Готовый перевод Зелений ліхтар відображається у дзеркалі / Зелёный фонарь отражается в зеркале: Глава 58

Глава 58

Тело Цзюнь У окутали яркие белые потоки духовной энергии. За его спиной клубился чёрный дым, а под ногами земля покрывалась глубокими трещинами. Его походка была медленной, он не спешил. Мужчина держал спину ровной, его плечи были разведены в стороны, а на лице застыло серьёзное, но всё же не безразличное выражение. Его взгляд был тяжёлым, а глаза — темнее, чем обычно.

Белая расшитая золотом одежда загрязнилась, но величие Императора ничто не уничтожило.

— Ци Жун… — хриплый голос Се Ляня прозвучал рядом, младший принц мгновенно встал перед ним, защищая от возможного удара мужчины.

Наследный принц пытался встать, но его тело ещё не прошло небесную кару, конечности не слушались, а мышцы сокращались от каждого движения. Он тяжело дышал, впивался длинными пальцами в землю, хватал воздух ртом, но проигрывал усталости. Бой с Бай Усяном был тяжёлым, парень находился на грани своих возможностей.

— Думаю, — Цзюнь У перебил небожителя. — Он хочет попросить тебя убежать, — его взгляд упал на Ци Жуна.

Младший принц не сдвинулся с места. Воздух вокруг был горячим и сухим, а небо над их головами чёрным. Вверх поднималась сажа, дым и потоки силы. Под ногами чувствовались толчки, вулкан свирепствовал.

— Ты воспользуешься этим шансом? — Мужчина остановился в десятке метров от них. Он медленно оглядел каждого, а потом хмыкнул себе под нос.

Ци Жун и сам бросил короткий взгляд на друзей. Му Цин и Хуа Чэн оба были ранены, Фэн Синь и Цзянь Лань — на грани своих возможностей, их силы тоже исчерпывались. Ши Уду — без пяти минут смертный, Пэй Мин — без оружия и с ограниченными из-за Тунлу силами, а Лин Вэнь могла попасть под влияние Цзюнь У, если бы с неё сняли божественные пути.

Их всех объединяло одно — тёмная энергия разъедала их каналы и замедляла все реакции.

— Или снова скажешь мне «нет»? — Цзюнь У поднял подбородок немного выше, а потом прикрыл глаза на мгновение. — Ты давал при жизни много обещаний?

Ци Жун крепче сжал зубы. Он делал всё, чтобы накопить силы для следующего удара, Император это знал, чувствовал, но позволял ему это сделать. Потому что не верил, что младший принц мог победить. Он давал ему шанс, верил, что потом заберёт и его, и жизнь.

— Отвечай, зачем эта лишняя скромность? — Мужчина внезапно открыл глаза, и Ци Жун увидел в них вспышки энергии.

— Много, — голос парня был низким.

— А сколько из них сумел сдержать?

Фраза раскалённым лезвием прошлась по сердцу и душе.

— Ты клялся, что спасёшь Сяньлэ? Что не дашь королевству пасть?

— Я…

— Что всегда…

— Я сдержал те обещания, — парень повысил голос, перебивая мужчину. Тот прищурился, не ожидая этого. Но потом ухмыльнулся, жестом поощряя его продолжить. — Какие давал своим друзьям и семье… Своему ближайшему человеку.

Его последняя фраза заставила Цзюнь У перевести взгляд на Се Ляня. Лишь на одно мгновение, но всё же в нём читалось раздражение, грусть и злость.

— Я обещал ему, что всегда буду рядом, что вернусь, что не покину и буду верить, — Ци Жун продолжил говорить. С вызовом, с гордостью, с желанием борьбы.

Его жизнь — сплошная борьба. Впрочем, он устал бояться. Устал убегать. Они бы ни за что не смогли больше избежать столкновения. Он рисковал всем. Жизнью. Будущим. Любовью и собственными силами. Но он знал, что только один вернётся в мир с подножья горы Тунлу.

— И как видишь, — парень развёл руки в стороны, а потом вдохнул полной грудью. Воздух так же обжигал, но он шумно втянул его. — Я сейчас здесь. Сдержал каждое своё слово. Даже, если я погибну, этот факт не изменится, — он видел, как уголки губ Цзюнь У дёрнулись вверх, вена на его лбу забилась быстрее.

