Готовый перевод Criminal Investigation Files / Материалы уголовных расследований: Глава 25

Глава 25

Было два часа дня. В городском районе Наньчэна, на улице неподалёку от площади Синьцзя, у обочины стоял старенький, весь в вмятинах фургон. Для сравнения, на Audi остались всего пара царапин. Вокруг быстро собралась толпа зевак, начались бурные обсуждения.

Сун Вэнь позвонил коллегам и вызвал подмогу, чтобы зафиксировать операцию. Он также связался с дорожной полицией, договорился о буксировке фургона и передал Audi в страховую. Все эти формальности заняли почти два часа. Затем они уселись в полицейскую машину и доставили Дао Лао Саня и его подельника обратно в городской отдел. Лу Сыюй возглавил команду, проводящую допрос задержанных, а Сун Вэнь тем временем вернулся в кабинет.

Когда Сун Вэнь вошёл в здание, он едва узнал подразделение, в котором проработал несколько лет. Всё пространство у входа было в беспорядке, отпечатки обуви тянулись во все стороны, повсюду валялись клочки золотой и серебряной бумаги. Рабочая зона выглядела так, словно по ней пронёсся ураган: бумажные деньги были раскиданы по полу, как осенние листья.

Затем Сун Вэнь увидел, что чуть ли не половина отделения занята уборкой: кто-то мёл, кто-то подбирал бумажки с пола. А в конце коридора, подбоченясь, продолжал гневно отчитывать подчинённых комиссар Гу:

— Распоясались, устроили балаган прямо в полицейском участке! Это вообще что такое?! Если бы не уважение к тому, что у них в семье только что кто-то умер, я бы их всех в наручники заковал!

Сун Вэнь недоумённо нахмурился. Поверх белой рубашки он накинул чёрное пальто, повернулся к Лао Цзя, который оказался рядом, и спросил:

— Что происходит? Почему комиссар Гу так разъярён?

Лао Цзя, одновременно подметая разбросанные бумажки и отвечая на вопрос, пробормотал:

— Ай, даже вспоминать не хочется. Только что сюда целой толпой приходили родственники Дун Фан, человек двадцать, включая членов семьи и бригаду каких-то строителей. Сначала закатили скандал в университете, потом нагрянули сюда, в участок. Требовали строго наказать убийцу, чтобы всё по справедливости, да ещё объяснений каких-то. Потом комиссар Гу их отругал, и они только тогда развернулись и ушли.

Сун Вэнь с облегчением выдохнул. Хорошо хоть не застал этот цирк. В конце концов, семья Дун Фан потеряла дочь, да и с их-то достатком ясно, что они это так просто всё не оставят.

Он ещё не успел додумать эту мысль, как из коридора вновь донёсся голос комиссара Гу:

— Сун Вэнь! Иди сюда, быстро!

Сун Вэнь обернулся и направился вслед за комиссаром Гу в кабинет. Тот с шумом опустился в кресло, провёл рукой по редеющим волосам, явно сдерживая раздражение:

— Сун Вэнь, слушай, в следующий раз, если тебя не будет, я тебя прикрывать не стану. Сам потом расхлёбывай.

Сун Вэнь тяжело вздохнул:

— Я и сам не хотел быть втянутым в это дело… К тому же, у них ведь дочь погибла…

— Ещё и заступаешься за них! — фыркнул комиссар Гу. — Да пусть они хоть и семья погибшей, но устраивать траурное шествие в полицейском участке целой толпой?! Это уже перебор!

Сун Вэнь невозмутимо пожал плечами:

— А если они обидятся и пойдут жаловаться в СМИ? Тогда будет ещё больше хлопот.

Комиссар Гу тоже немного остыл. Слова Сун Вэня напомнили ему, что он и впрямь слегка перегнул палку. Если эта история всплывёт в прессе, то точно попадёт в заголовки, а на полицию посыплется шквал критики. Он вздохнул с оттенком сожаления:

— Ладно, потом им перезвоню, надо будет как-то их успокоить. А вообще, чтобы всё уладить, надо поскорее раскрыть дело.

