Готовый перевод I Have Amnesia, Don’t Be Noisy! / Просто амнезия, не парьтесь! [ПЕРЕВОД ОКОНЧЕН]: Глава 76 - Концерт

Большая колбаса, которой угостил подчиненного щедрый начальник, оказалась не такой уж и вкусной. Чжун Ибинь всю ночь нападал на беззащитного Чу Циня и играл роль настоящего гангстера. Изощренные сражения настолько утомили двух мужчин, что утром они еще долго не могли проснуться и напрочь не слышали настойчивые звонки секретаря Цзиня, который просто срывал телефон.

— Милый, вставай, пора завтракать, — Чжун Ибинь уже освежился под душем и забрал одеяло у спящего Чу Циня.

— Не шуми… — мужчина в ответ протянул руку и мягко прикрыл рот нарушителя тишины.

Чжун Ибинь поцеловал его теплую ладонь, взял полотенце и вытер лицо.

— Мы должны успеть на рейс. Давай поедим, а когда сядем в самолет еще поспим.

Услышав это, Чу Цинь неохотно открыл глаза.

— Ешь сам, я не хочу.

— Это не сработает. Если не позавтракаешь, обязательно укачает, — вздохнул Чжун Ибинь и высунул голову за дверь номера, за которой стоял секретарь Цзинь, — Мы не пойдем в ресторан. Попроси принести еду в номер.

Секретарю Цзинь, который пришел, чтобы пригласить начальника на завтрак, пришлось развернуться и сделать заказ доставки еды.

Проект был согласован, и они могли вернуться в Китай после завтрака. Чжун Ибинь отправил Чу Циня в кровать, а сам принялся упаковывать вещи. Поскольку молодой господин освоил только три навыка: приготовление еды, мытье посуды и нарезку фруктов, он еще не умел складывать одежду. Стоя перед шкафом, он почесал затылок, достал вещи и кинул в чемодан, затем снова вынул, поскольку крышка чемодана отказывалась закрываться, свернул одежду в кучу и утрамбовал. Вот только эти действия все равно не могли уменьшить объем вещей, и молния на крышке предательски не закрывалась. Но Чжун Ибинь не растерялся: он прижал крышку чемодана коленом, навалился всем весом, схватился за собачку на молнии и резко закрыл чемодан. Задание было выполнено!

Завтрак, который доставили в номер, был богат блюдами разнообразной кухни: китайской, западной и местной. Пельмени с морепродуктами в наваристом бульоне, чесночный хлеб, картофельное пюре, пирог с кимчи, порция холодной лапши… Фрукты в Корее стоили дорого, поэтому гостям подали только два апельсина и два ломтика арбуза.

Чу Цинь, посмотрев на это великолепие, сразу проснулся и встал, умылся и сразу принялся за еду. Первым делом он выпил бульон из-под пельменей, и сразу почувствовал тепло в пустом желудке. Он попробовал всего понемногу, но больше всего ему понравилась холодная лапша. Поскольку в лапше плавали кубики льда, Чжун Ибинь испугался, что голодный Чу Цинь съест слишком много холодного и заболеет, поэтому, когда он сделал три глотка бульона и съел немного лапши, Чжун Ибинь забрал пиалу и проглотил все остальное.

— Не ешь так быстро, а то живот разболится, — нахмурился Чу Цинь. Этот парень еще не съел ничего теплого и сразу же принялся за холодную лапшу — такими темпами он заработает себе диарею.

Разумеется, сев в самолет, Чжун Ибинь дважды бегал в туалет.

Чу Цинь все еще чувствовал сонливость, поэтому слегка откинул спинку кресла и заснул.

— Брат Цинь? Это ты? — раздался голос откуда-то сверху и нарушил его умиротворенный сон.

Чу Цинь так хорошо устроился, мирно спал и никому не мешал, поэтому решил не реагировать и не открывать глаз. Вот только голос продолжал настойчиво звать его, оставляя последние надежды о крепком сне далеко позади.

Когда они бронировали рейс, в первом классе оставалось только два места. Секретарь Цзинь и остальные летели в экономе. В этот момент Чжун Ибинь снова пошел в туалет, поэтому никто не мог остановить этого надоедливого парня.

