Готовый перевод Marrying My Best Bro / Когда друг стал мужем: Глава 65

На городских стенах ожило бесчисленное духовное оружие: созвездие артефактов и сокровищ высвобождало свою мощь, являя разнообразие чар и смертоносных приёмов.

Призрачные силуэты клинков, печатей и реликвий рассекали воздух, непрерывно выкашивая атакующих крылатых бестий.

***

Одна из воительниц рода Шао взмахнула рукой, вскинув тяжёлый бронзовый колокол. Его резная поверхность вспыхнула ослепительным пламенем.

Смертоносный свет хлынул во все стороны, мгновенно накрыв свыше десятка летучих тварей второго ранга.

Бестии зашлись в предсмертном вопле: под испепеляющими лучами с них снопами осыпались перья, а плоть на глазах обугливалась, иссыхала и рассыпалась прахом!

Эта девушка уже достигла сферы Освящения, потому без труда выжигала целые стаи, на время очищая небольшой участок неба.

***

Неподалёку другой воин Шао — тоже мастер сферы Освящения — не желая уступать, призвал драгоценное древо, целиком вытесанное из полупрозрачного нефрита.

Несмотря на изящный вид, древо являлось могущественным артефактом и тут же исторгло снопы бритвенно-острых лучей.

Под их сияющим пологом пернатые бестии разлетались на куски, словно изрубленные невидимой гильотиной.

***

Чуть отдаль сражалась пара юноши и девушки с поразительно схожими чертами лица. Оба находились лишь в сфере Открытия Дворца. Вскинув руки, они мерно встряхивали бронзовыми колокольчиками, увлекаясь гипнотическим, гибким танцем.

Под ритмичные шаги бронза издавала чистый, переливчатый звон.

В прозрачном воздухе явственно проглядывали невидимые волны — плотные акустические круги, расходящиеся во все стороны.

На первый взгляд глуховатый гул не казался опасным, однако с первыми па танцоров рванувшиеся к ним звери внезапно застывали в воздухе, словно наткнувшись на незримый барьер.

А многие подлетавшие птицы и вовсе теряли ориентацию и камнем валились вниз.

Внезапно к ним метнулась тварь третьего ранга!

Близнецы мгновенно сцепили свободные руки, и пара колокольчиков отозвалась оглушительным резонансом.

Звон усилился вдвое, а невидимые круги разрослись, накрывая всё больше пространства.

Бестия третьего ранга издала болезненный клёкот и против воли пошла на снижение.

Отчаянно забив крыльями, она попыталась вырваться из звуковой ловушки вверх!

***

Эти воины рода Шао были разнополыми близнецами. Наделённые равным талантом, они призывом обрели сопутствующие сокровища, идеально дополнявшие друг друга.

И хотя их собственной силы пока не хватало, чтобы раскрыть всю мощь артефактов, сочетание парной тайной техники порождало резонанс, способный пошатнуть врага на целую сферу сильнее их самих!

Схватись они в сфере Открытия Дворца против практика сферы Освящения, разница в опыте и собственных приёмах вряд ли позволила бы им победить. Но против лишённых разума диких бестий, привыкших слепо переть напролом, этот звон работал безупречно.

***

Брат снова встряхнул колокольчик и крикнул:

— Сестра, поднажмём!

Девушка, проявив стойкость, тут же отозвалась:

— Ослабим её! Создадим возможность для остальных!

Их танец стал ещё более стремительным и неистовым. Звон колокольчиков с каждым па рос, превращаясь в плотный, оглушительный гул!

И действительно: едва тварь третьего ранга взмыла на пару саженей, как невидимые путы вновь потащили её к каменным плитам.

Но хищник брыкался с безумным яростным упорством, рвясь ввысь.

Звон набрал новую силу!

Завязалась измочаливающая борьба...

***

Хотя близнецы выиграли бесценные мгновения, на стены валились всё новые полчища, и защитники были слишком заняты собственной круговертью боя, чтобы вовремя заметить их бедствие.

Брат с сестрой переглянулись, сжали зубы и хлынули всей своей таинственной силой прямо в сопутствующие артефакты!

Их лица мгновенно побледнели от чудовищной отдачи.

Держать! Любой ценой не дать этой твари вырваться!

Если хищница третьего ранга освободится, она лишь сменит направление и начнёт выкашивать других воинов на стенах!

***

Близнецы выкладывались без остатка, но удержать сильную бестию оказывалось непомерно тяжело.

Не прошло и пары минут, а ярость твари лишь возрастала.