— Ты отчаянный и не слишком умный, — лезвие меча мужчины наполнилось сиянием.

Ци Жун сделал маленький шаг вперёд.

— Я уже говорил это, но… Я всё же повторю, чтобы и ты тоже услышал, — голос парня немного задрожал, но он на это не обращал внимания. Его оружие поднялось в воздух, а у ног закрутились зелёные и чёрные потоки энергии. — Мне жаль, что всё так случилось с твоим домом. Мне жаль, что ты не спас людей. Ты можешь ненавидеть весь мир и обвинять его в несправедливости. Наверное, ты даже будешь прав. Потому что это твоя судьба, твоя жизнь. И они были сломаны обстоятельствами.

Глаза мужчины стали шире, казалось, он перестал дышать. Вся правда о нём, его путь и выборы, была наружу. Он больше не мог скрыть всё за красивой ширмой. И уже больше этого и не хотел.

— Но ты не имел права делать это с другими, — голос Ци Жуна стал суровее. — Не имел права на месть, не имел права ломать чужую жизнь, потому что своя собственная не сложилась. Это был наш с Се Лянем путь. Мы должны были делать свои ошибки, принимать свои решения, делать свои выборы. И получать свой собственный опыт и…

— Сяо Цзине, я тебе уже когда-то говорил… — Император повысил голос, он из последних сил контролировал собственные силы. — Тебя здесь быть вообще не должно было.

— Но я здесь! — Ци Жун выкрикнул со злостью. — Здесь!

— А останешься здесь навсегда? — Он спросил агрессивно. — Если будет новый выбор? Что тебя здесь задержит? Не лучше будет не знать боли, волнения и отчаяния? Не лучше будет отпустить всё плохое?

— Ци Жун… — Се Лянь снова обратился к нему. Он хотел схватить парня за запястье, но потом отдёрнул руку, боясь, что силы небесной кары ранят его. — Пожалуйста…

Он просил его отступить и уйти.

— Я всегда хотел, чтобы Сяньлэ сделал правильный выбор, — Владыка снова расправил плечи. Его голос теперь был ровным, но громким. — Я хотел показать ему этот мир. Его главные принципы. То, что борьба против обстоятельств — тщетна. Это просто потраченное время. А правильная месть освобождает от ограничений…

— Но не от ошибок прошлого, так? — Ци Жун дёрнулся — потоки силы вокруг Императора становились стремительнее. — Если бы месть заставила тебя забыть обо всём, что ты сделал и отпустить боль — может в твоих словах был бы и смысл. А так? Мы здесь из-за того, что она не работает. А затащить другого в такое же состояние, как у тебя, думаешь, это поможет?

Цзюнь У внимательно слушал его.

— Тебе бы не стало лучше, если бы и Се Лянь начал страдать. Ты бы ничего себе не доказал. Просто две сломанные жизни вместо одной. И всё.

Неожиданно, мужчина тихо зааплодировал ему. Иронично. Ни капли не поддерживая его.

— Мне надо было не просто забрать тебя у него, — Цзюнь У наклонил голову в сторону. Он смотрел на парня так, словно видел впервые. — Мне надо было дать выбор и тебе. Чтобы увидеть тебя настоящего. Неужели ничто в этом мире не заставило бы тебя избавиться от своих обещаний и принципов? Невозможно. Точно есть что-то…

Ци Жун дёрнулся.

— Сяньлэ выбрал свой путь. Он отказался от славы, роскоши и перспектив. Он триста лет потратил на поиски. И всё ради тебя.

— Ци Жуне, я умоляю тебя, — Се Лянь глотал слова, но продолжил говорить. — Не…

— Ты сможешь сделать то же самое?

Младший принц приготовился ответить на вопрос, но Владыка уже тише продолжил.

— Когда у тебя будет выбор… Потому что до этого, у тебя его совсем не было. Вернёшься ли ты ещё раз? Или может всё же погибнешь здесь, превратившись в пепел?

Сильный поток энергии, которую он выпустил, столкнулся с зелёным барьером. Мужчина засмеялся, готовый к следующему удару. Меч Ци Жуна поднялся в воздухе. В зеркальном лезвии отразились языки чёрного пламени.

