Готовый перевод The Beauty’s Blade / Клинок красавицы: Глава 45: Сорванная свадьба

Глава 45: Сорванная свадьба

«Дом Пинджин» был местом, которое Ян Угун никогда не сможет забыть. Не потому, что он тосковал по его красавицам, а потому, что именно там он утратил своё светлое будущее.

Вино могло опьянить и временно затмить заботы, но как только трезвеешь, боль возвращается стократ.

У молодого господина Ян из Ордена Вэйян было превосходно красивое лицо, однако его развратность была такова, что в наказание ему сломали ногу, и та так до конца и не зажила. Молодой господин Ян был повесой - не тот, кому женщина могла бы довериться. Помимо тех, кто жаждал статуса клана Ян, ни один родитель не стал бы толкать свою дочь в пылающую печь.

Кувшины с вином устилали пол, а он лежал, развалившись на столе, словно куча мокрой грязи. Нежные руки ласкали его измождённое лицо, покрытое серой щетиной. Словно перо оставило щекочущий след в его сердце, Ян Угун открыл глаза. Ему привиделось, что Фу Ваньцин улыбается ему, её выражение мягкое и нежное - та улыбка, что жена дарит мужу. Его сон совпадал с реальностью многолетней давности, и хотя он знал, что это неправильно, не мог удержаться от того, чтобы предаться той нежности.

Ян Угун протянул руку к женщине в своём сне, но та исчезла мгновенно.

– Не выходи за Шэнь Шэнъи. Не надо! – Его крик, вырвавшийся из глубин сердца, был зовом, терзавшим саму душу. – Ваньцин...

– Не выйду. – Успокаивающая улыбка и мягкий голос оставили Ян Угуна в неуверенности: снится ему это или нет.

Треск петард эхом разносился по улицам. Это был повод для празднования: и для Поместья Чуанься, и для Цзянху. Никто не считал внезапную свадьбу Госпожи Фу слишком поспешной. Некоторые даже настаивали, что ждать до конца года - это слишком долго. Лидер Светлого Пути Фу Хуэй дал обещание всему Цзянху, сказав, что как только его дочь Фу Ваньцин выйдет замуж, он лично поведёт всех на Остров Туманов на поиски сокровищницы.

Весна пришла. Пронизывающая хватка зимы медленно рассеивалась.

Веселье доносилось из каждого уголка Поместья Чуанься, украшенного красными драпировками и вырезами с иероглифами «двойное счастье». Жених Шэнь Шэнъи был облачён в багряные свадебные одеяния, оживлённо беседуя с героями Цзянху, пришедшими поздравить. Лю Чжишан и Фу Хуэй были назваными братьями, а теперь стали ещё ближе. Ученики Ордена Вэйян сидели в дальнем углу, среди них был и Ян Ифэй с вымученной улыбкой. Время от времени к нему подходили, чтобы выразить соболезнования.

– Если бы только дела с молодым господином Ян сложились лучше. Честно говоря, вы же знаете, каковы молодые люди. Это не так уж плохо… быть ветреным. Положено ведь брать кучу жён и наложниц и заводить кучу детей...

Вся эта суета должна была принадлежать Ордену Вэйян и Поместью Чуанься. Ян Ифэй проигнорировал говорящего и жестом подозвал своих подчинённых. – Где Ян Угун? – тихо спросил он. – Куда этот щенок сбежал?

– Я не видел молодого господина несколько дней, – нерешительно ответил мужчина.

Хмурость Ян Ифэя углубилась. – Тогда скорее найдите этого зверёныша! – крикнул он. – Как мог я породить такого сына?!

– Ифэй, зачем ты так говоришь о Гун-эре? – проворчала Лю Вэй, сидевшая рядом с ним. – Всё уже в прошлом! Госпожа Фу явно перегнула палку!

– Вот именно, – сказала Ян Уминь. –Это изначально была не вина Даге¹, отец. Это всё та сука Фу Ваньцин, которая... – Ян Ифэй пригрозил ей взглядом, прежде чем она закончила, и она опустила голову в молчании. Но в душе она всё ещё ворчала.

¹«Дагэ» и «Эргэ» обозначают самого старшего и второго по старшинству брата соответственно.

– Заткнись! – Ян Ифэй обернулся к Лю Вэй, ругаясь. – Посмотри, каких детей ты вырастила! Оба - полное позорище!

Это, в свою очередь, вывело из себя Лю Вэй. Она шлёпнула ладонью по столу и встала, крича в ответ. – Вот именно! Всё, что мы делаем, - это позорим тебя, Ифэй! Думаешь, я не знаю, что у тебя в голове? Всё ещё скучаешь по своей первой жене? Увы, но ты сам загнал её в могилу, и она даже не успела снести тебе яйцо, прежде чем ушла!

Лю Вэй говорила громко, и язык у неё был грязный. Почти все присутствующие обернулись посмотреть.

– Нам, смертным, не тягаться с теми знаменитыми сёстрами с Острова Туманов. – Она не унималась, всё ещё сверля Ян Ифэя взглядом. – Вы двое получили столько от того острова, но как вы обошлись с теми женщинами? Должно быть, я была слепа, чтобы потерять свою добродетель и сбежать с тобой!

Лю Вэй ругала Ян Ифэя, но она упомянула и покойную жену Фу Хуэя. Фу Хуэй бросился к ним, едва услышав шум, и хотя он пытался сохранить на лице улыбку, его выражение становилось угрожающе тёмным. Лю Вэй была гостьей Ян Ифэя и родной сестрой Лю Чжишаня. Фу Хуэй сжал руки в кулаки. У него не было выбора, кроме как терпеть.

