Готовый перевод Out of the frying pan into the fire / Из огня да в полымя: Глава 3 - часть 2

Проснувшись, я ожидал неловкости, но на душе было на удивление спокойно. Стоило мне открыть глаза, как Тхэсу тоже поднялся. Улыбаясь спросонья заспанным лицом, он выглядел так безобидно, что приставать к нему с вопросами в духе «почему ты спишь здесь?» совсем не хотелось.

Мы решили пообедать пораньше, а после — заняться уборкой. Из-за того, что я вечно возвращался с работы поздно и сразу проваливался в сон, дом казался почти нежилым, но по выходным я всё же старался хоть раз пройтись пылесосом.

— Пол протереть? — Тхэсу откуда-то выудил тряпку.

Поскольку в моём доме половых тряпок отродясь не водилось, он её именно что сотворил.

— Это что? Полотенце?

— Да нет, это моя футболка.

—?..

Зачем мыть пол одеждой? Я переспросил, решив, что ослышался.

— Не полотенце?

Тхэсу с улыбкой развернул предмет, который теперь официально считался тряпкой. Белая футболка… Я всё равно не понимал. С чего вдруг футболка?

— Я её как-то постирал неудачно, да и старая она уже… Вот и пустил на тряпки. О! Она чистая, я её выстирал.

— …Ты уже убирался?

— Да.

Я прижал ладонь ко лбу. О том, что Тхэсу нужно что-то есть и где-то спать, я думал. Вчера даже вспомнил, что ему нужно в чём-то ходить. Но мне и в голову не приходило интересоваться, чем он занимается в моем доме. А я-то гадал, почему под щётку пылесоса не попало ни единой крошки…

Тхэсу уже собрался было присесть на корточки, чтобы начать тереть, но я качнул головой и принёс одноразовые салфетки для пола и швабру-флаундер. Тхэсу порывался сделать всё сам, но мне стало не по себе: парень тут потихоньку наводил марафет, пока я и не просил, так что совесть не позволила просто стоять в стороне.

В выходной время летит незаметно, даже если ничего толком не делаешь. Мы валялись на кровати, бездельничали, и лишь когда откладывать стало некуда, я постучал в дверь комнаты Тхэсу.

— Тхэсу-я, я в химчистку.

— Я с тобой!

Видно, ему было совсем уж невмоготу от скуки — выскочил пулей.

Вечно пялиться в телефон тоже надоест, представляю, как ему тошно. Решив, что на время стоит одолжить ему свой ноутбук, я запихал гору белья в пакет. Носки и полотенца я стирал дома, а вот с рубашками предпочитал не возиться и сдавать профессионалам.

Что туда шли с узлами, что обратно. Стоило мне подхватить вешалки с готовыми сорочками, как Тхэсу подлетел с коротким «о-о» и перехватил ношу. Я попытался забрать их, но он лишь хихикал и отдавать явно не собирался.

— Вы все рубашки отдаёте в чистку?

— Их же гладить надо…

— А я умею!

Любой мужчина, прошедший армию, так или иначе набивает в этом руку.

— У меня дома нет утюга.

— Может, купить?

— Да проще сдать… Времени совсем нет возиться.

Дома я обычно только и успевал, что доползти до кровати, так что на домашние дела сил не оставалось. Тхэсу в ответ лишь тихо, понимающе вздохнул.

— Я мог бы гладить. В армии я за всех младших это делал.

— Ты и сам на работе устаёшь.

— А…

Тхэсу из тех людей, у кого все мысли на лице написаны. Как только речь зашла о работе, он весь как-то сжался и поник. Видимо, я ошибался, думая, что он просто отдыхает по выходным. Может, у него просто нет заказов, раз он на ежедневной оплате?..

Приуныв, парень поплёлся следом, замедляя шаг. Я ещё тогда понял, когда он плакал из-за придирок того типа, своего «земляка»: с ним нужно подбирать слова, даже если не собираешься говорить ничего грубого. Телом-то вымахал, а внутри — чистый ребёнок.

— Пойдём, Тхэсу-я, — позвал я его мягким, успокаивающим тоном.

