Дыхание Гу Фэйди на мгновение замерло.
Он стоял неподвижно, стиснув зубы, а затем вдруг фыркнул и коротко, с горечью рассмеялся.
— Сначала мне стало тебя жаль, но раз тебе всё равно, мой вопрос был лишним. — С раздражением бросил он.
В тусклом свете ночи Су Янь не удержался и закатил глаза — совсем по-непристойному, как простой смертный.
Ди Лин быстро вернулась с фонарём.
Теперь, когда тропа осветилась, Су Яню и Гу Фэйди стало идти легче. Они молча договорились не возвращаться к предыдущему разговору и продолжили путь в полном молчании. Пройдя около четверти часа, трое прошли сквозь едва различимые в тени бамбукового леса ворота, увитые цветущими лианами, и вышли в небольшой двор, утопающий в зелени и цветах. Деревья здесь были пышными и сочными, многоцветные розы и сирень цвели вовсю, наполняя воздух тёплым ароматом, который несла лёгкая ночная прохлада.
Хотя двор и не был мал, большую часть его занимал сад с извилистой галереей, а жилые помещения прятались у северной и восточной стен.
— Это Сад Весеннего Пробуждения, — сказала Ди Лин, повесив фонарь на держатель у входа. — Как повелела Владыка, комнаты уже подготовлены. Сегодня вы оба останетесь в восточном крыле. Завтра утром я отведу вас в Павильон Бесконечных Свитков, чтобы вы выбрали продвинутые внутренние методы. Отныне мы будем жить здесь вместе и обсуждать боевые искусства.
Не дожидаясь ответа, она развернулась и ушла, оставив за спиной лишь холодный, беззвучный силуэт.
Лишь убедившись, что Ди Лин достаточно далеко, двое юношей наконец встретились взглядами и меж ними тут же повисла неловкая тишина.
Поразмыслив, как должен вести себя Юный Господин Злой Секты, Су Янь решил взять инициативу в свои руки.
— Ахем… раз уж так вышло, этому Юному Господину придётся смириться и провести ночь в восточном крыле вместе с тобой, — произнёс он, высоко подняв подбородок, — но если ты посмеешь храпеть или скрежетать зубами посреди ночи и потревожишь мой сон, тебе не поздоровится!
Гу Фэйди, раздражённый его надменностью, но в то же время находивший её почти смешной, не стал спорить. Он просто развернулся и направился прямиком к восточной части двора. Су Янь почесал затылок и последовал за ним в их комнату.
Хотя помещение и не отличалось простором, оно разделялось на две спальни, расположенные слева и справа от общей передней. Вход в каждую прикрывал складной экран, создавая иллюзию личного пространства для обоих.
Увидев такую планировку, Су Янь облегчённо выдохнул, молча выбрал одну из комнат и вошёл, даже не взглянув на Гу Фэйди.
В темноте он бросил свои вещи на стол у кровати и рухнул на постель, уставившись в высокий потолок с древними деревянными балками.
Даже сейчас всё это казалось нереальным.
«Почему именно со мной произошла эта череда странных событий, шаг за шагом приведших к тому, что меня приняли в Чертог Нефрита?»
Сюжет явно не должен был развиваться так, даже если он переродился не в адаптированный сценарий, а в самый оригинал, его персонаж и Гу Фэйди никогда не были учениками в одной башне.
«Что теперь делать?»
Если он просто просидит два года в Сяоюйлоу, не вмешиваясь в события, то где они встретятся в следующий раз?
Он вдруг вспомнил.
Через два года. Осенью.
На пустошах, где находилась Ложная Гробница Святого Мечника.
В сценарии он, получив травму меридианов при попытке прорваться через Массив Каменного Леса, был вынужден вернуться в Демоническую Секту на два года. Его следующее появление происходило, когда по боевому миру разнеслись слухи, что кто-то нашёл следы Гробницы. Тогда он повёл отряд демонических культиваторов в пустоши, чтобы завладеть Наследием Мечника.
Там он вновь встретил Гу Фэйди, который уже выпустился из Сяоюйлоу. В той битве он объединился с культиваторами секты Цинлянь и служителями Цветочной Демонической Секты, чтобы сбросить Гу Фэйди и Пу Линъюнь с обрыва. Однако главный герой и героиня обнаружили под утёсом истинную Гробницу, унаследовали Знание Мечника и заложили основу своей будущей связи.
Су Янь раздражённо прикусил ноготь и начал считать: «Два года… это нормально. У меня есть два года, чтобы всё исправить».
Если он сможет завершить обучение в те же два года, что и Гу Фэйди, он не опоздает к событиям на пустошах и сможет вернуть сюжет на истинный путь. Поняв это, он решительно перевернулся на кровати, поднялся и, ориентируясь по слабому лунному свету у окна, нащупал на столе огниво рядом со свечой.
Он видел этот предмет на съёмках, видел, как им пользовалась его Цветочная Служанка. Чтобы зажечь его, нужно лишь снять колпачок и слегка дунуть на тлеющий кончик — удобная вещь.
В темноте он надул щёки и осторожно выдохнул на тусклый багровый огонёк.
Огниво… не зажглось.
Су Янь: «…»
Он не верил в эту чёрную магию и дунул снова, но пламя так и не вспыхнуло.
— Цык, непокорное, значит, — проворчал он, сжимая бамбуковую трубку, и принялся дуть, сопя и надувая щёки, будто старый кузнец.
Казалось, сам трут издевался над ним: внутри бамбука мерцал тусклый багровый огонёк, искра вспыхивала при каждом выдохе, но ни одна попытка не приводила к огню, пламя упрямо отказывалось рождаться.
После множества безуспешных попыток терпение лопнуло. Он с силой надел колпачок обратно и швырнул огниво на стол так, что раздался громкий удар.
