Новоприобретённый скот нельзя сразу селить с остальным стадом. По правилам, новичков положено какое-то время подержать на карантине, чтобы исключить возможные инфекции, и только после этого выпускать в общий загон.
И пусть животных у него пока было кот наплакал, Ши Вэнь не собирался пренебрегать этим правилом. Рисковать понапрасну не хотелось.
Для двух новоприбывших коров он выделил самые дальние стойла в коровнике.
Проводив Фу Мэна и помогавших ему парней, Ши Вэнь взял под уздцы строптивую корову и повёл её от ворот к стойлу. Вторая — щуплая и покорная — шла следом сама, без всякой верёвки.
Но едва они подошли к дверям коровника, упрямица застыла на пороге и наотрез отказалась заходить внутрь.
Ши Вэнь попытался подтолкнуть её под зад, но корова даже не шелохнулась. Бодаться или лягаться она, к счастью, не пыталась, просто упрямилась: раскорячила все четыре ноги и застыла как вкопанная. Да уж, прозвище она оправдывала на все сто.
Делать было нечего. Поняв, что силой её не сдвинуть, Ши Вэнь временно привязал упрямицу к боковому ограждению, а сам отправился за жмыхом из рапсовых семян и свежей травой. Коровам предстояло провести на карантине не один день, так что вольный выпас им пока не светил — кормить их придётся вручную.
В мае трава на пастбище росла не по дням, а по часам. Сочные стебли уже доходили Ши Вэню до щиколоток, так что косить было одно удовольствие. Вооружившись серпом, он за считаные минуты набрал целую охапку.
На обратном пути, когда Ши Вэнь с полными корзинами на коромысле проходил мимо овчарни, на шум выскочил Хэйва. Увидев хозяина, щенок весело затявкал и увязался следом, отчаянно виляя куцым хвостиком.
Малыш то и дело путался под ногами, рискуя попасть под тяжёлый сапог.
— А ну-ка брысь! — с улыбкой прикрикнул на него Ши Вэнь, стараясь не оступиться. — Не мешайся под ногами!
Но Хэйва и не думал отставать. Он семенил следом, увлечённо обнюхивая всё вокруг и изредка взлаивая — незнакомые запахи явно будоражили его собачье любопытство.
Стоило им войти в коровник, как Хэйва нос к носу столкнулся с привязанной у входа коровой. Та тоже уставилась на незваного гостя и, грозно выкатив глаза, выдала зычное:
— Му-у-у!
Хэйва пасовать не собирался. Пользуясь тем, что грозный противник на привязи, он смело подскочил ближе, выпятил крохотную грудь и залился заливистым лаем. Корова в ответ тут же опустила голову, выставив вперёд рога.
Наглый наезд на авторитет домашнего стража привёл щенка в ярость. Хэйва припал к земле, готовясь броситься в атаку. Ещё секунда — и они бы точно сцепились.
Сбросив коромысло, Ши Вэнь в два шага преодолел разделявшее их расстояние, прижал разгорячённого бойца к полу, а затем сгрёб его в охапку.
— Куда тебя несёт, воитель? На кого лапу поднимаешь? Тебе от горшка два вершка, а уже в драку лезешь!
Хэйва сердито задрыгал лапами в воздухе, всем своим видом выказывая крайнее возмущение:
— Тяф! Тяф!
Ши Вэнь со смехом уткнулся подбородком в его пушистую макушку:
— Вот подрастёшь немного, тогда и будете на улице силами меряться. — Он перевёл строгий взгляд на корову: — А ты чего задираешься? Тебе тоже делать нечего?
Наведя порядок среди питомцев, Ши Вэнь разложил свежую траву по кормушкам, щедро сдобрив её измельчённым рапсовым жмыхом. По коровнику тут же разнёсся густой, аппетитный маслянистый аромат.
Тихоня-корова сразу же потянулась к кормушке. Втянув ноздрями приятный запах, она деликатно подцепила пучок травы и принялась неторопливо жевать.
Строптивица тоже почуяла угощение. Забыв про маленького обидчика, она нетерпеливо затопталась на месте, натягивая верёвку то влево, то вправо в тщетной попытке дотянуться до яслей, и требовательно замычала на Ши Вэня.
Разровняв сено, Ши Вэнь подошёл и ласково шлёпнул её по лоснящейся шее:
— Ну и чего мы рвёмся? Кто тут только что копытами упиралась и заходить не хотела, а?
Животное, разумеется, лекцию слушать не стало — лишь сильнее натягивало привязь. Стоило Ши Вэню отвязать узел, как упрямица без лишних уговоров сама юркнула в стойло и с жадностью принялась уплетать сочную траву.
Ши Вэнь облокотился на перегородку, с улыбкой наблюдая за прожорливой гостьей.
