Готовый перевод Mirror Puzzle / Зеркальная головоломка: Глава 9. Прояснение

Глава 9. Прояснение

Линь Хэюй и Юань Маоцю вернулись вместе в городское управление. Как только они переступили порог большого офиса, то увидели заместителя начальника Юань Кана, заложившего руки за спину и пристально смотрящего на белую стену, самую заметную в помещении.

Это была маркерная стенка-доска, на которой отображались сведения и взаимосвязи улик по крупным делам. На ней были записаны самые разные странные мысли и догадки. Каждая из них могла оказаться ключом к раскрытию преступления.

Раньше Юань Кан нередко стоял перед этой стеной, ломая голову над делами до глубокой ночи. После повышения и ухода из следственного отдела ему больше не приходилось колесить по районам в поисках улик, теперь он просто отдавал приказы по телефону, не вставая из кресла. Тело отдыхало, но в голове всё чаще становилось пусто, будто он утратил ту прежнюю одержимость, с которой мог перерыть свалку посреди ночи ради единственной зацепки.

— Начальник Юань, — позвал Линь Хэюй сзади.

Юань Кан обернулся:

— Просто пришёл посмотреть, как идут дела. Пока этого старого мерзавца не поймают, и дети не вернутся домой, мне неспокойно сидеть в кабинете.

— В отличие от вас, начальник Лю, наверное, совсем без забот. Мы его разве что на больших совещаниях видим да по телевизору, — Юань Маоцю показал большой палец.

Юань Кан сверкнул на него взглядом. Этот болван был его сыном, почти тридцать лет, а язык так и не научился держать за зубами. Услышь Лю Чэньи, как его за спиной высмеивают, он наверняка решил бы, что это Юань Кан подначивает. Ещё и начнёт раздувать конфликт между начальством и подчинёнными.

Кто-то из группы засмеялся:

— Садовник, поосторожнее, а то вместо клумбы дадут тебе кирпичи таскать!

Юань Маоцю швырнул в него металлический зажим:

— Занимайся своим делом!

Юань Кан не стал подшучивать с молодёжью. Он повернулся к самому сдержанному из всех, Линь Хэюю:

— Хэюй, расскажи ты.

Линь Хэюй придвинул вперёд стопку материалов по делу, лежащих на столе, и жестом пригласил: «прошу».

Ему нечего было добавлять. Всё, что он хотел сказать, уже было там.

В просторном офисе раздались сдержанные смешки. Вэнь Хуабэй посмотрел на него с сочувствием:

— Ц-ц-ц, наш капитан Линь теперь боится, как бы на него вину не повесили, молчит, как рыба, чтоб и следа не осталось.

— Точно. В прошлый раз на большом совещании капитан Линь всего-то и сказал: «Главное — обеспечить безопасность заложников», а потом во время спасательной операции один из наших серьёзно пострадал. Вот тебе и скандал.

Чжоу Бинь сцепил пальцы и усмехнулся:

— Восхищаюсь теми, кто такие выводы делает. Ум у них, конечно, нестандартный.

Лицо Юань Кана слегка потемнело. Он бросил взгляд на стопку бумаг на столе, потом перевёл глаза на Линь Хэюя:

— Хэюй, не мешай работе личными обидами. Я сам через это проходил. Поверь, я знаю, что такое несправедливость, и знаю даже лучше тебя.

Линь Хэюй оставался спокоен, на лице читалось лёгкое недоумение:

— Новых зацепок действительно нет. Подозреваю, что они уже покинули Хайцзин. В конце концов, мы забрали у них целую группу заложников, вряд ли они будут сидеть на месте и ждать, пока их схватят.

Старшая по возрасту, Сун Пин, поднялась:

— Сяо Линь прав. Горы Чэнъаня раскинулись широко, с множеством выходов — всё не перекроешь. Если они выберутся с юга Чэнъаня и уйдут через Дэнчан, где мы их потом искать будем?

— Сестра Сун дело говорит, я тоже так думаю, — поддержал Юань Маоцю.

— Тогда отправьте больше людей, перекройте все возможные выходы, проверяйте каждую машину на трассах и шоссе. Они же с целой группой детей не могут просто взять и улететь, верно? — Юань Кан глубоко вдохнул и ненадолго замолчал. — Давление есть на всех — не только на вас. Руководство следит за каждым нашим шагом. Так что работайте, а как только поймаем их, сможете немного передохнуть.

