Готовый перевод Broken bound / Оборванные узы: Глава 6.

Перевод и редакция lizzyb86

Когда Янь Фэйли открыл глаза, ему в глаза в первую очередь бросился странный цвет одеяния, и тут же на лице Цю Еюаня промелькнуло облегчение. Попытавшись пошевелиться, генерал скривился от внезапной, поразившей его тело боли.

— Генерал Янь, — поспешно затараторил Цю Еюань, — у вас сильное обморожение, высокая температура и слабость. Пока не стоит пытаться двигаться. Пожалуйста, отдыхайте.

Фэйли, услышав это, откровенно растерялся:

— Что со мной произошло? Где я?

— Вы были без сознания, — пояснил лекарь Цю, видя, что разум генерала ещё не до конца прояснился. — А сейчас вы в спальне Мастера ордена.

Это было правдой. Бэйтан Ао, чувствуя за собой некую вину, принёс обмороженное и обессиленное тело несчастного в эту комнату, чтобы слуги могли обеспечить ему достойный уход.

Несколько часов на холоде вылились в высочайшую температуру, так что Яню Фэйли даже глаза открывать было больно. Мастер великодушно уступил ему свою спальню, а сам, поручив заботу о нём Цю Еюаню, ушёл в другое крыло дворца. Генерал, чьё тело по-прежнему сжигала лихорадка, постепенно вспомнил всё , что произошло. Получается, его зря спасли. От осознания того, что ему придётся смириться с потерей сына, в груди что-то болезненно сжалось.

— Генерал Янь, вы уже давно не ели. Я приготовил горячую кашу. Сядьте, пожалуйста, и съешьте хотя бы немного.

С твёрдым намерением накормить больного лекарь Цю осторожно помог тому сесть. Аппетита у Фэйли не было, но, поймав заботливый взгляд своего спасителя, он заставил себя проглотить несколько ложек.

— Лекарь Цю, простите за причинённые неудобства, — тихо пробормотал он.

— Генерал, — смущенно заулыбался Цю Еюань, — для лекаря забота о пациенте — священный долг.

Но его лицо потускнело, когда он заметил, как Янь Фэйли отрешённо смотрит перед собой, по-видимому, вспоминая малыша, которого у него отняли сразу после родов, о котором генерал почти не успел узнать, но который уже оставил глубокую кровоточащую рану в его душе.

— Генерал Янь, — продолжил врачеватель, — как лекарь я должен предупредить вас. Пренебрегая восстановлением после родов, вы простояли на коленях под снегопадом три часа. Хотя ваше тело не похоже на женское, пренебрежение к здоровью уже привело к осложнениям. Боюсь, вам предстоит нелёгкая борьба с хворью. Нужно быть готовым ко всему.

Молодой мужчина лишь горько улыбнулся на это. Болезнь его волновала меньше всего. Его тело и так давно проклято, деформировано, осквернено. Как он ненавидел его сейчас! Если бы не оно, он никогда бы не родил того, кого был обречён потерять…

***

На частичное восстановление у генерала ушло полмесяца, и всё это время он оставался в комнате Бэйтана Ао. Движимый неясным беспокойством, тот навещал его дважды, но всякий раз, когда Мастер приходил, Фэйли спал. Наконец, в один из дней Бэйтан Ао улыбнулась удача. Выздоравливающий гость только выпил лекарство и, к счастью, ещё не уснул. А Цю Еюань при виде посетителя, забрав чашу, оставил их наедине.

— Как ты себя чувствуешь? — полюбопытствовал Бэйтан Ао, присаживаясь рядом.

— Благодарю за беспокойство, Мастер ордена, со мной всё в порядке, — спокойно уронил Фэйли, стараясь не встречаться с ним взглядом. — Простите, но я хотел бы вернуться к себе, в Бамбуковый сад. Чувствую себя здесь чужаком.

Бэйтан Ао махнул рукой:

— Твоё здоровье ещё не позволяет, а в Бамбуковом саду о тебе некому будет заботиться. Оставайся здесь, пока окончательно не поправишься.

Янь Фэйли промолчал. За все десять лет службы он не припоминал такого разговора. С каких пор о нём проявляют заботу? За какие такие заслуги? После небольшой паузы Бэйтан Ао наконец озвучил то, что сильно бередило его сердце.

