожи. Ещё тебе отдали кое-какие продукты, что остались после сегодняшнего пира… только не брезгуй. Вещей много, тебе одному не унести, так что пусть мой непутёвый сын отвезёт тебя на повозке обратно.

Цзян Нин всё понял: продукты были лишь предлогом. Госпожа Цзян У замолвила за него словечко перед старой госпожой. Видимо, она подробно рассказала о Ван Тугэне, растрогав её до сострадания, и та решила позаботиться о нём таким образом.

Цзян Нин поспешно поблагодарил.

Кормилица Лю была приданой старой госпожи и служила семье Цзян уже несколько десятков лет. Её дети тоже пользовались уважением в усадьбе. Младший сын, Лю Син, ныне прислуживал старшему господину Цзян Бо, а сейчас лично правил повозкой госпожи Цзян У, чтобы отвезти Цзян Нина обратно в деревню Сюхэ.

— Не бойся, — сказал Лю Син, правя лошадью и слегка повернувшись к нему. — Чуньсин уже всё нам рассказала. Наш господин вовсе не такой, как прежний магистрат. Он не потерпит, чтобы в его уезде творились такие безобразия, как похищение честных людей. Он уже не раз, и открыто, и намёками, ставил этого господина Вана на место. Тот теперь не посмеет вести себя так нагло, как раньше.

В его голосе слышалась лёгкая насмешка:

— Тоже мне «вельможа»… «почти чиновник»! Раз «почти», значит, вовсе не чиновник! Никакого ранга у него нет! Просто он выдал свою сестру наложницей за военного наместника Сюаньу, вот и возомнил себя кем-то! А ещё осмеливается говорить с нашим господином на равных. Иначе кто бы на него вообще смотрел?

В учёных кругах косо смотрят на тех, кто получил должность по протекции, а уж на таких «почти чиновников» и подавно. А их господин — настоящий выпускник государственных экзаменов второй степени!

Лю Син украдкой взглянул на Цзян Нина, и уши его слегка покраснели. Такой красивый юноша, да ещё и такой обходительный. Каждый раз, приезжая готовить пиры, он ещё и подбрасывал слугам пару вкусных блюд. Весёлый, разговорчивый… кому такой не понравится? А этот старый хрыч, которому уже за сорок, ещё смеет строить на него планы!

Цзян Нин, опершись одной рукой о груду продуктов, вымученно улыбнулся. Пусть учёные и презирают таких «чиновников», это их дело, а вот простому человеку вроде него не пристало судить о подобных вещах.

Видя, что он всё ещё тревожится, Лю Син хотел было сказать ещё пару слов утешения, но не успел. Вдруг неизвестно откуда вылетел камень и угодил лошади прямо в ногу. Лошадь испугалась, резко взвилась на дыбы и громко заржала.

Лю Син тоже вскрикнул от неожиданности. Он отвлёкся на разговор и вёз тяжёлую повозку с продуктами, поэтому ехали они медленно. Они только что выехали за город и двигались по пустынной дороге в сторону деревни — место было глухое и безлюдное. Испуганная лошадь успела сделать лишь пару шагов вперёд, как вдруг с земли взметнулась верёвка-подножка, опрокинув разом и лошадь, и повозку, и людей. Лю Сина, сидевшего на облучке, отбросило на несколько чжанов и он тут же потерял сознание.

Цзян Нина в повозке мотало, словно в барабане стиральной машины. Всё кружилось и переворачивалось. Он поспешно закрыл руками голову и лицо, но всё равно несколько раз сильно ударился. Перед глазами вспыхнули искры.

Лишь спустя некоторое время он пришёл в себя. Ухватившись за окно повозки, он выглянул наружу и увидел, как из кустов у дороги вылезают четыре-пять здоровенных мужчин в одежде слуг. Сначала они подошли к Лю Сину, проверили, дышит ли он, потрясли его пару раз и, убедившись, что тот без сознания, злобно ухмыльнулись и направились к Цзян Нину.

— Вот ведь неблагодарный! Обычный деревенский мальчишка, а наш господин изволил на тебя глаз положить! Даже официально сватов прислать хотел, взять тебя в жёны! Да это тебе счастье на восемь жизней вперёд! А теперь что ж… раз ты не согласился по-хорошему, мы тебя «пригласим» обратно. Сбежал? Значит, станет наложницей…

Главный из слуг закатал рукава и потянулся, чтобы вытащить Цзян Нина из повозки.

