Готовый перевод I Transmigrated as the White Moonlight / Став “Белым лунным светом”, я завоёвываю прекрасных, сильных и несчастных [Быстрое переселение]: Глава 5

Столкнувшись с полным ненависти взглядом Шэнь Цзиня, Бай Цзинчжо не понял, в чем дело, и только хотел спросить: «А ты еще кто такой?», как Бай Цзяо притянул его к себе.

— Он мой брат, истинный господин семьи Бай, Бай Цзинчжо.

Услышав это представление, и Бай Цзинчжо, и Шэнь Цзинь широко раскрыли глаза. Шэнь Цзинь — потому что объем информации в этой фразе был слишком велик, отчего мысли в его голове на мгновение застопорились. Бай Цзинчжо же поразило то, как просто и прямо Бай Цзяо представил его, ничего не скрывая от посторонних. Казалось, ему было совершенно все равно, что его разоблачили как «ложного» господина и что другие могут о нем подумать.

Настроение Бай Цзинчжо стало сложным.

— Бай Цзяо, ты…

— Что такое? Разве я сказал что-то не то?

Бай Цзяо держался уверенно, его спокойствие казалось неправдоподобным.

Шэнь Цзинь лишь спустя долгое время смог обрести дар речи и робко спросил:

— Бай Цзяо, что происходит? Он — истинный господин, а тогда кто ты? Не надо шутить такими вещами.

Улыбка на губах Бай Цзяо угасла, он начал раздражаться на этого «главного героя» из оригинальной книги. Его тон стал ледяным:

— Кто с тобой шутит? Если не понимаешь, иди проверь уровень своего IQ.

Бай Цзинчжо в одно мгновение уловил перемену в настроении Бай Цзяо, понял, что тот недолюбливает этого человека, и инстинктивно заслонил Бай Цзяо собой, разрывая дистанцию.

— Он не шутит.

— Я спрашиваю Бай Цзяо, а не тебя, — от одного вида Бай Цзинчжо Шэнь Цзиня охватило неприятное чувство, он сжал кулаки так, что костяшки хрустнули.

— Он не хочет с тобой разговаривать, разве не видно? Хватит к нему приставать.

Бай Цзинчжо был не ниже Шэнь Цзиня ростом. Когда его лицо приняло холодное выражение, он уже не напоминал того мягкого «пирожка», который перед Бай Цзяо не знал, как дать отпор. Наоборот, он стал похож на колючий куст терновника, а его настороженность была даже сильнее, чем вчера, когда он только ступил на порог дома Бай.

Шэнь Цзинь был задет за живое, он так разозлился, что ему захотелось ударить этого «зарвавшегося» типа. Конечно, он все видел, но не считал, что холодное равнодушие Бай Цзяо вызвано им самим. Напротив, он решил: раз Бай Цзяо ведет себя так холодно, значит, виноват этот странный истинный господин, внезапно появившийся на пороге. В конце концов, любого, кто прожил в семье восемнадцать лет и вдруг узнал, что он не родной ребенок, переполняли бы негативные эмоции, особенно если «родной» заявился лично. Глядя на свирепый вид Бай Цзинчжо, Шэнь Цзинь решил, что тот, возможно, еще и издевался над Бай Цзяо в семье, иначе почему Бай Цзяо так позволяет этому человеку приближаться к себе?

Как только эта мысль пришла ему в голову, его недовольство тем, что Бай Цзяо смотрел на него с холодным презрением, взорвалось и переросло в ярость, которую он решил выместить на Бай Цзинчжо.

— Ты кто такой, чтобы вмешиваться в мои дела с Бай Цзяо?! — рявкнул он.

Бай Цзинчжо парировал:

— Я его брат, почему я не могу вмешиваться? А ты кто такой! С чего ты здесь с ума сходишь?

Видя, как оригинальные «гун» и «шоу» персонажи начали ссориться, Бай Цзяо почувствовал, как настроение стремительно улучшается. Он приподнял уголки губ, как маленький лисенок, развесив уши, чтобы прислушаться. Обнаружив новую сторону Бай Цзинчжо, он воодушевился, интерес разгорелся с новой силой.

Как раз когда у него зачесались руки пощупать губы Бай Цзинчжо, Шэнь Цзинь впал в ярость и, подняв кулак, замахнулся на лицо Бай Цзинчжо. Удар был такой силы, что поднял ветер.

— Какой ты ему брат? Ты просто приблуда, которую семья Бай еще не успела официально признать! — взревел он.

Бай Цзяо быстро притянул Бай Цзинчжо к себе, уводя его из-под удара, и кулак Шэнь Цзиня рассек воздух.