— Фэйли, ты меня ненавидишь?

Вопрос прозвучал неожиданно. После инцидента в Демоническом лесу, Мастер ни разу не обращался к нему по имени. Ненависть? Он не думал об этом. С кривой улыбкой на губах он мотнул головой.

— Как этот подчинённый может ненавидеть Мастера ордена?

— Я отнял у тебя дитя. Разве это не повод для ненависти?

Вздрогнув, генерал отвёл взгляд. Эта животрепещущая тема до сих пор больно ранила его, но он знал, что не вправе винить отца своего сына.

— Возможно, ты вправе меня винить, — продолжал Бэйтан Ао, — но пойми: я забочусь о будущем ребёнка. Его рождение... слишком необычно. И если он узнает, что был рождён мужчиной, как отнесётся к этому?

Фэйли не знал, что ответить. Он и сам пытался осмыслить феномен, проанализировать в конце концов, однако слышать об этом из уст того, кто был непосредственно причастен к рождению дитя мужчиной, было непросто.

— Мастер прав. Вы отец ребёнка и, безусловно, заботитесь о его будущем.

Удовлетворённый ответом, Бэйтан Ао улыбнулся уголками рта.

— Хорошо, что ты это понимаешь. Ты по-прежнему мой верный генерал. Забудь о случившемся, а я в свою очередь не оставлю тебя в твоём горе.

Поднявшись, он направился к выходу, но тут Фэйли вдруг окликнул его:

— Мастер, у меня есть просьба... Позвольте мне отправиться в поход, когда я поправлюсь.

Бэйтан Ао резко втянул ноздрями воздух и, развернувшись, окинул его холодным взглядом:

— Ты хочешь уйти?

Фэйли опустился на колени.

— Прошу вас, Мастер. Пусть этот подчинённый отправится на фронт.

Давящая тишина повисла между ними, пока Бэйтан Ао не рассмеялся. Вот только в его голосе не ощущалось ни капли теплоты.

— Ты ведь сказал, что не ненавидишь меня. Тогда почему хочешь уйти?

Фэйли опустил голову, но ответил твердо:

— Моё здоровье сильно ослабло. Боюсь, теперь я бесполезен вам. Лучше я буду на поле боя, чем здесь, подле вас.

Глава Северных Врат некоторое время пристально разглядывал его бледное лицо, чтобы потом с холодной усмешкой положить конец бессмысленному диалогу.

— Нет. Я не позволю тебе уйти. Ты ценный воин, Фэйли, и останешься здесь, рядом со мной. Оставь эти мысли, а лучше отдыхай. Ты мой лучший генерал.

После этого Бэйтан Ао, более ничего не добавив, ушёл, а молодой человек остался один с полным осознанием того, что ему видно суждено навсегда остаться здесь. Клятва, данная в ночи под луной, стала для него же самого проклятьем, оковами, вечными узами. Живым он принадлежал Бэйтану Ао, впрочем, мёртвым — тоже.

Ещё несколько дней провёл Янь Фэйли во дворе Шэньмэй, и, как только почувствовал, что может ходить, задумал вернуться в Бамбуковый сад. На этот раз Мастер не стал настаивать на своём, свободно отпустив подчинённого в его скромную обитель.

Когда мужчина вернулся в Бамбуковый сад, он ожидал увидеть, наполненные холодом и пылью, пустующие комнаты. Но, к его удивлению, жилище было вычищено, на тёплом очаге стояли котелки с едой, а в маленьком внутреннем дворике царил уют. Когда-то у него был слуга, глуховатый, подслеповатый старик, которому с годами становилось всё тяжелее и тяжелее работать по дому. Тогда Янь Фэйли дал ему денег на жизнь и отправил на покой.

А в прошлом году, будучи в затруднительном положении и не зная, когда родится его ребёнок, он не решился нанять новых людей, поэтому со всем справлялся в одиночку. И теперь вид чистого и ухоженного Бамбукового сада вызвал у него приятное удивление. Вскоре в доме обнаружились и те, кто был ответственен за хозяйство в его отсутствие. Это были мужчина и женщина, опустившиеся на колени перед ним.