— Не обещаю, что не увлекусь, ты в конце концов уже давно меня раздражаешь, — он кивнулся вперёд, но в тот же миг его атака была отбита Хуа Чэном.

Друг стоял перед младшим принцем, крепко держа в руках саблю. Он тяжело дышал, но пропускал лезвием остатки энергии. Рядом с ним стоял Му Цин. Они загораживали ему проход, защищая Ци Жуна.

— Какая невероятная преданность, — Цзюнь У резко сделал шаг в сторону. Там, где он стоял до этого в земле виднелась заряженная духовными частицами стрела — Фэн Синь выпустил ещё одну, заставляя мужчину снова отойти. Талисманы Цзянь Лань тоже не достали его, но расстояние между ним и Ци Жуном увеличилось. — Если вы хотите сегодня погибнуть, я вам не откажу.

— Отступите, вы не справитесь, — Ци Жун обратился к друзьям, но они стояли на своих местах. Готовы ко всему.

Энергия Цзюнь У росла, она пульсировала и обжигала. Он не выглядел смущённым, скорее… растерянным.

Дружба для него — простая формальность, потому что те, кто обещал быть рядом — повернули свои мечи против него.

Оружие же этих людей было направлено в ту же сторону, куда и лезвие меча Ци Жуна.

— В этом месте полно могил, я сделаю для вас общую, обещаю.

Цзюнь У двигался быстро, он исчезал и появлялся за спинами Хуа Чэна и Му Цина. Их приёмы были слаженными, пока один бил, другой был в защите. А когда они атаковали одновременно, то искали слабые места соперника.

Владыка не отступил, он отбивал удары, хотел даже сформировать тень из собственной энергии для поддержки, но Му Цин рассек ему руку немного выше предплечья. В глазах Императора вспыхнула ненависть, он чуть не схватил друга, но Хуа Чэн встал между ними, поглощая поток силы своим оружием.

— Ваше Высочество, — Цзянь Лань заговорила к Ци Жуну. — Мы с Фэн Синем нашли один туннель, если поспешить…

Ци Жун слышал её, даже понимал, но не мог ответить. Он видел, как к друзьям присоединился генерал Пэй, как Фэн Синь, в конце концов, перешёл в бой на мечах, достав короткий клинок из-за пояса.

Они пытались держать Цзюнь У в кругу, не давали ему сконцентрироваться, на их ладонях и лицах появлялись порезы от потока тёмной энергии. Они истекали кровью, желая выиграть время для него. Для Се Ляня. Они ставили против Императора всё, что имели.

Му Цин откашлял сгусток крови, Хуа Чэн мгновенно прикрыл его, а Фэн Синь перехватил руку мужчины, за что тот отбросил его далеко в сторону. На земле остался глубокий след, а парень, игнорируя сломанную руку, медленно встал на дрожащие ноги. Со лба текла кровь, но он не остановился.

Никто из них не мог себе этого позволить.

У каждого из них была своя жизнь. Они любили, смеялись, планировали, имели свои цели и желания. Они не хотели умирать. Но они знали, что должны были драться.

Так же как это знал Ци Жун.

Это не их враг. Не их бой. Не их финальная точка.

— Се Лянь… — младший принц присел возле парня, а потом схватил обе его руки. Электрический заряд от чужого тела больно ударил его, но он не отпустил партнёра. Золотое ядро забилось в груди.

— Нет-нет-нет, я тебе запрещаю… — Се Лянь трактовал его обращение правильно. Он попытался подняться, но молния снова ударила его в спину, он закашлялся, а потом чуть не свалился Ци Жуну в руки. В уголках глаз наследного принца собрались предательские слёзы, но Ци Жун быстро стёр их.

— Что бы ни случилось сегодня, я хочу, чтобы ты знал, — парень улыбнулся, когда собеседник поднял на него глаза. — Я… — его сердце сжалось, а губы задрожали.

Наверное, это должно было быть иначе.

А, может, и нет.

Возможно, всё давно шло так как должно.

— Я люблю тебя, — он прошептал. Признание сорвалось с губ, а потом он вскочил на ноги. Если он задержится хотя бы на мгновение… будет хуже. Но он оставил с Се Лянем своё сердце.

