Готовый перевод The Round Table of Death / Круглый стол смерти: Глава 64. Седьмой раунд игры

После того как Цзян Вэньюань обошёл с Шань Сяожань территорию загородного поместья, чтобы она немного освоилась, он привёл её в заранее подготовленный номер 208.

— Отныне ты будешь жить здесь. Когда Люй Цимяо приедет в Столичный город, она поселится рядом с тобой, в 209-м номере, чтобы вы могли присматривать друг за другом. Ли На, которую мы видели в холле, живёт в 201-й, ближе всех к лестнице. В конце концов, мы разного пола, так что если возникнут какие-то бытовые неудобства, то можешь обращаться за помощью к ней.

Шань Сяожань видела Ли На лишь мельком, но та произвела на неё приятное впечатление.

— Не будет ли это слишком обременительно для неё?..

Цзян Вэньюань помог занести багаж в комнату.

— Вовсе нет. Я уже предупредил Ли На и попросил её присмотреть за тобой. В будущем за Люй Цимяо тоже будет отвечать она, так что одной больше, одной меньше — разницы никакой.

Шань Сяожань ещё нужно было разложить свои вещи, поэтому Цзян Вэньюань не стал её задерживать и просто передал ей папку с планом подготовки.

— Начиная с завтрашнего дня каждое утро ты вместе с Ли На будешь проходить усиленную физическую подготовку под руководством инструктора. Вторая половина дня отведена на изучение различных аспектов игры. Я уже составил для тебя расписание занятий на дневное время, занимайся самостоятельно по этому плану. Каждую неделю я буду проверять твои успехи и делать упор на отработку тех моментов, где у тебя возникнут сложности.

Шань Сяожань пролистала план. Содержание было невероятно подробным — тридцать две страницы текста, причём многие пункты представляли собой тренировочные задания, разработанные с учётом её индивидуальных особенностей. Очевидно, что такой индивидуальный проект невозможно было составить за короткое время.

Она вспомнила свой позавчерашний звонок, когда снова заговорила о наставничестве (что в прошлый раз не удалось из-за вмешательства Юн Цяня). Прошло всего два дня — этого времени никак не хватило бы для написания столь глубокого плана. Получается, что Цзян Вэньюань начал тщательно разрабатывать для неё план ещё тогда, когда даже не знал, вернётся ли она к своему поручению о наставничестве. Шань Сяожань была тронута до глубины души.

— Цзян Вэньюань… нет, наставник! Я обязательно буду тренироваться изо всех сил и не подведу вас!

Ощущение, когда тебя называют наставником, оказалось на редкость приятным. Дав ещё пару наставлений девушке, Цзян Вэньюань вернулся в мужское крыло, расположенное по другую сторону лестницы. Зайдя к себе, он закрыл дверь и с нетерпением достал следственные материалы, переданные Юн Цянем.

Папка была внушительной, однако внутри оказалась научная работа по борьбе с загрязнением окружающей среды, которая на первый взгляд не имела абсолютно никакого отношения к «CJ». Это было условие самого Цзян Вэньюаня: вся информация должна быть зашифрована. У них имелось две системы расшифровки, ключом к которым служили два известных произведения классической литературы — китайской и зарубежной. Если сумма количества страниц присланных материалов и даты, указанной на титульном листе, являлась нечётным числом, то нечётные страницы расшифровывались с помощью китайской классики, а чётные — с помощью зарубежной. Если сумма была чётной, то наоборот: нечётные — по зарубежной, чётные — по китайской.

Из-за специфики «CJ», а также чтобы свести к минимуму риск утечки секретных сведений, Юн Цянь не доверил шифровку третьим лицам и занялся этим лично. Цзян Вэньюань достал два недавно купленных тома классических произведений и принялся за работу. Статья на двадцать семь страниц после дешифровки превратилась объёмом всего в несколько сотен слов:

«Нам удалось найти одного бывшего рядового члена „CJ“, исключённого из организации. Он помнит лишь то, что причиной исключения стало нарушение табу „CJ“, но совершенно не может вспомнить, когда и что именно он совершил. Игрок из „Семи звёзд“, имеющий профессию психолога, установил, что этот человек подвергся глубокому гипнозу, из-за чего и забыл, какое именно табу нарушил. Мы пытались снять гипноз, но на него установлена психологическая установка: как только он попытается раскрыть секрет, он должен совершить самоубийство.

