Готовый перевод I Have Amnesia, Don’t Be Noisy! / Просто амнезия, не парьтесь! [ПЕРЕВОД ОКОНЧЕН]: Глава 88 - Дом

Не получив помощи от жены, Чжун Ибинь перевел взгляд на старшего брата. Чжун Цзябинь грозно посмотрел на него в ответ и безмолвно принудил воспользоваться своей собственной головой. Чжун Ибиню, который обычно не полагался ум, пришлось пораскинуть мозгами и все тщательно обдумать.

«Семь звезд, обнажающих луну»: присутствуют слова «луна» и «звезды», скорее всего, здесь говорится о месте под открытым небом. «Петух поет, а собака крадет»: здесь, должно быть, говорится о фермерском доме, поскольку фигурируют «собака» и «петух». «Самобытность земляной печи»: здесь все очевидно — место, в котором будет стоять печь. «Великая китайская стена»: здесь уже сложно — может быть, каменный дом или что-то совершенно иное.

Через какое-то время Чжун Ибинь проанализировал загадку Чу Циня и дал несколько возможных расшифровок. Несмотря на то, что его слова звучали убедительно, никто из участников не решился поверить в них на сто процентов. В конце концов, это были лишь его предположения.

Сейчас был разгар поздней осени, поэтому спать на свежем воздухе холодно. Чжун Ибинь и его старший брат не умеют готовить, поэтому земляная печь им без надобности. Куры и собаки слишком шумные. Поэтому, в итоге, он выбрал «Великую китайскую стену».

Выбор Му Чэня выпал на «Петух поет, а собака крадет», а Чжао Янь пришлось выбирать из оставшихся двух вариантов. Она прекрасно знала, что не сможет спать ночью под открытым небом, поэтому выбрала «Самобытность земляной печи». А Вэнь Юй, как участнику без права выбора, досталось «Семь звезд, обнажающих луну».

Сделав выбор, все разобрали ключи и разошлись в поисках своих домов. Юй Тан и его младший брат последовали за участниками: им было до смерти любопытно, что все-таки скрывалось за затейливыми названиями, которые зачитал Чу Цинь. Первое, что они увидели, — дом «Самобытность земляной печи», в котором предстояло переночевать брату и сестре Чжао. Как только они вошли внутрь, то увидели огромную земляную печь. Выбранный ими дом оказался мастерской по приготовлению местного тофу. Как и ожидалось, им достался хороший вариант.

Следующим домом оказался «Петух поет, а собака крадет», который выбрал Му Чэнь. Здание было светлым и уютным, но как только участники подошли к забору, услышали оглушительный лай. Во дворе была привязана большая собака, которая дико реагировала на посторонних. Вокруг нее по двору бегала дюжина цыплят. Их, казалось, совсем не пугал громкий лай, они лишь пищали и щебетали, требуя еды. Птичий двор был покрыт куриным пометом.

Учуяв удушливый запах помета, Му Ша даже не поморщилась, ее волновало совсем другое — огромная собака. Когда цепной пес рванул в их сторону, женщина оглушительно завизжала. Она всегда была смелой, но до одури боялась собак. Му Чэнь протянул руку и закрыл сестру спиной, а затем прошептал несколько слов утешения:

— Все в порядке, все хорошо. Собака на цепи.

Только тогда Му Чэнь осознал, что в гонке за домом с наилучшими условиями, он совсем позабыл о сестре.

— Чжао Сюй, ты не хочешь поменяться домами? Му Ша боится собак, — мужчина кивнул в сторону дома, который был явно симпатичнее и современнее мастерской тофу с большой земляной печью.

Чжай Сюй взглянул на двор, затем на сам дом: разница была очевидна. К тому же Чжай Янь не боялась собак и даже очень их любила. Поразмыслив немного, он согласился.