— Ци Жуне! — Он слышал отчаянный крик Се Ляня, тот потянул к нему руку, но он, окутывая собственное тело энергией, сорвался с места.

Он двигался стремительно, оставляя после себя зелёный след. Впрочем, Цзюнь У видел его. И громко засмеялся, отбрасывая других небожителей от себя.

Младший принц атаковал первым, вкладывая в удар силы. Император вскинул руки вперёд, чтобы создать барьер, но он треснул пополам, и мужчина почувствовал, как лезвие зеркального меча вошло в бок.

Ци Жун стоял напротив него. Его ядро бешено пульсировало, меридианами ширилась тёмная энергия. Они оба просели в землю от давления сил. В воздух поднимались мелкие камни и пыль.

— Наконец! — Цзюнь У глухо засмеялся, а потом схватил парня за плечо.

Он не вытаскивал оружие из себя, он словно не чувствовал боли и ему было абсолютно всё равно на то, что кровь начала вытекать из раны. Его пальцы больно сжали кожу Ци Жуна, но тот не отступил — вогнал меч глубже. Но когда другая ладонь Владыки легла на лезвие, он дёрнулся. Вот только мужчина удерживал его.

Ци Жун сильно отбил руку мужчины, тот же в ответ ударил его в живот, отбрасывая от себя. Потом стремительно приблизился и схватил за воротник, поднимая над землёй.

— Мне всегда было интересно, почему ты не умер?

— А ты? — Ци Жун пнул его ногой, Цзюнь У отскочил, но снова двинулся на него, пока он отдыхивался. Сконцентрироваться на мече никак не получалось — атаки Владыки были быстрыми, приходилось иногда защищаться от него голыми руками.

Император не дал ему ответа, лишь ещё раз ударил. Ци Жун почувствовал во рту привкус крови, а перед глазами увидел белые вспышки — энергия мужчины была горячей и сильной. Она, попадая внутрь его тела, разрывала сосуды, но он высвобождал её, заменяя тёмной.

Цзюнь У исчез в порыве ветра, а младший принц резко повернулся назад, думая, что враг мог подобраться именно с этой стороны. Но Владыка обманул, заставил в это поверить, создав дым. Сильный удар со спины сбил парня с ног, он упал на колени и по инерции прокатился ещё несколько метров. Магическое зеркало, которое всё время было в кармане, разломалось, часть вылетела и упала на неровный камень. Другая же осталась лежать возле сердца.

Ци Жун закашлялся, зрение помутнело, мужчина попытался ещё раз ударить его по спине, но он стремительно отскочил от поверхности и сохранил дистанцию. Но стоило ему приземлиться, как земля под ногами осыпалась. Он оказался у самого края кратера вулкана. Лава закипела, её уровень постоянно увеличивался, Цзюнь У и не планировал останавливаться.

Император замер там, где он был до этого. Возле небольшого раскола. Он не оглядывался, не видел ничего, кроме него. Изо рта мужчины стекала струйка крови, на шее остались следы от тёмной энергии Ци Жуна, но он не сводил с него взгляда.

Парень словно весь сжался, от чего мужчина снова глухо засмеялся.

— Что? Без вариантов?

После его фразы младший принц поднял в воздух меч и отправил его на него, но Цзюнь У просто лениво отвёл плечо.

— Какой слабый удар, неужели страх так сильно захватил тебя?

Меч парня вошёл лезвием в небольшой разлом — совсем рядом с зеркалом.

— А дальше?

Цзюнь У поднял руку вверх, вокруг Ци Жуна появились потоки светлой ци. Его собственная энергия рефлекторно пыталась захватить её и взять под контроль, но все они впились в его тело в мгновение — Владыка применял больше силы, выходил за свои лимиты, и всё для того, чтобы убедиться — младший принц не имел возможности сбежать.

Жар вулкана обжигал спину парню, он невольно бросал взгляды назад. Тяжёлый ком никак не хотел глотаться. Сердце билось так быстро, что он слышал его в голове, в каждой конечности, ядро, казалось, треснуло ещё немного от напряжения, но боли он не чувствовал.

— Ты уже знаешь, что для того, чтобы стать непревзойдённым, надо пройти печь…

— Эта печь немного залита лавой, — голос Ци Жуна был высоким. Он должен был сделать всё, чтобы Цзюнь У ни о чём не догадался.