С этими словами он окинул Сун Вэня внимательным взглядом и спросил:

— А ты сам где был всё это время?

Сун Вэнь ответил честно:

— Сначала заехал в больницу, чтобы узнать насчёт подозреваемой. А потом мы поймали двух воров собак.

— Воров собак ловишь? — фыркнул комиссар Гу. — В такое-то время! Героя из себя строишь?

Сун Вэнь ответил серьёзно:

— Эти воры орудовали у самого входа в зоомагазин, где работала подозреваемая. Возможно, именно их препараты и стали источником отравления…

Когда он кратко изложил ход расследования, лицо комиссара Гу, всё это время озабоченное делом, моментально изменилось. Он приподнял бровь и кивнул:

— Вот это уже другое дело. Молодец.

Комиссар Гу всегда был таков — за ошибки ругал без пощады, но если подчинённый добивался результата, хвалил без лишних слов.

Сун Вэнь продолжил:

— Подозреваемая врёт. Как только установим источник яда, сможем выйти на настоящего убийцу.

Комиссар Гу несколько раз кивнул, довольный:

— Отлично. Объединяй оба дела в одно. Потом я тебе за это по заслугам отпишу.

Сун Вэнь спросил:

— Ещё что-нибудь? Если нет, пойду допрашивать этих торговцев собаками.

Комиссар Гу ткнул пальцем в наручные часы:

— Не забудь про сроки.

Сун Вэнь поднял два пальца:

— Помню. Ещё два дня.

Когда Сун Вэнь вышел из кабинета комиссара Гу, Лу Сыюй уже вернулся на своё рабочее место. Он аккуратно вытирал с щеки капли крови салфеткой. Всех отправили убирать бумажки и следы обуви у входа, так что весь офис опустел и остались только они вдвоём.

Подойдя ближе, Сун Вэнь облокотился на край стола:

— Как починишь свою машину, катайся на ней по выходным. А на дежурствах всё-таки используй служебную машину.

— Спасибо, — спокойно ответил Лу Сыюй, а потом поднял взгляд: — Капитан Сун, ты боишься, что после пары таких аварий уже и ездить будет не на чём?

Сун Вэнь покачал головой:

— Нет. Просто использовать личный транспорт в служебных целях — нарушение правил. Хорошо хоть твоей машины там не было, а то толпа и её бы в ярости разнесла.

Лу Сыюй опустил глаза и молча продолжил стирать с лица следы крови.

Сун Вэнь, однако, не спешил уходить. Посмотрел на рану у него на щеке:

— Всё в порядке? Может, в больницу? Смотри, чтобы шрама не осталось.

Ранка была неглубокой, всего лишь царапина от осколков очков. Кровь уже остановилась. Лу Сыюй моргнул и спокойно ответил:

— Я не из хрупких. Потом, когда заместитель капитана вернётся, возьму у него пластырь.

Если он пойдёт в больницу из-за такой мелочи, над ним вся команда смеяться будет.

— Ты тут меньше полумесяца, а с заместителем капитана уже на короткой ноге, — усмехнулся Сун Вэнь, открывая ящик стола.

Он достал спиртовые салфетки и несколько пластырей. С тех пор как перешёл в уголовный розыск, он всегда держал такое под рукой.

— Не обманывайся на счёт Фу Линьцзяна. Вроде добряк, но в таких вещах он, по правде сказать, не очень. Давай я сам.

Лу Сыюй встал, посмотрел на него и моргнул:

— Капитан Сун, а ты не спешишь допросить Дао Лао Саня?

— Пусть подождут, — отозвался Сун Вэнь. — Допрашивать будем, когда придёт время.

С этими словами он протянул руку и взял Лу Сыюя за подбородок. Тот рефлекторно дёрнулся, но Сун Вэнь произнёс тихо, но с таким тоном, что возразить было невозможно:

— Не двигайся.

