Готовый перевод Lover / Любовники: Глава 17

Смерть рогатого гоблина.

После телефонного звонка, в котором мне сообщили о смерти Джея, у меня в голове все помутнело.

Я оглядел кофейню, где смеялись люди. Все казалось нереальным. Как мой заместитель может быть мертв, пока я тут прохлаждаюсь за пустой болтовней? Он погиб, а я даже не знал? Тело уже опознано, а похороны завтра? Значит, Бюро безопасности уже выдало тело семье.

Если так…

Я шагнул вперед и вцепился Мартину в воротник. Он начал задыхаться, но мне было плевать.

— Звонок, который был только что…

— Кхе-кхе… пусти…

— Джей У умер, и похороны завтра. Почему я узнал об этом только сейчас?

«Второй отдел мог и не знать, но ты, из первого отдела, ты, ублюдок, который меня сюда засунул. Ты не мог не знать!»

Да, ситуация была странной. Все определенно шло не так. Если подумать, это с самого начала не имело смысла. Каким бы идиотом ни был Мартин, позвать меня выпивать в ходе операции… Есть в этом хоть какая-то логика? Особенно во время операции по захвату членов «Канариса»?

Эта операция была спланирована заранее. А значит…

— Этот ублюдок Рейгель тоже из Бюро безопасности…

— Нет, это не так. Мы не знали, что Рейгель там появится. Все не так, Мартин просто попросил потянуть время, втянув тебя в операцию.

Фолькер, подошедшая незаметно, накрыла мои руки, когда я сжимал воротник Мартина. Когда она жестом попросила меня остановиться, я посмотрел на нее сверху вниз.

— Почему?

Почему меня втянули в эту операцию…

— Блядь!

Мадерке.

Почему я раньше не понял? В Мадерке по приказу Лайера мы убили тех ублюдков из «Канариса». Хотя у нас была прекрасная возможность захватить их живыми, Лайер приказал нам убить их, и мы выполнили этот приказ. А потом Лайер разделил меня и моих подчиненных, когда мы уже собирались отправиться на поиски оставшихся членов. Я, естественно, подумал, что мои подчиненные ушли искать оставшихся. Но я не проверял это.

Мои подчиненные отправились искать оставшихся членов группы? Или… их «устранили»?

Мне стоило задуматься об этом еще тогда, когда из Мадерке вытащили только меня.

— Руководитель группы Шнике. Руководитель группы Мартин просто выполнял приказ. Отпусти его, если только ты не собрался его убить.

Лицо Мартина уже стало фиолетовым. Я грубо оттолкнул его, одновременно стряхивая руку Фолькер.

В Мадерке Лайер настоял на убийстве главаря. Почему? Приказ об убийстве, когда захват возможен, означал, что цели не должно быть позволено говорить.

Только додумав до этого момента, я осознал, что вообще ничего не знаю о ситуации. Почему Лайер приказал убить главаря, почему из Мадерке выдернули только меня.

— Мне нужно идти.

Здесь нет никого, кто даст мне ответы. Этот человек в штаб-квартире.

Надевая куртку и закидывая сумку на плечо, я услышал предостережение Фолькер:

— Руководитель группы Шнике. Отто Лайер может оказаться хуже, чем ты думаешь.

— Возможно, я и глупее по сравнению со здешними умниками, но… не нужно язвить.

«Я и сам знаю, но не могу удержаться от резкости».

Джей мертв. Похороны завтра. А что с остальными? Где они? Почему Джей умер? Кто его убил? Если Джея «устранили»…

В голове роились самые мрачные мысли. Я отмахнулся от них, словно стирая рисунок на песке.

— Я знаю Отто Лайера лучше, чем кто-либо здесь, — бросил я.

Начальник — из тех людей, кто может «устранить» всю мою группу и даже не поморщиться.

Я только не понимаю, почему оттуда вытащили одного меня.

