Готовый перевод Я больше не вижу рассвет / Я больше не вижу рассвет: Глава 3

Подойдя к дому, Ли Цзи поднял ворот пиджака и скрыл половину лица. Родители не должны узнать о том, что произошло.

Щека опухла еще больше, и пульсирующая боль стала отчетливей. Голова кружилась, и Ли Цзи направился прямиком в свою комнату. От ужина он отказался, прикрывшись учебой и усталостью и еле дождался ночи, чтобы выйти на кухню и поесть. Прислушиваясь к сопению родителей, он запарил лапшу и по-быстрому перекусил, а после приложил к горящей щеке несколько кусочков льда. Однако, пламя в сердце остудить было не так просто.

Он знал, что И Минсюй не обычный ученик. Но каждый в этой жизни и богатый, и бедный должен уметь отвечать за свои поступки. Ли Цзи решил, что завтра с самого утра сообщит о случившимся в школу. Ему не нужны извинения И Минсюя — всего лишь спокойная школьная жизнь.

Ли Цзи заставил себя успокоиться и ненадолго позабыть о произошедшем. Однако, это оказалось не так просто: всю ночь его преследовали спутанные мысли, и до утра он проворочался в постели без сна.

На следующий день, придя в школу, он сразу же направился в кабинет директора. Им был мужчина средних лет по фамилии Лю. Суровый на вид и крайне строгий. Все в школе знали о его жестоких наказаниях. Был ли он справедливым? Отчасти. Если дело не касалось детей спонсоров.

Ли Цзи постучался и приоткрыл дверь его кабинета. Директор Лю всегда приходил рано, и сейчас был уже по уши в делах. Он жестом пригласил ученика войти, продолжая что-то печатать на компьютере. Ли Цзи остановился у директорского стола и выпалил:

— Директор Лю. И Минсюй со второго года обучения зачинщик школьной травли.

Директор Лю перевел взгляд с монитора на взволнованного ученика. Безразличное выражение мужчины вмиг изменилось.

— Ты свидетель или жертва?

После этого Ли Цзи без утайки рассказал обо всем, что случилось за последние два дня. А в конце, в подтверждение своих слов, даже показал щеку, с которой так и не сошли краснота и припухлость. Директор Лю выслушал его, не задавая вопросов и не перебивая.

— Понятно. Администрация со всем разберется, — он махнул рукой. — Можешь возвращаться в класс.

Ли Цзи нахмурился. И это все? Так просто?

— Разберется? Каким образом?

— У школы есть четкие инструкции на такой случай, — директор Лю явно был недоволен настойчивостью ученика. — Тебе подробности знать не обязательно. Возвращайся.

Ли Цзи хотел возразить и настоять на своем, но директор Лю уже поднялся с места и подошел к шкафу с документами в поисках досье. Скрепя сердце Ли Цзи вышел из директорской, возложив на школьную администрацию ответственность за решение своей судьбы.

Весь учебный день он не находил себе места. Пусть занятия и закончились без происшествий, Ли Цзи все еще было не спокойно на душе. Сегодня он не осмелился вернуться домой по тропинке, боясь снова нарваться на шпану под предводительством И Минсюя. Оставалось только одно — выйти через главный вход вместе с остальными.

Здесь, как всегда после уроков, царил полнейший хаос. У ворот толпились ученики, ждавшие родителей, а те, кто жил недалеко, пытались протиснуться через них наружу. Таким образом, у выхода очень быстро образовался затор. Вдобавок ото всюду раздавались громкие голоса учеников, которые наконец вырвались из душных классов и вволю шумели и балаболили. Ли Цзи в очередной раз вспомнил почему предпочитал уединенную тропинку запасного выхода. Одно радовало, пока вокруг люди, И Минсюй не посмеет напасть. Неужели сегодня Ли Цзи спокойно вернется домой?