Лица брата и сестры обрели мертвенно-полотняный оттенок, но ослабить хватку они не смели.

Ещё мгновение — и бестия вырвется. И тогда именно они станут её первыми жертвами.

На губах близнецов застыла горькая, обречённая ухмылка.

***

В следующее мгновение с фланга рассекла воздух острая тень.

Смертоносная стрела свистнула над самым ухом близнецов, взмыла по дуге и с хирургической точностью вонзилась прямо в шею твари!

Бестия успела лишь издать пронзительный визг — и тут же, словно подрезанный змей, рухнула вниз, со страшным грохотом грохнувшись о каменную кладку стены.

Из её разорванного горла хлынула алая кровь, а в момент удара о землю отсечённая голова соскользнула с шеи и откатилась прочь.

***

Близнецы замерли в шоке, невольно повернув головы туда, откуда прилетела стрела.

Там стоял статный молодой человек в богато вышитых одеждах. Вскинув тяжёлый лук, он широким взмахом плеча разнёс в щепки череп другой налетающей птицы.

Движения юноши поражали выверенной гладкостью: не снижая темпа, он вонзил заострённый рог лука прямо в грудь очередной бестии. А когда та попыталась щёлкнуть клювом, свободно выдернул оружие и снизу вверх смахнул её голову натянутой тетивой, как бритвой.

Всё это — вместе с метким выстрелом в тварь третьего ранга — заняло ровно один вдох.

От его руки за мгновение пали тварь третьего ранга и две бестии второго!

Поразительная, жуткая эффективность!

***

За его спиной таился ещё один воин — изящный юноша.

Заметив взгляды близнецов, юноша на миг высунулся из-за плеча лукаря и коротко улыбнулся им, прежде чем снова нырнуть под правую руку своего спутника.

И что поразило близнецов больше всего: едва парень сместился, стрелок уже натянул тетиву над тем самым местом, где только что стоял его напарник. Сорвавшаяся стрела сбила пикирующую птицу прямо в воздухе.

В следующий миг юноша ловко скользнул в противоположную сторону.

А стрелок всё так же плавно метнул дугу лука влево, снося очередную голову!

На этот раз с позиции юноши вырвалась гудящая цепь. Шипастый шар кистеня на конце с оглушительным гулом разможжил тушку мелкой твари, пытавшейся напасть со спины упавшей птицы.

Их взаимодействие выглядело настолько естественным, будто они делили одно сознание на двоих.

Близнецы Шао невольно перевели дыхание, поражённые до глубины души.

Они родились от одних родителей, годами притирались друг к другу с момента пробуждения сопутствующих артефактов и гордились своей бесшовной связью. Но за ними стояли единая кровь, одинаковый возраст и равный уровень сил!

А тот юноша находился лишь в сфере Небесного Притяжения, тогда как его спутник уже достиг сферы Освящения. Колоссальная пропасть в рангах должна была сделать совместный бой сущим адом, но в их движениях не проглядывало и тени задержки. Им даже не требовалось переглядываться!

Как... как вообще можно было вышколить подобное?!

***

Пока близнецы пребывали в оцепенении, за их спинами раздался свистящий порыв ветра!

Оба вздрогнули, мгновенно выныривая из оцепенения и пытаясь отпрыгнуть.

Однако в мясорубке звериного гона секундная оплошность стоила жизни: серый пернатый хищник нёсся с безумной скоростью, ничуть не уступая им в силе!

К тому же изнурённый резерв таинственной силы замедлил их реакции.

Когда казалось, что острые когти вот-вот рассекут им горло, очередная стрела описала изящную дугу и намертво приколотила серую птицу к каменным плитам.

***

Щёки близнецов вспыхнули от стыда: непростительная, детская глупость!

Заметив, что спасший их стрелок уже переключился на других тварей, они не стали отвлекать его благодарностями, лишь крепко отпечатали в памяти его черты и этот неоплатный долг.

Не теряя ни мгновения, брат с сестрой метнулись к ближайшему форту на стене.

Под защитным куполом скрывались мощные восстановительные формации.

Внутри уже сидели сородичи и вольные практики, скрестив ноги и спешно восстанавливая истощённые силы.

Запас таинственной энергии воина не бесконечен: без глубоких техник и прочного фундамента силы сгорают мгновенно, а возвращаются мучительно долго.

Несколько предыдущих залпов, когда защитники запитывали защитные формации стены и обрушивали на врага столбы смертоносного света, высосали из многих практикующих таинственную силу почти досуха. Продержавшись в кровавой рубке с крылатыми бестиями ещё некоторое время, воины были вынуждены отступить для восстановления.