Я почувствовал, как Мартин поднялся за моей спиной.

— Вместе, — произнес он.

Но я просто ушел. Я не могу заставить себя извиниться перед ним.

Как только я вышел из кофейни, меня чуть не вырвало.

— Блядь.

Сердце уже бешено колотилось, хотя я еще ничего не выяснил.

Ворвавшись в штаб-квартиру, я бросился в кабинет начальника, но тот уже сбежал. Точно, он и не собирался отвечать. Да, он не собирается отвечать. Я подумывал ворваться в кабинет директора. Если начальник второго отдела знает об этой ситуации, значит, директор тоже должен знать.

Однако я замер перед лестницей, ведущей в кабинет директора, и в итоге просто ушел.

Что я сделаю, если директор воспользуется своим положением и заткнет мне рот?

Что, если он прикажет мне закрыть дело Мадерке? Разве я ослушаюсь? Если я ослушаюсь, меня прямиком отведут в комнату для допросов на пятом этаже. Если есть вероятность быть заключенным под стражу без внятного объяснения, мне нельзя предпринимать лишних действий.

Голова просто горела.

Я постоял перед Бюро безопасности, а потом бессильно опустился на корточки прямо на землю. Достав телефон, я просмотрел переписку с Джеем. Джей ее так и не прочитал. Он и раньше часто игнорировал сообщения, и я просто думал, что он в своем репертуаре.

Когда он умер?

В какой момент, пока я беспечно ворчал: «Ну, я доберусь до этого ублюдка». А теперь он погиб?

«Кто тебя убил? Ты… мучился перед смертью? Ты был моим замом, но я не знаю, как ты умер, почему и кто это сделал. Я даже не знаю результатов вскрытия».

Я хотел было связаться с Мартином и спросить, но почувствовал, что не смогу вымолвить ни слова, и сдался. Кажется, если меня сейчас кто-нибудь тронет, я взорвусь. Будь у меня пистолет, я бы, наверное, начал стрелять. Я поднял глаза к небу — пронзительно синее зимнее небо.

— Как, блядь… Как я мог узнать о твоей смерти вот так?

Я даже не могу связаться с остальными ребятами из группы. Смерть Джея, скорее всего, означает, что и они в опасности.

Холодно.

Я и не знал, что в Люмайере может быть так холодно.

На следующий день погода была на удивление прекрасной, и похороны Джея прошли скромно.

— Здравствуйте.

Меня встретила женщина с улыбкой на изможденном лице. Должно быть, это невеста Джея, которая была для него спасением. Джей безумно любил свою невесту. Иначе и быть не могло. Ведь родная страна бросила его.

Джей столкнулся с проблемами на родине и в юном возрасте пошел в армию, чтобы защитить свою семью. Он был ребенком-солдатом. А потом страна продала Джея, подающего надежды, в Блайберг, который в то время был социалистическим государством. Джея растили как азиатского шпиона в Блайберге, и он наконец обрел свободу, когда Блайберг отказался от своего социалистического пути и стал демократической страной под названием Ротман. Это был год, когда ему исполнилось четырнадцать. Но он не мог вернуться на родину. Он остался никем в свои четырнадцать лет, нищим с навыками машины для убийства.

В конце концов, как только ему исполнилось шестнадцать, он стал наемником, и, живя такой жизнью, он встретил эту женщину. Для Джея, который в этой стране навсегда остался бы чужаком, эта женщина была жизнью, целью, другом, семьей — всем. Джей говорил, что его мечта, поработать еще несколько лет и накопить денег, а потом жить, во всем поддерживая свою жену.

Мне следовало бы спросить, как погиб Джей, но язык не поворачивался. Потому что я могу в итоге рассказать, каким жалким был этот ублюдок, как после всех страданий он наконец встретил ее и стал хоть немного счастливым. А теперь его убили.

— Ты ведь Армин, верно?

— Меня зовут Армин Шнике. Приятно познакомиться.

