Готовый перевод The Hunter's Young Husband / Маленький муженек из семьи охотника ✅: Глава 30

Въехав в город и оплатив место на рынке, Чжан Цянь выбрал неплохой пятачок. Он расстелил на земле кусок ткани и выставил товар: живого оленя, фазанов, а рядом разложил сушеные грибы и древесные ушки. Пока Чжан Цянь сторожил товар, Юйцин сбегал за едой: принес корзинку пышных мясных баоцзы, две чашки нежного соевого пудинга-тофу и блюдце солений на завтрак.

Утренний холод и долгая дорога на повозке под ледяным ветром совсем его выстудили — Юйцин чувствовал себя ледышкой. Но стоило сладкому теплому пудингу оказаться внутри, как жизнь снова затеплилась в теле.

— Ешь скорее, а то баоцзы остынут. Я взял с мясом — надо подкрепиться, чтобы силы были зазывать покупателей. Доем и отнесу посуду обратно в лавку.

Юйцин поднес баоцзы прямо к губам мужа, поторапливая его.

Сам он тоже откусил кусок: тесто было воздушным и пористым, а начинка — сочной и ароматной. Пусть мяса в них было меньше, чем в домашних, зато они обжигали жаром, согревая изнутри до самых кончиков пальцев.

После завтрака Юйцин унес пустые чашки, а Чжан Цянь закончил раскладывать остатки добра. Фазанов выложил в ряд, а мешки с сушеными грибами раскрыл пошире, чтобы прохожие сразу видели, чем богат прилавок.

Огромный живой олень мгновенно привлек внимание толпы, но большинство лишь глазели на диковинку, не решаясь подойти и спросить цену.

Юйцин не унывал и принялся звонко зазывать народ, подражая опытным торговцам: — Подходи, честной народ! Фазаны лесные, только с гор, свежее некуда! Глядите, выбирайте! Древесные ушки, грибы боровые — в супе аромат такой, что за уши не оттащишь!

На оленя покупатель пока не находился, зато три фазана и сушеные грибы разлетались быстро. Птица была не очень тяжелой — самый крупный потянул чуть больше трех фунтов. За всех выручили сто восемьдесят пять вэней. Поскольку это была первая продажа, Юйцин скинул пять вэней «на удачу» одной почтенной тетушке.

Чжан Цянь ловко связал лапы фазанов соломой и уложил их в корзину покупательницы, а Юйцин принял деньги и вдобавок насыпал ей горсть сушеных грибов.

— Вот, тетушка, это вам гостинец. Грибы сами в лесу собирали, на солнышке сушили. Сварите с фазаном — бульон будет золотой, наваристый!

Женщина расплылась в улыбке — кто же не любит подарки? — Ну, спасибо, голубчики! В следующий раз только у вас отовариваться буду!

— Заходите, тетушка, всегда рады!

Удача была на их стороне: торговля с самого утра пошла бойко. Скоро потянулись и другие покупатели.

— Почем птица?

Юйцин с улыбкой отвечал: — Шестьдесят вэней за фунт. Вот этот покрупнее, ровно два фунта — сто двадцать вэней. Тот, что поменьше, фунт и шесть лянов — итого девяносто шесть вэней. Если возьмете маленького, отдам за девяносто, так и быть.

Проходивший мимо гэр изумился: — Что ж так дорого-то?

— Так ведь не домашние куры! Посмотрите, какой окрас — лесной фазан, дичь! В супе или в жарке он куда ароматнее обычной курицы, оттого и цена такая. Не желаете взять на пробу?

Гэр замахал руками: — Ой нет, дороговато для меня будет.

Юйцин и глазом не моргнул: — Тогда, может, на сушеные дары леса взглянете? Отборные грибы, шляпка к шляпке, высушены по всем правилам. Вкус — чистый мед, а стоит всего шесть вэней за фунт.

Он зачерпнул горсть грибов из мешка и протянул показать.

— У других-то по пять продают, чего у вас по шесть?

— Так товар товару рознь! Глядите, у нас и сорт благородный, и грибы крупные. Тут и опята, и дикий бамбуковый гриб — вкус отменный. И всё сбора этого года, пахнет лесом, а не старой плесенью.

Мужчина присмотрелся — и впрямь, грибы были один к одному, ни ломаных, ни червивых. Остался доволен: — Хороши, чего уж там. Взвесь мне немного.