Брат и сестра Шао быстро отыскали свободный уголок, опустились на каменный пол и спешно проглотили по целебной пилюле, погружаясь в медитацию.

Остальные практики также сосредоточенно восполняли резервы. Едва близнецы успели прийти в себя, как некоторые из ранее отдыхавших воинов уже поднялись и вновь устремились на стены — продолжать битву.

Как только силы близнецов восстановятся, они поступят точно так же.

***

Тем временем Чжун Цай и У Шаоцянь с безупречной слаженностью истребляли налетающих тварей.

От рук У Шаоцяня пало уже немало диких бестий третьего ранга, а уж число пернатых хищников первого ранга, разможжённых кистенём Чжун Цая, и вовсе не поддавалось счёту.

Пространство на городских стенах было ограничено, а туши многих летучих монстров поражали своими размерами. Падая на каменные плиты, мёртвые твари нагромождались целыми горами, преграждая путь и мешая бою.

Однако эти горы трупов тут же исчезали: старшие воины рода Шао оперативно убирали их в пространственные хранилища, чтобы завал не мешал сражающимся.

Когда места стало достаточно, Чжун Цаю орудовать кистенём стало ещё удобнее.

Рядом с ними без устали мелькала длинная цепь, и шипастый шар сшибал по голове одну тварь за другой. Если же чей-то череп или шея оказывались слишком прочными, тяжелое навершие, не сумев разможжить кость с первого удара, под воздействием натянутой цепи описывало дугу и обрушивалось снова и снова — с другого бока, пока хищник не валился мёртвым.

Чжун Цай прежде никогда не участвовал в отражении звериного гона, но раньше под присмотром У Шаоцяня его не раз бросали в самую гущу монстров ради закалки.

Сражаясь против наседающих со всех сторон стай, Чжун Цай испытывал колоссальное давление, но эта нагрузка лишь оттачивала его навыки, доводя владение кистенём до полного совершенства.

Внезапно городская стена едва ощутимо вздрогнула.

В расположенной неподалёку надвратной башне вспыхнул ослепительный, густой свет, и в пространство перед городскими воротами хлынули новые мощные лучи!

Чжун Цай вздрогнул и мгновенно бросил взгляд вниз.

Прикрывавший его У Шаоцянь быстро произнёс:

— Внизу скопились наземные бестии.

Чжун Цай уже успел оценить обстановку у подножия. Кивнув, он вернулся к своей задаче.

***

Пока практики на стенах сходились с когтистыми стаями лицом к лицу, хлынувшие сушей бестии непрерывно и с безумным упорством таранили стены и ворота.

При каждом ударе узоры на каменной кладке вспыхивали яркими рунами, и оборонительный барьер мгновенно становился ещё прочнее.

Многие монстры разбивали себе головы в кровь, но так и не смогли оставить на камне даже царапины.

Ещё более жуткое зрелище представлял собой штурм городских ворот.

В момент, когда твари наваливались на створки, сверху выдвигалась массивная каменная плита.

На её поверхности активировалось несколько боевых формаций, исторгавших испепеляющий свет.

Сияние накрывало атакующих, и налетающие на ворота бестии мгновенно плавились, превращаясь в кровавое месиво.

Даже немногочисленные твари третьего ранга с их крепчайшими костями и толстой шкурой получали тяжелейшие увечья и уже не могли продолжать штурм.

У ворот и вдоль подножия стен гибли тысячи монстров.

Однако звериный гон накатывал подобно морскому приливу — бушующий, безудержный и беспощадный.

Дикие бестии были лишены разума и даже не думали отступать.

Когда у подножия скопилось слишком много тварей, а стены начали подвергаться непрерывным таранным ударам, возникла опасность, что даже самая прочная формация рано или поздно достигнет предела.

Чтобы не допустить прорыва, в надвратных башнях появились многочисленные практики сфер Освящения и Открытия Дворца. Облачённые в доспехи, они активировали рунные узлы и вливали всю свою таинственную силу без остатка!

На бойницах башен проступили жерла гигантских орудий.

Вырывающиеся из них вращающиеся лучи света принялись непрерывно утюжить бескрайние орды у подножия.

Спрессованная масса монстров погибала сокрушительными темпами.

Эти лучевые орудия обладали чудовищной разрушительной мощью, но и расход энергии требуемой формацией оказался ужасающим: всего один залп полностью высосал силы множества мастеров.

Потому использовать их приходилось с ювелирной точностью.

Опустошённые практики спешно восстанавливали резервы, чтобы успеть нанести следующий удар до того, как стены получат серьёзные повреждения.