Иллюзия продлилась недолго. Стоило Ли Цзи приблизиться к школьным воротам, как на глаза попалось красивое и столь ненавистное лицо. На обочине дороге за школьным забором стоял И Минсюй с шайкой хулиганов и крутил в руке мобильный телефон. Ли Цзи тут же остановился и ловко затаился в толпе. Внезапно мобильник в кармане его пиджака завибрировал. Ли Цзи ответил на звонок, и из динамика послышался приторно-сладкий голос И Минсюя:

— Ты настучал директору Лю?

Пусть вокруг и стояли шум и суета, Ли Цзи слышал каждое слово.

— Директор Лю говорил с тобой? — он сжал телефон в руке, пытаясь успокоиться.

— Сделал предупреждение, — И Минсюй пнул камешек, лежащий на дороге. — Попросил больше тебя не донимать.

Узнав, что школьная администрация не осталась в стороне, Ли Цзи вздохнул с облегчением. Однако, не успел он расслабиться, как И Минсюй насмешливо добавил:

— Но как быть? Я не из послушных.

Его злобный взгляд пронзил толпу и остановился на испуганном лице Ли Цзи. Как и предполагалось, И Минсюй не собирается улаживать конфликт и отступать. Ли Цзи прикусил губу, скинул звонок и повернул обратно в школу, к запасному выходу. Боясь, что шайка И Минсюя ринется в погоню, Ли Цзи с шага перешел на бег. Просунув ключ в замочную скважину, он огляделся и прислушался. Убедившись, что хвоста нет, Ли Цзи распахнул дверь и выбежал на улицу.

Однако, не успел он сделать и десяти шагов, как из-за угла показался рослый подросток и махнул битой прямо перед его лицом! Ли Цзи тут же среагировал и уклонился. Однако, удар все равно последовал, но уже сбоку. Бита угодила прямиком в живот, и в то же мгновение Ли Цзи согнулся пополам от боли. Последовал еще один удар, который сбил его с ног. Вероятно, обидчики с самого начала планировали повалить его на землю, лишив способности отбиваться.

Ли Цзи и правда хотел им врезать. Хотя бы одному! Ему много не надо, правда! Дать бы разок по роже тому дрыщу, что нахально смотрел на него сверху вниз! Ли Цзи облокотился о руки, пытаясь подняться, но тут же получил удар в спину.

Бесполезно.

Он выплюнул полный рот крови.

— Ты слишком предсказуемый.

Два парня прижали Ли Цзи к земле, да с такой силой, что искры посыпались из глаз. Мутным взглядом он уловил приближающуюся фигуру. И Минсюй по-прежнему ловко вертел в руке мобильник. Кажется, ему нравилось что-то перебирать пальцами: в прошлый раз попрыгунчик, теперь это. Ли Цзи горько подумал, что по крайней мере, на сей раз телефон не будет брошен в его сторону.

— А завтра снова выйдешь в главные ворота? — И Минсюй продолжил огорченно, — У школы всего два выхода, выбора и правда нет. Но ты мог быть изобретательней — перелезть через забор, например. Мы бы за тобой не рванули, поверь.

Едви ли его шайка чтила школьные правила.

На счету И Минсюя было несколько жертв, и день, подобный этому, повторялся ни раз и ни два. Каждый из учеников пытался удрать и каждому в этот момент была брошена спасательная соломинка. «Смогу ли я сбежать в следующий раз, если перемахну через бетонный забор?»: в этот момент они думали именно так. Но Ли Цзи отличался от них. В глазах этого парня ни на миг не вспыхнула надежда. Кажется, он даже всерьез не задумался над идеей, любезно брошенной И Минсюем. И это жутко бесило. Ведь если нет надежды, нет веселья! Самое занимательное видеть, как вера о спасении тухнет в глазах жертвы. Ли Цзи же от начала и до конца оставался равнодушным, будто уже ни на что не надеялся. Нет, будто был уверен, что сможет вырваться из хватки И Минсюя.

Да, злило невыносимо.