— Надо же, какая обжора. А разговоров-то было — «с характером, дикая». Оказалось, за охапку свежей травы продаст все свои принципы. Не такая уж ты и злюка, выходит.
Корова даже ухом не повела, усердно работая челюстями. Ши Вэнь протянул руку и почесал её за ухом.
— Назову-ка я тебя Добрым нравом. Будет тебе авансом, глядишь, и характер исправится. Давай, лопай, расти большая.
Он перевёл взгляд на соседнее стойло, где тихо жевала её тощая компаньонка.
— А ты у нас будешь Верзилой. На вырост, так сказать. Очень надеюсь, что ты оправдаешь своё имя и превратишься в знатную, упитанную корову.
Верзила в ответ согласно и протяжно замычала.
Разобравшись с именами, Ши Вэнь принёс инвентарь и принялся за уборку. До приезда коров он лишь слегка прошёлся веником и распылил дезинфектор, но для постоянного содержания этого было мало — требовалось вычистить всё до блеска.
Рассыпая по бетонному полу гашёную известь, он оглядел унылые серые плиты.
"Надо бы раздобыть соломы или сена побольше на подстилку. На худой конец, съездить в посёлок и купить пару тюков рисовой соломы"
Иначе через пару дней здесь всё превратится в грязное болото. С хорошим слоем соломы убираться будет куда проще, да и коровам теплее. К тому же использованную подстилку, пропитанную навозом, можно собирать в компостную кучу — отличное удобрение для будущих посадок.
Ши Вэнь так увлёкся планами на будущее, что потерял счёт времени. Из задумчивости его вырвал яростный, заливистый лай Хэйвы.
Решив, что щенок опять задирает Доброго нрава, Ши Вэнь крикнул в сторону выхода:
— Хэйва, фу! Перестань шуметь!
Но мелкий упрямец проигнорировал команду. Лаял он отчаянно, натужно, содрогаясь всем телом от кончика носа до самого хвоста.
Накинув тряпку на перегородку, Ши Вэнь с подозрением вышел в проход. Но никакой драки не было: Верзила мирно жевала сено, полностью игнорируя собаку. Щенок стоял, задрав морду кверху, и лаял вовсе не на коров, а на запертую дверь коровника, ведущую на улицу.
Серьёзный тон маленького сторожа заставил Ши Вэня насторожиться. Он бросил взгляд на чернеющий за окном проём, за которым простиралась безмолвная ночная степь, и по спине пробежал неприятный холодок. Что же там такое, в темноте? Отчего щенок так надрывается?
В голове вихрем закрутились сюжеты дешёвых триллеров. Ночь, глухомань, бескрайние дикие просторы... Случиться здесь могло всё что угодно.
Пёсик продолжал лаять. Ши Вэнь подошёл к окну и прильнул к стеклу, силясь хоть что-то разглядеть и затаив дыхание. На мгновение ему показалось, что сквозь завывание ветра донёсся тихий, полный боли стон.
А следом ночной воздух принёс едва уловимый, но отчётливый запах свежей крови.
Профессиональное чутьё подсказало: пахло не человеком. Это был тяжёлый, мускусный запах раненого зверя — причём довольно крупного.
Время близилось к полуночи, а вокруг стояла непроглядная тьма. Соваться в степь в одиночку было безумием, поэтому Ши Вэнь, не теряя времени, набрал номер экстренной службы.
Дежурный выслушал его, строго-настрого велел не выходить за ворота и пообещал, что патруль прибудет в самое ближайшее время.
Наглухо заперев тяжёлые двери коровника, Ши Вэнь отложил инструменты. Работа не шла на ум. Примостившись на низком деревянном табурете у входа, он прижал к себе притихшего Хэйву и стал ждать.
Минут через двадцать сквозь щели в воротах скользнули длинные лучи фар, послышался приглушённый рокот мотора. Приехали.
Прихватив с подоконника мощный фонарь, Ши Вэнь пристегнул поводок к ошейнику Хэйвы, который снова ощетинился, почуяв неладное.
— Пойдём, малыш.
Пёсик послушно пристроился у левой ноги, лишь изредка поглядывая на хозяина умными карими глазами, словно прося защиты.
На улице шумел прохладный майский ветер, пригибая к земле молодую сочную траву.
Едва они приблизились к границе участка, как в глаза ударили яркие всполохи красно-синих маячков. У самой обочины дороги выстроились несколько машин, перекрывая обзор подобно защитной стене. В воздухе стоял гул голосов, а ветер доносил резкий, бьющий в нос запах свежей крови и дикого зверя.
Сомнений не осталось — пострадал крупный лесной обитатель.
— Кто там? Стоять! — окликнул его резкий голос из темноты, когда до оцепления оставалось шагов тридцать.
