Готовый перевод Fake Prince Consort, Real Empress / Моя фальшивая принцесса: Глава 6

Ее взгляд лишь на мгновение задержался на портрете, после чего она быстро отвела глаза и, сохранив на лице полнейшее безразличие, бросила:

— Сойдет.

Императрица взяла свиток и подошла к ней:

— Что значит «сойдет»? Юй-эр, присмотрись повнимательнее. Разве можно быть такой равнодушной? Выбор мужа — главное событие в жизни женщины! Тебе предстоит делить с ним горе и радость. Мало, чтобы он нравился мне, важно, чтобы он пришелся по душе тебе, Юй-эр. Только тогда ваш брак будет счастливым.

— ...

— Ладно. Не нравится наследник маркиза Чанъяна — не беда. У меня здесь еще много портретов. Помнится, второй сын господина Вана из Министерства финансов... или же наследник графа Жунъюаня... тоже весьма недурны собой. Хоть они и уступают сыну маркиза Чанъяна, которого я тебе только что показывала, но все же юноши видные, с хорошим характером.

В голосе старшей принцессы наконец проскользнули нотки обреченности:

— Матушка... разве может портрет рассказать о характере и талантах?

Императрица опешила:

— Евнух У сказал, что перед тем, как принести портреты, он специально послал людей все разузнать. В них нет никаких изъянов.

— Еще в прошлую эпоху, когда принцессам выбирали мужей, бывали случаи, когда дворцовые евнухи брали взятки и рекомендовали двору тех, кто больше заплатил. Боюсь, словам евнуха нельзя слепо доверять.

Не успела она договорить, как у стоявшего рядом и боявшегося лишний раз вздохнуть евнуха У подогнулись колени, и он тут же рухнул на пол.

Он принялся отбивать поклоны, моля о пощаде:

— Прошу старшую принцессу о милости! Умоляю о проницательности, Ваше Высочество!

— Этот старый раб, повинуясь приказу Ее Величества, собрал списки и портреты всех столичных юношей из чиновничьих семей, подходящих по возрасту! Я в точности следовал указаниям императрицы: отбирал лишь тех, кто безупречен во всем — и лицом, и умом. Если у юноши было хоть малейшее пятно на репутации, я не смел вносить его в список, до смерти боясь испортить судьбу Вашего Высочества! Я вложил в это дело всю душу с самого начала и до конца. Как бы я посмел совершить столь дерзкое преступление и взять взятку?!

Старшая принцесса присела на длинную кушетку рядом с императрицей. Стоявшая неподалеку сообразительная юная служанка тут же подала ей заранее приготовленный чай идеальной температуры. Опустив глаза, принцесса взяла чашку, слегка сдвинула крышечку и произнесла совершенно бесстрастным тоном:

— Евнух У, ты служишь моей матушке уже немало времени. Если бы я сегодня, по пути во дворец, собственными глазами не видела, как этот самый наследник маркиза Чанъяна выходит из Башни Цветочной Луны, что на юге города, я бы, разумеется, не стала в тебе сомневаться.

Императрица в шоке резко поднялась на ноги:

— Что? Из Башни Цветочной Луны?

Евнух У стоял как громом пораженный. От страха у него заплетался язык, а старое лицо тряслось:

— Как... как такое возможно...

— Это я должна спросить у тебя, — спокойно ответила она. — Матушка поручила тебе подобрать кандидатов, а ты приводишь ей в качестве отчета распутника, пропадающего в кварталах красных фонарей?

— Евнух У, ты к старости ослеп, или поместье маркиза Чанъяна подсунуло тебе серебро?

От этих слов евнух У едва не упал в обморок. Он прекрасно знал, насколько жестоко эта старшая принцесса расправляется с дворцовыми слугами, которые проявляли неверность по отношению к императрице. Если принцесса действительно все неправильно поймет, то он не только лишится должности управляющего Дворцового ведомства, но и поплатится за это сполна.

Чем больше он думал об этом, тем страшнее ему становилось. С искаженным от ужаса лицом он поспешил оправдаться:

— Ваше Высочество! Этот старый раб и вправду не лгал!

— Этот... этот Хэ Гу, наследник поместья маркиза Чанъяна! Его отец, маркиз Хэ, только что вернулся в столицу после подавления восстания в округе Чэнхэ. Он — выдающийся полководец, которого высоко ценит сам Император. А дед наследника Хэ по материнской линии — старый генерал Янь, который в свое время, еще при покойном императоре, совершил великий подвиг, защитив престол. Наследник с малых лет обучался верховой езде и стрельбе из лука у самого маркиза Хэ и генерала Яня. Среди всех отпрысков знатных семей Бяньцзина никто не осмелится назвать себя первым, если он назовет себя вторым!

— Этот старый раб был наслышан о талантах наследника Хэ, поэтому и представил его портрет Ее Величеству. Раньше его репутация была абсолютно безупречной. Я ума не приложу, какая муха его укусила и с чего он вдруг решил заглянуть в этот веселый квартал!