Цзян Нин одной рукой крепко вцепился в край окна. Главный из слуг схватил его за плечо и изо всех сил тянул наружу. Но не успел он опомниться, как Цзян Нин резко взмахнул другой рукой, спрятанной за спиной и целая горсть порошка из сушёного дереза и сычуаньского перца полетела ему прямо в глаза.

Тот и представить не мог, что у Цзян Нина найдётся такой приём. Раздался пронзительный крик. Он схватился за лицо, из глаз и носа потекло, а чих не прекращался. Несколько человек позади тоже зацепило. Они, задыхаясь, чихали и ругались:

— Да ты вообще можешь хоть с одним справиться?! Даже мальчишку не удержал!

— Что за дрянь он кинул… апчхи!

— Мои глаза! Твою мать!

Пока они, ослеплённые жгучей смесью, не могли открыть глаза, Цзян Нин схватил большой зимний кабачок и со всей силы швырнул его в них. И в этот момент из придорожной рощи бесшумно вышли ещё с десяток крепких мужчин. Увидев их число, Цзян Нин наконец облегчённо выдохнул.

Все они были рослые и сильные, лица прикрыты тканью, в руках — дубины, мешки и верёвки. Один накидывал мешок, другой бил, третий связывал. Действовали они чётко и слаженно, быстро уложив всех слуг на землю.

Когда тех окончательно связали, натянув мешки на головы, Цзян Нин выбрался из повозки. Его самого тоже слегка задело собственным порошком, поэтому глаза покраснели и жгли невыносимо. Но он всё равно подбежал и от души пнул связанных слуг несколько раз.

Чёрт возьми, вот наглость! Осмелиться напасть даже на повозку дочери магистрата! Хорошо, что он заранее подготовился.

Цзян Нин сложил руки в знак благодарности перед мужчинами, затем сделал несколько жестов, указывая в сторону леса позади. Те с ухмылками утащили слуг в чащу, забрали у них кошельки, стащили штаны и, натянув мешки на верхнюю часть тела, привязали их к деревьям.

Закончив с ними, мужчины подняли повозку, а кто-то отправился проверить состояние Лю Сина. Только тогда Цзян Нин заговорил:

— Хорошо, что вы, старшие братья, были рядом. Я уж боялся, что моим второму и третьему брату вдвоём не справиться с таким числом негодяев.

Из осторожности Цзян Нин ещё накануне сообщил об этом своим братьям: если Ван Тугэнь осмелится напасть, то пусть они устроят ему ловушку.

Но всё же Ван Тугэнь оказался слишком осторожным. Чтобы схватить одного деревенского юношу, он прислал сразу четверых-пятерых человек?

Двое впереди как раз и были братьями Цзян Нина — Цзян Ань и Цзян Дин. Цзян Аню было двадцать два, он был рослым и крепким, как медведь. Плотник по профессии, он годами работал руками, поэтому имел мощные мышцы. Стоило ему встать за спиной Цзян Нина и тот словно оказывался под защитой железной башни.

Цзян Дин был его близнецом, поэтому внешне они с Цзян Нином были очень похожи. В отличие от могучего Цзян Аня, он был обычного телосложения, даже немного изящный. Услышав его слова, он сказал:

— Тут ещё всё так совпало удачно… старший брат Лян со своими людьми только вчера причалил, собираются у нас чиниться дней пять-шесть. Услышали про это дело — так и захотели сами прийти посмотреть.

Тот самый старший брат Лян громко рассмеялся:

— Редкий случай заставить Нин-гера быть нам должным! Тут уж не обойтись без пары столов вкусных блюд в благодарность!

Он пошарил за пазухой, достал несколько свёртков и протянул их Цзян Нину:

— Вот, я за последнее время собрал разные семена. Таких тут не видели.

Семья Цзян уже несколько лет держала лавку у пристани, поэтому знала многих людей, связанных с речными перевозками.

Известные в последующие времена «речные братства» возникнут лишь в эпоху Мин. Сейчас же никакого такого объединения ещё не существовало, а перевозки находились под строгим контролем государства. Большинство лодочников были военными поселенцами, также нанимались и гражданские работники.

Кроме того, были и частные торговые суда.

Семья Лян Шуньфа владела как раз таким частным судном: они нашли подход и ходили вслед за государственными кораблями, курсируя по линии Линьань — Бяньлян — Лоян, скупая и перепродавая товары.