Му Ша явно почувствовала облегчение, когда услышала его ответ. Стоя позади своего младшего брата и глядя ему в затылок, она поджала губы и мягко улыбнулась. На более поздней стадии этот момент замедлили, на фон поставили нежную и ласковую мелодию, а внизу экрана показалось несколько слов: «Даже если вы иногда ссоритесь, ругаетесь и злитесь друг на друга, в вашем сердце все равно живет любовь, взращенная с самого детства».

Зрители тепло улыбнулись друг другу, а некоторые не смогли удержаться от слез.

Эта сцена совсем не была трогательной и не побуждала чувствительных зрителей расплакаться, просто люди были искренне рады за Му Чэня и Му Ша и невольно вспоминали своих братьев и сестер.

Пока зрители предавались воспоминаниям, участники прошли к следующему дому. Им оказалось высокое здание из красного кирпича с красной черепицей, с просторным и ухоженным двором. Но в самом доме было слишком многолюдно и чрезмерно оживленно, а вскоре некоторые из участников увидели за забором несколько столов для маджонга.

— Вы пришли, добро пожаловать, — хозяин вышел поприветствовать гостей и с улыбкой провел их в дом.

Внутри были мужчины, женщины и дети — множество жителей деревни. За столом сидели четыре человека и увлеченно играли в маджонг.

Чжун Ибинь сморщился.

— Дядя, могу я спросить? Почему этот дом называется «Великой китайской стеной»?

— Здесь собираются все жители деревни, чтобы играть в маджонг, — с улыбкой произнес седовласый пожилой мужчина. — В этой игре есть раскладка под названием «великая китайская стена». Эта раскладка очень сложная, с ней можно сутками собирать кости и не увидеть стола.

— …

Играть в маджонг сутками… Наверняка здесь очень шумно.

Директору «Шэнши» не повезло с выбором, и все принялись тайно злорадствовать. Два брата оказались такими способными: заработали кучу денег и заплатили за аренду автомобиля, но это не помогло им выбрать лучшие условия.

Однако увидев «Семь звезд, обнажающих луну», они забыли о братьях Чжун и повернулись к сестрам Вэнь, чтобы искренне посочувствовать. Им достался домик из бамбука со спальным местом на чердаке, а вместо крыши был раскинут полупрозрачный балдахин, обнажающий восхитительный вид на ночное небо. Домик выглядел романтично и сказочно, но холодной осенней ночью девушки, которым предстояло переночевать в нем, вряд ли будут наслаждаться видом.

Вэнь Цин оглядела домик с кривой улыбкой. Хоть на территории горной местности велось видеонаблюдение, которое гарантировало местным жителям безопасность, сон в подобном месте все равно вызывал панику.

— Директор Чжун, ты действительно все правильно угадал! — воскликнул Чжао Сюй, искренне восхищаясь Чжун Ибинем. Все это время он старательно проверял предположения директора Чжун, и, за исключением «великой китайской стены», в которой он с самого начала не был уверен, все остальное попало точно в цель.

— Хе-хе, я мозг этого шоу… — Чжун Ибинь торжествующе приподнял подбородок.

Закончив говорить, он взглянул на старшего брата. Лицо Чжун Цзябиня все еще оставалось парализованным, но в уголках его губ можно было различить еле уловимую странную улыбку, а в глазах — искру.

На более позднем этапе монтажер остановил кадр на этом моменте, взял лицо старшего брата Чжун крупным планом и приписал внизу: «Улыбка снисхождения и смерти».

Публика не могла удержаться от смеха, но в тоже время сопереживала сестрам Вэнь.

«Девушкам опасно спать по ночам в таких местах».

«Съемочная группа бесчеловечна».

Выражая недовольство, зрители наблюдали, как Вэнь Цинь просит одеяло у съемочной группы.