Но стоило нашим глазам встретиться, как Тхэсу испуганно отвернулся. Всем своим видом он выказывал крайнее замешательство.

— Что такое?

Я огляделся, гадая, что его так напугало, но вокруг не было ничего, кроме обычного районного пейзажа.

— Тхэсу?

— Х-хён. Нам нужно скорее домой.

— А? А, ну ладно.

Судя по такой реакции… ну да, диагноз ясен. Расстройство желудка, не иначе. Проникшись сочувствием, я прибавил шагу, чтобы не отставать, но Тхэсу и не думал меня обгонять. Он шёл, буквально приклеившись к моей спине. Неужели?.. Боже мой, неужели настолько приспичило, что он боится шелохнуться…

Только в лифте Тхэсу немного расслабился. Понимая, что подобная катастрофа может случиться с каждым, я забрал у него из рук вешалки, намекая, чтобы он бежал скорее.

— Хён, я сам донесу.

— Да брось. Дуй быстрее в туалет.

— …Что?

У Тхэсу аж зрачки задрожали. Нет, он серьёзно думал, что с таким лицом я ничего не замечу?

— Тебе же приспичило? Вид у тебя был очень уж спешный.

— Нет… Это… это не то…

Пока он мямлил, мы уже зашли в квартиру. Тхэсу по-прежнему выглядел так, будто ему не по себе. Он продолжал мяться, даже когда я развесил одежду, так что пришлось спросить прямо:

— Всё так плохо? Мне выйти?

Тут Тхэсу с пунцовым лицом как закричит:

— Да не в туалет мне надо!

— …

— Я… я не злюсь, просто — это не туалет. Хён, в общем… я ошибку совершил… А, да не про туалет я!

Я кивнул, мол, понял, говори спокойно. Тхэсу тяжело засопел, и его лицо приняло жалобное, почти плаксивое выражение.

— У хёна на шее…

— Угу.

Тхэсу зажмурился.

— Там засос.

— …

— Это я… оставил…

Засос? Я тут же вспомнил, как вчера Тхэсу присасывался к моему затылку. Он же не кусался, так откуда там взяться следу? Решив, что это ерунда, я небрежно бросил: «А, ну ладно». Но Тхэсу не унимался.

— Я не думал, что останется след! В-вчера я просто легонько приложился губами, а тут… пятно!..

— Бывает.

Я кивнул. Не понимаю, из-за чего тут так убиваться. Конечно, ставить засосы без согласия партнёра — не лучший тон, но раз уж я не против, то и проблемы нет. Он так извинялся, что я грешным делом подумал, не сотворил ли он чего похлеще, пока я спал.

— И что там такого страшного?.. Сфотографируешь?

Тхэсу сделал снимок на свой телефон и протянул мне. То ли я уже начал слепнуть от старости, то ли ещё что, но как я ни крутил экран, ничего особенного не видел. Если присмотреться — заметно, а если не знать — в жизни не догадаешься. Да и кто вообще станет рассматривать мой затылок?

— Да почти не видно. Ерунда.

Я пожал плечами, а Тхэсу принялся нервно перебирать пальцами.

— Но всё же… Хён же не разрешал, а я… Если кто-то увидит…

— Да некому показывать.

Утешать его — та ещё морока, так что я ответил в надежде поскорее закрыть тему. И это сработало: Тхэсу наконец посмотрел мне в глаза.

— Хён, а тогда… можно я сделаю там, где не видно?

Парень, который совсем недавно лишился девственности, явно горел желанием перепробовать всё на свете. Что ж, в качестве прелюдии для настроения — почему бы и нет. Я согласился. И тут же в глазах парня, который секунду назад выглядел как побитый щенок, вспыхнула жажда.

Ой, нет, только не сейчас.

Даже когда мы были секс-партнёрами с Пак Чонсопом, мы не так уж часто этим занимались. Работа, усталость… разве что когда совсем прижмёт.

С Тхэсу всё иначе. Он готов завалиться в постель в ту же секунду, стоит мне руку протянуть, так что никакой спешки я не чувствовал. В последнее время мне катастрофически не хватало сил, и хотелось просто выспаться в одиночестве.