— Это я звонил, Ши Вэнь, владелец пастбища, — громко ответил он, придерживая рвущегося вперёд щенка. — Подумал, вдруг моя помощь понадобится.
В лицо ударил слепящий луч прожектора. Ши Вэнь зажмурился и отвернулся. Свет тут же отвели в сторону.
— А, местный. Проходи, — разрешил дежурный. — Ты сам-то ничего подозрительного не слышал перед тем, как набрать дежурного?
— Да нет, ничего конкретного, — покачал головой Ши Вэнь, подходя ближе. — Просто пёс зашёлся лаем, а потом ветром донесло запах крови. Вот я и решил перестраховаться.
Полицейский задал ещё пару вопросов, но Ши Вэнь лишь развёл руками — добавить ему было нечего. Разговаривая, они протиснулись сквозь кольцо оцепления.
И тут среди суматохи Ши Вэнь заметил знакомый высокий силуэт. Всё вокруг — мигалки, суетящиеся люди в форме, тёмные очертания машин — словно ушло на задний план, подёрнувшись дымкой. Остался лишь он один, безупречный и спокойный даже посреди этого ночного хаоса.
Ши Вэнь с трудом сглотнул подступивший к горлу ком и приподнял руку:
— Профессор Янь.
Янь Кэсин обернулся на голос и мягко кивнул:
— Так и думал, что это твой вызов.
— У меня обоняние чуткое, — улыбнулся Ши Вэнь. — Даже до коровника донесло.
Поздоровавшись, Ши Вэнь заглянул за спины обступивших место происшествия людей. На обочине, тяжело дыша, лежал крупный, мускулистый зверь с изящными закрученными рогами, песчано-жёлтой спиной и белым брюхом.
Характерный рисунок на морде, напоминающий изысканную маску, не оставлял сомнений. Ши Вэнь узнал его мгновенно — перед ними был взрослый самец джейрана.
Бедное животное попало в какую-то передрягу: весь его круп представлял собой сплошное кровавое месиво. Именно отсюда исходил этот тяжёлый, парной запах.
Сердце Ши Вэня сжалось от жалости. Глядя, как спасатели неловко пытаются наложить повязку, он тихо спросил:
— Разрешите мне подойти?
Руководитель группы скользнул по нему быстрым взглядом и кивнул:
— Давай, только осторожно.
Ши Вэнь сделал шаг вперёд и опустился на корточки прямо перед раненым джейраном. Тот уставился на него огромными влажными глазами и жалобно, протяжно застонал. У Ши Вэня от этого звука буквально защемило в груди.
Он осторожно протянул ладонь и коснулся лба животного — под пальцами ощущался сильный жар, тело джейрана буквально горело. Зверь не сделал попытки отпрянуть, напротив, послушно приник к его тёплым пальцам, а когда Ши Вэнь попытался убрать руку, слабо лизнул его ладонь шершавым языком.
— Как он? Жить будет? — негромко спросил Ши Вэнь у человека, который бинтовал рану.
— Пока сложно сказать, надо в клинику везти, к специалистам, — отозвался тот, не отрываясь от дела. — Но дикие звери живучие, если вовремя оказать помощь, выкарабкается.
Только тут Ши Вэнь разглядел лицо говорившего. Из-за длинного брезентового плаща он не сразу узнал Гун Цзяна.
— Гун Цзян? — удивился он. — А вы какими судьбами здесь? Помогаете патрулю?
— Вроде того, — парень коротко усмехнулся. — Как раз были неподалёку, когда пришёл вызов. Решили поехать вместе — и подсобить, и биоматериал для исследований собрать.
— Прямо на месте? — удивился Ши Вэнь.
— Ну да. Зачем лишний раз зверя мучить и шприцем тыкать, когда тут на асфальте целая лужа? Собрали прямо с земли, пока свежая.
Ши Вэнь посмотрел под ноги — на тёмном асфальте поблёскивала багровая лужица.
— Она же свернётся сейчас. Успели взять?
— Да, профессор уже обо всём позаботился, — кивнул Гун Цзян.
Договаривая фразу, он попытался закрепить повязку с другой стороны. Но едва пальцы коснулись израненной плоти, джейран от резкой боли обезумел. Он отчаянно задергался и со всей силы лягнул задней ногой.
Гун Цзян едва успел отшатнуться и кувыркнулся назад, шлёпнувшись прямо на землю. Острые копыта просвистели в паре сантиметров от его лица.
Почувствовав свободу, раненый джейран рванулся в сторону. Превозмогая боль в перебитых ногах, он попытался подняться, чтобы скрыться в темноте.
Ши Вэнь среагировал мгновенно. Подавшись вперёд, он навалился на джейрана, одной рукой обхватив его за шею, а другой крепко перехватив у основания рогов.