Все удивлённо переглянулись:

— Так даже дело закрывать не надо? Поймали и сразу в отпуск? Замначальник, вы у нас прямолинейный и человечный!

Линь Хэюй молча сел, раскрыл увесистую стопку документов и с головой ушёл в чтение.

Юань Маоцю проводил Юань Кана до двери, но тот лишь бросил на него взгляд и Маоцю сразу же понял, что его зовут наружу. Веко у него дёрнулось. Чёрт, разговоры, которые не ведутся в офисе и не при всех, редко бывают приятными!

Юань Кан, по-прежнему держа руки за спиной, негромко откашлялся:

— Сяо Цю, ты в последнее время занят, всё никак не удаётся спокойно поболтать по-отцовски.

Юань Маоцю насторожённо посмотрел на него, нехорошее предчувствие усилилось:

— Пап, ты чего, указ какой-то хочешь огласить, потерпеть не можешь до вечера?

— Хватит болтать ерунду. Скажи лучше, ты со своей девушкой, этой учительницей по скрипке, опять расстался?

Юань Маоцю сухо кивнул:

— Информаторы у тебя, конечно, на высоте.

Он всего неделю ни с кем не общался, а отец уже всё разнюхал, словно дело раскрыл.

Юань Кан шлёпнул сына по затылку:

— Всё шутишь да дурачишься! Мать просила передать, чтобы ты занялся делом и относился к отношениям всерьёз. Бегаешь тут под кличкой «Садовник», думаешь, это нормально? Позоришь меня!

Юань Маоцю почувствовал себя ужасно обиженным:

— Но я же никогда сам не расстаюсь! В этот раз вообще обидно, просто потому что слишком много перерабатывал, в итоге остался без девушки.

— Я тоже перерабатывал! И что, твоя мать до сих пор со мной! — Юань Кан взбесился так, что, казалось, вот-вот запустит в него тапком. — Если не собираешься жениться, не заводи отношений! Нельзя, что ли, взять пример с Линь Хэюя и заняться в жизни чем-то достойным, по-мужски?!

Юань Маоцю помолчал немного, а потом с серьёзным видом выдал:

— Я вот правда не могу с него брать пример. Это было бы проблематично.

Мяомяо ведь по секрету шепнул ему в машине: Линь Хэюй якобы лапал какого-то особенно красивого мужика, совершенно не обращая внимания на детей, стоящих рядом, как две лампочки.

Когда-нибудь он обязательно спросит: ходишь тут втихаря, ориентацию меняешь, ты кого пугаешь вообще, а?

***

Линь Хэюй принёс контейнер с обедом в реанимацию при Первой городской больнице. Цзянь Жу из второй группы сидел в пустом коридоре. Он дежурил здесь уже вторые сутки, дремал, скрестив руки на груди, а его голова клевала, как у сонной курицы.

В коридоре стояла тишина. Даже осторожные шаги Линь Хэюя оказались достаточно громкими, чтобы разбудить натренированного оперативника. Цзянь Жу тут же вскочил, поднял голову:

— Кто там?

— Это я, — отозвался Линь Хэюй и протянул ему контейнер. — Поешь и иди домой выспись.

— Капитан Линь, — Цзянь Жу поднялся, взял коробку, но тут же поставил её обратно. — Не хочу. Ло Фэй ещё не очнулся.

Линь Хэюй строго сказал ему перестать выпендриваться и быстро поесть. Один человек уже лежит без сознания, не хватало ещё, чтобы второй свалился рядом. Команде нужны все, и если так пойдёт дальше, они не в отделе работать будут, а койки в больнице бронировать.

Цзянь Жу открыл контейнер, и тут же у него заурчало в животе. Аромат тушёной курицы моментально пробудил аппетит, и он принялся жадно есть. С полудня, после визита к заведующему отделением, настроение у него было паршивое, и он даже воды не хотел пить весь остаток дня. А теперь, когда в желудке появилось тёплое, сытное блюдо, он словно ожил.

Когда он уже доедал, Линь Хэюй спокойно спросил:

— Что сказал врач?

Цзянь Жу отложил одноразовые палочки, и лицо его потемнело:

— Ничего хорошего. Сказали, надо готовиться. Если он не очнётся до утра, может быть плохо.