***

На крепостной стене.

Со временем таинственная сила Чжун Цая иссякла.

У У Шаоцяня ещё оставался запас, но он быстро добил окружающих птиц, подхватил Чжун Цая под локоть и молнией метнулся к входу в форт.

Чжун Цай расслабил тело, не оказывая ни малейшего сопротивления.

Оба шагнули под защиту укрепления.

В этот самый момент восстановившие силы брат и сестра Шао выходили наружу.

Увидев своих спасителей, близнецы тут же склонили головы в знаке благодарности.

У Шаоцянь скупо кивнул и увлёк Чжун Цая дальше.

Чжун Цай лишь махнул им рукой — мол, пустяки, не стоит внимания.

Близнецы не стали задерживаться и поспешили обратно к бойницам.

***

У Шаоцянь отвёл Чжун Цая в угол и усадил на пол, прикрыв его от чужих взглядов собственной спиной.

Чжун Цай тут же достал пилюлю восполнения ци высшего качества и проглотил её, ощущая, как внутри закружился животворный поток таинственной силы.

Только сейчас он осознал, насколько вымотался: от столь неистового и непрерывного боя у него не просто высох резерв чакр, но и силы были на исходе — ноги и руки налились тяжестью и гудели от усталости.

У Шаоцянь же чувствовал себя прекрасно. Заметив состояние напарника, он, пока тот медитировал, мягкими и точными движениями начал разминать ему затекшие мышцы.

Чжун Цай с благодарностью расслабился.

У него даже остались силы, чтобы осмотреться по сторонам.

***

В центре форта стоял круглый стол, на котором покоились четыре массивных ларца.

На их крышках мерцали узоры пространственных и передаточных формаций.

Внутри ларцов время от времени появлялись новые пилюли.

В каждом находились снадобья определённого ранга и назначения. Вне всяких сомнений, их непрерывно изготавливали алхимики в тылу и переправляли сюда через формацию.

***

Многие практики глотали целебные снадобья.

Большинство доставали заветные пузырьки из собственных пространственных хранилищ.

Однако те, у кого запасы иссякли или кому требовалось специфическое средство, подходили к круглому столу, запускали руку в нужный ларец и забирали необходимое.

Чжун Цай острым взглядом подметил: стоит практику взять пилюлю, как его личная метка на руке на мгновение вспыхивает едва заметным светом.

Юноша сразу всё понял — система фиксировала наименование и количество взятых снадобий.

После окончания звериного гона стоимость использованных пилюль наверняка вычтут из наград за туши убитых бестий.

Разумный подход.

Иначе непременно нашлись бы те, кто стал бы грести лекарства без меры, из-за чего действительно нуждающимся воинам просто ничего бы не досталось.

***

Чжун Цай прислушался к внутренним ощущениям.

Резерв восстановился уже на шестьдесят процентов, ещё пара минут — и можно снова в бой.

Внезапно в форт, спотыкаясь, ввалился молодой воин. Его лицо было мертвенно-посиневшим, а кожи касалась тёмная гарь. Он отчаянно рвался к круглому столу, но не прошел и пары шагов, как без сил рухнул на каменные плиты.

Отдыхающие практики вздрогнули.

Чжун Цай нахмурился:

— Отравлен.

***

Среди диких бестий и пернатых хищников встречалось немало ядовитых тварей.

В хаосе битвы, когда ядовитые гады и птицы наносили подлые удары из засады, уберечься оказывалось невероятно трудно.

Этот молодой воин родом из семьи Шао был облачён в неплохо защищавшие доспехи, но всё равно получил смертельную дозу.

Почувствовав неладное, он сразу кинулся в форт, но яд оказался слишком свирепым... и теперь парень находился на грани жизни и смерти.

Находившиеся в укреплении воины Шао тут же вскочили на ноги.

Одна из девушек поспешила к упавшему, чтобы поднять его, но другой сородич окликнул её:

— Стой! Мы не знаем, передаётся ли этот яд через касание!

Девушка вздрогнула и отступила.

Ещё один из воинов Шао подскочил к круглому столу и принялся судорожно перебирать содержимое ларцов.

— Проклятье! Второранговых пилюль детоксикации больше нет! — отчаянно воскликнул он.

Тем временем лицо отравленного чернело с пугающей скоростью.

Особенно жутко выглядели синюшные пятна: они расползались по его коже, захватывая всё новые участки.

При падении тыльные стороны его ладоней оставались чистыми, но теперь их сплошь покрывала густая сыпь из тёмно-зелёных и синеватых пятен.