— Ну, это тебе дополнительное задание, ты же такой особенный, нет? — Он издевался. Он знал, что никто сейчас не мог помочь младшему принцу.

Се Лянь попытался оторваться от земли, но кроме небесной кары его теперь задержала и сила Императора. Каждый из них оказался скован ею.

— Сам прыгнешь или тебе помочь? — Он дал ему последний шанс.

Ци Жун встретился глазами с взглядом Се Ляня. Тот вырывался, не обращал внимания на собственные раны, не думал о том, что кара могла уничтожить его. Он протянул руку вперёд, на пальцах появилось маленькое пламя ци, но оно погасло так быстро, что даже не добралось до младшего принца.

Се Лянь повторял его имя, шептал и умолял.

Но Ци Жун отвёл взгляд.

— С чего бы я сделал это добровольно?

Его саркастичный комментарий вызвал у Цзюнь У широкую улыбку. Он повернул голову к Се Ляню.

— Как жаль, что мне придётся выбирать, чьё выражение лица увидеть при этом, — он махнул рукой, высвобождая сильнейший поток энергии, вкладывая в него чуть ли не всё. Барьер Ци Жуна сломался в мгновение, а его самого отбросило на десятки метров — прямо в центр кратера. Его ноги потеряли опору, он чувствовал свободное падение. Он не слышал в ушах ничего, кроме завывания ветра. Парень перевернулся в воздухе, а потом вытащил из кармана часть зеркала.

Он был совсем близко, он мог сгореть заживо через несколько секунд, но он направил всё, что у него было на поверхность артефакта. Она вспыхнула, отображение исчезло и покрылось рябью энергии.

Ци Жун не знал, всё ли получится, но если нет, то…

Он прищурился, а потом полностью засунул руку в зеркало. Энергия артефакта была мощной, он начал захватывать его тело, младший принц почувствовал, как воздух вышел из лёгких, а тупая боль пронзила каждую кость. Зубы заскрипели, но зеркало сработало как портал. Он растворился в зелёном сиянии, а половинка артефакта упала в раскалённую лаву. Её поверхность потрескалась, а через мгновение огонь поглотил её, потому что всё, что было рождено на Тунлу, должно было здесь и остаться.

Почти всё.

Ци Жун глубоко вдохнул, тёплый воздух ударил в нос. Он постепенно начал чувствовать своё тело — от ног и до головы. Сначала казалось, будто что-то прижало его, но через мгновение он понял, что мог дёрнуться. Тело было словно окутано липкой паутиной, но он делал шаги вперёд, и оно трещало, рвалось, отпускало его.

Зрение парня вернулось, а под ногами снова появилась твёрдая поверхность. Энергия хлынула по каналам как стремительный поток. Он оказался за спиной Цзюнь У, появившись из другой половинки зеркала. Но прежде чем мужчина бы до конца понял, что произошло и как он вернулся, он схватил меч, который был рядом за рукоять, а потом со всей силы вогнал его Владыке в спину, разбивая золотое ядро.

Император дёрнулся вперёд, энергия в его теле стала плыть хаотично, она вырывалась из ядра и рассеивалась.

Ци Жун прищурился и вогнал меч глубже. Его пальцы дрожали, он тяжело дышал, а когда увидел на месте раны кровь, шумно втянул воздух через нос.

Он ударил в то же самое место, в ту же самую точку, куда когда-то получил ранение от демона в маске. От Небесного Владыки.

Младший принц крепче сжал рукоять, он почувствовал, как мужчина попробовал высвободить немного энергии, но его ядро запульсировало быстрее, а в уголках рта появилась кровь. Цзюнь У медленно поворачивал к нему голову, но прежде чем он бы повернулся, новый удар — не менее сильный и фатальный — заставил тихий стон сорваться с его уст.

Се Лянь, несмотря ни на боль, ни на окровавленные руки, на обожженную на ладонях кожу, стоял напротив мужчины. Его меч легко вошёл тому в грудину и пробил тело насквозь.

Кровь Императора стекала вниз по лезвию, а он тихо то засмеялся, то захрипел.