— Эти слуги посланы правителем Северных Врат для служения генералу Янь.

Янь Фэйли вздохнул: раньше он никогда не встречал этого мужчину, но узнал молодую служанку из двора Шэньмэй.

— Поднимитесь.

Женщина представилась как Ши Мэй, а вот у мужчины он сам спросил имя.

— Как тебя зовут? Откуда ты?

— Этого слугу зовут Лин Цинь, господин. Я отвечал за конюшню во дворце. Сейчас Новый год, многие слуги уехали к семьям в деревни, и меня перевели в Люсян. Но вчера Мастер вдруг приказал нам с Ши Мэй служить генералу Яню, так что мы прибыли сюда на рассвете.

Янь Фэйли кивнул.

— Тогда вы оба можете остаться.

— Есть ли у генерала какие-нибудь пожелания? — неукорный и усердный Лин Цинь сразу уточнил, чем может быть полезен.

Так ничего и не вспомнив, мужчина отпустил их. Всегда можно было позвать их, если бы что-то понадобилось. А пока он уединился в своих покоях, так как ещё до конца не излечился от последствий обморожения. А ещё собственное слабое тело казалось ему неповоротливым, неуклюжим, бесполезным. Какой из него воин? Он сел на кровать, и в этот момент болезненные воспоминания пронзили его мозг, словно нож для нарезки фруктов. На этой самой кровати он родил своего ребёнка. Ребёнка, которого держал всего раз, прежде чем его отобрали. А ведь Фэйли даже не успел дать ему имя.

— Ли-эр… — пробормотал он, глядя в пол…

***

С тех пор как Янь Фэйли вернулся в Бамбуковый сад, Цю Еюань уже несколько раз приходил проведать его. Лекарь проверял пульс, отмечал изменения в его самочувствии и прописывал разнотравья. Добросовестные Ши Мэй и Лин Цинь также в меру своих возможностей заботились о своём господине. Так что покой и тишина вновь воцарились в его жизни.

Неуловимо, но почти в одночасье зима сменилась весной. Цзяньцзин зацвёл, заблагоухал, утопая в зелени. Растения в саду, заливая красками светлые однотонные стены, нетерпеливо тянулись к солнцу. К этому времени следы обморожения на теле Яня Фэйли полностью зажили. И всё благодаря лечению искусного лекаря. Даже намёка на шрамы не осталось.

Однако для вояки это было не столь важно: на теле, покрытом множеством боевых отметин, ещё несколько шрамов не имели значения. Гораздо больше его заботили раны душевные. Те самые, что связывали его с Мастером ордена и которые не поддавались исцелению. Что до его чувств к Бэйтану Ао, то, словно спрятавшись глубоко внутри него, они в любой неподходящий момент могли снова показаться наружу.

— Генерал Янь!

Янь Фэйли тут же обернулся к спешащему к нему Хуа Сянъяню. Это была их первая встреча после празднования Нового Года. А сегодня генерала Хуа в их владения привела ежемесячная встреча старейшин Четырёх Небесных Врат. Из-за своей болезни Фэйли пропустил февральское собрание, посему многие его участники сердечно приветствовали его возвращение.

Хуа Сянъянь, увидевший его среди собравшихся, казалось, ощущал лёгкую неловкость. Но сам Янь Фэйли, и вида не подав, что что-то не так, приветствовал его привычной улыбкой. В конце собрания, когда люди начали расходиться, Хуа Сянъянь решил не упоминать никак не касающуюся его тайну, а вместо этого вести разговоры на насущные темы.

— Генерал Хуа, давно не виделись!

Доброжелательность генерала Яня всегда импонировала окружающим его людям, потому те всегда относились к нему с уважением. Вот и сейчас Хуа Сянъянь заметно вспотел, стараясь выбирать правильные слова.

— Генерал Янь, я в недоумении. Предложение Мастера Наньгуна о вмешательстве в войну не касается Северных Врат. Почему вы добровольно хотите поехать на поле битвы?

Улыбка Яня Фэйли осталась на месте.

— Когда речь идёт о Тяньмэне, то сие не может не затронуть Северные Врата, — ответил он, словно напоминая главным образом самому себе.