Свою речь евнух У произнес едва ли не в слезах. Императрице стало даже немного жаль его, и она произнесла:

— Возможно, евнух У и вправду просто ошибся, Юй-эр...

Старшая принцесса поставила чашку с чаем:

— Раз так, учитывая твой преклонный возраст, я не стану наказывать тебя за эту оплошность.

— Однако, если евнух У смог ошибиться с наследником Хэ, то нет никакой гарантии, что он не ошибся и в оценке характеров других благородных юношей. Выбор принца-консорта пока придется отложить.

Сказав это, она встала и почтительно поклонилась императрице:

— Ваша дочь в спешке вернулась во дворец и не успела переодеться. Боюсь, что дорожная пыль осквернит покои матушки. Я вынуждена откланяться.

Императрица обреченно вздохнула:

— Хорошо...

Ей оставалось лишь проводить взглядом дочь, покидающую дворец «Благоуханное Солнце».

Выйдя из дверей зала, старшая принцесса не стала сразу уходить. Она постояла у входа, и, как и ожидалось, вскоре следом за ней вышла одна из пожилых служанок.

— Ваше Высочество.

— Как в эти дни здоровье матушки? Она принимает лекарства вовремя?

— Вовремя, — ответила няня Ли. Зная, о чем переживает старшая принцесса, она добавила: — В последнее время болезнь не беспокоила Ее Величество. Лишь на днях ночью ей приснился дурной сон, и она немного испугалась. Мы, слуги, тщательно за ней ухаживали, и теперь с ней все в порядке.

Хотя старшая принцесса только что сняла вуаль со своего лица, завязки все еще держались за ушами, а превосходная белоснежная газовая ткань «Лунной тени» ниспадала на шею. И только сейчас она снова надела вуаль на лицо. В процессе ткань слегка сдвинулась, и на ее изящной шее на мгновение мелькнул выступающий кадык.

Но няня Ли, казалось, ничего не заметила. Единственная старшая служанка, сопровождавшая принцессу, Лань Шу, тоже не обратила на это никакого внимания.

Она развернулась и зашагала прочь, а Лань Шу с опущенной головой последовала за ней. Ряд дворцовых слуг, тихо ожидавших у ворот, тут же подхватил теплые желтые фонари и устремился следом. Огромная свита величественно удалилась.

Няня Ли, стоя у дворцовых ворот, присела в глубоком поклоне:

— Счастливого пути, Ваше Высочество.

* * *

На следующий день, поместье маркиза Чанъяна.

День выдался ясным и солнечным. Хэ Гу встал очень рано. Умывшись и даже не притронувшись к завтраку, он вместе с Чжэн Е направился прямиком в павильон «Безмятежный Взор», где жила Хэ Жун.

Несмотря на свои размеры, поместье маркиза Чанъяна было разделено на множество небольших двориков. Во внутреннем дворе жили хозяева, а во внешнем — слуги. Павильон «Безмятежный Взор» находился в восточной части внутреннего двора.

Вскоре после того, как Чжэн Е постучал, дверь открыла маленькая служанка с закатанными рукавами и двумя пучками на голове. Прижимая к себе метлу, она заметно опешила, увидев Чжэн Е и стоящего за ним Хэ Гу. Затем на ее лице появилось выражение радостного удивления:

— Наследник? Как вы здесь оказались... Госпожа сегодня еще не вставала, я сейчас же...

Хэ Гу отмахнулся:

— Не нужно ее будить, пусть поспит подольше. Я пришел к няне Цюй.

Хэ Гу был поразительно красив. Служанке было тринадцать-четырнадцать лет — как раз тот возраст, когда в сердце зарождаются первые чувства. При виде него ее сердце невольно забилось чаще, а щеки залились румянцем:

— Д-да... Я сейчас же позову няню.

Сказав это, она бросила метлу и убежала, словно спасаясь бегством.

Чжэн Е опустил взгляд на валяющуюся на земле вкривь и вкось метлу, и уголок его рта невольно дернулся.

Он с детства служил Хэ Гу и видел, как за последние два года тот повзрослел, а его черты лица стали все больше походить на покойную мать — первую жену маркиза Хэ, старшую дочь семьи Янь, Янь Мэйжо.

Старшая госпожа Янь была похожа на отца куда больше, чем ее младший брат. От природы ей достались брови вразлет, похожие на мечи, и сияющие, словно звезды, глаза — внешность, полная мужественной красоты и отваги. Жаль только, что она родилась женщиной: всегда находились те, кто не мог оценить подобную стать у дамы.

Однако передавшись по наследству Хэ Гу, эта внешность постепенно начала демонстрировать свою убийственную силу на женщинах всех возрастов. Чжэн Е казалось, что он в своей жизни не встречал ни одной женщины, которой бы не нравился Хэ Гу.