— Потом. После ужина…

Тхэсу отступил, согласившись, что не прямо сейчас, но я не дал ему и шанса. Не хотелось завтра утром со стоном соскребать себя с кровати, так что я отрезал: «Как-нибудь в другой раз». Тхэсу, задетый отказом, посмотрел на меня с нескрываемой тоской.

***

Понедельник. В офисе только я и Пак Чонсоп. Обычный, казалось бы, день, но в воздухе так и витало напряжение. Я нервно поглядывал на часы.

А… ещё добрых два часа впереди. Знай я заранее, перенёс бы встречу с клиентом на пораньше. Кто же мог предугадать, что с самого утра в понедельник к нам заявится отец Пак Чонсопа — господин Пак Канхён?..

Пак-старший заглядывал к нам не впервые. Не то чтобы у Чонсопа с отцом были плохие отношения, скорее наоборот: тот по-своему опекал младшего сына. И всё же Чонсоп заметно нервничал.

Я не был посвящён во все семейные тайны, но знал одно: Пак-старший спал и видел, как его младшенький работает под крылом старшего брата, который со временем унаследует основной бизнес. Поэтому наш крошечный офис, размером с козявку, всегда вызывал у него лишь кислую мину.

Мне же господин Пак был не по душе по своим причинам. Имея «определённого рода» отношения с его сыном, я каждый раз чувствовал себя неловко, глядя ему в лицо.

Вскоре господин Пак вошёл. Мы были знакомы, так что обменялись парой вежливых фраз. Чонсоп, которому явно претило само присутствие отца рядом со мной (хотя тот ни о чём и не догадывался), поспешил проводить родителя к столу для совещаний.

— Вам что налить? Зелёный чай?

Стоило Чонсопу привычно двинуться к кулеру, как во взгляде господина Пака отразилось недовольство. Видимо, его задело, что чай подаёт не секретарь и даже не я, рядовой сотрудник, а сам директор.

Чонсоп, скотина, ну почему ты такой недогадливый именно в такие моменты? Пока вы сидите вдвоём, я бы и так всё принёс, зачем было впереди паровоза бежать?

— Директор, я сам сделаю.

Я подошёл и выразительно нахмурился. Чонсоп наконец сообразил, в чём дело, и сел напротив отца. Подав им чай, я вернулся на своё рабочее место.

— С «Тхэён Инжиниринг» уже переговорил?

— Там всё непросто… У них этот менеджер Ким слишком крепко за всё держится.

— Менеджер Ким? Слышал, он увольняется.

— Увольняется?

— В «Чжеиль» его переманивают, директор Чон там всех на уши поднял.

Я, внимательно прислушиваясь к их разговору, судорожно листал ежедневник. Как ни крути, на новые заказы сил и ресурсов у нас просто не было. Чонсоп наверняка это понимал, но, видимо, не рискнул сказать «нет» прямо в лицо отцу, пообещав снова связаться с «Тхэён».

— Я же тебе талдычу: так ты бизнес не расширишь.

Они и так видятся дома каждый день, и я всё гадал, зачем его принесло в офис. Вот она, истинная причина.

— Ай, отец, ну опять вы за своё.

Чонсоп принялся капризно выпрашивать снисхождение, в ответ на что послышалось недовольное цоканье языком.

— И ты хорош. И ты… И господин Ли. Вы же оба не промах, чего упрямитесь? Я знаю про ваши тёрки со старшим братом… Но мог бы хоть дяде на звонки отвечать.

Чонсоп слышал это уже столько раз, что на его ушах, небось, мозоли натерты. Так что эти слова предназначались скорее мне. Дальнейшее выслушивание этих нотаций не сулило ничего, кроме дискомфорта.

Всё, пора валить.

Едва приняв решение, я схватил ежедневник. Чонсоп тут же развил бурную деятельность, явно переигрывая.

— Заместитель Ли, вы на выезд?

— …Да. Нужно заскочить к заказчику.

— И этот менеджер Квон… Вечно дёргает людей с самого утра. Натерпелся ты, Ли.