— Какая слаженность, — оба принца подались вперёд, не оставляя ему шанса на то, чтобы отступить или вырваться — при любом из вариантов, он бы пострадал ещё сильнее.

— Тебе нет никакого смысла больше бороться, — Ци Жун проглотил тяжёлый ком, который собрался в горле. Его голос осип и дрожал.

Энергия Цзюнь У покидала его тело, его золотое ядро было разрушено, силы теперь приносили лишь боль.

— Хватит, — младший принц не отпускал оружие ни на секунду. Пятно крови на спине мужчины становилось только больше.

— Ты так и не ответил мне, — Цзюнь У бросил на него короткий взгляд. — Что бы ты сделал на моём месте?

— Он не на твоём месте, он не такой как ты, — Се Лянь прошептал злобно, а потом сильнее надавил на рукоять, но Владыка в ответ снова глухо рассмеялся.

— И ты тоже.

Сказанная фраза была тихой. Он прикрыл глаза на мгновение, словно не чувствуя, как лезвия обоих мечей калечили его тело изнутри. Словно не было острой боли от потоков ци.

— Сяо Цзине, ты оказался здесь из-за одного-единственного человека… — Цзюнь У распахнул глаза, но поднял взгляд на тёмные тучи. — Весь этот путь, все испытания ты прошёл с мыслью о нём, — он не смотрел на Се Ляня, но Ци Жун знал, что мужчина говорил о нём. — Но, как я и говорил ранее, выбора у тебя не было. А если он всё же появится? Выберешь ли ты того, кто в какой-то мере стал причиной всего, что с тобой случилось? Или захочешь новых испытаний? Или, возможно, выберешь стабильность и забвение?

Ци Жун почувствовал странное тепло за своей спиной.

— Ци Жуне!

Младший принц видел, как Се Лянь выпустил меч из рук, как потянулся к его плечу, как отчаянно хотел схватить, но Ци Жун потерял опору под ногами, его колени согнулись, он полетел вниз.

Нет, не он… Только его тело.

— Я дам тебе последний шанс, — голос Цзюнь У теперь звучал только в голове. — Если ты искренне захочешь выбрать его… Тогда ты выиграл.

Ци Жун почувствовал, как что-то начало тянуть его назад. Как его окружило приятное тепло. Он видел, как возле его тела упал Се Лянь. Он что-то кричал, он передавал ему свою энергию, он обращался к Императору, но тот молчал, не отвечая. Владыка смотрел на него. Он всё ещё его видел.

Он видел, как его душа слилась с поверхностью магического зеркала. Артефакт вспыхнул зелёным сиянием, а потом потемнел.

Ци Жун пришёл в себя в абсолютной темноте. Его сердце не билось, но он слышал ритмичный стук вокруг себя. Словно… стрелка часов или… всё же пульс? Парень озирался, но ничего не видел. Он не чувствовал физической боли, тело казалось невероятно лёгким и…

Нет! Парень замахал головой. Его тело осталось на холодной земле, в объятиях Се Ляня. Это очередное испытание Императора, он должен был найти отсюда выход и…

Яркое зелёное сияние ослепило его. Он заслонил глаза ладонями, а когда опустил руки вдоль тела, замер на месте.

Перед ним находилось два больших зеркала. Они были скреплены по одной грани и расходились в противоположные стороны. Он оказался посередине и мог видеть своё отражение в обоих.

Ему понадобилось лишь мгновение, чтобы понять — это не простые зеркала — это копия его магического артефакта. Те же царапины на поверхностях, та же золотая рама, и те же узоры на ней.

Парень не мог пошевелиться, сильный страх и паника ширились внутри и заполняли собой его душу. Боковым зрением он заметил, что поверхность зеркала, которое находилось правее, покрылась рябью. На ней начало появляться размытое отображение. Картины словно были под водой, но отовсюду раздался тихий и искренний смех…

Наверное, его собственный, но одновременно… такой непохожий.

Ци Жун не моргал. Он смотрел на поверхность и видел в ней себя. Тот другой смотрел на него. Но его внешность была другой — прежней, той, которая стёрлась из памяти, но вернулась к нему в видении. Парень рефлекторно повернул голову в сторону — отображение повторило за ним, но потом растворилось в темноте.

Во вспышке сияния он словно в калейдоскопе увидел собственную… прежнюю жизнь.