— Попроси два одеяла, — предложил Чжун Ибинь, — и положи одно на матрас. Только не выключай камеру на ночь, если к вам проберутся воры или пролезут дикие животные…

— Дикие животные?.. — воскликнула Вэнь Юй. — В этой горной деревне водятся дикие звери? Я боюсь здесь оставаться…

— Все в порядке, не слушай эти глупости. Раз съемочная группа пригласила нас в деревню и устроила запись шоу, значит, здесь точно безопасно, — Вэнь Цин поспешила утешить сестру.

Девушка хотела смерить Чжун Ибиня недовольным взглядом, но, вспомнив, что он является ее руководителем, подавила в себе это желание и, не смея больше ничего сказать, просто прикусила нижнюю губу.

Наконец, когда спальное место было обустроено, а кровать застелена, Чжун Ибинь усмехнулся.

— Ну, почти готово. Мне нравится. Думаю, нам с братом будет удобно спать здесь сегодня ночью.

Многие зрители неправильно истолковали слова Чжун Ибиня и тут же поморщились от отвращения.

Вэнь Цин опешила на мгновение, но почти сразу поняла, что Чжун Ибинь собрался поменяться домами. Она была так тронута, что не знала, что сказать. Двум девушкам спать под открытым небом было действительно небезопасно.

— Брат, я принял такое серьезное решение и не спросил твоего мнения. Ты не злишься? — Чжун Ибинь осознал это только после того, как все ушли.

Старший сын семьи Чжун неосознанно огляделся, сел на мягкую кровать и ответил сдавленно:

— Ты поступил правильно.

Каждый участник прибыл в свой дом и наконец мог отдохнуть, но съемочная группа внезапно дала новое задание.

Когда братья и сестры узнали подробности, то на мгновение забыли как дышать. Перед камерой Чу Цинь медленно зачитал содержание задания. Его голос был четким и уверенным:

— Пожалуйста, перед сном расскажите сказку вашей «булочке».

___________

За кадром:

Старший брат: Какую сказку ты хочешь услышать?

Эрбинь: Неприличную.

Старший брат: … У меня не получится. Ведущий лучше с этим справится.

Цинь Цинь: → _ →

Не получив помощи от жены, Чжун Ибинь перевел взгляд на старшего брата. Чжун Цзябинь грозно посмотрел на него в ответ и безмолвно принудил воспользоваться своей собственной головой. Чжун Ибиню, который обычно не полагался ум, пришлось пораскинуть мозгами и все тщательно обдумать.

«Семь звезд обнажающих луну»: присутствуют слова «луна» и «звезды», скорее всего здесь говориться о месте под открытым небом; «петух поет, а собака крадет»: здесь, должно быть говориться о фермерском доме, поскольку фигурируют «собака» и «петух»; «самобытность земляной печи»: здесь все очевидно — место, в котором будет стоять печь; «великая китайская стена»: здесь уже сложно — может быть каменный дом или что-то совершенно иное.

Через какое-то время Чжун Ибинь проанализировал загадку Чу Циня и дал несколько возможных расшифровок. Несмотря на то, что его слова звучали убедительно, никто из участников не решился поверить в них на сто процентов. В конце концов, это были лишь его предположения.

Сейчас был разгар поздней осени, поэтому спать на свежем воздухе было холодно; Чжун Ибинь и его старший брат не умеют готовить, поэтому земляная печь им без надобности; куры и собаки слишком шумные. Поэтому, в итоге, он выбрал «великую китайскую стену».

Выбор Му Чэня выпал на «петух поет, а собака крадет», а Чжао Янь пришлось выбирать из оставшихся двух вариантов. Она прекрасно знала, что не сможет спать ночью под открытым небом, поэтому выбрала «самобытность земляной печи». А Вэнь Юй, как участнику без права выбора, досталось «семь звезд обнажающих луну».