С трудом открыв глаза, Чу Цинь увидел лицо юноши, которое казалось болезненным из-за слишком белого цвета пудры. Поскольку спинка кресла была опущена довольно низко, преграды для назойливого юноши почти не было.

Чу Цинь внезапно оцепенел. Он не знал этого человека. Неужели этот надоеда был его поклонником?

— Брат Цинь, я Лю Чжэнь из группы MBB…

Прежде чем он успел договорить, из туалета вернулся Чжун Ибинь. Увидев, что Чу Циню кто-то мешает, он немедленно подошел ближе.

— Воспитатели в детском саду разве не учили тебя не беспокоить людей, которые спят? — Чжун Ибинь стоял в проходе и холодно смотрел на шумного мальчишку.

Юноша по имени Лю Чжэнь внезапно побледнел, и его рука, держащаяся за край спинки Чу Циня, резко сжалась.

— Господин, вам нужна помощь? — к ним подоспела стюардесса, увидев назревавший конфликт.

— Перед отлетом я просил проследить, чтобы никто не беспокоил его, — голос Чжун Ибиня стал еще холоднее.

Стюардесса посмотрела на сонного с битого с толку Чу Циня, а затем на испуганного Лю Чжэня, который все еще держался на кресло пассажира. Стюардесса поклонилась и извинилась перед Чжун Ибинем. Юноша, сидящий рядом с Лю Чжэнем, тут же встал, приподнял друга за руку и извинился:

— Простите, я за него в ответе. Мой друг слишком молод и невежественный. Мне очень жаль.

Пассажирам сзади было не больше двадцати лет, в этом возрасте люди еще не разумны… Чжун Ибинь усмехнулся — он был уверен, что Чу Цинь не сможет заснуть из-за полученного беспокойства, поэтому просто махнул рукой и проигнорировал двоих извиняющихся людей, сел рядом с Чу Цинем и накрыл его одеялом.

— Засыпай.

Чу Цинь захотел снова заснуть, но прежде оглянулся на двух смущенных парней.

— Все в порядке, ничего страшного.

Чу Цинь был расстроен из-за того, что его разбудили, но несмотря на это, он должен был поддерживать свой образ доброго старшего брата.

Лидер группы еще раз извинился, поменялся местами со смутьяном Лю Чжэнем, сел на место за Чу Цинем и всю оставшуюся дорогу сохранял молчание.

Чжун Ибинь надел на любимого наушники, включил успокаивающую мелодию, которая неумолимо клонила ко сну, и посмотрел на синяки под глазами Чу Циня, чувствую огорчение и вину. Сон жены может нарушить только он сам, а если его разбудит кто-то другой, то пожалеет.

Лю Чжэнь пересел на место лидера и обиженно шепнул другу:

— Я просто хотел поздороваться с Чу Цинем.

— Но зачем так настойчиво принялся его будить? — лидер закатил глаза, даже не пытаясь утешить Лю Чжэня.

— Я был уверен, что он меня узнает. Ведь Чу Цинь приглашал нашу группу на шоу, и мы не плохо пообщались…

Лю Чжэнь только что оправился от шока, и чем больше думал о ситуации, тем меньше его действия казались неправильными.

Лидер группы был удивлен, услышав слова друга. В тот раз на шоу они оставили о себе не лучшее впечатление. Он молился, чтобы Чу Цинь их не узнал и не вспомнил, иначе эта ситуация все только усугубит.

Сквозь музыку Чу Цинь слышал разговор двух молодых певцов, но искренне не мог их вспомнить. Чжун Ибинь тоже прекрасно их слышал и, как только самолет приземлился, попросил секретаря Цзинь проверить информацию о них.

Группа MBB, полное название «MorningBadBoy»…

— Это айдол-группа, в которой «Дари Медиа» смешала юношей китайского и корейского происхождения. Группа MBB уже дебютировала в Китае и в последнее время стала очень популярна в Корее, — секретарь Цзинь предоставил Чжун Ибиню найденную информацию.

