Готовый перевод Can I Uninstall This Dating System!? / Можно ли удалить эту систему знакомств?: 15. Разъярённый от стыда

Главный зал Дворца Вэйян погружался в ночь вслед за часом Хай.

Вдалеке, со стороны дворцовых построек, раздавались звуки запирающихся дворцовых ворот, глухой гул.

Дворцовые ворота были закрыты, и даже Су Сюэи не мог свободно покинуть дворец.

Су Сюэи в одиночестве преклонил колени у дверей зала, ожидая.

Юй Цзин, скрытно усмехнувшись, ушёл.

Ученик евнуха, стремясь проявить себя, узнал, что в других дворцовых помещениях раньше на Праздник фонарей вешали цветочные фонари. Он подумал, что император уже завтра утром сможет увидеть разноцветные фонари, висящие на межскладской стене, а обычные яркие фонари, снятые оттуда, он пока повесит снаружи зала.

Поэтому многочисленные дворцовые фонари, вынесенные из внутренних покоев Дворца Вэйян, ярко засияли перед глазами Су Сюэи.

Чем больше дворцовых фонарей, тем сильнее свет.

Су Сюэи посреди ночи был освещён так, что чувствовал себя ещё бодрее, словно сокол, которого держат без сна.

Яркий свет заливал глаза Су Сюэи.

Его колени болели, а поддержание строгой позы истощало его силы.

Су Сюэи хотел, чтобы Юй Цзин снова доложил императору. Однако никто больше не обращал на него внимания.

Физическая нагрузка и моральное поражение мгновенно сделали Дворец Вэйян недосягаемым, а происходящее вкупе с последними действиями императора лишь усиливало ощущение его особенности и таинственности.

Су Сюэи подумал, что император наверняка его испытывает. И он тоже хотел поскорее увидеть этого императора, который вызвал у него такой исследовательский интерес.

Ждать.

Он сможет ждать.

В конце концов, Су Сюэи никогда по-настоящему никого не ждал, и это было очень ново и захватывающе.

Су Сюэи наслаждался этим непередаваемым чувством, с мыслями о вызове и самопожертвовании, простояв на коленях с ночи до рассвета.

***

Ранним утром, когда во Дворце Вэйян зачирикали птицы, Ин Си открыл глаза. Прошлая ночь подарила ему редкий хороший сон. Он изогнул уголки губ.

Ему приснилось, что город пал, другие ругали его, называя глупым правителем.

Но на этот раз Ин Си улыбнулся этим видениям и ясно и звонко произнёс: «И что с того?»

Миражи изумлённо замерли, а затем начали ругать его ещё сильнее. Но Ин Си взмахнул рукавом и разбил их одного за другим!

Миражи рассеялись, и большой пожар погас.

Город, окутанный багровыми и алыми оттенками, стал свежим и светлым.

Ин Си глубоко вдохнул, поднялся с драконьего ложа, умылся, переоделся и достойно вышел, обнаружив, что на межскладской стене уже висят разноцветные фонари.

Ин Си похвалил:

– Отлично. Юй Цзин, вы с учеником хорошо справились со своим делом.

Юй Цзин и его ученик поблагодарили за милость.

Система в голове напомнила:

«Обаяние +1500, поздравляем, хозяин прошёл проверочный период и совместим с системой».

Ин Си:

«Полторы тысячи?»

Если пятьсот было базовым числом, то теперь он получил в три раза больше.

Медлительность системы и неясные критерии оценки сильно смущали его понимание, Ин Си задумался, что он такого сделал прошлой ночью. Он так и не смог понять.

Он приказал поменять фонари, а потом лёг спать.

Его Обаяние возросло, и теперь взгляды окружающих его людей были полны восхищения и поклонения.

Тянь Тун:

«Доброе утро! Поздравляю, Ваше Величество! Сегодня вы снова и прекрасный, и сильный император!»

Ин Си сознательно проигнорировал бессмысленные слова и спросил:

«Что такое проверочный период?»

«Это этап обучения новичков!»

«Значит, я теперь не новичок?»

«Угу, угу! В будущем правила выдачи заданий будут скорректированы, Ваше Величество очень подходите нашей системе!»

Ин Си не мог понять, почему он подходит Системе Знакомств. Но это не помешало ему использовать её. Он подумал, что это, возможно, означает, что в будущем, если задание будет провалено, он не умрёт. Было бы прекрасно.