Сделав выбор, все разобрали ключи и разошлись в поисках своих домов. Юй Тан и его младший брат последовали за участниками: им было до смерти любопытно что все-таки скрывалось за затейливыми названиями, которые зачитал Чу Цинь. Первое, что он увидел — дом «самобытность земляной печи», в котором предстояло переночевать брату и сестре Чжао. Как только они вошли в внутрь, то увидели огромную земляную печь. Выбранный ими дом оказался мастерской по приготовлению местного тофу. Как и ожидалось, им достался хороший вариант.

Следующим домом оказался «петух поет, а собака крадет», который выбрал Му Чэнь. Здание было светлым и уютным, но как только участники подошли к забору, услышали оглушительный лай. Во дворе была привязана большая собака, которая дико реагировала на посторонних. Вокруг нее по двору бегала дюжина цыплят. Их, казалось, совсем не пугал громкий лай, они лишь пищали и щебетали, требуя еды. Птичий двор был покрыт куриным пометом.

Учуяв удушливый запах помета, Му Ша даже не поморщилась, ее волновало совсем другое — огромная собака. Когда цепной пес рванул в их сторону, женщина оглушительно завизжала. Она всегда была смелой, но одури боялась собак. Му Чэнь протянул руку и закрыл сестру спиной, а затем прошептал несколько слов утешения:

— Все в порядке, все хорошо. Собака на цепи.

Только тогда Му Чэнь осознал, что в гонке за домом с наилучшими условиями, он совсем позабыл о сестре.

— Чжао Сюй, ты не хочешь поменяться домами? Му Ша боится собак, — мужчина кивнул в сторону дома, который был явно симпатичнее и современнее мастерской тофу с большой земляной печью.

Чжай Сюй взглянул на двор, затем на сам дом: разница была очевидна. К тому же, Чжай Янь не боялась собак, и даже очень их любила. Поразмыслив немного, он согласился.

Му Ша явно почувствовала облегчение, когда услышала его ответ. Стоя позади своего младшего брата и глядя ему в затылок, она поджала губы и мягко улыбнулась. На более поздней стадии этот момент замедлили, на фон поставили нежную и ласковую мелодию, а внизу экрана показалось несколько слов: «Даже если вы иногда ссоритесь, ругаетесь и злитесь друг на друга, в вашем сердце все равно живет любовь, взращенная с самого детства»

Зрители тепло улыбнулись друг другу, а некоторые не смогли удержаться от слез.

Эта сцена совсем не была трогательной и не побуждала чувствительных зрителей расплакаться, просто люди были искренне рады за Му Чэня и Му Ша и невольно вспоминали своих братьев и сестер.

Пока зрители придавались воспоминаниям, участники прошли к следующему дому. Им оказалось высокое здание из красного кирпича и красной черепицей, с просторным и ухоженным двором. Но в самом доме было слишком многолюдно и чрезмерно оживленно, а вскоре некоторые из участников увидели за забором несколько столов для маджонга.

— Вы пришли, добро пожаловать, — хозяин вышел поприветствовать гостей и с улыбкой провел их в дом.

Внутри были мужчины, женщины и дети: множество жителей деревни. За столом сидело четыре человека и увлеченно играло в маджонг.

Чжун Ибинь сморщился.

— Дядя, могу я спросить? Почему этот дом называется «великой китайской стеной»?

— Здесь собираются все жители деревни, чтобы играть в маджонг, — с улыбкой произнес седовласый пожилой мужчина, — В этой игре есть раскладка под названием «великая китайская стена». Эта раскладка очень сложная, с ней можно сутками собирать кости и не увидеть стола.

— …

Играть в маджонг сутками… Наверняка здесь очень шумно.

Директору «Шэнши» не повезло с выбором, и все принялись тайно злорадствовать. Два брата оказались такими способными: заработали кучу денег и заплатили за аренду автомобиля, но это не помогло им выбрать лучшие условия.