– Вэй-эр! – с досадой крикнул Лю Чжишань. – Сегодня большой день Шэнъи. Пожалуйста, сделай брату одолжение.

– Даге, мне просто следует забрать Уминь и Угуна обратно в Школу Дяньцан.. так будет лучше, чем вечно терпеть нрав великого героя Яна. Я провела столько лет рядом с ним и родила ему и сына, и дочь, но у меня до сих пор нет титула? Это полнейший фарс! И подумать только, я терпела такое обращение годами. Все в Ордене Вэйян зовут меня Госпожой, но кто знает, что они на самом деле думают? Единственную Госпожу, которую они действительно уважают, это мёртвая Се Хуажун! Посмотри на него, такой преданный и такой развратный… чего я стою для него? Ах да, ты думал, что замел следы, но я знаю, что ты содержишь нескольких молодых любовниц! И что теперь, они тоже не смогли родить тебе светлого и умного сына?

– Какой вздор! – лицо Ян Ифэя побелело, затем покраснело, затем снова побелело. Он указал на Лю Вэй, не в силах вымолвить ни слова, прежде чем наконец выругался вслух. – Убирайся к чёрту обратно в Орден Вэйян! Хватит позориться на публике!

– Что, я задела твои драгоценные чувства? – Лю Вэй вытерла глаза и выпрямила шею. – Скажи правду, разве ты не обманул меня, чтобы я была с тобой? Разве тебе не надоела хрупкость Се Хуажун? Разве ты не говорил, что она уступает Госпоже Фу? Все твои красивые обещания, одно прекраснее другого… ты сказал, что я стану твоей законной женой, как только умрёт Се Хуажун. Ты говорил, что будешь баловать меня, как я заслуживаю, но что из этого вышло? Се Хуажун действительно умерла - она умерла от обиды из-за того, что ты сделал! Тебе лучше не забывать, ты не только убил Се Хуажун, ты убил и Госпожу Фу тоже!

Фу Хуэю этого хватило. – Довольно! Это день свадьбы моей дочери! Разбирайтесь со своими семейными делами в…

Новая волна шума покатилась от дверей.

– Выходи, Шэнь Шэнъи! Слушай сюда - я, Ян Угун, никогда не позволю Ваньцин выйти за тебя! Она не любит тебя. Она никогда не выйдет за тебя замуж!

Пьяный Ян Угун ввалился в двери, пошатываясь, с кувшином вина в руке. Он с трудом держался на ногах и выглядел так, будто врезался в косяк. Двое слуг пытались помочь ему подняться, но в итоге были сбиты с ног. Ян Угун ухватился за косяк и швырнул кувшин вниз; тот разбился, наполнив воздух ароматом вина.

Он указал перед собой, лицо исказилось скорбной усмешкой. – Ваньцин сказала мне, что не выйдет за тебя! Сдавайся! Даже если я умру здесь сегодня, я не позволю Ваньцин выйти за тебя!

Шэнь Шэнъи смотрел на этого пьяницу, и улыбка на его лице медленно таяла. Он был всего в нескольких шагах. Он сложил руки в приветственном жесте и снова выдавил улыбку. – Ян-сюн2, ты пьян.

2-Сюн ( 兄 , xiōng) – «старший брат», «уважаемый друг», «глубокоуважаемый» (вежливое обращение к сверстнику).

– Нет! Шэнь Шэнъи, ублюдок! – Ян Угун запрокинул голову и захохотал. Затем, ни с того ни с сего, он нанёс удар кулаком в лицо Шэнь Шэнъи. Шэнь Шэнъи стоял неподвижно, позволяя кулаку Ян Угуна попасть ему в уголок рта. Он тихо вздохнул, вытирая кровь с щеки. – Ян-сюн, – мягко сказал он. – Ты и вправду пьян.

– Ваньцин не выйдет за тебя! – словно Ян Угун сошёл с ума. Он уставился на распухающий рот Шэнь Шэнъи и нанёс ещё один удар. Он в пьяном угаре пришёл к выводу, что свадьбу отменят, если он забьёт жениха до смерти. Кровожадность пылала в его глазах, но его второй удар пришёлся в пустоту. Ян Угун отлетел, с громким гулом ударившись о дверь.

Ян Ифэй встал перед Шэнь Шэнъи, его глаза пылали. Как ни старался, Ян Угун не мог подняться на ноги. Вместо этого он свернулся калачиком, всё ещё выкрикивая свою истеричную тираду.

– Мой дорогой племянник Шэнь, – сказал Ян Ифэй, складывая руки с виноватым видом. – Прошу прощения за грубость моего сына.

Шэнь Шэнъи покачал головой. – Не стоит, дядюшка Ян. Ян-сюн просто пьян.

– Помогите! Помогите! Госпожа пропала, в её покоях остались только кровавые пятна и фата!

Этот благоприятный день был отмечен ещё одним разрушительным событием. Большинство других вещей можно было отодвинуть, но исчезновение невесты было довольно критичным. Не говоря уже о Фу Хуэе, даже гости, пришедшие просто поглазеть, побледнели.

Где госпожа Фу? Кто её похитил?

– Я же говорил, что не позволю Ваньцин выйти за Шэнь Шэнъи! – захохотал Ян Угун, кровь сочилась у него изо рта. Удар Ян Ифэя был безжалостным: он тяжело ранил собственного сына.

Шэнь Шэнъи больше не мог удерживать на лице маску мягкости. Он схватил Ян Угуна за воротник, зарычав:

– Ты знаешь, где Ваньцин?

http://bllate.org/book/14946/1324194