Нам удалось выведать лишь крупицы информации, прежде чем он попытался откусить себе язык. Откачав его, мы подвергли его повторному гипнозу, чтобы он забыл о том, что мы вообще выходили на него. Кроме того, мы поручали расследование в отношении „CJ“ другим организациям, но это не принесло никаких результатов.

Вот что удалось узнать: глава „CJ“ — настоящий маньяк по части прохождения раундов «Круглого стола». Помимо проданных кукол, он лично владеет несколькими сотнями экземпляров. Однако глава „CJ“ никогда не берёт кукол с собой — все они заперты в подземном хранилище. Движимый любопытством, тот рядовой член организации как-то проследил за высокопоставленными участниками, входившими в хранилище. Заглянув внутрь, он увидел, что все куклы там расчленены…

После этого момента бывший рядовой сотрудник „CJ“ попытался покончить с собой, и передача данных прервалась.

Доклад окончен».

Дочитав собственноручно записанную расшифровку, Цзян Вэньюань тяжело выдохнул. Он отнёс статью об экологии и свои записи в туалет, сжёг их дотла, а пепел смыл в канализацию, не оставив ни следа.

Причины, по которым Чэнь Мянь не пользовался куклами и расчленял их всех до единой, Цзян Вэньюань вполне мог себе представить. Тот игрок, продававший поддельные браслеты для привязки союзников, использовал похожий метод — материалом для его изделий служила ткань от кукол. Сейчас этого умельца удерживал у себя Цзо Чжиянь, заставляя его день и ночь трудиться над созданием настоящих браслетов, но пока безрезультатно.

Цзян Вэньюань вспомнил ту пару браслетов из красных нитей, которые они с Бай Мэй надели перед входом в игру, — от них действительно был толк. Раз Чэнь Мянь не поскупился уничтожить сотни спасительных предметов, помимо тех браслетов из красных нитей у него должны были быть и другие результаты изысканий. Что же касается природы этих результатов, Цзян Вэньюань сразу же подумал о текущем состоянии Чэнь Мэня — между ними, несомненно, имелась прямая связь.

Игроки «Круглого стола» ничем не отличались от обычных людей: с попаданием в эту игру они не стали умнее или сильнее, да и никаких особых способностей не обрели. Какими игроки были в реальности, таким они входили и в игру. Единственное, на что можно было положиться в противостоянии с призраками и монстрами — это куклы с их особыми способностями.

Именно поэтому происходящее с Чэнь Мянем выглядело столь жутко и странно: он напоминал зловещего духа, способного завладевать чужим разумом и телом. Цзян Вэньюань страстно желал узнать итоги его исследований. Только поняв связь между куклами и его состоянием «духа-хранителя», он смог бы найти способ помочь возлюбленному. Однако докопаться до истины было не так-то просто, и как бы ни сгорал от нетерпения Цзян Вэньюань, ему оставалось лишь взять себя в руки и спокойно дожидаться результатов расследования организации «Семь звёзд».

У Шань Сяожань был замечательный характер, так что не пробыла она в «Синей птице» и трёх дней, как завоевала расположение Ли На; девушки стали неразлучны. Не будь Цзян Вэньюань абсолютно уверен, что Шань Сяожань и Юн Цянь — пара, он бы уже заподозрил, что они с Ли На — лесбиянки. Именно из-за того, что Шань Сяожань заняла всё время Ли На, И Цинчжоу наконец осознал, почему ему всегда нравилось задирать Ли На, но становилось не по себе, когда она плакала. Оказалось, он в неё влюблён.