Директор Чжун нахмурился. «Дари Медиа» — небольшая компания, которая входила в группу компаний «Даюй». Поскольку Юй Тан был его другой, Чжун Ибинь не мог ничего сделать с этими невоспитанными детьми.

— Мне нет дела до невежд.

В это время они были уже дома. Чу Цинь лежал на диване и смотрел прямую трансляцию с вечеринки в честь Национального дня.

Чжун Ибинь надулся, думая как лучше поговорить с Юй Таном и выразить свою озабоченность некультурным поведением его сотрудников.

— В этом году наш концерт будет идти в прямом эфире в Weibo. Экран позади нас — стена сообщений, на которой сразу отразятся все ваши комментарии. Можете жаловаться сколько угодно, — Чэнь Цзюминь в костюме с блестками и галстуке бабочки широко улыбался, стоя на сцене с большим микрофоном.

Линь Сясосяо открыла рот, определенно собираясь что-то сказать, но внезапно ее опередил Чэнь Цзюминь:

— Пожалуйста, проявите милосердие.

Мужчина игриво подмигнул, и публика в зале засмеялась.

Однако улыбка на лице Линь Сяосяо стала жесткой. На самом деле это была ее фраза, которую нагло украл Чэнь Цзюминь. Какого черта?!

Чу Цинь довольно долго работал с Линь Сяосяо и, естественно, увидел, что она смеялась неестественно. Немного подумав, он тут же понял, что произошло, и удивленно поднял брови.

К счастью, ступор Линь Сяосяо был недолгим, и уже через мгновение она принялась представлять сегодняшних гостей.

Сообщение зрителей тут же потоком хлынули на задний экран.

«Где брат Цинь? Где же он?»

«Почему Цинь Цинь не приехал к Национальному празднику? Я купила билет специально, чтобы увидеть его!»

«Хочу увидеть Цинь Циня, хочу увидеть Цинь Циня!»

Спустя столько лет публика привыкла, что ведущим Национального праздника всегда был Чу Цинь, поэтому внезапная перемена многих не устроила и разочаровала. Пока певцы исполняли песни на сцене, а танцоры — красивые и динамичные танцы, Чэнь Цзюминь с нескрываемым недовольством читал комментарии о Чу Цине. Почему все говорят только о нем?!

— Сестра Сяосяо, пора выходить.

Как только выступление подошло к концу, Чэнь Цзюминь улыбнулся и пригласил со-ведущую подняться на сцену.

Линь Сяосяо усмехнулась:

— Иди один, ты все равно запомнил все мои слова.

Выражение лица Чэнь Цзюминь мгновенно изменилось.

— Прости, сестрица, я занервничал, потому что впервые оказался на сцене, и все перепутал.

Линь Соясяо проигнорировала извинения Чэнь Цзюминя и с легкой улыбкой вышла вместе с ним на сцену. Вот только теперь, когда Чэнь Цзюминь собирался сказать что-то остроумное, чтобы разрядить атмосферу, Линь Сяосяо пропускала несколько слов, которых, конечно, не было в сценарии, и тем самым рушила всю остроту.

Из наушников раздавался рев режиссера:

— Что с вами обоими? Жду вас за кулисами во время следующего выступления!

… «Шэнши» всегда следила за тенденциями, и, поскольку, «Золотой век Великого Цзина» был сейчас на пике популярности, песню, закрывающую концерт, исполнил Цяо Су.

После взрыва фейерверка послышалась успокаивающая мелодия традиционных струнных инструментов. Цяо Су медленно вышел из глубины сцены и ясным и чистым голосом запел трогательную песню «Жертва песчаной бури».

____________

За кадром:

Простой похожий: Брат Цинь, давай поговорим.

Цинь Цинь: Я хочу спать.

Эрбинь: Никто не смеет нарушать сон моей жены, уведите нарушителя.

Секретарь Цзинь: Брат Цинь, просыпайся и поешь.

Цинь Цинь: Никто не смеет нарушать сон моей жены, увольте нарушителя.

Презерватив со вкусом клубники: Брат Цинь, впусти меня хотя бы раз.

Цинь Цинь: Я хочу спать.

Эрбинь: Только я смею нарушать сон моей жены.