«Хозяин, не будьте импульсивным! Не будьте импульсивным!» — 886 не успела удивиться тому, как показатель эмоциональных колебаний хозяина, никогда не превышавший десяти процентов, вдруг совершил скачок. Она поспешно превратилась в сверкающий серебристый сгусток и, махая белыми крыльями, окутала кулак Бай Цзяо.

Если бы он действительно ударил Шэнь Цзиня, беды было бы не миновать — размозжил бы голову, устроил бы здесь форменный бардак. Тогда Бай Цзяо не пришлось бы выполнять никакие задания, осталось бы лишь два варианта: править миром или сесть в тюрьму, а еще была вероятность, что из-за невероятной силы его забрали бы на научные опыты.

— Отпусти.

Гнев Бай Цзяо быстро пошел на спад, превратившись в спокойствие, подобное застоявшейся воде. Голос его прозвучал чисто и холодно, как остро отточенное лезвие. 886 тут же скрылась, боясь даже пикнуть — она сжалась в комочек от страха. Хозяин злится, как же страшно!

Бай Цзяо нахмурился, опустил глаза, его пугающая аура немного ослабла, и он тихо спросил у того, кто был в его объятиях:

— Ты в порядке?

— В порядке, — все произошло слишком быстро, Бай Цзинчжо еще не успел опомниться и, продолжая испуганно прижиматься к Бай Цзяо, едва заметно покачал головой.

— Не обращай на него внимания.

Сказав это, Бай Цзяо оттолкнул Бай Цзинчжо в сторону:

— Иди примерь обувь, я сам разберусь.

Стоило Шэнь Цзиню оказаться перед Бай Цзяо, как его гнев угас, сменившись обеспокоенностью, непониманием и скрытой ревностью по отношению к Бай Цзинчжо.

— Бай Цзяо, почему ты его защищаешь? Это Бай Юнчан и Чжан Хуэйцзюнь тебя заставили? Не бойся, даже если ты не настоящий ребенок семьи Бай, я буду на твоей стороне, не позволю тебя обижать, тебе не нужно из-за него…

— Ты что, бредишь? — в глазах Бай Цзяо застыл ледяной холод. — Никто мне не угрожает. Напротив, это ты — задираешь моего брата и еще пытаешься его ударить.

В конце концов Бай Цзяо криво усмехнулся, бросил на него презрительный взгляд через плечо и ушел, напоследок бросив:

— Проваливай.

По сравнению с тем, чтобы просто убить человека, медленное истязание куда интереснее. Сиюминутный порыв лишь навредит самому себе. Если уж делать, то чисто, не оставляя никаких проблем.

Лицо Шэнь Цзиня было ужасным, он никак не мог понять, почему все так вышло. Бай Цзяо велел ему проваливать! Такого еще никогда не было! Он не мог не заметить, что Бай Цзяо зол, но ведь он же хотел заступиться за него, почему Бай Цзяо злится? Шэнь Цзинь погрузился в собственные мысли, пропуская слова Бай Цзяо мимо ушей. Он долго ломал голову и в конце концов решил, что Бай Цзяо разозлился из-за его импульсивности — ведь он не член семьи Бай и не может защищать Бай Цзяо двадцать четыре часа в сутки, а этот надоедливый тип может досаждать Бай Цзяо в любой момент. Чем больше он думал, тем больше убеждался в своей правоте и чувствовал досаду. Это он не учел положение Бай Цзяо, это он поступил неправильно, а значит, должен все исправить!

Шэнь Цзинь злобно посмотрел в сторону Бай Цзинчжо и, скрежеща зубами, ушел. Если бы Бай Цзяо знал, о чем тот думает, он бы не раздумывая пробил его голову, чтобы проверить, не является ли тот автором этой книги, и добавил бы: «самовлюбленный идиот».

Бай Цзинчжо все смотрел в их сторону. Увидев, как Бай Цзяо подходит к нему, а Шэнь Цзинь с мрачным лицом уходит, он молча выдохнул.

— На что смотришь? — Бай Цзяо взял его за подбородок, поворачивая лицо к себе, и многозначительно спросил: — Любовь с первого взгляда?

— Какая любовь с первого взгляда? К кому? — Бай Цзинчжо на мгновение опешил. — О чем ты?

Бай Цзяо наклонился, дистанция между ними сократилась до минимума. Он прямо смотрел в глубокие глаза Бай Цзинчжо, выискивая в них правду.

— Я спрашиваю про того парня. Ты в него влюбился с первого взгляда?

— Как такое возможно? — зрачки Бай Цзинчжо сузились. Он не понимал, как Бай Цзяо мог такое спросить, он был настолько шокирован, что даже проигнорировал то, что они почти касались друг друга носами. Тот парень был просто невменяемым психом, который к тому же чуть его не ударил — как он мог влюбиться с первого взгляда? Он что, мазохист?

— Оу, — Бай Цзяо ущипнул его за щеку, — тогда и в будущем не смей его любить.