Осознав свои чувства, И Цинчжоу, напротив, стал вести себя робко и нерешительно. Ли На же не питала к нему никаких романтических чувств и не понимала, почему он её избегает, но считала, что так даже лучше — не нужно тратить силы на препирательства.

Цзян Вэньюань видел всё это, однако не испытывал ни малейшего желания подталкивать их друг к другу. У обоих были желания, ради которых они готовы были рисковать жизнью, потому-то они и попали в «Круглый стол». Если они станут парой, а потом один из них погибнет в игре — что делать второму? Всё так же упорствовать в своём первоначальном желании или же изменить его на воскрешение возлюбленного? Любой выбор принесёт лишь невыносимую боль.

Цзян Вэньюань питал особую неприязнь к желаниям типа «воскресить кого-то», а потому предпочёл закрыть глаза на перемены в отношениях И Цинчжоу и Ли На. Шань Сяожань тоже заметила искру между ними, но, заметив настрой Цзян Вэньюаня, как и он, предпочла хранить молчание. Что же касается Цзо Чжияня, то он был по горло загружен делами и целыми днями не появлялся на глаза, так что подобных амурных переживаний не заметил вовсе.

Сегодня Цзо Чжиянь наконец вернулся в поместье, а всё потому, что должен был прибыть новый официальный член «Синей птицы».

Родной город Люй Цимяо находился недалеко от столицы. Ей уже исполнилось четырнадцать, и новое удостоверение личности тоже было готово, поэтому она отказалась от предложения Цзян Вэньюаня приехать за ней. Она сама купила билет на скоростной поезд, сама доехала и благополучно прибыла на вокзал Столичного города, куда за ней вместе с водителем поместья отправилась Шань Сяожань.

Когда Шань Сяожань ввела Люй Цимяо в холл, Цзян Вэньюань увидел, что девочка сильно исхудала по сравнению с тем, как выглядела в игре. Он сам познал горечь потери любимого человека — это была глубокая рана, которую не залечить никакими утешениями. Люй Цимяо потеряла последнего близкого человека, и её боль была ничуть не меньше его собственной.

Цзян Вэньюань не стал её утешать. Вместо этого он протянул ей руку.

— Цель «Синей птицы» — собирать кукол, выживать до конца, пройти игру и получить возможность загадать любое желание! Люй Цимяо, добро пожаловать в «Синюю птицу».

Девочка протянула руку и слегка пожала ладонь Цзян Вэньюаня. Её взгляд был исполнен непреклонной решимости.

— Спасибо тебе, брат Вэньюань.

Несмотря на свой юный возраст, Люй Цимяо обладала несокрушимой решимостью, а её чёткая и решительная манера действовать позволила ей всего за полдня завоевать доверие остальных членов «Синей птицы». Никто больше не смотрел на неё свысока из-за возраста.

Цзо Чжиянь тоже остался доволен. Сначала он планировал лишь мельком повидаться с ней и утащить Цзян Вэньюаня работать дальше, но после встречи передумал. Он отменил все дела, решив наладить контакт со своей подопечной.

Вещей у Люй Цимяо было мало, а одежда — старой и уже тесноватой. Поскольку скоро наступал Новый год, Цзо Чжиянь решил отложить приветственный банкет в честь Люй Цимяо и первым делом отправиться в торговый центр неподалёку. Предметы первой необходимости в поместье были, но Цзо Чжиянь с истинным размахом накупил ей одежды, обуви, шарфов, шапок, перчаток, а также новый телефон, ноутбук, часы и пачку пособий для подготовки к экзаменам, о которых она просила.

Цзян Вэньюань впервые в жизни увидел, каким образом Цзо Чжиянь покупает одежду.

Остановившись у витрины с одеждой для девочек-подростков, Цзо Чжиянь спросил Люй Цимяо:

— Какого фасона одежда тебе нравится?

Люй Цимяо давно не покупала обновок. После смерти родителей и паралича брата она готовилась к жизни в крайней нужде и сознательно избегала красивых вещей, так что вопрос Цзо Чжияня поставил её в тупик.