Каждый в комнате понимал: как только яд охватит всё тело, парень мёртв.

В форте воцарилась тяжёлая, давящая тишина.

Искавший лекарство воин Шао не сдался и сгреб из ларца несколько других снадобий.

Кто-то из сородичей с надеждой спросил:

— Что это?

— Это всё пилюли детоксикации первого ранга, только разных видов, — проговорил один из воинов Шао. — Сейчас не до выбора. Дайте их Шао Линю. Даже если полностью не исцелят, то хотя бы затормозят яд!

Чжун Цай, глядя на эту охапку низкосортных снадобий, едва удержался от ироничной ухмылки.

Обычные рецепты первого ранга, каждый против своего вида яда... Конечно, от такой смеси парень не помрёт, вот только толку от неё — кот наплакал. Замедлить распространение отравы она сможет разве что на пару мгновений, а лекарства переведут понапрасну.

Не раздумывая долго, Чжун Цай извлёк из запасов второранговую пилюлю детоксикации высшего качества и щелчком пальцев отправил её через комнату.

Раздался тихий свист рассекаемого воздуха.

Заметив летящую жемчужину, воины Шао вскинули головы и ловко подхватили её.

Искавший лекарство сородич тут же отнёс бесполезные пилюли первого ранга обратно к ларцу.

Девушка, разжав зубы отравленного, поспешно втолкнула пилюлю ему в рот.

Остальные практики Шао мгновенно определили ранг и качество снадобья, и со всех сторон послышались исполненные признательности возгласы.

Чжун Цай лишь коротко кивнул им в ответ, потянул У Шаоцяня за рукав и направился к выходу из укрепления.

Таинственная сила вернулась в норму — пора возвращаться в кровавую рубку!

***

Сородичи проводили их взглядами и вновь склонились над отравленным Шао Линем.

Едва пилюля растворилась, как его угасающее, еле ощутимое дыхание начало наливаться силой и ровным теплом.

Одна из девушек с изумлением заметила, что синюшная сыпь на ладонях воина тает на глазах.

Вслед за этим хлынувшая на лицо мертвенная зелень и чернота сменились здоровым румянцем.

Напряжение мгновенно спало, лица воинов озарились облегчёнными улыбками.

Обошлось! Жив!

Шао Линь медленно разомкнул веки и встретил десятки тревожных взоров.

— Линь! Как ты себя чувствуешь?! — тут же спросил кто-то.

— Таинственная сила поддаётся контролю? Яд не задел каналы? — перебивая друг друга, допытывались сородичи.

Шао Линь спешно погрузился во внутренний взор, и напряжение на его лице сменилось искренним изумлением.

— Всё в порядке... Яд полностью уничтожен.

Почесав затылок, он озадаченно пробормотал:

— Я думал, придётся ещё долго выжигать остатки скверны медитацией, а тут... даже следа не осталось.

— Счастливчик ты, парень! — усмехнулся старший сородич. — В ларце детоксикантов не осталось, у нас запасы пустые... И тут один юноша щедрой рукой бросает пилюлю высшего качества! Естественно, она выжгла хворобу без остатка!

Шао Линь ошеломлённо замер:

— Высшего качества?.. Так он мой спаситель! Кто это был? Скажите мне скорее, я обязан вернуть ему стоимость снадобья!

— Судя по всему, это мастер Чжун, которого в последнее время так нахваливают алхимики нашего клана, — проговорила девушка. — И тот юноша, что закрывал его собой... Всё сходится.

Шао Линь понимающе кивнул:

— Я слышал, мастер Чжун обладает невероятным искусством, а второранговые пилюли детоксикации — его коронная сфера. Неудивительно, что у него нашлось снадобье высшего качества...

Воины Шао не стали попусту тратить время на разговоры. Убедившись, что сородич вне опасности, они вернулись к медитации.

Оборона крепости оставалась первостепенной задачей.

Поскольку Шао Линь почти не растратил таинственную силу перед отравлением, после исцеления он восстановился быстрее всех. Поднявшись на ноги, он вновь устремился на стену.

***

Чжун Цай и У Шаоцянь без промедления включились в битву.

Вернувший силы Чжун Цай орудовал кистенём с удвоенным азартом: шипастый шар летал во все стороны, со свистом рассекая воздух и размозжая туши налетающих птиц.

У Шаоцянь держался всё так же невозмутимо и надёжно.

Несмотря на то что он непрерывно истреблял монстров и без конца применял сокрушительные техники, в его действиях не замечалось и намёка на экономию ресурсов. Едва возникала угроза, он без колебаний обрушивал смертоносные приёмы раз за разом.

