Готовый перевод I’m the Only Farmer / Единственный фермер: Глава 6

[Если партнёр узнаёт секрет вселенца, тот немедленно будет дисквалифицирован и возвращён в исходный мир.]

[Если раскрыть это с целью навредить другому персонажу, дисквалификация также неизбежна.]

Это было единственное правило, за нарушение которого сразу выгоняли из игры.

Ради победы здесь разрешалось почти всё. Даже не существовало запрета убивать персонажей соперников. Но было одно абсолютное табу — нельзя раскрывать свою истинную природу. Ни намеренно, ни даже случайно.

Наверное, остальные вселенцы сейчас тоже выкручиваются кто как может. Притворяются дальними родственниками, загадочными благодетелями или кем-то ещё — лишь бы скрыть правду.

Вот только для меня это правило было особенно неудобным. Мой партнёр умел читать мысли.

К счастью, игра не оставила меня совсем без защиты. У меня было особое условие.

[Особое правило: способность «чтение мыслей» не считывает информацию, связанную с вселением.]

По спокойному выражению лица Белсуса это было очевидно. Особое правило действительно работало.

«Даже если я буду без остановки думать о вселении — я в безопасности».

Как и остальные, я мог просто придумать другое объяснение.

Значит, мой выбор...

— Я не могу сказать, откуда тебя знаю. Расскажу позже. А пока… можешь просто не спрашивать?

Лучше всего было отложить разговор на потом.

Это не попытка сбежать от ответа. Просто я решил, что так безопаснее.

Белсус — человек, который вряд ли предаст меня, что бы ни случилось.

Это не слепая вера, а холодный расчёт. Я видел все его победные ветки в игре, читал его мысли и выборы, и знал, какой он на самом деле.

«Прости. Видимо, у тебя тяжёлые времена, раз ты сдал меня рыцарям… Жаль только, что я сбежал и ты не получил награду».

Белсус слишком часто сталкивался с ложью. С людьми, которые сначала кормили его, а потом тайно договаривались с рыцарями и пытались продать.

И с точки зрения вселенца, который знает всё это...

«Мне даже не нужно врать».

Даже без лжи Белсус не станет меня предавать.

Поэтому вместо выдуманного алиби я предпочёл сказать, что объясню позже. Ложь оставляла неприятный осадок.

Тем более что игра уже давно начала расходиться с исходным сценарием. Невозможно предсказать, что ждёт впереди, а значит, любые лишние риски нужно исключить.

. . .

Некоторое время Белсус молчал. От напряжения я невольно замер. Он неподвижно смотрел на меня, будто пытаясь что-то решить.

Наконец он сменил тему.

— И сколько ты обо мне знаешь?

Много.

Например, то, о чём Белсус не рассказал бы никому, даже под угрозой смерти.

Сейчас он скитается по миру как наёмник, но на самом деле — последний наследник павшей королевской династии.

В самом центре континента лежит королевство Дмихад — страна с башней, возвышающейся над землями. Двадцать лет назад оно носило другое имя.

После переворота новый король Дмихада на протяжении двух десятилетий посылал рыцарей на поиски Белсуса. Поэтому тот всё это время жил в бегах, без дома и покоя.

Я знал это как вселенец — из игры.

Но мне ведь и не нужно притворяться, что я совсем ничего не знаю.

— Ну… столько, сколько можно прочитать с помощью чтения мыслей.

…

Белсус снова замолчал.

Он не был дураком. Скорее наоборот — человеком, который всё понимает, но всё равно ведёт себя как простак.

Белсус оставался спокойным.

Даже смирившись с тем, что я, по сути, знаю о нём почти всё, он не выдал ни капли волнения.

Лишь спустя какое-то время он всё-таки спросил.

— Могу я узнать твоё имя?

Я задумался.

Как меня вообще зовут?

«Нет, конечно, я знаю своё имя… но можно ли здесь использовать настоящее, корейское?»

На ум первым делом пришёл игровой ник — что-то вроде scrteww. Бессмысленный набор букв, который даже произнести нормально нельзя. Такой вариант сразу отпадал.

Ладно, назовусь настоящим именем.

— Хиан.

Меня звали Ким Хиан. Если подумать, «Хиан» звучало вполне пригодно и для местного мира.

Бровь Белсуса едва заметно дрогнула. В уголках губ появилась почти незаметная линия.

— Хиан… Спасибо, что дал мне еду и крышу над головой.

Он немного исказил произношение, но звучало похоже. Какая разница, как он меня называет.

Сейчас имя было не самым важным.

— Хорошо. Но ты ведь знаешь, что ничего бесплатного не бывает?