— Подойдёт любой фасон, — ответила она, растерявшись.

Цзо Чжиянь ненадолго задумался. Он не любил попусту тратить время на бессмысленные вещи, и вместо того, чтобы терять его на подбор подходящих для девочки фасонов, проще было забрать всё разом.

— Все новинки этого года, что представлены у вас, подготовьте в её размере и доставьте по указанному адресу, — сказал Цзо Чжиянь продавцу-консультанту.

Продавщица, на которую неожиданно свалился оглушительный заказ, пребывала в полном ошеломлении. Только когда она подписала с Цзо Чжиянем бланк на доставку одежды и провела по терминалу карту, приняв задаток в десять тысяч юаней, до неё наконец дошло осознание реальности происходящего.

Прогулявшись по торговому центру, Цзо Чжиянь мгновенно стал центром внимания, когда он в том же стиле выбирал обувь в отделе кроссовок. Продавщица-консультант, сама того не замечая, оказалась совершенно очарована Цзо Чжиянем, и её сердце затрепетало.

— Господин, вы так добры к своей младшей сестре, — застенчиво и тихо спросила она.

Цзо Чжиянь мельком взглянул на неё.

— Это моя дочь.

Улыбка на лице девушки застыла.

— Господин, вы так прекрасно выглядите, кажетесь таким молодым… Совершенно не скажешь, что у вас уже есть дочь-подросток…

Цзян Вэньюань и остальные, наблюдая за этой сценой со стороны, едва не помирали от смеху. В компании участников «Синей птицы» бесконечный мрак на душе парня стал уже не таким беспросветным, и у него даже появилось некоторое предвкушение предстоящего Нового года.

Прежде чем этот молодая организация «Синяя птица» встретит свой первый Новый год по лунному календарю, Цзян Вэньюаню предстояло преодолеть ещё два тяжёлых испытания.

Первое — приближающийся очередной раунд игры.

Второе — первая годовщина смерти Чэнь Мяня, которая наступит сразу после завершения игры.

С учётом пяти кукол, подаренных Юн Цянем, а также полученные им самим куклы с птичьей головой и тряпичного мальчика, в этот раунд он входил с семью куклами.

Эксперименты с браслетами для привязки к одной фракции пока не увенчались успехом, так что Цзян Вэньюань снова отправлялся в путь в одиночку.

Цзо Чжиянь, будучи неисправимым трудоголиком, не желал терять ни минуты перед собственным входом в игру — это ещё можно было понять. Но он пошёл ещё дальше и с поистине дьявольской беспощадностью нагрузил Цзян Вэньюаня ворохом рабочих задач именно в тот день, когда тому предстояло войти в игру. Парню оставалось лишь относиться к этой работе как к закалке духа. В комнате подготовки к игре он сидел за ноутбуком, что-то печатая, и тут его накрыло знакомое ощущение невесомости.

Сколько бы раз он ни проходил через это, Цзян Вэньюаню было трудно привыкнуть к ощущению падения при входе в игру. Когда головокружение утихло, он незаметно принялся разглядывать обстановку за круглым столом. В этом раунде игры имелось пустое место, а общее число игроков составляло двадцать семь человек, что указывало на высокую сложность. Общий рейтинг Цзян Вэньюаня в этом раунде был первым.

В тени под люстрой кукла-овечка лениво переступила копытцами и медленно произнесла:

— Бе-е-е~~ Приветствую всех игроков в игре «Круглый стол 112745».

Закончив приветствие, овечка направилась прямиком к Цзян Вэньюаню. Она не коснулась его, а лишь заблеяла ему в лицо. Блеяние продолжалось около пяти секунд. В тот миг, когда звук стих, путы, сковывавшие тело Цзян Вэньюаня, спали, но одновременно с этим картина перед его глазами мгновенно погрузилась в непроглядную тьму — его зрение забрали в качестве платы!