Ин Си втайне обдумывал ещё больше возможностей для действий.

Мощь этих полутора тысяч Обаяния была намного больше, чем у пятиста!

Не только дворцовые служанки, евнухи и стражники Дворца Вэйян выглядели так, словно им вкололи стимулятор.

Обаяние, словно выпущенная через гору стрела, достигло Секретариата.

Теперь, когда юсяна не было на месте, а Фэн Юн был бесполезен, министры различных ведомств обходили цзосяна стороной и приходили на аудиенцию к императору, напрямую принося важные доклады.

У дверей кабинета Дворца Вэйян выстроилась длинная очередь.

Все чиновники стояли в строгом порядке, каждый в уме продумывал свою речь, стремясь проявить себя.

Войдя в зал, министры докладывали. А после доклада они предлагали императору свои продуманные решения, для рассмотрения и выбора.

Благодаря его прежнему опыту, император управлял государственными делами словно с помощью богов. Одна партия министров приходила, другая уходила. Дела решались быстро. Однако слишком высокое Обаяние имело и побочные эффекты:

– Ваше Величество, вы видите, что в этом году на предотвращение наводнений на Жёлтой реке выделены средства… – А после завершения отчёта непременно добавлялась фраза: – У меня нет родителей, и я ещё не женат.

Какое отношение это имело к Жёлтой реке?

– Министерство наказаний недавно рассматривало важное дело: в Чанъане были недовольные коррупцией чиновников, которые, вымещая гнев, ворвались на Западный рынок и последовательно обезглавили двадцать женщин и детей. Ваш покорный слуга, будучи заместителем министра наказаний, эмоционально стабилен, избегает увеселительных заведений и не имеет вредных привычек.

Имела ли вторая часть отношение к делу?

– Министерство ритуалов разработало двадцать восемь правил поведения для членов императорской семьи, прошу Ваше Величество ознакомиться. Кроме того, этот устав был создан под моим личным руководством. Ваш покорный слуга хорошо разбирается в литературе, в музыке и имеет широкие интересы!

«Мне нет дела до твоих интересов».

Разборки с этими странно себя ведущими министрами хоть и не заняли много времени, но Ин Си был очень озадачен.

Затем министры с неохотой покидали Дворец Вэйян.

В этот момент мужчина, всё ещё стоящий на коленях перед главным залом Дворца Вэйян, снова привлёк все взгляды проходящих мимо.

Даже после целого дня и ночи унижений, Су Сюэи не отводил глаз и не изменил позы.

Невероятная выносливость позволяла ему держать спину прямо, и хоть он был не так бодр, как вначале, глаза его всё ещё горели. Чиновникам, долго сидевшим в кабинетах, не достичь такого состояния.

Чиновники восхищались: «Всесторонне одарённый человек действительно оправдывает свою репутацию».

Но появление Су Сюэи также означало, что сама собой раскрылась его ложь о болезни.

Все придворные чиновники подумали: «На этот раз канцлер Су наверняка будет наказан Его Величеством за обман императора».

К сожалению, Су Сюэи не умел строить отношения, и никто не хотел докладывать за него или просить о пощаде.

Та крошечная жалость, что была у чиновников, превратилась в благоговение перед методами императора, ведь действительно непросто заставить Су Сюэи так склонить голову.

Все придворные чиновники тайком ушли. А то, что император использовал Су Сюэи как мишень для устрашения придворных, в глазах самого юсяна стало ещё одним проявлением властной позиции императора, умеющего управлять людьми. Су Сюэи снова ощутил неописуемую радость.

Император не мог постоянно сидеть во Дворце Вэйян.

Он будет ждать!

Он должен увидеть малыша императора.

***

Бывали времена, когда он справлялся с государственными делами с такой скоростью даже в одиночку.

Благодаря Обаянию, весь день Ин Си был свободен, и император не собирался выходить. Но сидеть в кабинете было некомфортно, поэтому он вышел, заложив руки за спину, и прогулялся по дворцу.

Тёплое солнце светило, весенний день был долгим.

Листья ивы уже выросли на два-три пальца, веточки из нежно-жёлтых превратились в коричневые, мягко покачиваясь на ветру.

Дворцовые евнухи и служанки, полагая, что император спит после обеда, тайком играли в цзяньцзы[1] во дворе.