— Мигом! — Юйцин передал выбранные грибы Чжан Цяню. Сам он еще не до конца освоил старинные весы династии Дали, поэтому взвешивание оставалось за мужем.

Чжан Цянь уложил грибы на чашу весов и вынес вердикт: — Тут чуть больше семи лянов. С вас четыре вэня.

Он аккуратно завернул покупку в упаковочную бумагу: — Доброго вам дня.

Юйцин принял монеты, улыбаясь еще шире: — Приходите еще!

Город окончательно проснулся, улицы заполнились народом. В этой части рынка в основном хлопотали хозяйки и супруги-гэры, закупающие продукты к обеду. Товар у Юйцина был качественным и редким, так что мешки с грибами быстро опустели наполовину, а оставшихся двух фазанов забрал разом человек из богатого дома, где затевали пир.

Се Юйцин коснулся пухлого кошелька на поясе, и все тревоги как рукой сняло. На душе стало весело: не зря, ох не зря они сегодня проделали такой путь.

Вот только олень всё никак не продавался. Хотя многие подходили и интересовались, всем хотелось лишь взять фунт-другой оленины на пробу, а покупать целого зверя никто и не помышлял.

Юйцин заволновался: — Что же делать с оленем? Может, всё-таки забить и распродать по частям? Так дело быстрее пойдет.

Чжан Цянь покачал головой, уже сворачивая их нехитрый прилавок: — С собой инструмента нет, забивать неудобно. А если в деревне забить — столько мяса нам не распродать. Отнесу-ка я его в приличный ресторан, спрошу, не купят ли. Олень — дичь редкая, деликатес, должны взять.

Юйцин кивнул, помог собрать вещи, и они двинулись в сторону ресторанов. Чжан Цянь опустил оленя на землю и остался ждать неподалеку, а Юйцин отправился внутрь на разведку — прощупать почву.

Посыльный, завидев гостя, тут же подскочил: — Почтенный господин, вы один будете обедать?

Юйцин качнул головой: — Нет, я не есть пришел.

Улыбка на лице посыльного померкла, он с подозрением оглядел Юйцина: — А зачем же тогда?

Юйцин, боясь недопонимания, поспешил объясниться: — Я хотел спросить, не принимает ли ваш ресторан оленей.

— Оленей?

— Именно! Мой муж — охотник, на днях поймал в горах живого оленя. Вот мы и решили зайти узнать. Говорят, оленья кровь мужскую силу укрепляет, да и само мясо — редкость. Возьмете?

— А не врешь?

— Истинная правда! — Юйцин закивал. — Муж с оленем прямо за дверью ждет. Не хотел в зал заходить, чтобы гостей за трапезой не тревожить.

Посыльный одобрительно кивнул — мол, порядок знаете.

— Насчет оленя я сам решить не могу, тут хозяйское слово нужно. Но ты пришел не вовремя: управляющий сегодня в отъезде. А главный повар, который такие дела решает, сейчас весь в запаре. Может, погуляете пока? Как освободимся, я вас представлю.

Юйцин приуныл, но понимал, что навязываться нельзя. — Что ж, тогда не буду вас отвлекать.

— Ой, Цинь-гэр!

Не успел он выйти, как кто-то его окликнул. Обернувшись, он увидел тетушку Чжао, которая спешила к нему.

— Тетушка Чжао, это вы!

Тетушка Чжао была искренне рада встрече. Она взяла его за руки, оглядывая с ног до головы: — Ты что же, замуж вышел? В какую семью попал? Почему тетку на свадьбу не позвал, вином не угостил?

Юйцин кивнул: — Вышел. За охотника из нашей деревни. Я вам и приглашение посылал, и подарок от вас пришел, а сами вы так и не заглянули.

Тетушка Чжао хлопнула себя по лбу: — Вот ведь незадача! Я ж в те дни в губернский город по делам уезжала! Всё пропустила. Муж-то дома был, да он вечно в заботах — подарок послать догадался, а мне и не сказал! Цинь-гэр, ты чего здесь? Обедать пришел?

Юйцин покачал головой и снова рассказал о своей цели.

— Вот ведь совпадение! Разве я тебе не говорила? Твой дядя — главный повар здесь, в ресторане «Фулай». Никого ждать не надо, я сейчас сама ему шепну, и заберут они вашего оленя!

Юйцин оторопел, он и забыл про это родство. — Как-то это... неудобно, наверное?