Несмотря на то, что в реальности он тренировался жить с закрытыми глазами под присмотром инструктора, в этот момент Цзян Вэньюаня охватила паника. Он слышал, как блеяние овечки то удаляется, то приближается, пока она не остановилась перед пустым местом рядом с ним.

— Когда закончится шестидесятисекундный отсчёт, игра начнётся. Желаю всем игрокам сдохнуть в этой игре! Бе-е-е~~

Переход из реальности в пространство «Круглого стола» сопровождался чувством невесомости, но вот перемещение в саму игру происходило плавно. Цзян Вэньюань не видел цифр отсчёта, но ясно почувствовал момент появления в игре…

С неба моросил мелкий дождь, и холодные капли падали ему на лицо. Он стоял под дождём — игра началась.

Цзян Вэньюань некоторое время простоял на месте в ожидании вводных слов от NPC-проводника, однако тот молчал, а среди игроков тем временем началось волнение.

— Почему нет NPC-проводника?

— Нам что, нужно просто идти дальше по этой дороге?

— В какую сторону? У этой дороги не видно ни конца ни края, а игроки ведь повёрнуты кто куда.

— Тогда… давайте пойдём налево.

— С какой стати все должны тащиться туда, куда хочется тебе?

— Но и торчать тут под дождём — тоже не вариант.

В этом раунде игры, как ни странно, не оказалось NPC-проводника.

Цзян Вэньюань глубоко вдохнул. В прошлом раунде Чэнь Мяня не было, и в этом его могло не быть. В любом случае, он не мог здесь погибнуть, нужно было спасаться самому. Мозг лихорадочно заработал. Его целью в этом раунде было не столько пройти игру самому, сколько дожить до момента, когда её пройдёт кто-то другой. Значит, он может использовать кукол как разменную монету, чтобы найти себе спутника-поводыря. В то же время он должен был показать, что даже без зрения остаётся опасным противником, чтобы спутник-поводырь не вздумал его предать.

Цзян Вэньюань глубоко вздохнул.

— В этом раунде «Круглого стола» я занимаю первое… — он не успел договорить, как почувствовал, что кто-то сквозь струи дождя подошёл к нему. Этот человек мягко сжал правую руку Цзян Вэньюаня своей левой, насквозь промокшей от дождя ладонью.

Цзян Вэньюань узнал это прикосновение. Его манера держаться за руку была точь-в-точь такой же, как у одного человека из его воспоминаний.

Из-за того, что первый сустав на больших пальцах обеих рук Цзян Вэньюаня время от времени безо всякой причины начинал болеть (хотя врачи ничего не находили), Чэнь Мянь, беря его за руку, любил обхватывать всю ладонь, но всегда старался оставить большой палец снаружи, чтобы не задевать сустав.

Слёзы, увлажнившие уголки глаз Цзян Вэньюаня, смешались с дождевой водой. Он изо всех сил сжал в ответ левую руку того человека.

— Я — Чэнь Мянь, а как зовут тебя?

Возле самого уха раздался низкий мужской голос:

— Меня зовут Лу Юй. Раз уж нам по пути по этой лесной тропе, почему бы нам не объединиться?

Пока они обменивались именами, остальные игроки наконец пришли к соглашению. Раз NPC-проводника нет, а число игроков, стоящих лицом к двум противоположным направлениям тропы, примерно одинаково, то они решили просто разделиться на две группы и идти в те стороны, куда каждый из них смотрел.

Цзян Вэньюань интуитивно чувствовал, что разделение на два направления имеет особый смысл, но он ничего не видел и не мог проанализировать ситуацию, опираясь на возраст, пол игроков или окружающую обстановку.

Ему оставалось только обратиться к напарнику:

— Лу Юй, ты заметил что-нибудь?

— Заметил ли, какой ты красавец? — с совершенно серьёзным видом ответил Лу Юй.

Цзян Вэньюань аж потерял дар речи от возмущения.

http://bllate.org/book/17048/2959486