Генерал Янь провёл в королевстве Цзянь долгие годы, знал его до мельчайших деталей и чувствовал, что его долг — вложить все свои силы в предстоящий бой.

— Но разве ваш отъезд был одобрен Мастером Северных Врат?

Фэйли почувствовал лёгкое смятение. Последние дни занятый приготовлениями к своей свадьбе, Бэйтан Ао не смог присутствовать на сегодняшнем собрании. То есть ещё не факт, что его решение присоединиться к войне будет одобрено. А с другой стороны, он однажды встретил невесту Мастера, Линь Яньянь, когда та вышла из дворца купить благовония. Девушка несла себя с горделивой поступью, да и красотой не была обделена. О такой избраннице мечтал бы каждый мужчина. Посему Бэйтан Ао может быть не до него.

Не в силах подавить разочарования, Янь Фэйли буквально заставил себя вернуться к разговору.

— Я уже всё обсудил с Мастером ордена. Уверен, что он не откажет.

Хуа Сянъянь всё порывался расспросить его о ребёнке, но сдержался, вспомнив, что обещал Бэйтану Ао не упоминать об этом деле. К тому же это касалось исключительно Яня Фэйли, и сам генерал Хуа опасался разбудить в нём ненужные воспоминания.

— О, Сяо-Хуахуа, почему все ушли?

Лицо Хуа Сянъяня разом помрачнело при звуке этого до боли знакомого голоса. Обернувшись, он узрел ухмыляющегося Дунфана Си, Мастера ордена Восточных Врат. Тот стоял, покачивая плечами, в своём романтично длинном одеянии, насквозь пропахшем ароматом цветов.

— Мастер ордена…

— Вот странность! Сегодня я поднялся в такую рань, чтобы поприсутствовать на собрании, а здесь уже никого нет! — искренне возмутился Дунфан Си.

— Мастер Дунфан, так собрание уже закончилось, — сухо отчеканил Хуа Сянъянь, чуть ли не скрипя зубами. — в следующий раз вам придётся встать ещё раньше. Или, если вам так сложно, просто не задерживайтесь дольше необходимого в павильоне Сюньхуань. Тогда успеете вовремя.

— О, Сяо-Хуахуа, и откуда тебе известно, что я был именно в павильоне Сюньхуань, а не в башне Байцзуй? — преувеличенно бодро изрек Дунфан Си.

К слову, Сюньхуань и Байцзуй были двумя самыми крупными и популярными борделями в городе, а великий Мастер ордена Восточных Врат являлся их частым гостем.

— Мастер секты, аромат орхидейной пудры, который вы источаете сегодня, принадлежит исключительно куртизанкам из павильона Сюньхуань. И прошу вас, не называйте меня так. У меня тоже есть имя.

Несмотря на то, что то был не первый раз, когда Дунфан Си называл его Сяо-Хуахуа, в присутствии Яня Фэйли ему особенно не хотелось слышать данное прозвище.

Сластолюбец и нечестивец, сделав вид, что понял, понюхал рукава и полушёпотом произнес:

— Верно. Теперь, покидая Сюньхуань, мне не стоит забывать принимать душ. Байцзуй это тоже касается.

А вот вторую часть просьбы Хуа Санъяня он проигнорировал полностью, потому как его вниманием завладел Янь Фэйли:

— Неужели это генерал Янь из Северных Врат собственной персоной? Слышал, что вы недавно боролись с хворью. Всё ли теперь в порядке?

Генералы Янь и Хуа переглянулись: неужели у Дунфан Си была возможность следить за состоянием здоровья Яня Фэйли? И это при всей его занятости?

— Благодарю за заботу, Мастер ордена. У меня была затяжная простуда. Но теперь уже всё хорошо, — почтительно отозвался Фэйли.

— Это прекрасно, — мужчина, оскаливший белые зубы, сверкнул лукавым огоньком тёмных глаз.

— Генерал Янь — вы сильнейший воин Северных Врат. Вам нужно беречь себя, иначе Бэйтан Ао не сможет оставаться таким беззаботным.

— Конечно, — тихо молвил Янь Фэйли, всё ещё мало понимая, что именно имел в виду собеседник.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/16537/1571006