Готовый перевод Outwardly United, Inwardly Apart / Видимость близости: Глава 36. Бип — бип — бип

С такого расстояния Вэнь Чанцзэ, казалось, всё же узнал его. Цзяо Синь увидел, как мужчина в инвалидном кресле чуть наклонил голову в его сторону — на лице вспыхнула вежливая, аккуратно отмеренная улыбка.

Цзяо Синь на секунду просто застыл, а потом, повинуясь чистому рефлексу, глуповато кивнул в ответ.

Кивнув, он наконец заставил свой заржавевший мозг медленно, с протестом, заработать. Уборщик, напомнил он себе, по должности обязан подметать. Чтобы не выпасть из образа, Цзяо Синь поспешно снова схватился за метлу и принялся без разбору водить ею по земле.

На дорожке не было ни единого листа — лишь немного пыли. Он смёл её в крошечную кучку, которую тут же разметал ветер.

Цзяо Синь этого даже не заметил. Его взгляд всё время тянуло в сторону Вэнь Чанцзэ.

Серебристое кресло скользило между стволами деревьев, солнечные лучи падали на фиолетовый букет, делая его ещё более броским. Кресло обогнуло угол клумбы и в конце концов повернуло прямо в сторону Цзяо Синя.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

Его сердце забарабанило как сумасшедшее.

Он в панике убрал даже боковое зрение, опустил взгляд, будто врос в собственную грудь, и старательно разметал по земле ту крохотную пыль, которую с таким трудом успел собрать.

Вэнь Чанцзэ пришёл к нему нарочно? Или просто проезжал мимо?

Если нарочно — зачем? Если мимо, должен ли он, как слуга, заговорить первым? И если да, то что сказать?

Эх. Надо было несколько лет назад пойти учиться актёрскому мастерству. Был бы актёром — знал бы сейчас, как правильно сыграть эту сцену.

Колёса инвалидной коляски катились с негромким “гул-гул”, пока, наконец, не остановились прямо перед Цзяо Синем.

Он затаил дыхание, пальцы сильнее сжали рукоятку метлы.

— Здравствуй, — голос Вэнь Чанцзэ прозвучал мягко но уверенно. — Если не ошибаюсь… тебя зовут Цзяо Синь, верно?

— …Да, — Цзяо Синь заставил своё бешено колотящееся сердце угомониться и постарался говорить спокойно. Он поднял взгляд и, изобразив обаятельную улыбку, произнёс: — Молодой господин Вэнь.

Вэнь Чанцзэ ответил лёгким кивком и улыбкой, после чего обеими руками поднял лежавший у него на коленях фиолетовый букет и протянул его вперёд.

— Только что доставили самолётом из города Б.

— Это… — Цзяо Синь на секунду замер. — Это мне?

Вэнь Чанцзэ не удержался от смешка:

— Конечно.

Цзяо Синь тут же швырнул метёлку на произвол судьбы и вытянул вперёд «копытце» — чтобы принять букет.

Вэнь Чанцзэ посмотрел на него и чуть нахмурился:

— Рука.

— О! — только теперь опомнился Цзяо Синь. Он немного подал вперёд правую руку. — Ничего, я приму на запястье!

— Угу.

Лишь когда Цзяо Синь взял букет, Вэнь Чанцзэ добавил:

— Это фиолетовые гиацинты. Их срезали сегодня утром, они совсем свежие.

— Вот как… — взгляд Цзяо Синя снова и снова возвращался к цветам в его руках. — Они очень красивые!

— Да, — Вэнь Чанцзэ улыбнулся ему. — Я тоже так думаю. Раньше даже немного переживал, вдруг они тебе не понравятся.

— Да с чего бы?!

— Просто гиацинты редко дарят букетами, чаще ими украшают пространство.

— Точно… — глаза Цзяо Синя забегали, и он нашёл тему для продолжения. — А почему вы вдруг решили подарить их мне?

— Я занимаюсь цветочным бизнесом. В теплицах как раз расцвели гиацинты, очень удачно. — Он на мгновение замолчал и затем тихо сказал: — …Мне показалось, что они тебе подойдут, вот я и попросил привезти один букет.