[1] цзяньцзы представляет собой волан, сделанный из куриных перьев, вставленных в круглую основу. Еще в эпоху династии Хань на настенных росписях появились изображения такой игры, что говорит о том, что этой игре, как минимум, две тысячи лет. Основной способ игры – подбрасывать волан ногой раз за разом пока он не коснется земли

Служанки и евнухи перебрасывали волан друг другу.

Единственный серо-коричневый волан, стоящий как целый флаг, порхал вверх и вниз, словно гибкая тень. Развлечений во дворце было мало, но даже редкие игрушки вынуждали проявлять изобретательность. Однако евнух, принимая волан, не рассчитал угол наклона стопы.

Волан полетел низко, служанка быстро сделала несколько шагов, резко ударив подъёмом стопы.

Волан, подхваченный с низкой высоты, вылетел по диагонали! Описав серо-коричневую дугу, он точно попал в хрупкую грудь идущего мимо человека, и сила удара заставила того остановиться. Ин Си слегка наклонился и сильно закашлялся.

– Кхе… кхе-кхе-кхе… кхе.

Все евнухи и служанки испугались до полусмерти!

Кто мог знать, что, играя за спиной у императора, они ещё и ранят его, хрупкого, как стекло!

Евнухи и служанки уже собирались пасть ниц и молить о прощении.

Ин Си покачал головой и, прежде чем они это сделали, поднял волан, бросил его одному из них.

Раз император тоже хотел играть, он, естественно, не собирался никого винить.

Император бросил волан, евнух поймал его, но тут мозг молодого человека отключился, и он, приняв императора за товарища по игре, привычно отправил волан обратно императору.

Так серо-коричневая линия снова направилась к Ин Си.

Он поспешно принял волан, но он совсем не умел этого делать.

Волан даже не успел устойчиво опуститься у его ноги, как он поспешно отбил его прочь.

Он побежал за ним, волан висел в воздухе, он отбил его высоко в небо, он погнался за воланом, сделал второй, третий шаг…

Волан совершенно не слушался его управления, унося Ин Си через половину дорожки, а за ним следовало несчётное количество сопровождающих.

Ин Си двигался из внутренних покоев наружу, тем временем другой человек шёл из внешних покоев внутрь.

Подойдя к дверному косяку, Ин Си подвернул ногу, его тело наклонилось вперёд, и он налетел на того, кто шёл навстречу, словно наткнувшись на белую стену. Император ударился носом, а в глазах заискрились золотые звёздочки. Волан в то же мгноение упал на землю.

Ин Си запыхавшись поднял голову!

Нога болела, он крепко держался, чтобы не упасть, кто-то придержал его плечо одной рукой, тот, на кого он наткнулся, остался неподвижен. Он опустил голову и увидел кусочек белоснежного рукава, по краю которого шли красивые узоры.

Его брови и глаза слегка нахмурились:

– Су Сюэи?

Тянь Тун как раз услышала это имя:

«А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!»

***

Нога всё ещё болела, голова тоже, а от криков Тянь Тун болели мозги.

В лодыжке Ин Си словно кололись иголки, он собрал все силы и встретился лицом к лицу с Су Сюэи, увидев, что тот зажал одной рукой около десятка докладов.

Ин Си предположил, что это накопившиеся официальные документы из Секретариата или новые, только что доставленные.

Он не знал, что Су Сюэи ждал снаружи целую ночь и полдня, а затем перехватил служебные обязанности у какого-то неудачника из Секретариата, чтобы найти предлог и лично передать доклады императору.

Ин Си предположил, что Су Сюэи показывал слабость, ведь он несколько дней держал юсяна в неведении.

Причина, по которой он до сих пор не заменил его Фэн Юном, заключалась в том, что Ин Си всё ещё ценил талант Су Сюэи.

Если тот осознает свои ошибки и продолжит служить, план спасения страны будет лишь украшен.

Размышляя о благе страны, Ин Си ощутил прилив ожиданий и, сдерживая боль, приподнял уголки губ. Но Су Сюэи уловил выражение лица императора, и его лицо постепенно похолодело.

Знакомое чувство вернулось в отношения между ними, что тут же вызвало у Ин Си отвращение. Лицо его резко помрачнело:

– Разве юсян Су не был болен? Я уже одобрил тебе двухмесячный отпуск, зачем ты сюда пришёл?