Вот он в пять лет впервые оказался возле океана, ласковый бриз окутывал его тело, а прохладные волны заставляли его убегать от них. Он собирал на берегу камешки, искал самые большие ракушки, а потом утонул в тёплых объятиях матери, которая повторяла, что он нашёл для неё самые лучшие подарки. Кажется, они вместе потом сделали из них браслет и женщина ещё долго носила его летом. Как напоминание о самом лучшем лете.

Тогда было спокойно, хорошо, беззаботно.

Он видел себя в школе, его первые достижения, первые конкурсы рисования, первая стипендия и друзья.

Они убегали ночами из дома, гуляли по городу до самого утра, пили дешёвый кофе на заправке и не думали ни о чём. Будущего не существовало, он жил моментом и никогда не жалел ни о чём.

Он невольно вытянул руку вперёд, желая схватиться за огни большого города, в который переехал после школы. Тогда весь мир был перед ним, он верил, что мог покорить его.

Его первая работа, первый заказ, первые полноценные рисунки, которыми он был полностью доволен. Первая взрослая квартира, горячая лапша и работа до утра, чтобы всё успеть.

Было столько всего… Работа в кофейне, музыкальные концерты, свидания, попытки создать собственный комикс и…

Ци Жун видел себя за рабочим столом. С большими наушниками на шее, он пил кофе и вырисовывал заказ. Каждую деталь старался сделать идеальной, потому что это же на арте был Се Лянь.

Тот самый идеальный принц Сяньлэ. Тот, чья жизнь была такой долгой и насыщенной кучей событий.

Парень думал, что никогда бы не хотел проходить ничего подобного, потому что это же постоянная борьба, которой никогда не было видно конца.

Он искренне сочувствовал ему, и никогда бы не подумал, что…

Картины исчезли в одно мгновение, а потом он почувствовал ритмичный тонкий писк. Следующее отображение заставило его заслонить рот рукой. Он снова видел себя. На больничной койке, с широкой трубкой во рту и аппаратом, который показывал сердцебиение сбоку. В его палате возле него сидела уставшая женщина.

— Мама…

Она казалась стала старше на десять лет, измождённой и несчастной. Он бы и подумать не мог, что после всех их ссор, она будет рядом с ним. Она держала его за руку, в её влажных глазах ещё горела надежда, она шевелила губами, а её тихий голос прозвучал отовсюду:

«Ты должен бороться».

Она умоляла его не покидать её, говорила, что всё будет по-другому. Она молилась и говорила с ним, она держала его руку так крепко, что он словно почувствовал это тёплое прикосновение.

Он всегда думал, что был плохим сыном, но она… Она повторяла, что он был замечательным, самым лучшим и…

«Ци Жуне!»

Голос наследного принца перебил её. Парень стремительно развернулся назад. Правое зеркало не погасло, но отображение на том, что было слева тоже наконец стало более чётким.

Он видел королевский дворец Сяньлэ. Его роскошные стены, золотые витражи и талисманы. Он видел длинные красные коридоры, слуг, которые тихо ходили по ним. А потом он увидел себя.

Он шёл рядом с Се Лянем, наследный принц что-то рассказывал ему, он же только кивал, пытаясь запомнить всё.

Впереди он видел Королеву, она снова приглашала прогуляться с собой и выпить чаю в саду, а он… не мог не согласиться.

Се Лянь злился, что он просто задерживал их, он же не обращал на это внимания, потому что пытался прожить и запомнить каждое спокойное мгновение.

Он вспоминал свои тяжёлые тренировки, медитации, разговоры до глубокой ночи, ночёвки в одной комнате. Как Му Цин тайно учил его техникам, как Фэн Синь следил за ним, подозревая в чём-то. Как он обожал ходить на рынок, как покупал для Ло Мин подарки, а для себя — краски.

Первая картина, первый выигрыш в бою, первые сладкие персики и запах апельсинового цвета…

«Ци Жуне, пожалуйста…»

Первый бой с демоном, первое ощущение опасности, первое осознание неотвратимости будущего.

Красные ворота королевского дворца пали, Сяньлэ исчезло, а последний храм Се Ляня сгорел в огне.