Со стороны могло показаться, будто его резерв безграничен — ни малейшего признака усталости.

Впрочем, Чжун Цай прекрасно знал реальную картину.

Ещё давно, желая выяснить предел возможностей своего Старины У, он заставлял его непрерывно обрушивать самые мощные техники.

И резерв таинственной силы У Шаоцяня поражал своей глубиной.

По крайней мере, за всё время обороны города он даже близко не подошёл к истощению.

***

Чего нельзя было сказать о пернатых тварях — их полчищам не было видно конца.

Защитные установки и малые орудия беспрестанно испепеляли целые стаи, но на смену уничтоженным бестиям из туч выныривали всё новые и новые волны.

Спустя несколько ожесточённых схваток многие бродячие практики, помогавшие клану Шао, начали выдыхаться. Десятки воинов пали под когтями и клювами разъярённых хищников.

Росла тяжесть ранений и среди воинов Шао.

И хотя каждый защитник при первой возможности отступал в форт для медитации и исцеления, навалившаяся ментальная истощённость накапливалась с каждым часом.

Смертельная усталость сковывала тело и разум.

А когда изнурение достигает предела, реакция неизбежно замедляется.

В кровавом хаосе даже мимолётное промедление стоило невероятно дорого: в лучшем случае — тяжёлое ранение, в худшем... смерть.

***

Чжун Цай к этому моменту успел отдохнуть уже пару раз, но беспрестанная концентрация давила на мозги тяжёлым грузом.

Тянув У Шаоцяня за рукав, Чжун Цай проговорил:

— Уходим. Ты тоже уже выдохся.

У Шаоцянь не стал спорить, подхватил напарника и скользнул внутрь форта.

И действительно: в его Дворце Дао оставалось от силы процентов десять таинственной силы.

Чжун Цай знал его как облупленного и рассчитал всё с аптекарской точностью.

Оба опустились на каменный пол в дальнем углу.

Чжун Цай извлёк из пространства флакон и протянул У Шаоцяню.

Тот откупорил сосуд и сделал глоток.

Живительный поток мгновенно хлынул в артерии, и истощённый Дворец Дао начал заполняться молочно-белой дымкой — таинственная сила стремительно восстанавливалась.

***

Во флаконе находилась вытяжка из драгоценных трав третьего ранга, предназначенная для восполнения энергии.

Чжун Цай в своё время не стал тратить время на разработку второранговых пилюль восполнения ци — сам он в них не нуждался, а на У Шаоцяня из-за специфики его организма даже идеальные снадобья второго ранга действовали слабее обычного.

Поэтому Чжун Цай пошёл проверенным путём, опробованным на эликсирах для духа.

Сян Линь скупал редкие травы третьего ранга, а Чжун Цай с помощью древесного огня третьего ранга очищал их от примесей, получая чистейший концентрат.

Для У Шаоцяня чистая вытяжка уступала полноценным пилюлям третьего ранга, но превосходила по эффекту любые второранговые пилюли высшего качества.

А учитывая хомячью натуру Чжун Цая, в его кольце хранились десятки подобных флаконов.

Пара таких сосудов — и У Шаоцянь снова в строю.

Этого запаса с лихвой должно было хватить на всё время осады.

***

Опорожнив первый флакон, У Шаоцянь вернул большую часть своего резерва.

Чжун Цай, приняв пилюлю восполнения ци высшего качества, пришёл в норму ещё быстрее.

Однако юноша не спешил рваться наружу: он остался рядом с У Шаоцянем, лишь изредка бросая взгляды на вход.

Достав из собственного пространственного кольца ещё один заготовленный эликсир, У Шаоцянь допил его.

Средство действовало безупречно.

Спустя полчаса аура У Шаоцяня снова засияла мощью.

Чжун Цай с лёгкой завистью вздохнул:

— Хорошо тебе: можешь биться часами без перерыва, а потом восстановиться за пару глотков. Удобно!

У Шаоцянь мягко улыбнулся:

— Когда А-Цай достигнет девятого уровня сферы Открытия Дворца, выкует такой же прочный фундамент.

— Ещё бы! — решительно кивнул юноша.

***

Оба поднялись, собираясь вернуться на стену, как вдруг на внутренних стенах форта вспыхнули многочисленные рунные узоры.

Чжун Цай с изумлением заметил, что помещение вокруг них начало раздаваться вширь.

Скинув взгляд на сияющие формации, У Шаоцянь тихо пояснил:

— Пространственная формация расширяет внутренний объём форта.