Только теперь на лице Белсуса мелькнуло замешательство. Он явно не понимал, как реагировать.

Я усмехнулся.

— Заплатишь за еду.

В этот момент у меня появлялось ровно три секунды.

Столько времени оставалось до того, как Белсус опустится на колени и начнёт просить прощения за то, что у него нет денег…

— Но через месяц.

Я поспешно добавил это, прежде чем в голове успела воспроизвестись сцена из игрового ролика, которую видел уже не раз.

Белсус, уже собиравшийся встать с растерянным видом, замер на полпути. Теперь он выглядел озадаченным совсем по другой причине.

— Ты знаешь, что такое пансион?

Я предложил ему пожить у меня на ферме. Пока он пытался понять, всерьёз ли я говорю, в голове всплыли события оригинальной истории.

«Что происходит с Белсусом, если я его не подбираю».

Когда королевский рыцарь Каллаин загоняет его в угол, Белсус, если игрок выбирает его главным героем, получает сюжетный бонус и в итоге убивает рыцаря первым.

После этого его ломает чувство вины: он считает, что убил праведного человека.

…Но затем всё же обыскивает тело Каллаина, забирает деньги и скрывается.

Даже имея средства, Белсус не может осесть на одном месте и продолжает скитаться.

Хотя доказательств его вины не остаётся, королевство всё равно объявляет его убийцей рыцаря и выпускает официальный приказ о розыске.

Белсуса преследует всё больше рыцарей. И дальше становится только хуже.

Не остаётся ни одного города, где на досках объявлений не висел бы его портрет. Награда за его голову ростёт как снежный ком, и к погоне присоединяются охотники за головами.

А охотники — совсем не то же самое, что королевские рыцари. Они жестокие, словно разбойники, и сами нередко оказываются преступниками. Для них убить невиновного — пустяк.

Белсус словно приносил с собой смерть.

Некоторые охотники, желая выманить его, убивали мирных людей, через которых он проходил.

Погибал хозяин трактира, где он ночевал.

Умирал повар в лавке, где он покупал хлеб.

Однажды ребёнок, увидев его спящим на улице, укрыл его старым одеялом. Белсус, одурманенный усталостью, не остановил мальчика. Позже, очнувшись, он бросился следом, и нашёл родителей, рыдающих над телом ребёнка.

— Почему живу именно я…

Если бы не долг последнего потомка королевского рода, он, возможно, давно бы сдался.

Даже имея деньги, он оставался нищим. Даже имея деньги — не имел дома. Он отчаянно лез в инстансы, изматывая себя, лишь бы стать сильнее.

Я задумался.

Да, я выбрал Белсуса партнёром потому, что он был самым бедным и, честно говоря, самым удобным вариантом.

Но была и другая причина.

Мне хотелось увидеть, чего он сможет достичь, если хоть раз получит шанс жить нормально.

Даже в победной ветке он едва держался на ногах, терпел унижения, побои, презрение, когда мальчишки вдвое младше бросали ему монеты как нищему.

Жизнь, в которой он украдкой подбирал упавшую монетку, боясь лишний раз поднять глаза.

— То есть… я могу какое-то время жить здесь?

Белсус повторил это только спустя долгую паузу. Голос у него дрожал.

Я скрыл лёгкое самодовольство и равнодушно кивнул.

— Сам видишь. Это моё пространство. Без моего разрешения сюда никто не войдёт. Если я дам тебе право на запасной ключ — сможешь приходить и уходить когда захочешь.

— Я… могу здесь жить…

Он будто говорил не со мной, а сам с собой.

Я молча смотрел на него. Белсус продолжал тихо бормотать:

— Если за мной погонятся рыцари, можно будет спрятаться здесь…

Не придётся торопливо глотать чёрствый хлеб, боясь, что кто-то увидит…

Не будут бросать камни только за то, что подошёл к колодцу…

Можно есть тёплую еду, как ту, что ты дал…

Можно уснуть на солнце…

И не просыпаться от каждого шороха…

И всё это — не на одну ночь. Завтра тоже. И послезавтра…

…

Голос звучал сухо, почти безэмоционально. Но от этих слов в груди тяжело сжалось, и я невольно вздохнул.

Пансион — вроде гостиницы, но совсем другое.

Это не место для клиентов, а чей-то дом, где живут вместе и делят один стол.

В гостиницах тоже бывают постоянные постояльцы, но никто из них не называет её домом.

А в пансионе… даже если между людьми только деньги, всё равно появляется ощущение своего места.

Белсусу нужны были не только еда и крыша над головой.

Ему было нужно место, где можно наконец перестать бояться.

— …Я отказываюсь.

Что?

http://bllate.org/book/16509/1503887