Каждый год они проходили через уезд Фушуй по нескольку раз, задерживаясь на пять-шесть дней. Ещё когда Цзян Нин был совсем ребёнком, он любил крутиться возле этих лодочников, слушая их бесконечные байки о разных краях. А матросы, в свою очередь, полюбили еду с семейного лотка Цзян. Так постепенно Лян Шуньфа и его люди сдружились с братьями и сёстрами семьи Цзян.

Именно поэтому они ничуть не боялись задеть какого-то там господина Вана: они не местные, ударят — и уйдут, в Фушуе не живут. К тому же били они, натянув мешки на головы, да ещё и ни слова не проронили. Кто догадается, что это их рук дело?

Цзян Нин с радостью принял свёртки с семенами, немного подумал и сказал:

— Конечно! В повозке как раз есть мясо и овощи. Братцы, заберите их пока, а я чуть позже подойду и приготовлю всё на месте. Мы давно не виделись, так что сегодня хорошенько посидим. Я пожарю вам рыбу.

С этими словами он полез в повозку за деньгами, чтобы расплатиться с Лян Шуньфа.

Услышав про жареную рыбу, Лян Шуньфа почувствовал, как у него невольно потекли слюнки. Он не стал церемониться — позвал своих людей забрать мясо и овощи, а сам принял деньги за семена.

Пусть это были всего лишь несколько маленьких пакетиков, стоили они недёшево. Многие из них привезены из-за моря. Хотя семья Лян не ходила в дальние плавания, у них были связи с морскими судами, и они знали, что за океаном живут странные люди с рыжими и жёлтыми волосами.

Эти «рыжеволосые» были весьма свирепы и любили держать монополию: многие семена они не продавали, предпочитая сжечь их, лишь бы не дать вывезти с островов. Некоторые купцы тайком вывозили их, прилагая огромные усилия, а порой и рискуя жизнью. Потому и цена их была высокой.

Хотя Лян Шуньфа и не понимал, зачем Цзян Нину, простому деревенскому юноше, тратить такие деньги на странные семена, он всё равно согласился.

Цзян Нин же надеялся найти семена картофеля, батата, кукурузы, арахиса, риса из Чампы и других культур. Но он не мог прямо описать, как они выглядят. Трудно было объяснить, откуда у него такие знания, поэтому он и прибегал к такому неуклюжему способу.

Увы, за несколько лет поисков он так ничего и не нашёл.

Оставшиеся деньги и ткань, подаренную старой госпожой, Цзян Нин сунул Цзян Дину, велев им уходить первыми. Он остался возле потерявшего сознание Лю Сина и принялся его тормошить:

— Лю-гэ, вы в порядке?

Какое там «в порядке»! У Лю Сина болело всё тело, перед глазами всё плыло, его даже подташнивало. Но когда рядом оказался такой красивый юноша, так тревожно за него переживающий, он всё же с усилием сел:

— Что… произошло?

До потери сознания он помнил лишь, как верёвка сбила повозку… значит, на них напали. Первая мысль — это люди господина Вана пришли похитить Цзян Нина!

Чёрт возьми, да у них совсем совести нет? Осмелиться остановить повозку дочери магистрата! Совсем не боятся их господина?

Он нащупал затылок. Там вздулся огромный шишак, от прикосновения пронзала боль.

Но если это были люди Вана, почему Цзян Нин цел и невредим?

Цзян Нин опустил ресницы и полуправдиво ответил:

— После того как вы потеряли сознание, из кустов вышли несколько человек, они хотели меня схватить. У меня не было выхода, я бросил им в глаза порошок из перца и дереза, чтобы отогнать. А потом вдруг из леса появились другие люди. Лица их были закрыты, выглядели они прямо как разбойники из зелёных лесов… и напали на тех. Ммм… наши вещи с повозки они тоже забрали… но, к счастью, нас не тронули и ушли.

Лю Син был потрясён. Неужели им просто не повезло, и они наткнулись на настоящих разбойников? Он заглянул в повозку… и правда, даже овощи исчезли, внутри пусто. Эти разбойники, выходит, ещё и расчётливые! Не упустили даже еду!

Он опустил взгляд и увидел, как Цзян Нин тянет его за рукав, жалобно прося тихим голосом:

— Лю-гэ, отвезите меня обратно в усадьбу магистрата… Мне нужно попросить аудиенции у господина магистрата.

http://bllate.org/book/17138/1602976