— В спортивный зал его, — рявкнул И Минсюй раздраженно.

— Погоди, — Ли Цзи принялся бороться снова и смог таки оторвать голову от земли. — Давай поговорим.

И Минсюй удивился и великодушно сложил руки на груди. Ли Цзи глубоко вдохнул, подавил недовольство, возмущение и гнев и произнес уверенно, будто на реальных переговорах:

— Я сунулся куда не следует и вчера уже получил за это. Разве теперь мы не квиты? Будь уверен, в будущем я не стану вмешиваться в твои дела. И вообще притворюсь, что мы не знакомы.

И Минсюй вяло кивнул, подтвердив, что услышал его предложение. Однако, переговоры не дали ровным счетом ничего. В ту же секунду И Минсюй махнул рукой, и два рослых лба потащили Ли Цзи в спортивный зал. Любое сопротивление оказалось бесполезным.

Когда они приблизились к воротам западного корпуса, охранники услышали шум и вышли из будки, но, увидев И Минсюя во главе шайки, притворились слепыми и глухими и тут же вернулись. Как бы громко Ли Цзи не кричал, как бы он не просил о помощи, никто из них не реагировал. Ли Цзи уже понял, что хулиганы И Минсюя и охрана школы заодно — его попытки спастись были ничем иным, как инстинктом самосохранения. Он продолжал энергично сопротивляться и как умалишенный драл глотку, и эти действия безумно раздражали прихвостней И Минсюя, особенно тех двух — ответственных за сопровождение. С их языков срывался мат, а хватка становилась сильней, казалось еще немного, и они вскипят, обдавая Ли Цзи паром из ушей. В тот момент, когда жертве наконец удалось вырваться, и накопившаяся злоба прихвостней достигла предела, Ли Цзи поразил пинок в живот. Силу нельзя было сравнить ни с одним ударом из прошлого. Ли Цзи почувствовал, как все органы перемешались, и желудок с печенью поменялись местами. В глазах потемнело, по телу прокатилась дрожь.

И Минсюй опустил ногу. Его терпение лопнуло. Он редко прибегал к насилию, однако до этого никто из его игрушек не вел себя столь нахально. Бесило, но в то же время забавляло. Ему еще никогда не попадались зверушки так отчаянно цепляющиеся за жизнь. Ли Цзи вырывался и пытался сбежать, и чем больше он боролся, тем сильней распалялся И Минсюй.

Теперь это было чем-то большим, чем простая травля. И Минсюй еще вчера негласно поменял правила игры. Теперь ему хотелось не только увидеть гримасу ужаса, боли и отчаяния, но и добиться полного подчинения Ли Цзи. Что же будет, если укротить этого строптивого мальчишку? Поставить на колени и заставить умолять? Сделать покорным и податливым? До чего же любопытно. До чего весело! И Минсюй сгорал от нетерпения.

Свет внутри не горел, но лучей уходящего солнца было достаточно, чтобы осветить просторный спортивный зал. Ли Цзи швырнули в центр. Боль от удара в живот еще не утихла, но все же удалось устоять на ногах. Он обвел взглядом семерых парней, что успели его окружить. У кого-то в руке была бита, а кто-то потирал руки в предвкушении односторонней драки. И Минсюй, как обычно, отошел подальше, к баскетбольному кольцу, чтобы видеть картину целиком. Чтобы, так сказать, в первых рядах наблюдать за шоу. Его красивое лицо наполовину скрылось в тени, и на свету остались лишь тонкие губы и подбородок.

Ли Цзи воспитывали добрым и отзывчивым ребенком. Однако, чем старше он становился, тем больше понимал, что альтруизм до добра не доводит. Он видел множество примеров, когда доброта губила, и пообещал себе, что никогда не совершит подобную глупость. Стоило отступиться от правила один раз, всего один раз по геройствовать, как все пошло наперекосяк. И самое страшное, что такой же болван, как он — такой же глупец-альтруист, вряд ли появится. Чего уж там, даже охранники и директор школы не смели перечить богатеньким ублюдкам и прогибались под гнетом власти их отцов.