Однако увидев «Семь звезд обнажающих луну», они забыли о братьях Чжун и повернулись к сестрам Вэнь, чтобы искренне посочувствовать. Им достался домик из бамбука со спальным местом на чердаке, вместо крыши которого был раскинут полупрозрачный балдахин, обнажающий восхитительный вид на ночное небо. Домик выглядел романтично и сказочно, но холодной осенней ночью девушки, которым предстояло переночевать в нем, вред ли будут наслаждаться видом.

Вэнь Цин оглядела домик с кривой улыбкой. Хоть на территории горной местности велось видеонаблюдение, которое гарантировало местным жителям безопасность, сон в подобном месте все равно вызывал панику.

— Директор Чжун, ты действительно все правильно угадал! — воскликнул Чжао Сюй искренне восхищаясь Чжун Ибинем. Все это время он старательно проверял предположение директора Чжун, и за исключением «великой китайской стены», в которой он с самого начала не был уверен, все остальное попало точно в цель.

— Хе-хе, я мозг этого шоу… — Чжун Ибинь торжествующе приподнял подбородок.

Закончив говорить, он взглянул на старшего брата. Лицо Чжун Цзябиня все еще оставалось парализованным, но в уголках его губ можно было различить еле уловимую странную улыбку, а в глазах — искру.

На более позднем этапе монтажер остановил кадр на этом моменте, взял лицо старшего брата Чжун крупным планом и приписал внизу: «Улыбка снисхождения и смерти».

Публика не могла удержаться от смеха, но в тоже время сопереживала сестрам Вэнь.

«Девушкам опасно спать по ночам в таких местах»

«Съемочная группа бесчеловечна»

Выражая недовольство, зрители наблюдали как Вэнь Цинь просит одеяло у съемочной группы.

— Попроси два одеяла, — предложил Чжун Ибинь, — и положи одно на матрас. Только не выключай камеру на ночь, если к вам проберутся воры или пролезут дикие животные…

— Дикие животные?.. — воскликнула Вэнь Юй, — в этой горной деревне водятся дикие звери? Я боюсь здесь оставаться…

— Все в порядке, не слушай эти глупости. Раз съемочная группа пригласила нас в деревню и устроила запись шоу, значит здесь точно безопасно, — Вэнь Цин поспешила утешить сестру.

Девушка хотела смерить Чжун Ибиня недовольным взглядом, но вспомнив, что он является ее руководителем, подавила в себе это желание и, не смея больше ничего сказать, просто прикусила нижнюю губу.

Наконец, когда спальное место было обустроена, а кровать застелена, Чжун Ибинь усмехнулся.

— Ну, почти готово. Мне нравится. Думаю, нам с братом будет удобно спать здесь сегодня ночью.

Многие зрители неправильно истолковали слова Чжун Ибиня и тут же поморщились от отвращения.

Вэнь Цин опешила на мгновение, но почти сразу поняла, что Чжун Ибинь собрался поменяться домами. Она была так тронута, что не знала, что сказать. Двум девушкам спать под открытым небом было действительно небезопасно.

— Брат, я принял такое серьезное решение и не спросил твоего мнения. Ты не злишься? — Чжун Ибинь осознал это только после того, как все ушли.

Старший сын семьи Чжун неосознанно огляделся, сел на мягкую кровать и ответил сдавленно:

— Ты поступил правильно.

Каждый участник прибыл в свой дом и наконец мог отдохнуть, но съемочная группа внезапно дала новое задание.

Когда братья и сестры узнали подробности, то на мгновение забыли как дышать. Перед камерой Чу Цинь медленно зачитал содержание задания. Его голос был четким и уверенным:

— Пожалуйста, перед сном расскажите сказку вашей «белочке».

___________

За кадром:

Старший брат: Какую сказку ты хочешь услышать?

Эрбинь: Неприличную

Старший брат: … У меня не получится. Ведущий лучше с этим справится

Цинь Цинь: → _ →

__________

Перевод: Privereda1

http://bllate.org/book/16031/1429984