Чжун Цай нахмурился: снаружи явно что-то произошло!

И предчувствие его не обмануло.

В оба входа укрепления хлынул поток практиков.

Воины клана Шао, бродячие воины...

Все защитники, удерживавшие этот участок стены, в спешке отступали внутрь.

Не успел Чжун Цай осознать происходящее, как земля ушла у него из-под ног, и он едва не потерял равновесие.

У Шаоцянь мгновенно обнял его за плечи, удержав на ногах.

— Что за... — начал было Чжун Цай.

Но не успел он договорить, как всё укрепление содрогнулось от чудовищного удара. Вокруг закачались десятки воинов, хватаясь друг за друга и за стены, чтобы не упасть.

Весь форт ходил ходуном!

И в ту же секунду у входа в укрепление раздались исполненные ужаса и боли человеческие крики.

Чжун Цай мгновенно метнул взгляд к выходу.

Из груди воина Шао, находившегося в сфере Открытия Дворца, колом торчал острый как бритва коготь.

Несколько сородичей тут же рванулись было к нему на выручку, но их вовремя перехватили практики сферы Освящения:

— Назад! Это свирепая птица четвёртого ранга!

В ту же секунду не успевшего укрыться воина выволокли наружу. На каменный порог хлынула тёмная кровь, мгновенно растекаясь лужей.

Исполинский клюв с хрустом сожрал тело практика, а затем в проёме показалась и сама жуткая голова твари — настолько огромная, что вход вмещал лишь её часть.

Проглотив добычу, бестия уставилась внутрь укрытия наливавшимися голодной яростью глазами и с размаху вонзила массивный клюв прямо в проход.

Раздался оглушительный гул!

На пути клюва вспыхнул невидимый барьер, не дав твари прорваться внутрь. Не сникая, монстр принялся бешено, с разгона долбить проём, и с каждым ударом гул становился всё более оглушительным, переходя в трескучие вспышки!

Чудовищная мощь... Без сомнений, четвёртый ранг!

Ударная волна атаковала и Чжун Цая. Силы у юноши хватало, но подобный резонанс от атак монстра более высокого уровня всё равно отозвался тупой болью в голове.

К счастью, защитный нефритовый амулет принял основной удар на себя. В голове Чжун Цая лишь гулко загудело, и он, в отличие от многих слабых практиков вокруг, устоял на ногах и не захаркал кровью.

Практики сферы Освящения от этой отдачи почти не пострадали: они спешно подхватили с круглого стола целебные пилюли и бросились раздавать их упавшим на пол воинам.

Сами стены форта заметно гасили вибрацию — только благодаря этому слабейшие из воинов остались живы.

Когда птица четвёртого ранга в очередной раз попыталась проломить защиту, её туша неожиданно замерла.

Словно подхваченная неведомой силой, тварь медленно поползла назад — её рывком тащили прочь.

В небесах гремящим раскатом проревел яростный голос:

— Тварь! Как смеешь ты пожирать моих сородичей?! Дохни!

Свирепая птица пронзительно заверещала, и её крик вновь ударил по ушам укрывшихся в форте практиков. Однако туша бестии стремительно удалялась от входа.

Несколько практиков сферы Освящения подошли к проёму, выглядывая наружу. У Шаоцянь, прикрывая Чжун Цая, тоже сделал шаг вперёд.

Чжун Цай увидел, как хвост исполинской птицы сжала гигантская ладонь, сотканная из таинственной силы. Она с нечеловеческой мощью волокла монстра по земле.

Птица брыкалась и орала, но вырваться не могла.

Её спину насквозь пробивало алое копьё невероятных размеров, намертво пригвоздившее бестию к каменной стене!

Призрачная рука тянула тушу с такой силой, что алое копьё под этим давлением буквально распороло монстра вдоль позвоночника, разрезая мясо и дробя кости. Туловище твари распахнулось, точно выпотрошенная туша.

На землю с отвратительным чавканьем вывалились внутренности, заполнив воздух резкой смрадной вонью.

Верещание птицы затихло — через пару мгновений она испустила дух. Всё заняло не больше пары вздохов.

Чжун Цай проследил за направлением, откуда тянулась гигантская рука, и запрокинул голову.

Высоко в небе замер коренастый мужчина в алых доспехах. Его лицо пылало гневом, а пальцы были сжаты в тянущем жесте.

Едва птица подохла, он разжал ладонь и небрежным движением смахнул тушу в своё пространственное хранилище.

Алое копьё всё так же торчало из стены.