По логике вещей, Су Сюэи должен был притвориться больным и понести наказание за свой обман.

Он должен был ответить за ложь императору и высокомерие, заплатить цену, принять максимально низкую позу, и тогда Ин Си, воспользовавшись ситуацией, смог бы примириться с ним. Но Су Сюэи, из-за той самой улыбки, осмелился сказать:

– Ваш покорный слуга заболел от усердной работы на благо страны, и, к сожалению, не получил благосклонности императора. – Его взгляд скользнул по зажатым в руке докладам, и с высокомерием он изобразил немного усталости. – Хотя ваш покорный слуга болен, государственными делами нельзя пренебрегать. Поэтому, увидев эти прошения, я немедленно встал с ложа, чтобы найти Ваше Величество, не обращая внимания на болезнь. Найти ли среди мудрых правителей древности кого-то столь жестокого?

Су Сюэи… на самом деле позиционировал себя как жертву.

Уголки губ Ин Си дрогнули, если он не ответит, его сочтут жестоким с подчинёнными, и Су Сюэи почувствует, что был прав.

Раньше Ин Си, конечно, не стал бы мириться с тем, чтобы Су Сюэи считал себя обиженным, но теперь всё было по-другому.

Его оппонент сам обвинил его, что ещё сильнее разозлило Ин Си.

Сердце, только что готовое простить его и продолжать использовать, превратилось в огонь, затаившийся внутри, который, соединяясь с прежними событиями, разгорался всё сильнее. Пламя вспыхнуло как степной пожар.

Ин Си впал в ярость:

– Наглец!

Служанки и евнухи пали ниц.

С момента перерождения Ин Си был приветлив и добродушен, смирился с ситуацией и ни на кого не злился.

Впервые за две жизни он злился на Су Сюэи.

Ин Си не мог контролировать свой гнев.

Он никогда не уступал Су Сюэи в красноречии, просто не хотел унижать его.

Теперь, когда его ничего не сдерживало, он говорил самые резкие слова, и даже его мысли о смене министров превратились в желание сделать это прямо сейчас.

– Су Сюэи. – Его тон был холоден, как зимний лёд.

Су Сюэи внезапно столкнувшись с таким отношением, почувствовал себя непривычно, потеряв самообладание и ощутив вину.

Юй Цзин, который следовал за императором ещё с того момента, как тот играл в волан, послушно сказал:

– Стража.

Стражники Дворца Вэйян мгновенно окружили их, острые мечи и копья грозно засверкали. Послеобеденное солнце отражалось от поверхностей оружия, ослепляя Су Сюэи, и он закрыл глаза.

Су Сюэи склонился. Он поднял голову и увидел подбородок Ин Си, оценивая его выражение лица снизу вверх.

Когда-то он втайне насмехался над Ин Си за его благородный вид, за которым скрывалась притворная мягкость.

Теперь, когда Ин Си полностью отбросил нежность по отношению к нему, Су Сюэи наконец-то понял, что, когда император был самим собой, всё его тело излучало устрашающее величие.

От этой мощи он одновременно испугался и был тронут.

Су Сюэи смотрел на Ин Си.

Дневной свет, падающий на контур фигуры Ин Си сзади, делал его ещё более ослепительным.

Ин Си резко сказал:

– Никогда не слышал, чтобы тяжело больной человек мог мгновенно выздороветь из-за государственных дел. Если ты знаешь такой гениальный приём, то Секретариат следует переименовать в Императорскую медицинскую школу! Ты намереваешься спасать Великую Цинь своей ложью?

Су Сюэи застыл. Кто когда-либо так на него кричал?

Его словно облили ведром холодной воды, он ощутил пронизывающую до костей свежесть и ясность.

Он не знал, откуда у малыша императора такая уверенность.

Тот факт, что он осмелился на него злиться, означал, что малыш император имел сильные козыри, и слишком богатая фантазия мешала Су Сюэи действовать опрометчиво, он сам додумал множество ответов. А упрёк императора снова обрушился на его склоненную голову:

– Высокомерный, лживый и притворный – и это у тебя не впервые. Ты полагаешься на свой талант и действительно сделал несколько полезных дел, но ты оскорбляешь чиновников, устраиваешь показуху и расточительствуешь. Разве не я всегда исправлял последствия за тобой?! Ты прав, я не просвещённый правитель, не различаю добра и зла, поэтому балую тебя, позволяя лаять в моём присутствии! Поднебесная моя, и ты мой. Я должен был, как само собой разумеющееся, использовать тебя, так почему же я когда-то был слеп и давал особое положение тебе, неблагодарной твари!