Господин Пак пробыл у нас меньше десяти минут, а Чонсоп уже выглядел осунувшимся.

— В таком случае, господин Пак, до свидания. До встречи.

— Ли, зашёл бы как-нибудь на обед.

До встречи с клиентом оставалась уйма времени, но мне было полезнее провести его в машине, чем торчать здесь. Я сухо откланялся и уже собрался выйти, как вдруг Чонсоп схватил меня за плечо.

— ..?

Я немо спросил: «В чём дело?», но Чонсоп лишь хмурился и упорно молчал.

— …Да?

Только когда я подал голос, он невнятно бросил: «Волос», — и сделал вид, будто что-то снимает с моей одежды. Я неловко улыбнулся и развернулся. Сначала шагал размеренно, но стоило выйти в коридор, как мой шаг перешёл почти в бег.

Заботливый босс, снимающий волосок с одежды подчиненного? Допустим. Где-то такие, может, и существуют.

Но мой бывший секс-партнёр не имеет права выкидывать такие фокусы на глазах у собственного отца! Внутри у меня всё перевернулось. Совсем спятил, творит чёрт знает что. Довёл до инфаркта.

Пока я содрогался от негодования, пришёл лифт. То ли от сумасшедшей выходки Пак Чонсопа, то ли ещё от чего, но по спине пробежал холодок, и меня пробила нервная дрожь.

***

Приехав на объект, я сразу почувствовал на себе косые взгляды: в самый разгар работы посторонние здесь были некстати. Вежливо поздоровавшись с начальником цеха, я вызвал менеджера Квона, который должен был прохлаждаться в офисе. Тот спустился с таким перекошенным лицом, будто у него весь мир разом пошёл наперекосяк.

— Господин менеджер, вы уже обедали?

— Да какой там обед, дел по горло… Ох, сдохну я скоро.

Едва оказавшись на улице, он задымил как паровоз. По лицу было видно: человек жаждет, чтобы его расспросили о проблемах. Что ж, пришло время проявить навыки социального выживания.

— Что-то случилось?

— Ха-а-а…

Тяжёлый вздох послужил лишь разгоном перед бурной тирадой.

— Понимаешь, это дело внутреннее, не особо хочется болтать… Но я ведь к тебе, заместитель Ли, со всей душой, верно? Мы же не первый раз вместе работаем.

— Это точно.

— Понимаем друг друга с полуслова, а? Вот и я про то же. Поэтому я нашему директору так и талдычил: менеджер Ким нам не-под-хо-дит.

Я тут же вспомнил утренний разговор Пака-старшего с Чонсопом. Речь шла о том, что менеджер Ким из «Тхэён Инжиниринг» собрался менять место работы.

— Я знаю, что вы за нас горой, менеджер Квон. Таких, как вы, ещё поискать.

Моя лесть попала точно в цель — уголки губ Квона довольно дёрнулись.

— А что не так с этим Кимом? В «Чжеиль» за это ведь менеджер Со отвечает?

— А, да я не про нашего. Ты менеджера Кима из «Тхэён» знаешь?

— А-а… Ну да, знаю.

Я изобразил на лице полное неведение относительно судьбы этого Кима, и менеджер Квон, выдержав паузу для пущего эффекта, продолжил:

— Видимо, наш директор на него глаз положил. В общем, зашли у них разговоры всякие, а директор из «Тхэён» пронюхал… Вон, посмотри.

Квон кивнул в сторону въезда на завод. Когда я заходил, то не обратил внимания, но теперь заметил: рядом с машиной босса «Чжеиль Саноп» красовался чёрный люксовый седан.

— Из «Тхэён» нагрянули?

— Да. Как-то прознали и примчались. Орут, мол, никакой профессиональной этики.

— Вот те на…

В нашей сфере за толкового программиста идёт настоящая грызня. Мир тесен: тот, кто в прошлом месяце работал в одной конторе, в следующем запросто может встретиться тебе уже в другой.

Понимаю, почему босс «Тхэён» в бешенстве — вырастил кадра на свою голову, а его уводят. Но в глубине души я был на стороне Кима.