Лу Сыюй вздрогнул, его ресницы задрожали, но, не произнеся ни слова, остался стоять смирно.

Пальцы Сун Вэня, сжавшие подбородок, были крепкими, но тёплыми, ладонь будто держала белоснежный кусочек нефрита. Он осторожно поднёс ватный диск и начал вытирать кровь с его щеки. Порез располагался чуть ниже правого глаза и, казалось, только подчёркивал опасную красоту лица Лу Сыюя, теперь отмеченного тонкой алой линией.

В этот момент перед Сун Вэнем вдруг всплыло воспоминание о том, как от Лу Сыюя исходила почти осязаемая жажда убийства. Он снова почувствовал: этот человек остаётся для него загадкой. Чем дальше, тем труднее было понять, кто же на самом деле стоит перед ним.

Когда ватка коснулась пореза, Лу Сыюй едва заметно вздрогнул, плечи напряглись. Сун Вэнь заметил это и пробормотал:

— Йод, наверное, подошёл бы лучше, но у нас только спирт. Потерпи. Будет тебе уроком.

Лу Сыюй не ответил. В тихом офисе Сун Вэню вдруг особенно остро почувствовалась странная двойственность этого человека: вот он стоит, абсолютно спокойный, почти неподвижный и в то же время это тот же самый Лу Сыюй, что пару часов назад мчался по улицам города, а потом жёстко скрутил Дао Лао Саня.

Не сдержавшись, Сун Вэнь сказал:

— Сегодня ты за рулём перегнул, слишком лихо ехал.

— Я был осторожен, — тихо прошептал Лу Сыюй. — Если бы не подушка безопасности…

— Это ты называешь осторожностью? А если бы тебе осколком стекла глаз повредило?

Он говорил, продолжая обрабатывать рану. Палец чуть сильнее надавил, втирая спирт в самую глубину пореза. За то короткое время, пока они были заняты другими делами, на ранке уже успела образоваться тонкая корочка, и теперь её пришлось размачивать и снимать.

Лу Сыюй резко втянул воздух сквозь зубы. Они стояли слишком близко, настолько, что он ощущал лёгкий, едва уловимый запах Сун Вэня. Лу Сыюй легко переносил трупный запах, но всегда с трудом выносил, когда кто-то оказывался слишком близко из живых. Однако рядом с Сун Вэнем ему почему-то не было неуютно, его запах не раздражал, не отталкивал.

Движения Сун Вэня были осторожными, взгляд — тёплым, но боль избежать не удалось. Спирт впитывался в ранку, как будто вскрывая не только свежий порез, но и что-то давнее, зажившее снаружи, но не внутри.

Возможно, чтобы отвлечь Лу Сыюя от боли, Сун Вэнь негромко заговорил:

— Знаешь, раньше я думал, что ты слишком хрупкий. Ни голод, ни жажду толком не переносишь. А потом понял, в чём дело. Вот посмотри на меня — с детства меня мама баловала. На кухню почти не захожу, вещи сам не стираю, всё делаю как попало, спустя рукава.

Все следы крови были аккуратно стёрты, осталась лишь тонкая ранка длиной в пару сантиметров. Сун Вэнь открыл упаковку с пластырем и, стараясь не задеть кожу, аккуратно наклеил его Лу Сыюю на щёку.

— Привычки тесно связаны с тем, что было в прошлом, — тихо сказал он. — Ты так бережно к себе относишься, что совсем не похоже, что тебя изнежили. Должно быть, рядом не было никого, кто бы заботился о таких мелочах, вот ты и привык делать всё сам. Готовить, водить машину на грани риска, не ждать ни от кого поддержки — потому что с самого начала никому не было до тебя дела.

Голос Сун Вэня звучал мягко, и эти слова, будто вода, вдруг проникли в самую глубину сердца Лу Сыюя.

Он поднял глаза на Сун Вэня, нервно облизал губы и тихо сказал:

— Капитан Сун, сегодня, когда мы столкнулись с тем торговцем собаками, это было слишком опасно.