Все евнухи и служанки испугались до такой степени, что не смели дышать.

Стражники тоже никогда не видели, чтобы благородный император так сурово упрекал юсяна Су, эти слова даже не соответствовали его высокому статусу и совершенно отличались от его обычного стиля.

Ин Си выплеснул гнев на Су Сюэи, который копил две жизни, его руки в рукавах дрожали. Он спрятал дрожащие кончики пальцев.

Действительно ли он не беспокоился о том, что Су Сюэи подаст в отставку?

Совершенно нет!

Су Сюэи не мог подать в отставку.

В прошлой жизни он сбежал, бросив всё, только когда был полностью готов, а сейчас до падения страны ещё далеко.

Его время ещё не пришло.

Ин Си мог выпустить на нём пар без последствий.

После императорского гнева, Су Сюэи постепенно ощутил страх.

Брови и глаза императора были остры, настоящий Ин Си оказался не ягнёнком, а недосягаемым айсбергом.

Его красота была ослепительна, и он непонятно почему увлёкся его темпераментом. В голове его тысячами раз менялись мысли, окутанные той фразой императора: «Поднебесная моя, и ты мой».

В грудь Су Сюэи хлынул горячий поток, по природе своей он восхищался силой, поэтому подчинился инстинкту, склонил голову и подполз вперёд на коленях:

– Ваше Величество, усмирите гнев, ваш покорный слуга осознал свою ошибку.

Но Ин Си, увидев, что тот собирается приблизиться к нему, инстинктивно отпрянул назад, его правая нога внезапно задела травму, он не удержался и сел на землю!

Как больно, лодыжка словно отваливалась…

Он побледнел от острой боли.

С тех пор как он взошёл на трон, он ни разу не терял самообладания перед подчинёнными, он не мог смириться с тем, что упал на задницу! Но Су Сюэи протянул руку, чтобы помочь, а Ин Си снова сильно оттолкнул его.

Крупные капли пота скатились по лбу императора, он крепко стиснул зубы, словно это просьбы и непослушание Су Сюэи стали причиной произошедшего.

Ин Си схватил волан с земли и запустил его.

– Катись к чёрту от меня, не трогай меня, подлец!

Кто бы мог подумать, что Су Сюэи даже не увернулся, приняв удар волана.

В момент попадания взгляд Су Сюэи упал на румянец, появившийся на отстранённом лице Ин Си. Юсян, разбирающийся в медицине, присел, чтобы осмотреть травму императора, но тот сильно пнул его неповреждённой левой ногой. Хрупкий император не был силён, но носок его сапога пришёлся прямо в грудь Су Сюэи, заставив того замереть.

– Отпусти мою лодыжку!

Император был ранен, сцена перевернулась с ног на голову, всё превратилось в хаос, а Тянь Тун всё ещё истошно кричала в голове Ин Си.

Хаос лишь усилил гнев Ин Си, разъярённого от стыда. Столько людей, а императору нужно было сохранить авторитет. Он стиснул зубы, он хотел убить Су Сюэи.

Система как раз в этот момент выдала новое задание, и в поле зрения появились мелкие надписи.

«Флиртовать с юсяном Су (0/1)»

-----

От автора:

Ха-ха-ха, очень насыщенная глава!

Мне очень нравится Сяо Су! Сяо Су всегда доводит Его Величество до истерики.

Если бы это был более поздний Сяо Се, он бы, наверное, просто подхватил Его Величество и унёс. Его Величество всегда должен быть сильным перед Сяо Су, но перед Сяо Се иногда может быть ребёнком – вот такой у них режим общения.

---

Весёлая сценка:

В какой-то день в будущем Ин Си снова упал.

Ван Юн, юсян, императорский наставник, глава стражников, главный евнух – целая толпа бросилась к нему: Ваше Величество!!! Цело ли ваше драгоценное тело!!!

Ин Си: …

Сяо Се: Это мой Его Величество!

http://bllate.org/book/14944/1340803