Женщина шмыгнула носом и улыбнулась.

— Да, я думала, мы встретимся… в другом месте.

Они были помолвлены и собирались скоро пожениться. Да, я тоже думал, что увижу эту женщину там, где развеваются белые ткани и цветут цветы. А не здесь, среди людей в черной одежде.

— Я много о тебе слышал.

— Я тоже, — ответила она и снова улыбнулась.

Каждый раз, когда она улыбалась, из ее красных, опухших глаз текли слезы. Она старалась быть сильной. Не ради себя, а чтобы проводить в последний путь любимого человека.

Ее запавшие глаза. Впалые щеки. Она изо всех сил старается улыбаться, но я не знаю, что делать с отчаянием, которое чувствуется в каждой ее слезинке.

«Блядь… Я чувствую себя таким виноватым».

— Причина смерти…

Когда я спросил, женщина опустила голову.

— Автокатастрофа. Он много ездил по работе, и я думала, проблем не будет, раз он работал в солидной компании… но эта авария…

Я увидел, как женщина прикусила губу.

«Автокатастрофа? Самый простой метод, который используют для «устранения». Он никак не мог попасть в аварию в Мадерке».

К тому же по легенде Джей был офисным работником, который часто ездил в командировки. Мадерке был заблокирован три месяца, так что официально он не мог попасть в аварию там.

— Где произошла авария…

— На улице Мунбен, когда он возвращался из командировки.

Улица Мунбен. Я был там вчера, потому что штаб-квартира находится на улице Мунбен.

Джей, который должен был быть в Мадерке, погиб на Мунбен?

Если бы они перевозили тело Джея, они бы не стали имитировать аварию на Мунбен. Значит, смерть Джея на улице Мунбен была реальностью. Другими словами, Джей сбежал из Бюро безопасности, но погиб на Мунбен. Это случилось на глазах у других, поэтому даже Бюро безопасности пришлось оформить это как несчастный случай. Это самый вероятный сценарий.

Примерно так я и предполагаю, но мне нужно подтверждение.

Пока я все это прокручивал в голове, раздался голос женщины:

— Он так спешил ко мне, так старался поскорее вернуться…

Я не могу сказать ей, что его, скорее всего, убили, в ответ на ее слова, полные самобичевания и отчаяния. Не в силах ни обнять плачущую женщину, которая твердила, что все из-за его желания увидеть ее, ни отвести взгляд, я стоял там как преступник, пока наконец не заставил себя подойти к телу Джея. Джей лежал в гробу. В его руке был цветок, а на пальце было надето обручальное кольцо.

Мужчина, который говорил, что будет жить счастливо, если женится, и что его мечта — это всю жизнь обеспечивать свою жену, был убит.

Азиаты были большой редкостью в Бюро безопасности Ротмана. В первом отделе мы с Джеем были единственными азиатами. Хоть нас так и называли, для нас, приехавших в Ротман детьми, не было иной идентичности, кроме как быть людьми Ротмана. Но Ротман был местом, где процветала любая дискриминация, и мы не были от нее защищены. Это было место, где находили сотни и тысячи причин для дискриминации. Потому что ты азиат, потому что ты женщина, старик, ребенок, мать, отец, мужчина, бедный или богатый… Все злились и притесняли других, сами будучи притесненными. Особенно жестоко травили тех, кто выглядел иначе. Мы часто поддерживали друг друга, сталкиваясь с дискриминацией внутри Бюро. Как два рогатых гоблина, которые полагаются друг на друга, чтобы выжить.

И после всего этого Отто Лайер сбежал, даже не дав мне объяснений. Поверить не могу, что это происходит наяву.

«Ты ведь будешь моим шафером?»

Я вспомнил день, когда Джей улыбался.

«Черт, я никогда теперь не смогу стать шафером Джея».

Наконец у меня потекли слезы из глаз.

http://bllate.org/book/15090/1501488