Сун Вэнь стоял совсем близко, наклонился и внимательно всмотрелся в лицо Лу Сыюя. Теперь оно было чистым, с аккуратно наклеенным пластырем. Длинные ресницы отбрасывали на щёки лёгкую тень. Лу Сыюй осторожно провёл языком по алым губам. Сейчас он снова казался послушным — вернулся к своему привычному облику настороженного зверька, будто созданного для того, чтобы его дразнить. Сун Вэню вдруг захотелось протянуть руку и взъерошить его мягкие чёрные волосы.

В тот момент Сун Вэнь ощутил, будто что-то мягкое коснулось его сердца, словно по нему скользнуло птичье перо. Он отпустил Лу Сыюя и коротко сказал:

— Хорошо.

После этого он начал раскладывать вещи на столе, убрал медикаменты обратно в ящик и взглянул на Лу Сыюя, который всё ещё стоял погружённый в свои мысли. Мужчина позвал его:

— Пойдём. Пора допросить Дао Лао Саня.

Допрос прошёл на удивление спокойно. Дао Лао Сань, который раньше держался упрямо и не сдавался, как только оказался в участке, был закован в наручники и препровождён в комнату для допросов, сразу сник. Увидев перед собой реальную угрозу, он наконец понял насколько серьёзна ситуация.

В этот момент от надменности Дао Лао Саня, с которой он выступал на перекрёстке перед Сун Вэнем, не осталось и следа. Он выглядел до крайности запуганным, и после нескольких резких выпадов со стороны Сун Вэня тут же начал всё выкладывать.

— Это из-за той девчонки и из-за яда для собак, который мне был нужен. Она работает у Лао Вана в магазине. Я её раньше видел, казалась тихой, доброй, всегда такая сердечная…

Сун Вэнь спросил:

— Расскажи про яд. Что произошло?

— Она сама попросила у меня его. Сказала, у неё больной кот. Сначала я хотел дать ей таблетки, но она сказала, что для котов не подойдёт. Тогда я и отдал ей шприц с собачьим ядом. Сам яд я не решился дать.

— Конкретнее. Когда именно?

— Примерно месяц назад.

— Сколько ты ей отдал всего?

— Немного. Всего одну дозу.

Стоявший рядом Лао Цзя приподнял бровь и резко вмешался:

— И это ты называешь «немного»? После такого инцидента, когда погибли два человека, ты думаешь, от ответственности отвертишься? Что ещё знаешь? Говори всё, что касается остальных дел.

Дао Лао Сань был уже на грани слёз:

— Я правда думал, что ей нужно лекарство для кота. Откуда мне было знать, что оно для убийства? Если бы знал, ни за что бы не отдал. У меня ж бизнес хорошо шёл, на кой мне самому себе проблемы создавать?

Лао Цзя усмехнулся с холодком:

— Бизнес, говоришь? Да грош ему цена. Всё это всё равно незаконно. Счёт предъявим, когда придёт время.

Дао Лао Сань, выдавливая из себя натянутую улыбку, закивал так, будто давил чеснок:

— Ай-ай, я уже всё рассказал, сотрудничаю, как могу. Прошу снисхождения…

После допроса Дао Лао Саня и его подельника их показания совпали. Сун Вэнь поручил Лао Цзя и остальным проследить, чтобы те под протокол изложили всё письменно. Когда они вышли из допросной, им навстречу попался Линь Сюэжань. Он уже успел сравнить состав вещества в шприце с остатками на коробке из-под шоколада. Он протянул Сун Вэню лист с результатами:

— После сверки подтверждено: состав идентичен. Источник яда установлен.

Обнаружив источник яда, они стали на шаг ближе к истине. Сун Вэнь вздохнул с облегчением и позвонил Фу Линьцзяну, но не спешил делиться своими результатами. Как только связь установилась, он сразу перешёл к делу:

— Линьцзян, как у вас продвигается расследование?