— Чего ж неудобного? Ресторан всё равно закупает продукты по его списку. Одной позицией больше, одной меньше — невелика беда. Да и не кумовство это: на кухне всегда рады свежему товару. Просто вы с закупщиком разминулись, а так бы он вцепился в этого оленя. Впрочем, мое слово — лишь полдела. Пусть поглядит, а брать или нет — сам решит!

Тетушка Чжао похлопала Юйцина по руке, веля не беспокоиться, и потащила обратно в заведение. Посыльный, конечно, знал жену повара и даже опешил, увидев её под ручку с Юйцином.

— Тетушка Чжао, какими судьбами? Так вы знакомы с этим гэром?

Она кивнула: — Ли, голубчик, старый Чжао на кухне?

Посыльный Ли подтвердил.

— Ну и ладно, работай. У его мужа олень на продажу, я их через черный ход проведу, пусть на кухне посмотрят.

— Хорошо, тетушка, ступайте.

Договорив, тетушка Чжао повела Юйцина к выходу.

— Где твой муж? Пойдем к черному входу.

— Он тут рядом ждет. Тетушка Чжао, вон тот человек у оленя — это мой муж, Чжан Цянь.

Увидев Чжан Цяня, тетушка Чжао рассыпалась в похвалах: — Каков молодец! Красавец! Вы с мужем — как по ниточке подобраны, настоящая пара! А олень-то какой, видать, рука у мужа твердая.

Юйцин встал рядом с Чжан Цянем и вполголоса пояснил: — Это тетушка Чжао. Её муж — главный повар в «Фулае», она нас на кухню ведет.

— Здравствуйте, тетушка, — вежливо отозвался Чжан Цянь.

— Здравствуй, милок, здравствуй. Будем все здоровы! Кончайте тут стоять, дело само себя не сделает. Поднимай оленя и за мной!

Тетушка Чжао по-хозяйски зашла с черного хода.

— Чжао! Бросай свои сковородки! Выйди погляди, нужен тебе олень или нет? Чжао!

Вскоре из кухонного чада вышел высокий поджарый мужчина в поварском колпаке и фартуке.

— Олень? Откуда у тебя олень?

Тетушка Чжао отступила в сторону, давая мужу рассмотреть добычу на полу. — Да вот, по дороге встретила знакомых, привела к тебе. Гляди, какой зверь — крупный, живой еще! Берешь?

Повар Чжао вытер руки, подошел и похлопал оленя по крупу, потрогал рога.

— И впрямь хорош. Парень, это ты его взял? — спросил он, глядя на Чжан Цяня. Чжан Цянь кивнул: — Да, я охотник.

— Завалить такого зверя в одиночку — дело стоящее! Эр-ню, тащи весы! — Чжао похвалил его от души и зычно крикнул помощника.

У Юйцина на сердце отлегло: оленя принимают. Чжан Цянь помог поднять тушу на весы. Стрелка замерла на отметке в сто четырнадцать фунтов. Старый Чжао на мгновение задумался. Помня, что людей привела жена, он не стал сбивать цену, а предложил честную, рыночную ставку.

— Сто четырнадцать фунтов. Зверь знатный. Пойдем по двести вэней за фунт — итого двадцать восемь с половиной лянов серебра. Идет?

Се Юйцин так и замер от удивления — он и не чаял, что олень окажется таким дорогим!

Чжан Цянь в охотничьем деле был не новичок и сразу понял: мастер Чжао не только не сбил цену, но и, напротив, проявил к ним особое участие.

А потому он охотно кивнул: — Идет! Спасибо вам, мастер Чжао! Спасибо и вам, тетушка Чжао!

Старый Чжао отсчитал деньги, вручил их Чжан Цяню и тут же, словно ошпаренный, умчался обратно на кухню.

Тетушка Чжао лишь с улыбкой отмахнулась: — Да за что меня-то благодарить? Я ведь толком ничего и не сделала.

Тут и Юйцин опомнился — он выложил все оставшиеся у них сушеные дары леса: — Как это за что? Если бы не вы, тетушка, сколько бы нам еще пришлось ждать! Это наши домашние припасы, мы сами сушили. Если не побрезгуете — возьмите на пробу. И Фу-гэру (сыну тетушки) дайте отведать!

Тетушка Чжао отказываться не стала и приняла гостинцы. На душе у Юйцина стало совсем легко.

— Тетушка Чжао, у нас еще дела в городе остались, так что мы пойдем.

Она кивнула: — Ступайте, ступайте, занимайтесь своими делами.

http://bllate.org/book/16103/1502092