Эти слова едва не выбили у Цзяо Синя сердце изо рта.

Как говорится — у кого что болит, тот о том и думает. Сейчас он был точь-в-точь как старый холостяк с закипевшими гормонами, который смотрит на персик и видит задницу.

Услышав такое от Вэнь Чанцзэ, если бы не крохотный остаток разума, он бы прямо тут же потащил его в загс.

Уши Цзяо Синя слегка запылали. Он негромко произнёс:

— М… спасибо вам.

— Не стоит, — Вэнь Чанцзэ чуть наклонил голову, словно вспомнив ещё что-то: — Кстати, ты ведь убираешь этот участок, верно?

— Э-э… да.

— А твой бригадир — тётя Ли?

…Вот тут Цзяо Синя и накрыло. Он понятия не имел, кто такая тётя Ли. У него не было никакого бригадира — он просто каждый день приходил сюда… подглядывать.

Но он припоминал, что кто-то из настоящих уборщиков действительно упоминал женщину по имени Ли.

— Да, — сказал он.

— Прекрасно. — Вэнь Чанцзэ обернулся и кивнул в сторону стоявшего за ним пожилого мужчины. — Тогда передай это тёте Ли. Скажи, спасибо за её работу на этом участке. Она очень старается.

Пожилой мужчина за его спиной сразу сделал шаг вперёд, и лишь теперь Цзяо Синь заметил у него в руках изящную корзину с цветами.

В корзине было много цветов — названий Цзяо Синь не знал, но с первого взгляда было понятно: такие обычно дарят на открытие компаний, юбилеи начальства, официальные поздравления.

Просто у Вэнь Чанцзэ эта корзина выглядела чуть дороже и свежее обычного.

Цзяо Синь всё понял мгновенно.

Оказывается, Вэнь Чанцзэ не ради него одного принёс букет — он просто… «распределяет внимание», налаживает связи. Обычная вежливость, протокольная благодарность.

Отношения между Вэнь Чанцзэ и Вэнь Чанжуном давно застыли в мёрзлой точке, а теперь всем в семье распоряжался именно Вэнь Чанжун. Возвращение Вэнь Чанцзэ в этот дом напоминало проживание «на птичьих правах». Да, особняк формально принадлежал ему, но весь этот парк, вся усадьба — нет. А значит, вопрос уборки территории вокруг дома, конечно, стоило уладить заранее.

Цзяо Синь ощутил лёгкое разочарование.

Выходит, Вэнь Чанцзэ всего лишь заметил, как он изо дня в день старательно метёт здесь дорожки, и потому…

Эх. Ладно.

Цзяо Синь принял корзину с цветами:

— Хорошо, я передам ей.

— Спасибо.

С этими словами Вэнь Чанцзэ, словно фокусник, неизвестно откуда достал небольшой прозрачный контейнер для еды.

— Это тебе.

— А? Это… что?

— Сюэмэйнян. — Вэнь Чанцзэ улыбнулся. — Сделал сегодня утром.

— Вау… — у Цзяо Синя было ощущение, будто он сегодня сорвал джекпот.

Он подавил в груди вспыхнувшее волнение и осторожно, как бы между прочим, спросил:

— Это вы… сами сделали?

— Угу.

Всё. Он взлетел.

…

С одной рукой Цзяо Синю было довольно тяжело нести всё это добро обратно. Вэнь Чанцзэ предложил, чтобы его проводил Чэнь Бо, но он отказался — как ни крути, Вэнь Чанцзэ был человеком с инвалидностью, и Цзяо Синь не мог позволить себе такой роскоши: оставить своего белого лунного света возвращаться одному.

Он, собрав всю силу девяти быков и двух тигров и дотащил всё до своего маленького домика. Только собрался наконец сесть и как следует рассмотреть сюэмэйнян, сделанный руками божества, как зазвонил телефон.

Специальный рингтон, выделенный для его спонсора.

Обычно этот звонок радовал, но сейчас у Цзяо Синя от него тут же разболелась голова.