Фу Линьцзян к тому моменту уже опросил людей в районе университета, но в ключевых вопросах, таких как происхождение яда, продвинуться пока не удалось.

Сун Вэнь сказал:

— Можешь пока не зацикливаться на универе. Источник яда установлен, он получен извне, доказательства надёжные. Завтра возвращайся.

Услышав, что в деле появился прогресс, Фу Линьцзян немного успокоился:

— Ай, капитан Сун, если ты уже всё выяснил, зачем тогда меня спрашивать?

Сун Вэнь ответил:

— Как только получил подтверждение, сразу тебе позвонил, — А потом вспомнил ещё кое-что: — Кстати, передай брату Чану из районного отделения, что того собачьего вора, которого он тогда не смог поймать, я всё-таки прихватил.

Побродив немного снаружи, Сун Вэнь вернулся и вновь пролистал показания Дао Лао Саня. Чжу Сяо в это время следил за процессом и деловито подсказывал:

— Эй, пиши нормально. У тебя всё слишком расплывчато. Когда и где именно ты передал лекарство Линь Ваньвань?

— Линь Ваньвань? — переспросил Дао Лао Сань, услышав это имя. Он нахмурился и поднял голову: — Я не ей давал лекарство. Я отдал той девчонке… вроде бы с фамилией Го.

— Го? — переспросил Чжу Сяо, нахмурившись. Он чуть было не спросил вслух с удивлением: «Как это — Го?»

Сун Вэнь, стоявший рядом, тоже был слегка удивлён. Всё складывалось не так, как он ожидал. Они вышли на след через телефон Линь Ваньвань, а теперь в качестве фигуранта всплывала Го.

Вдруг он вспомнил: когда они были в зоомагазине, та девчонка сказала, что Линь Ваньвань уволилась, и вместо неё работает её подруга. Неужели эта подруга и есть Го?

— Да, именно она, — кивнул Дао Лао Сань. — Тихая такая, почти не разговаривает. Я и подумать не мог, что она попросит у меня лекарство для своего больного кота…

Результаты оказались немного другими, чем ожидал Сун Вэнь, но в целом всё укладывалось в логическую картину. Источник яда установлен, мотив для убийства налицо. Прямых улик не было, но показания Линь Ваньвань и случай с отравлением Го Хуа укрепляли позицию обвинения, так что дело выглядело вполне убедительно.

И всё же оставался вопрос: зачем Линь Ваньвань солгала? Что именно она пыталась скрыть?

Сун Вэнь задумался, выходя из допросной, чтобы сообщить остальным о последних новостях.

Когда он рассказал о случившемся, все на мгновение притихли. Особенно Лу Сыюй, который опустил голову, прикусив палец и уставившись в пол.

Это и есть вся правда? Почему-то всё равно казалось, что что-то здесь не так…

После напряжённого дня они наконец-то завершили работу. Как только Сун Вэнь вернулся домой и вошёл в коридор, его накрыло ощущение усталости, сказывались бессонные ночи и беготня по городу. Казалось, он прошёл через настоящую мясорубку.

Открыв дверь, он позвал:

— Мам.

В квартире было темно и тихо, никто не ответил. Он сам включил свет, и маминых тапочек у двери не оказалось. Как и приехала, его дорогая матушка уехала внезапно, не попрощавшись.

Сун Вэнь оглядел аккуратную, небольшую квартиру. Всё вокруг было убрано до блеска. На диване аккуратно сложена стопка выстиранной одежды, сверху лежали его джинсы.

На столе стояли три блюда и суп, а под ними лежала маленькая записка:

«Сынок, мама не может спокойно сидеть, не зная, что с твоим отцом, поэтому уехала раньше. Не буду отвлекать тебя сообщениями, ты и так занят. Береги себя и не забывай вовремя есть.»

Прочитав записку, Сун Вэнь сел на диван. Будто вся усталость, копившаяся за день, растворилось в этих простых словах.

http://bllate.org/book/14901/1433235