Мужчина повелел жестом — и оружие, задрожав, вырвалось из камня, взмыло в воздух и лёгким взмахом вернулось к нему в руку.

В следующее мгновение воин исчез и уже через долю секунды появился прямо перед надвратной башней.

— Практик сферы Подвешенного Сияния, — тихо проговорил У Шаоцянь.

Чжун Цай вздохнул:

— Прибыл рановато для похорон, но поздно для спасения.

— Похоже, он просто не успевал везде, — едва слышно отозвался У Шаоцянь.

Чжун Цай на мгновение задумался и кивнул.

Они перебрались к боковой стене форта, где в узких бойницах пульсировал защитный свет.

Там уже толпились практики, но вдоль длинного проёма нашлось свободное местечко.

Чжун Цай выглянул наружу.

В небе перед надвратной башней кружили мужчины и женщины, источавшие устрашающую ауру. Практики сферы Подвешенного Сияния, сжимая в руках мощное оружие, сошлись в смертельной схватке со свирепыми птицами четвёртого ранга.

Пернатые бестии в воздухе обладали невероятной манёвренностью, а их когти и клювы резали воздух словно клинки. Каждое столкновение с оружием практиков отзывалось таким оглушительным лязгом, что у неопытных воинов помутился бы разум.

Несмотря на богатый арсенал тайных техник, расправиться с пернатыми монстрами оказалось непросто. Они находились на одном уровне силы, и хотя твари уступали людям в хитрости приёмов, против каждого старейшины сражалось сразу по две-три бестии.

Среди этих исполинских туш люди в сфере Подвешенного Сияния казались совсем крошечными. Каждая их атака требовала колоссального вливания таинственной силы, иначе гигантским бестиям не нанесешь и царапины.

Каждый удар приходилось наносить на пределе возможностей, а расход энергии был поистине чудовищным.

Но если над башней кипел жестокий бой, то у подножия стены творился настоящий ад.

Старейшины сферы Подвешенного Сияния маневрировали среди наземных монстров четвёртого ранга, нанося стремительные удары. Но шкуры и чешуя этих бестий были прочны как броня: без точного попадания по уязвимым местам их невозможно даже серьезно ранить.

К тому же со всех сторон непрестанно норовили цапнуть свирепые звери второго и третьего рангов.

Старейшинам приходилось отбиваться не только от исполинов. Мелкая тварь, пользуясь крепким туловищем и моментом, вполне способна пробить защиту человека.

Монстры четвёртого ранга без колебаний использовали сородичей как пушечное мясо, но человеческие старейшины не могли позвать на помощь практиков из сфер Открытия Дворца или Освящения — для слабых воинов даже случайное задевание от четверторангового монстра было смертельным.

Звери не считали потерь среди молодняка, а старейшины берегли жизнь каждого сородича.

И потому...

Успешно уворачиваясь от смертоносных выпадов четвёртого ранга, старейшины то и дело получали ранения от мелкого зверья. Эти раны не были смертельными, но лишали людей бывалой лёгкости. Удары становились чуть менее точными, и этого мимолётного промедления хватало, чтобы гигантские бестии избегали смертельных ран.

Чжун Цай смотрел на эту бойню с тяжёлым сердцем.

Почти все старейшины сферы Подвешенного Сияния были залиты кровью с ног до головы.

Неудивительно, что тот коренастый воин опоздал — он бился из последних сил и просто не мог оказаться везде одновременно.

— Он работает «пожарным», — тихо сказал У Шаоцянь. — А тушить приходится слишком много.

Чжун Цай снова кивнул.

Защитники у стены не могли позволить себе и секунды передышки. А тот коренастый воин кружил между фортами, добивая прорвавшихся пернатых хищников четвёртого ранга.

У входа в каждый форт лежали растерзанные тела воинов.

Ещё когда гиганты четвёртого ранга только показались на горизонте, защитники ринулись к укрытиям. Но скорость у всех разная...

Тех, кто замешкался хоть на мгновение, ждала гибель.

В этом заключался ужас звериного мора, и это было лишь его начало.

Эта волна постепенно затихала.

Основную массу мелкого зверья перебили воины соответствующих рангов, выложившись до последнего предела. С остатками же хищников, прикрываемых бестиями четвёртого ранга, обычные практики ничего сделать не могли — сражения на уровне четвёртого ранга и выше были им не по зубам.

Чжун Цай тихо проговорил:

— За четвёртым рангом придёт пятый...

И тогда в бой придётся вступить практикам сферы Слияния.

http://bllate.org/book/15860/1501764