Если Вэнь Чанжун его ищет — добра не жди.

Цзяо Синь с выражением лица, будто у него запор, пялился на экран несколько секунд, но инстинкт самосохранения всё же взял верх, и он принял вызов.

— Алло…

— Зайди в главный дом. — Вэнь Чанжун говорил коротко и жёстко; в голосе чувствовались и сдержанный гнев, и какая-то давящая срочность.

Что?.. Вот так, ни с того ни с сего?

Цзяо Синь посмотрел на нераспечатанный контейнер с подаренным десертом на столе и вздохнул:

— Хорошо. Сейчас подойду…

— Я уже послал за тобой. Через пять минут ты должен быть тут. Если опоздаешь, сам знаешь, что будет.

Бип — бип — бип… звонок прервался.

Цзяо Синь был искренне восхищён деспотией этого человека.

Он опустил телефон, разум подсказывал: нужно немедленно бежать вниз, но рука сама собой потянулась к контейнеру. Съесть уже точно не успеет, но хоть взглянуть-то можно…

Кончики пальцев ещё не успели коснуться крышки, как в дверь начали лупить.

Бам-бам-бам-бам-бам.

Прямо как коллекторы к должнику.

— Господин Цзяо! Быстрее, выходите! — голос телохранителя показался знакомым. — Давайте живее! ПЯТЬ минут!!!

Это был тот самый охранник, у которого он раньше выспрашивал новости.

Когда люди уже стоят у двери, о контейнере можно забыть. Цзяо Синь вскочил и открыл. Охранник молниеносно схватил его за руку и, не давая опомниться, потащил наружу.

— Шевелимся!! Осталось четыре минуты тридцать секунд!

Цзяо Синь в одних шлёпанцах вылетел из дома и оказался в машине.

Охранник сел с ним, водитель уже вёл машину на всех парах. Ветер свистел, лицо жгло.

И тут охранник будто что-то вспомнил:

— Слушай, Сяо Цзяо… а цветы у тебя в комнате — это же не от старш…

Цзяо Синь, как тигр в прыжке, бросился на охранника и зажал тому рот рукой, одарив взглядом, который однозначно говорил: “Ещё слово — и ты труп”.

Охранник мгновенно поднял обе руки, изображая полную капитуляцию. Только тогда Цзяо Синь отпустил.

— Охренеть, Сяо Цзяо, ты с ума сошёл! Ты всерьёз принял цветы от другого господина Вэня?!

Цзяо Синь: “…”

Интересно, во сколько обойдётся заказ на труп охранника, и подкуп водителя?

Машина на бешеной скорости остановилась у входа в главный дом. Цзяо Синь ещё даже не успел обдумать, как подкупить водителя, а охранник уже, не церемонясь, почти волоком втолкнул его внутрь.

Он едва успел удержаться на ногах — и сразу увидел: пол в гостиной был усыпан осколками стекла. В клубах табачного дыма, в самом центре дивана, сидел Вэнь Чанжун — в растрёпанной одежде с распахнутым воротом.

Дым уже стоял стеной, но между его пальцами всё ещё тлела сигарета.

Пепельницы на столе не было вовсе; несколько окурков были вдавлены прямо в поверхность чайного столика — на вид ужасно дорогого. Столешница почернела, испорченная.

Заметив его, Вэнь Чанжун бросил коротко:

— Подойди.

Цзяо Синь не осмелился ни слова сказать и поспешил к нему.

Едва он оказался рядом, едва успел открыть рот, чтобы произнести «господин», как мужчина резко дёрнул его вниз, прижав к себе, — и губы, пропахшие густым табачным дымом, обрушились на его рот.

Поцелуй Вэнь Чанжуна был жестокий, грубый, болезненный: у Цзяо Синя разболелись и губы, и язык, а горечь дыма накрыла так, что его едва не вывернуло.

Когда этот тяжёлый, невыносимый поцелуй наконец закончился — Цзяо Синь не успел даже вдохнуть, как мужчина грубо задрал подол его одежды:

— Я хочу трахнуть тебя.

http://bllate.org/book/15008/1412840