Что мы за люди такие, наёмные рабочие? Идём туда, где больше платят — так и растёт наша рыночная стоимость. Сидеть на одном месте годами и ждать, что кто-то это оценит — дохлый номер, никто спасибо не скажет.

— Нет, ты послушай, замдиректора Ли. Я-то, честно говоря… хотел бы с тобой работать.

— Куда уж мне до такого уровня.

— Да ладно, все знают, что ты пашешь как проклятый.

Тут он прав, я и сам знаю, что справляюсь неплохо. Как минимум, я чертовски хорош в сверхурочных…

— Ну, вы мне льстите.

Приятно, когда тебя ценят. Я с улыбкой поскромничал, мол, «это всё благодаря вам», и лицо Квона окончательно прояснилось.

— На самом деле, наш директор тоже тебя рассматривал, но…

— Меня?..

— Сказал, по зарплате не сойдёмся.

— Что?

Менеджер Квон затушил окурок о высокую цилиндрическую пепельницу.

— Он, вроде как, невзначай наводил справки у господина Пака. Тот сказал, что у тебя зарплата заоблачная. Сколько ты вообще получаешь?

Я выдавил неловкую улыбку и уклонился от прямого ответа: «Да столько же, сколько и все, наверное». Зарплата у меня и правда была высокой — своего рода компенсация за отсутствие доплат за ночные смены и праздники. Пока менеджер Квон не начал копать глубже, я поспешил сменить тему.

— Но в «Чжеиль» же сейчас менеджер Со. И директор Чон на месте… Зачем расширять штат?

Едва я договорил, Квон огляделся по сторонам и заговорщически наклонился ко мне. Я невольно тоже пригнулся.

— Чона… выперли, — прошептал он.

—?..

— С нашей бухгалтершей закрутил.

Опа, а вот это уже интересно!..

Глаза у меня загорелись — «продолжайте, я весь во внимании», — и Квона прорвало.

— Так закрутил, что жена этого Чона прямо в офис прилетела!

— Ого…

— Такой цирк устроили, ни в сказке сказать, ни пером описать. Хаос полный. Ну сам подумай, как он после такого в глаза сотрудникам смотреть будет?

— Да уж, неловко вышло.

— Вот поэтому и пытались экстренно на Кимa выйти, а тут такое…

— Другим сотрудникам теперь несладко придётся.

— Да, обстановка нервная.

Квон достал ещё одну сигарету. Я подождал, пока он сделает пару затяжек, и, делая вид, что ищу инструмент, спросил:

— Где тут замеры делать?

Вдоволь начесав языками, пора было и за работу браться.

— Вон там… А, заместитель Ли.

— Да?

Лицо менеджера Квона стало серьёзным.

— С Кимом ещё ничего не решено… Если надумаешь, скажи. Я за тебя словечко замолвлю.

— Спасибо, менеджер Квон.

Я улыбнулся, но прекрасно знал: звонить ему не стану. Снижать планку и переходить в другую контору на меньшие деньги в мои планы не входило.

***

Плюсы компании, где работают всего двое, — в возможности полностью сосредоточиться на деле. Минусов же столько, что не перечесть. Один из них — полное отсутствие тем для пустой болтовни (не считая тех редких случаев, когда мы переходили на «язык тела»), из-за чего становилось невыносимо скучно.

Поэтому я просто не мог не поделиться новостью о интрижке директора Чона из «Чжеиль Саноп».

Я уже приготовился вдоволь высмеять Пак Чонсопа. Этот гад наверняка принялся бы осуждать директора, но Чонсоп-то куда лезет? Совести совсем нет? Мы с ним, конечно, были просто секс-партнёрами, не более. Но чисто по-человечески: если уж завёл себе кого-то для секса, то не заводи постоянную пассию. Ой, всё. Опять закипаю.

— Ты обедал?

Чонсоп, который до этого делал вид, что меня не существует, поднял голову только после того, как я подошёл и заговорил первым.

— …

— …

И чего этот придурок опять не в духе?

Видно, разговор с отцом не задался — в его взгляде, когда наши глаза встретились, сквозило явное раздражение.