Ладно! Раз нет света, то так и быть!
Значит никакого чтения, никаких книг!
В ярости Су Янь развернулся, намереваясь снова рухнуть на кровать, но замер, увидев фигуру у складного экрана.
Он был так поглощён дутьём в огниво, что не заметил приближающихся шагов.
Гу Фэйди стоял у экрана и смотрел на стол с выражением, которое трудно было прочесть. Его взгляд задержался на бамбуковой трубке, которую Су Янь только что швырнул.
— Что ты здесь делаешь? — вырвалось у Су Яня, и, чувствуя, как заливается краской от неловкости, он тут же добавил: — Хотя мы и будем жить вместе, прошу быть осмотрительным: не врывайся в мою комнату без приглашения. Ночь тёмная, ветреная, мы одни, два мужчины… В общем, так вести себя нехорошо.
Гу Фэйди молча взглянул на него, затем развернулся и вышел, не произнеся ни слова.
Су Янь проводил его взглядом и тут же пожалел о сказанном.
«Что за глупость я ляпнул? Это же совсем не похоже на Юного Господина! Как мог надменный и холодный Святой Сынь Демонической Секты изречь такую фразу?!»
Действительно, его актёрское мастерство ещё слабо. Импровизация на ходу слишком тяжёлое испытание.
Покрутив в руках свиток «Меча Лотоса Клинков», он решил выйти во двор и читать под лунным светом, лишь бы не маяться в темноте.
Но едва он собрался уходить, как Гу Фэйди вернулся с фонарём в руках. Он поставил горящий фонарь на стол Су Яня, взял вместо него потухший и, не глядя в глаза, произнёс:
— Ты и вправду избалован роскошной жизнью. Даже огнивом пользоваться не умеешь. Ночь глубокая, если хочешь читать, бери мой фонарь. Завтра потренируйся разжигать огонь, чтобы в будущем не опозорить Сяоюйлоу.
С этими словами он развернулся и вышел, унося с собой потухший фонарь.
Су Янь сжал свиток в руке, пытаясь придумать достойный ответ, но ничего подходящего в голову не пришло.
Лишь когда Гу Фэйди скрылся за экраном, а в его комнате зажёгся свет, Су Янь глубоко вздохнул и сел за стол.
…Неважно.
Пусть Гу Фэйди иногда и берёт верх, в конце концов, он умрёт от его меча и вернётся в современность.А в современном мире есть спички, зажигалки, газовые плиты , так что ему точно не придется мучатся с огнивом!Хм! Да что в нём такого особенного, подумаешь умеет разжечь пламя?!
Теперь, при свете, он раскрыл свиток и постепенно погрузился в чтение, отбросив досаду.
Сверяя пути внутренней силы с описанием техники меча, он встал и начал повторять движения. Постепенно он стал ощущать суть этого меча, будто прикоснулся к самому порогу искусства.
От возбуждения его биологические часы, и без того сбитые из-за ночного образа жизни, окончательно вышли из строя. Лишь когда на востоке небо начало брезжить белёсой полосой, он наконец почувствовал усталость и решил отдохнуть.
Гу Фэйди, завершив утренние упражнения, вышел из-за экрана и увидел, что свет в комнате Су Яня погас.
Он нахмурился, но ничего не сказал, и один отправился во двор на тренировку.
Лишь когда солнце уже взошло высоко, он закончил последний круг практики и в этот самый миг в сад вошла Ди Лин.
Она шла по брусчатке к восточному крылу, держа в руках стопку свитков, а на плече у неё сидела изумрудная птица.
— Старшая сестра Лин, — почтительно поклонился Гу Фэйди.
Ди Лин кивнула, передала ему книги .
— Владыка прислала утром письмо, сказала, что Су Янь опять всю ночь практиковался. Просит передать ему эти методики. — Сказала она — Не тревожь его. Отнеси свитки в его комнату, а я провожу тебя в столовую, а затем в Павильон Бесконечных Свитков, там ты сможешь выбрать нужные тебе продвинутые внутренние методы.
Гу Фэйди взял стопку, поклонился и направился к комнате Су Яня.
Войдя, он ещё не успел поставить свитки на стол, как его взгляд приковался к фигуре на кровати.
Юноша спал на животе, чёрные волосы его рассыпались вокруг, как тёмное облако.Он обнимал одеяло, наполовину уткнувшись в него, одна стройная нога выглянула из-под ткани, а движение приподняло штанину, обнажив тонкую, как фарфор, лодыжку и часть белой икры. Голая ступня свисала с края постели, а пальцы её были слегка розовыми, невероятно чистыми и естественными.
Его лёгкая, полупрозрачная нижняя рубашка из шелка сдвинулась во сне, открывая узкую полоску гладкой талии. А под краем белоснежной ткани, чуть выше пояса, сквозь тонкую материю проступал ярко-алый узор — пышный цветок, будто пламя, вытатуированный на коже.
Как будто этот багрянец обжёг его глаза, Гу Фэйди резко отвёл взгляд, стиснул губы, стремительно подошёл к столу, бросил свитки и, используя техники лёгкого шага, выскочил из комнаты, не оглянувшись.
Резкий шум разбудил Су Яня. Он что-то пробурчал, перевернулся ближе к центру кровати и снова погрузился в сон.
От этого движения рубашка ещё больше задралась, и на его спине, между лопаток, открылся целый куст огненных эпифиллумов — цветов, пылающих, как живой огонь, не существующих ни в одном уголке мира.
Примечание автора:
Запомните этот пучок алых эпифиллумов — именно эпифиллумов, а не чего-то другого! Обязательно запомните!
Если кому интересно, то эпифиллум выглядит так:
http://bllate.org/book/15484/1373053
Сказали спасибо 0 читателей