Даже когда Хэ Гу был совсем крохой и они вместе посещали домашнюю школу в соседнем поместье господина Вана, среди всей толпы пухлых малышей он был всеобщим любимцем. Супруга господина Вана, навещая сына, всегда приносила Хэ Гу дополнительные засахаренные фрукты и сладости — и все ради того, чтобы услышать от маленького маркиза нежное «спасибо, тетушка Ван».

Если и была на свете та, кому он действительно не нравился...

То это, пожалуй, была только госпожа Вань.

Пока Чжэн Е с отсутствующим видом витал в облаках, служанка уже вывела из двора няню Цюй.

Хотя к няне Цюй и обращались «няня», на вид ей было не больше сорока. Худощавая, с прямой спиной, одетая в темно-синюю короткую куртку, она производила впечатление человека весьма энергичного и проворного. Завидев издалека Хэ Гу, она тут же ускорила шаг и, приблизившись, собиралась опуститься перед ним на колени.

— Наследник, вы наконец-то вернулись.

Хэ Гу поспешно удержал ее:

— Няня, ты пришла в наше поместье как приданное моей матушки. Ты видела, как я рос. Зачем тебе каждый раз падать на колени? Ты меня в краску вгоняешь.

Няня Цюй, позволив ему помочь себе, тяжело вздохнула:

— Должно быть, третья молодая госпожа вчера рассказала вам о том, что натворила та женщина?

— Жун-эр лишь сказала, что кто-то замышлял недоброе, но няни вовремя это заметили. Неужели это действительно дело рук главного двора?

Провожая его в комнату и предлагая сесть, няня Цюй произнесла:

— Кто же еще, кроме этих бессовестных из главного двора? Они целыми днями только и делают, что трутся поблизости, пытаясь выведать секреты павильона «Безмятежный Взор». К счастью, всех девушек сюда я отбирала лично, они умеют держать язык за зубами, так что ничего у них выведать не вышло.

— Но кто бы мог подумать, что на днях я поймаю людей с кухни на том, что они подмешали пирожное из крабовой икры в сладости для третьей молодой госпожи? Наша госпожа та еще сластена, и по малолетству не распознала бы, что это за лакомство. Если бы не зоркий глаз Цай-эр, она бы точно это проглотила!

У Хэ Жун была одна особенность: стоило ей съесть краба, как она покрывалась сыпью. В детстве у нее из-за этого уже была сильная аллергия. Тогда старшая госпожа Янь, их родная мать, только-только покинула этот мир. Хэ Гу сам был еще несмышленым ребенком, и, увидев, как сестру обсыпало красными пятнами, а затем у нее поднялась сильная температура, едва не умер от страха. Теперь же, услышав слова няни Цюй, его лицо потемнело, словно грозовая туча, а руки, покоившиеся на коленях, медленно сжались в кулаки.

— Наша госпожа уже подрастает. Если сейчас у нее снова появится эта сыпь, избавиться от нее будет не так-то просто. А вдруг это изуродует ее личико? Как же ей потом искать жениха?! Эта женщина — просто исчадие ада, у нее нет ни стыда, ни совести! Да покарают ее небеса!

Хэ Гу опустил глаза и промолчал.

Он размышлял: «Почему в прошлой жизни я был таким ничтожеством?»

«Ради какого-то призрачного будущего успеха, не желая прослыть неблагодарным пасынком... Вань Шу-эр зашла так далеко, а я продолжал сносить оскорбления молча. Разве мог я, столь никчемный старший брат, не погубить собственную сестру?»

С тех пор как умерла мать, в этом мире не было никого ближе для Хэ Гу, кроме семьи Янь и его младшей сестры Хэ Жун. И в прошлой жизни, и после перерождения — это оставалось неизменным.

Он не позволит, чтобы Хэ Жун вновь постигла участь из прошлой жизни.

Хэ Гу поднял глаза и вдруг совершенно бесстрастно спросил:

— Няня, сколько лавок и купчих на сельскохозяйственные угодья из матушкиного приданого сейчас осталось у нас на руках?

Няня Цюй опешила. Ее лицо еще больше посерело, и она со вздохом ответила:

— У нас осталось лишь несколько усадеб. Самые прибыльные лавки в Бяньцзине госпожа не умела вести сама, поэтому, выйдя замуж, поручила их управляющему Вану. А когда госпожи не стало, я однажды попыталась их вернуть, но управляющий Ван прогнал меня, заявив, что это приданое госпожи, а раз ее больше нет, то все по праву переходит поместью...

Хэ Гу холодно усмехнулся:

— Боюсь, они перешли не поместью, а Вань Шу-эр.

Няня Цюй вздрогнула:

— Наследник, что вы...

Хэ Гу ледяным тоном произнес:

— Жун-эр — родная дочь моей матушки. Раз матушки больше нет, ее приданое, естественно, должно пойти в приданое Жун-эр. С какой стати оно должно доставаться чужим людям?

http://bllate.org/book/15879/1614188