В оригинале Бай Цзинчжо влюбился в Шэнь Цзиня с первого взгляда, пав жертвой его внешней оболочки, но теперь здесь был он. Если Бай Цзинчжо останется упрямым идиотом, то выполнение задания потеряет всякий смысл. Он не намерен спасать «слепых» влюбленных.

— Я точно не буду его любить, — Бай Цзинчжо не понимал хода мыслей Бай Цзяо. — Почему ты вообще решил, что я мог в него влюбиться?

— Потому что ты мягкий «пирожок».

Бай Цзяо считал, что Бай Цзинчжо из оригинальной книги страдал мазохизмом, иначе как еще объяснить симпатию к такому психопату?

— Сам ты мягкий «пирожок»! — Бай Цзинчжо озадаченно потер щеку. С чего он вообще взял, что он «пирожок»? И почему Бай Цзяо вечно его щупает? И вообще… при чем тут «пирожки»?

— Раньше ты не был таким «мягким», — Бай Цзяо вспомнил, как тот заслонил его собой, и уголки его рта слегка приподнялись. — Просто реакция у тебя медленная. В следующий раз сразу давай сдачи, я прикрою.

Бай Цзинчжо: «…» Кто вообще советует людям драться?

Обойдя обувной магазин, они отправились за часами и ювелирными украшениями. К моменту возвращения домой руки Бай Цзинчжо были готовы отвалиться от усталости. Он признавал способности Бай Цзяо к шопингу: по его прикидкам, за утро было потрачено пять миллионов. Одежда, обувь, аксессуары — цены на все это были такими, о каких раньше он не смел даже мечтать. Но все это покупалось для него, причем под предлогом подарка. Стоило Бай Цзинчжо открыть рот, чтобы возразить, как Бай Цзяо останавливал его глубоким взглядом, и в итоге ни одна вещь не осталась в магазине.

Его гардероб полностью обновился, он больше не был похож на того бедного старшеклассника, превратившись в богатого наследника. Бай Цзяо был вполне удовлетворен.

«Хозяин, вы же говорили, что не растите детеныша, а уже начали играть в переодевание», — 886 в последнее время стала куда более живой и снова не сдержалась.

— Заткнись и иди выбери себе одежду в Системном магазине.

«Хорошо, хозяин щедр!» — радостно воскликнула 886 и исчезла.

— Брат, ты что, слабак? — Бай Цзяо, у которого руки были свободны, смотрел, как тот опускает пакеты и постоянно стряхивает с рук напряжение, и поддразнивал его с сияющей улыбкой.

— Попробуй сам поносить, — Бай Цзинчжо устал настолько, что даже не мог стоять прямо. Глядя на гору пакетов, он подумал, что слабак здесь явно не он, а как раз наоборот — он слишком вынослив. Постоянная работа сделала его сильнее обычного человека, в отличие от Бай Цзяо, избалованного господина, который, как ему казалось, был как раз тем, кто «не потянет».

— Нет, твои вещи ты должен сам донести до своей комнаты, — Бай Цзяо не повелся на провокацию и, сидя на диване, неспешно потягивал цветочный чай.

— Я отдохну немного, — Бай Цзинчжо сел рядом с ним, слишком устав, чтобы пререкаться.

— Неужели ты так устал? — Бай Цзяо подался вперед, опершись на подушку. — Это ведь всего лишь вещи, там и пятидесяти килограммов нет.

— Пятьдесят килограммов… — Бай Цзинчжо повернул голову и, не рассчитав, чуть не столкнулся лбом с Бай Цзяо.

— Что такое? — Бай Цзяо, видя, что тот замолчал, с любопытством наклонил голову. — Пятьдесят килограммов — это очень тяжело?

— Угу… — в этот раз не случилось ничего шокирующего, что заставило бы его сменить тему, и расстояние между ними стало главной проблемой. Сердце Бай Цзинчжо снова забилось в бешеном ритме, вынуждая его инстинктивно отстраниться, увеличивая дистанцию. Он понял, что не может спокойно воспринимать близость Бай Цзяо. Каждое его действие заставляло сердце колотиться, в груди начинало болеть, а дыхание сбивалось. Бай Цзинчжо не понимал причины и даже начал сомневаться, нет ли у него болезни сердца, или же дело в самом Бай Цзяо? Ведь от него всегда исходил тонкий, приятный аромат, который пьянил, расслаблял и дарил чувство безопасности, из-за чего он даже не сопротивлялся, когда тот его щупал.

— Что ты делаешь? — Бай Цзяо рывком притянул его к себе, обхватив со всех сторон, и, прижав к крепкому телу, не оставил ни единого шанса подняться.

В его холодном тоне скрывалось недовольство:

— Почему ты убегаешь от меня?

http://bllate.org/book/14990/1701421