Линь Хэюй промолчал. Цзянь Жу взглянул через стекло на молодого парня, лежащего на больничной койке с мирным выражением лица, и снова тяжело вздохнул:

— Капитан Линь, почему Ло Фэю так не везёт? Он ведь даже не был на передовой и всё равно под пулю попал. Жизнь спасли, а теперь вот лежит, не двигается. Смотреть больно.

Ло Фэй был тем самым коллегой, который получил тяжёлое ранение во время операции по спасению заложников. Они как раз выводили детей из пещеры, когда столкнулись с двумя вооружёнными похитителями, принёсшими еду. Началась суматоха, и Ло Фэй, заслонив собой маленькую девочку, получил пулю в спину, прошившую лёгкое. К тому моменту, как скорая доставила его в больницу, он был при смерти: сердце останавливалось по дороге, состояние было крайне тяжёлое.

После нескольких часов сложной операции врачам удалось вытащить его с того света, но в сознание он так и не пришёл. Доктора сказали, что сделали всё возможное, а дальше как решит судьба. Родителей Ло Фэя давно не стало, его с детства воспитывали бабушка с дедушкой. Чтобы не ударить по их здоровью, Линь Хэюй решил пока не сообщать им правду и организовал дежурства: члены команды по очереди следили за состоянием Ло Фэя.

— Все сделали всё, что могли. Настройся на любой исход. Сейчас эмоции уже ничем не помогут — просто нужно терпеливо ждать, — сказал Линь Хэюй, садясь рядом с Цзянь Жу. — Сегодня мы ходили зажечь благовония для нашего наставника. Попросили его дух помочь сяо Ло пережить это.

Цзянь Жу тут же отложил палочки и сложил ладони в молитвенном жесте:

— Наставник Чжан, пожалуйста, присмотрите за Ло Фэем. Он редкий талант, нам его нельзя терять. Если он очнётся, к Цинмину принесу вам фонарь, клянусь!

Линь Хэюй подвинул к нему коробку с едой:

— Давай, доедай. Потом домой и спать. Завтра сразу в управление.

— А? Если я в управление, то кто завтра будет тут.

— Юань Маоцю.

— А, «Садовник». Точно, он ведь расстался и времени теперь полно, можно и дежурить. Правильное решение.

— …Откуда ты знаешь? — спросил Линь Хэюй, на удивление проявив интерес.

Почему это все в команде знали, что Юань Маоцю расстался со своей учительницей по скрипке, а он — нет? Юань Маоцю же всё время болтается рядом с ним и ни словом не обмолвился о разрыве. Пока он ходил в неведении, все вокруг, похоже, давно были в курсе.

— А это разве вопрос? — Цзянь Жу удивлённо округлил глаза. — Ты посмотри на «Садовника»! Он же в соцсети постит даже то, как ест или кино смотрит. Даже если с девушкой не виделся, всё равно выкладывает какие-нибудь слащавые цитатки. Перестарался, короче. А тут — неделя тишины. Ну ясно же, что расстались.

— А я не сижу в соцсетях, — спокойно сказал Линь Хэюй, остро ощутив, как стремительно отстаёт от времени.

После того как Цзянь Жу ушёл, Линь Хэюй остался дежурить в больнице. Он сидел прямо, почти по-военному, будто нёс караул. Проходящие мимо медсёстры украдкой бросали взгляды: новенький выглядел куда надёжнее предыдущих, да и внешность у него была приятная, правда, слишком уж суровый на вид.

В шесть утра, когда только-только начинало светать, Линь Хэюй стремительно подбежал к посту медсестёр:

— Врач здесь? У пациента в палате 14, Ло Фэя, появилась реакция!

Дежурный врач поспешил к нему, осмотрел Ло Фэя и сказал Линь Хэюю, что тот пока ещё не пришёл в сознание полностью, но это уже хороший знак. Если всё пойдёт хорошо, к вечеру он может открыть глаза.

Линь Хэюй с облегчением выдохнул, даже ладони у него вспотели. В коридор через щель в окне проник слабый утренний свет. Он взглянул наружу: несмотря на тучи, восходящее солнце едва-едва проглядывало. После нескольких дней весенней мороси вдруг, на удивление, распогодилось.

http://bllate.org/book/14903/1428375