Цинь Цинь: → _ →

Большая колбаса, которой угостил подчиненного щедрый начальник, оказалась не такой уж и вкусной. Чжун Ибинь всю ночь нападал на беззащитного Чу Циня и играл роль настоящего гангстера. Изощренные сражения настолько утомили двух мужчин, что утром они еще долго не могли проснуться и напрочь не слышали настойчивые звонки секретаря Цзиня, который просто срывал телефон.

— Милый, вставай, пора завтракать, — Чжун Ибинь уже освежился под душем и забрал одеяло у спящего Чу Циня.

— Не шуми… — мужчина в ответ протянул руку и мягко прикрыл рот нарушителя тишины.

Чжун Ибинь поцеловал его теплую ладонь, взял полотенце и вытер лицо.

— Мы должны успеть на рейс. Давай поедим, а когда сядем в самолет, еще поспим.

Услышав это, Чу Цинь неохотно открыл глаза.

— Ешь сам, я не хочу.

— Это не сработает. Если не позавтракаешь, обязательно укачает, — вздохнул Чжун Ибинь и высунул голову за дверь номера, за которой стоял секретарь Цзинь. — Мы не пойдем в ресторан. Попроси принести еду в номер.

Секретарю Цзинь, который пришел, чтобы пригласить начальника на завтрак, пришлось развернуться и заказать доставку еды.

Проект был согласован, и они могли вернуться в Китай после завтрака. Чжун Ибинь отправил Чу Циня в кровать, а сам принялся упаковывать вещи. Поскольку молодой господин освоил только три навыка: приготовление еды, мытье посуды и нарезку фруктов — он еще не умел складывать одежду. Стоя перед шкафом, он почесал затылок, достал вещи и кинул в чемодан, затем снова вынул, поскольку крышка чемодана отказывалась закрываться, свернул одежду в кучу и утрамбовал. Вот только эти действия все равно не могли уменьшить объем вещей, и молния на крышке предательски не закрывалась. Но Чжун Ибинь не растерялся: он прижал крышку чемодана коленом, навалился всем весом, схватился за собачку на молнии и резко закрыл чемодан. Задание было выполнено!

Завтрак, который доставили в номер, состоял из различных национальных блюд: китайских, западных и местных. Пельмени с морепродуктами в наваристом бульоне, чесночный хлеб, картофельное пюре, пирог с кимчи, порция холодной лапши… Фрукты в Корее стоили дорого, поэтому гостям подали только два апельсина и два ломтика арбуза.

Чу Цинь, посмотрев на это великолепие, тут же встал, умылся и сразу принялся за еду. Первым делом он выпил бульон из-под пельменей и мгновенно почувствовал тепло в пустом желудке. Он попробовал каждое блюдо, но больше всего ему понравилась холодная лапша. Поскольку в лапше плавали кубики льда, Чжун Ибинь испугался, что голодный Чу Цинь съест слишком много холодного и заболеет, поэтому, когда он сделал три глотка бульона и съел немного лапши, Чжун Ибинь забрал пиалу и проглотил все остальное.

— Не ешь так быстро, а то живот разболится, — нахмурился Чу Цинь. Этот парень еще не съел ничего теплого и сразу же принялся за холодную лапшу — такими темпами он заработает себе диарею.

Разумеется, сев в самолет, Чжун Ибинь дважды бегал в туалет.

Чу Цинь все еще чувствовал сонливость, поэтому слегка откинул спинку кресла и заснул.

— Брат Цинь? Это ты? — раздался голос откуда-то сверху и нарушил его умиротворенный сон.

Чу Цинь так хорошо устроился, мирно спал и никому не мешал, поэтому решил не реагировать и не открывать глаз. Вот только голос продолжал настойчиво звать его, оставляя последние надежды о крепком сне далеко позади.

Когда они бронировали рейс, в первом классе оставалось только два места. Секретарь Цзинь и остальные летели в экономе. В этот момент Чжун Ибинь снова пошел в туалет, поэтому никто не мог остановить этого надоедливого парня.