«Я не знаю, где ты, но…»

Затишье было таким недолгим. Но был новый дом, были новые разговоры, было новое доверие и перемены. Был спасённый Хуа Чэн, счастливая Ло Мин, живые Король и Королева…

А ещё был первый поцелуй. В цветущем саду, когда он впервые почувствовал, что и его губы теперь пахли цветком апельсина.

Были первые признания, яркие звёзды над головой. Праздник Фонарей, когда они пускали фонари в честь друг друга и загадывали всегда быть рядом.

Было глубокое доверие, была бесконечная борьба, было новое бегство и была… смерть.

Ци Жун видел, как Бай Усян вогнал меч в его спину. Он слышал, как трещина пошла по его золотому ядру. Отображение стало красным, потом же в зеркале появился он сам — с бледной кожей, заострёнными ушами и острыми зубами.

Не демон. Не человек. И не небожитель.

Но тот, кто с самого начала вёл борьбу за собственную жизнь, за судьбу и будущее.

Картина снова изменилась, и теперь он видел Се Ляня. Наследный принц крепко держал его за плечи, рефлекторно раскачивал. Слёзы заливали его лицо, он отчаянно отдавал ему все силы, но лицо Ци Жуна всё равно не менялось. Оно словно теряло все цвета, а его губы синели.

Зеркало показывало ему то, что происходило сейчас. В двух разных отрезках его жизни. То, что было в прошлом.

Но оно не могло передать его чувства.

То, что роилось в нём сейчас. В это самое мгновение.

Он должен был выбрать.

Между тем, где было спокойнее и легче. Где было всё чётко, но… уже незнакомо.

И тем, где он оставил своё сердце. Где оно всё ещё медленно билось.

Ритмичный звук вокруг него — это его собственное сердцебиение. Минуты его жизни уплывали. И он должен был сделать выбор.

Последний.

Но… Не самый трудный.

Цзюнь У допустил ошибку. Потому что он сделал её ещё очень давно.

Когда признался в любви, когда принял себя таким, каким стал, когда начал принимать ход жизни таким, каким он был. Борьба пугала только тогда, когда ты был одиноким. Когда двое — можно было противостоять всему миру.

Ци Жун перевёл дыхание, а потом закрыл глаза, делая шаг навстречу своему будущему. Своей единственной жизни.

А когда он покинул это место, он услышал тихий писк… где-то там, вдали от него, аппарат, который показывал сердцебиение, зафиксировал время смерти.

Впрочем, его сердце всё равно забилось. Громко. Быстро. Наполненное собственной энергией и духовными силами наследного принца.

Ци Жун закашлялся в его крепких объятиях, а Се Лянь только сильнее сжал его. Холодные ладони младшего принца легли на его спину, а из глаз брызнули слёзы.

— Спасибо, — Се Лянь шептал ему на ухо. — Что… выбрал…

Они прижимались друг к другу, не замечая ничего вокруг. Не волнуясь ни о чём на свете.

Лишь через секунду Ци Жун понял, что парень говорил о выборе, а, значит… он знал о…

Но все мысли вылетели из головы, когда он услышал обеспокоенный голос Му Цина:

— Ваше Высочество, Император… исчез.

Се Лянь и Ци Жун одновременно повернули головы, но там, где стоял Цзюнь У остался лишь его разломанный меч.

Поверхность половинки зеркала, которая освободила Ци Жуна, вспыхнула белым сиянием, а потом пошла трещинами.

Младший принц смотрел на него, глотая тяжёлый ком.

Всё закончилось? Всё получилось?

Небесный Владыка проиграл. Не потому, что был недостаточно силён. Не потому, что не сумел просчитать всё до мелочей. А потому, что больше не было необходимости бороться с ними. Только с собой.

Наверное, его ждал свой собственный выбор, который он мог сделать только сейчас, после всего, что прошёл.

Ци Жун же перевёл взгляд на Се Ляня, а потом позволил себе упасть спиной на каменную землю и развести руки в стороны. Он легко улыбнулся, а потом тихо засмеялся.

Именно так чувствовалось возвращение домой — когда после долгого бега наконец можно было остановиться. Тучи над головой стали светлее, а тёплый ветер принёс с собой запах апельсинового цвета, который он вдыхал полной грудью.

http://bllate.org/book/15745/1410128