— Вы… — только и успел сказать Ли Цзи, как на него накинулись с кулаками.

Поначалу он не оказывал сопротивления и инстинктивно закрывал руками жизненно важные точки на теле. Он пятился, пытаясь отдалиться от обидчиков, и в конце концов сам себя загнал в угол. Удары сыпались, как град, и каждый кулак и пинок оставляли на его коже синяк или ссадину. Ли Цзи рухнул на пол и прикрыл голову руками. Теперь не сбежать. Тело болело и ныло, но вместо того, чтобы просить пощады, Ли Цзи разозлился. Его взгляд уперся в пару длинных худых ног, наносящих пинок за пинком. Глаза Ли Цзи свирепо вспыхнули. Он сделал выпад, вскочил на ноги и набросился на одного из них с кулаками. Он не понял кого бьет, да это было и не столь важно, ведь все они здесь за одно. Ли Цзи неистово махал кулаками, вволю отыгрываясь на одном из хулиганов.

Как-то давно он услышал, что во время драки нужно выбрать цель и направить на нее весь гнев. Тогда остальные, увидев, что соперник опасен и, возможно, не дружит с башкой, испугаются и сбавят пыл, а если повезет и вовсе драпанут. Однако, опробовав этот метод на практике, Ли Цзи убедился, что он бесполезен… Спустя пару секунд Ли Цзи оттащили и бросили обратно в угол, а затем в отместку побили еще сильнее.

— Твою мать, ты еще смеешь бить в ответ?

— Пни его в живот, пусть узнает каким папочка бывает суровым.

У Ли Цзи зазвенело в ушах. В руках, прикрывающих голову, больше не осталось силы. Он не знал сколько времени прошло, но в тот момент, когда его, как половую тряпку, бросили к ногам И Минсюя, он уже почти потерял сознание. Болел каждый сантиметр тела, живот разрывало, а изо рта вместо рвоты выходила кислота. Он лежал на полу, не в состоянии пошевелить ни одним мускулом.

Все это время И Минсюй оставался в стороне. Сам он редко принимал участие в избиениях, ему нравилось наблюдать со стороны и видеть сопротивление и отчаяние жертвы. Присваивать, а затем ломать красивые вещи — что может быть прекрасней?

Он подошел к Ли Цзи и остановился у его лица. Взгляд И Минсюя сквозил презрением и в то же время неподдельным удовольствием и интересом. Разве не странно, что этот парень ни разу не попросил остановиться. Ни разу не взмолился о пощаде. Ни разу не заплакал. И Минсюй поставил ступню на его затылок и слегка надавил. В ответ на столь оскорбительное действие Ли Цзи сжал кулаки. Он открыл налитые кровью глаза и свирепо уставился на И Минсюя.

— Так жаль тебя, — И Минсюй тяжело вздохнул, изображая притворное сочувствие, — наверное очень больно. Давай так, если ты встанешь на колени и назовешь меня братом Сюем, то на сегодня закончим.

Вот урод! Гнев Ли Цзи разгорался, как лесной пожар. Он выплюнул сгусток крови и процедил сквозь зубы:

— Мечтай.

Глаза И Минсюя заблестели, и неуемное желание подчинить этого мальчишку вспыхнуло с новой силой. Он не смог удержаться от оскала, но уже через мгновение его губы вновь окрасила приторно-сладкая улыбка.

— Хэй, парни, — И Минсюй убрал ногу и отошел на пару шагов, — Он говорит, что хочет еще. Не бейте по лицу и контролируйте силу. Он не должен отключиться. Давайте вдоволь насладимся нашей игрой.

Ли Цзи стиснул зубы. Если бы мог, то непременно разорвал этого ублюдка в клочья!

Свет за окном тускнел. Близилась ночь.

http://bllate.org/book/16033/1430176