С трудом открыв глаза, Чу Цинь увидел лицо юноши, которое казалось болезненным из-за слишком белой пудры. Поскольку спинка кресла была опущена довольно низко, преграды для назойливого юноши почти не было.

Чу Цинь внезапно оцепенел. Он не знал этого человека. Неужели этот надоеда его поклонник?

— Брат Цинь, я Лю Чжэнь из группы MBB…

Прежде чем он успел договорить, из туалета вернулся Чжун Ибинь. Увидев, что Чу Циню кто-то мешает, он немедленно подошел ближе.

— Воспитатели в детском саду разве не учили тебя не беспокоить людей, которые спят? — Чжун Ибинь стоял в проходе и холодно смотрел на шумного мальчишку.

Юноша по имени Лю Чжэнь внезапно побледнел, и его рука, держащаяся за край спинки Чу Циня, резко сжалась.

— Господин, вам нужна помощь? — к ним подоспела стюардесса, увидев назревающий конфликт.

— Перед отлетом я просил проследить, чтобы никто не беспокоил его, — голос Чжун Ибиня стал еще холоднее.

Стюардесса посмотрела на сонного, сбитого с толку Чу Циня, а затем — на испуганного Лю Чжэня, который все еще держался на кресло пассажира. Стюардесса поклонилась и извинилась перед Чжун Ибинем. Юноша, сидящий рядом с Лю Чжэнем, тут же встал, приподнял друга за руку и извинился:

— Простите, я за него в ответе. Мой друг слишком молод и невежественен. Мне очень жаль.

Пассажирам сзади было не больше двадцати лет, в этом возрасте люди еще не разумны… Чжун Ибинь усмехнулся. Он был уверен, что Чу Цинь не сможет заснуть из-за полученного беспокойства, поэтому просто махнул рукой, проигнорировав двух извиняющихся людей, сел рядом с Чу Цинем и накрыл его одеялом.

— Засыпай.

Чу Цинь захотел снова заснуть, но прежде оглянулся на двух смущенных парней.

— Все в порядке, ничего страшного.

Чу Цинь был расстроен из-за того, что его разбудили, но несмотря на это он должен поддерживать свой образ доброго старшего брата.

Лидер группы еще раз извинился, поменялся местами со смутьяном Лю Чжэнем, сел на место за Чу Цинем и всю оставшуюся дорогу сохранял молчание.

Чжун Ибинь надел на любимого наушники, включил успокаивающую мелодию, которая неумолимо клонила ко сну, и посмотрел на синяки под глазами Чу Циня, чувствуя огорчение и вину. Сон жены может нарушить только он сам, а если его разбудит кто-то другой, то пожалеет.

Лю Чжэнь пересел на место лидера и обиженно шепнул другу:

— Я просто хотел поздороваться с Чу Цинем.

— Но зачем так настойчиво принялся его будить? — лидер закатил глаза, даже не пытаясь утешить Лю Чжэня.

— Я был уверен, что он меня узнает. Ведь Чу Цинь приглашал нашу группу на шоу, и мы не плохо пообщались…

Лю Чжэнь только что оправился от шока, и чем больше думал о ситуации, тем меньше его действия казались неправильными.

Лидер группы был удивлен, услышав слова друга. В тот раз на шоу они оставили о себе не лучшее впечатление. Он молился, чтобы Чу Цинь их не узнал и не вспомнил, иначе эта ситуация все только усугубит.

Сквозь музыку Чу Цинь слышал разговор двух молодых певцов, но искренне не мог их вспомнить. Чжун Ибинь тоже прекрасно их слышал и, как только самолет приземлился, попросил секретаря Цзинь проверить информацию о них.

Группа MBB, полное название — «MorningBadBoy»…

— Это айдол-группа, в которой «Дари Медиа» смешала юношей китайского и корейского происхождения. Группа MBB уже дебютировала в Китае и в последнее время стала очень популярна в Корее, — секретарь Цзинь предоставил Чжун Ибиню найденную информацию.

Директор Чжун нахмурился. «Дари Медиа» — небольшая компания, которая входила в группу компаний «Даюй». Поскольку Юй Тан был его другой, Чжун Ибинь не мог ничего сделать с этими невоспитанными детьми.