— Тихо, тихо, хороший мой, не шевелись... — ласково зашептал он. — Всё уже позади, сейчас поможем.
Он нежно погладил его по дрожащему горлу. Чудодейственное прикосновение подействовало безотказно: дикий зверь замер, его бешено колотящееся сердце немного успокоилось, и он бессильно опустился обратно на асфальт.
Гун Цзян, тяжело дыша, поднялся и утёр пот со лба.
— Фу-х... Ну и силён бродяга. Мы ведь со спешки транквилизаторы забыли взять. Слава богу, ты его успокоил, а то пиши пропало. Рванёт в степь на адреналине — лови его потом свищи.
У Ши Вэня тоже внутри всё дрожало от запоздалого испуга, но он постарался казаться невозмутимым:
— Да ладно тебе, справились бы как-нибудь. Вас тут целая толпа.
Гун Цзян лишь хмыкнул и снова присел к раненому боку. Закончив с бинтами, спасатели аккуратно переложили джейрана в прочную металлическую клетку-переноску.
Пока Ши Вэнь стоял рядом и ласково поглаживал его по спине, зверь вёл себя смирно. Он без лишнего сопротивления позволил завести себя внутрь. Щёлкнул засов, клетку погрузили в просторный багажник внедорожника. Всё прошло без сучка и задоринки.
Гун Цзян достал планшет и сделал несколько контрольных снимков пострадавшего для отчёта.
Поняв, что его миссия завершена, Ши Вэнь сделал шаг назад и огляделся. И тут же встретился глазами с Янь Кэсином. Тот стоял чуть поодаль, держа в руках поводок Хэйвы, и молча, с едва заметной тёплой улыбкой наблюдал за ним.
Ши Вэнь поспешил к нему. Профессор протянул ему поводок.
— Славный у тебя помощник. Как зовут?
— Хэйва. Ну, в смысле «уголёк», — улыбнулся Ши Вэнь, глядя на то, как щенок преданно заглядывает профессору в глаза. — Хотя, признаться, он обычно ко всем чужакам относится настороженно. А перед вами прямо растаял.
Сказав это, Ши Вэнь непроизвольно сморщился и шмыгнул носом.
— Не любишь запах крови? — негромко спросил Янь Кэсин.
— Да нет, терпимо, — уклонился от прямого ответа Ши Вэнь. — Просто душновато от него.
Янь Кэсин полез во внутренний карман куртки. Ши Вэнь уже приготовился вежливо отказаться от сигареты, но вместо пачки профессор протянул ему раскрытую ладонь, на которой лежала маленькая круглая карамелька в шуршащей обёртке.
— Решил, что я сейчас закурю? — в уголках глаз профессора заиграли лукавые смешинки. Он вложил конфету в руку Ши Вэня. — Мы часто работаем в заповедных зонах, а в лесу с открытым огнём строго. Вот и выработалась привычка.
— Вы всегда так делаете? — тихо спросил Ши Вэнь.
— Как?
— Словно мысли мои читаете, — Ши Вэнь смущённо потёр кончик носа тыльной стороной ладони.
— Всего лишь развитая интуиция, — мягко ответил Янь Кэсин.
Ши Вэнь с сомнением хмыкнул, но конфету взял. Развернув фантик, он отправил леденец в рот. В ту же секунду его рецепторы взорвались ледяной, почти обжигающей горечью экстракта перечной мяты. Он застыл на месте с вытаращенными глазами.
"Ничего себе! Эта штука мёртвого из могилы поднимет!"
Янь Кэсин тихонько рассмеялся — на этот раз открыто, даже не пытаясь скрыть забавлявшую его реакцию парня.
— Ну вот, теперь точно не уснёшь по дороге, — с теплотой произнёс профессор. — Всё закончилось, возвращайся домой. Холодно уже.
— А вы как же? — спросил Ши Вэнь.
— Мы тоже сейчас поедем. Нужно доставить бедолагу в ветеринарку.
Ши Вэнь погонял языком ядрёный леденец за щекой:
— Тогда... хорошей дороги. Спокойной ночи, профессор.
— Доброй ночи, А-Вэнь.
Перекатывая во рту леденец, Ши Вэнь развернулся и зашагал к дому, бережно ведя на поводке притихшего Хэйву. Пройдя с десяток метров, он не выдержал и оглянулся. Янь Кэсин всё ещё стоял у обочины. Заметив взгляд Ши Вэня, он приветливо поднял руку на прощание.
Ши Вэнь махнул в ответ, отвернулся и зашагал быстрее, с хрустом разгрызая ядрёную карамельку. Тяжёлый, липкий дух ночной трагедии окончательно отступил, уступив место чистой, морозной свежести. А конфетка-то и впрямь оказалась чудодейственной.
http://bllate.org/book/16970/4496560
Сказали спасибо 0 читателей