— Я спрашиваю: ел или нет?

Стоило мне повторить вопрос, как брови Чонсопа дёрнулись.

— …Что-то случилось?

У него был такой же вид, как у начальника отдела Квона: «ну спроси же меня», — но Чонсоп, видимо, откровенничать не собирался. Он лишь тяжело вздохнул и снова замолчал.

Неужели и правда что-то стряслось?

Сам по себе Чонсоп-человек меня не волновал — выкрутится как-нибудь, — но Чонсоп-директор — это совсем другое дело. От него зависит моя зарплата, так что в мой голос невольно просочилось беспокойство:

— Да что с тобой?

— …

Чонсоп молча протянул руку. Он обхватил моё запястье и слегка потянул на себя. Я никогда раньше не видел, чтобы он так сильно что-то в себе подавлял, поэтому послушно подался вперёд. И в итоге как-то неловко примостился у него на бёдрах. Я не на шутку растерялся.

Он… он же обычно себя так не ведёт?..

От этой небывалой выходки я даже слова вымолвить не мог. Пока я молча терпел неловкость, за спиной послышался выдох Чонсопа. А затем его лоб тяжело уткнулся мне в спину.

— Просто… паршиво на душе.

Даже знай я, в чём его беда, помочь мне было нечем. Оставалось только терпеть и ждать… Пока мышцы на бёдрах не начало сводить от напряжения.

Сидеть вот так, на самом краю, было жутко неудобно. Тело, бесконечно далёкое от спорта, начало затекать, и я попытался хоть немного пошевелиться, чтобы окончательно не одеревенеть.

— Сядь нормально.

Заметив это, Чонсоп обхватил меня за талию и притянул ближе.

— И что, если я сяду нормально, тебе полегчает?

Удобнее не стало — я всё ещё не решался перенести на него весь свой вес. Однако в голосе Чонсопа послышалась лёгкая усмешка:

— Маловато будет.

— Это у тебя сахар в крови упал, — ляпнул я первое, что пришло в голову.

Чем дольше я там сидел, тем меньше думал о причинах и тем навязчивее в памяти всплывали позы, в которых мы этим занимались. Само собой, мне было не по себе. И телу неуютно, и на душе кошки скребут… А этот придурок взял и подлил масла в огонь.

— Слушай, а поза-то точь-в-точь как та.

Не выпуская моей талии, Чонсоп потерся о меня пахом.

— Хья-а-ак!

Я в ужасе подскочил на месте, а Чонсоп, расхохотавшись, откинулся назад.

— Ты же говорил, что тебе паршиво!

Нет, ну каков гад: только что вздыхал, и тут же пристраивает своё хозяйство к чужой заднице — кто тут не испугается?

— Ну а что я сделаю, если привычка? Ты ведь тоже об этом подумал, признайся.

— …

— Как я тебя на кровати вот так…

— Заткнись!

Когда я возмущённо зашипел на него, Чонсоп шутливо вскинул руки вверх, сдаваясь. Глядя на эту наглую рожу, я почувствовал себя полным кретином из-за того, что пытался его утешить. Какое вообще утешение в том, чтобы сидеть у кого-то на коленях? Разве что только ради секса.

— …Джэмин-а.

Если до этого его жесты казались жалкими, то теперь в них сквозила приторная нежность. Чонсоп погладил внутреннюю сторону моего запястья большим пальцем и снова потянул к себе.

— Неужели не скучаешь по этому?

Тут я не выдержал и усмехнулся. Да уж. Бывали моменты, когда мне действительно хотелось, и тогда я пользовался Чонсопом. Но сейчас? Обойдётся. На моих губах заиграла торжествующая улыбка.

— Идите-ка вы кушать, господин директор.

Брови Чонсопа смешно задергались. Вид у него был крайне недовольный.

— И не тратьте силы на ерунду.

Оставив этого буку позади, я вернулся на своё место. Я и раньше знал, что у этого парня совести нет, но чтобы опять, снова! И всё же в этот раз я отшил его красиво. Чувствую себя победителем.

http://bllate.org/book/15204/1434993