— Мне нет дела до невеж.

В это время они были уже дома. Чу Цинь лежал на диване и смотрел прямую трансляцию с вечеринки в честь Национального дня.

Чжун Ибинь надулся, думая, как лучше поговорить с Юй Таном и выразить свою озабоченность некультурным поведением его сотрудников.

— В этом году наш концерт будет идти в прямом эфире в Weibo. Экран позади нас — стена сообщений, на которой сразу отразятся все ваши комментарии. Можете жаловаться сколько угодно, — Чэнь Цзюминь в костюме с блестками и галстуке-бабочке широко улыбался, стоя на сцене с большим микрофоном.

Линь Сясосяо открыла рот, определенно собираясь что-то сказать, но внезапно ее опередил Чэнь Цзюминь:

— Пожалуйста, проявите милосердие.

Мужчина игриво подмигнул, и публика в зале засмеялась.

Однако улыбка на лице Линь Сяосяо стала жесткой. На самом деле это была ее фраза, которую нагло украл Чэнь Цзюминь. Какого черта?!

Чу Цинь довольно долго работал с Линь Сяосяо и, естественно, увидел, что она смеялась неестественно. Немного подумав, он тут же понял, что произошло, и удивленно поднял брови.

К счастью, ступор Линь Сяосяо был недолгим, и уже через мгновение она принялась представлять сегодняшних гостей.

Сообщения зрителей тут же потоком хлынули на задний экран.

«Где брат Цинь? Где же он?»

«Почему Цинь Цинь не приехал к Национальному празднику? Я купила билет специально, чтобы увидеть его!»

«Хочу увидеть Цинь Циня, хочу увидеть Цинь Циня!»

Спустя столько лет публика привыкла, что ведущим Национального праздника всегда был Чу Цинь, поэтому внезапная перемена многих не устроила и разочаровала. Пока певцы исполняли песни на сцене, а танцоры — красивые и динамичные танцы, Чэнь Цзюминь с нескрываемым недовольством читал комментарии о Чу Цине. Почему все говорят только о нем?!

— Сестра Сяосяо, пора выходить.

Как только выступление подошло к концу, Чэнь Цзюминь улыбнулся и пригласил соведущую подняться на сцену.

Линь Сяосяо усмехнулась:

— Иди один, ты все равно запомнил все мои слова.

Выражение лица Чэнь Цзюминь мгновенно изменилось.

— Прости, сестрица, я занервничал, потому что впервые оказался на сцене, и все перепутал.

Линь Соясяо проигнорировала извинения Чэнь Цзюминя и с легкой улыбкой вышла вместе с ним на сцену. Вот только теперь, когда Чэнь Цзюминь собирался сказать что-то остроумное, чтобы разрядить атмосферу, Линь Сяосяо отпускала несколько фраз, которых, конечно, не было в сценарии, и тем самым рушила всю остроту.

Из наушников раздавался рев режиссера:

— Что с вами обоими? Жду вас за кулисами во время следующего выступления!

…«Шэнши» всегда следила за тенденциями, и поскольку «Золотой век Великого Цзина» был сейчас на пике популярности, песню, закрывающую концерт, исполнил Цяо Су.

После взрыва фейерверка послышалась успокаивающая мелодия традиционных струнных инструментов. Цяо Су медленно вышел из глубины сцены и ясным и чистым голосом запел трогательную песню «Жертва песчаной бури».

____________

За кадром:

Простой похожий: Брат Цинь, давай поговорим.

Цинь Цинь: Я хочу спать.

Эрбинь: Никто не смеет нарушать сон моей жены, уведите нарушителя.

Секретарь Цзинь: Брат Цинь, просыпайся и поешь.

Цинь Цинь: Никто не смеет нарушать сон моей жены, увольте нарушителя.

Презерватив со вкусом клубники: Брат Цинь, впусти меня хотя бы раз.

Цинь Цинь: Я хочу спать.

Эрбинь: Только я смею нарушать сон моей жены.

Цинь Цинь: → _ →

___________

Перевод: Privereda1

___________

Группа в ВК: https://vk.com/bl_novel_privereda1

http://bllate.org/book/16031/1429972