Готовый перевод Abyssal Kingdom / Царство Бездны: Глава 22. Стена

Глава 22. Стена

В самом начале видео царил сплошной хаос: солдаты яростно бились с какой-то тварью, и на бортах грузовика, который Вэй Ань видел всего минуту назад, уже чернели оплавленные полосы.

Картинка была сильно размытой, экран шуршал рябью. Непонятно, почему запись с черепного накопителя, сделанная с помощью передовых технологий, выглядела так плохо. Повреждения были не похожи на результат обычного физического воздействия, скорее казалось, будто внутрь самой записи проникла неведомая сила и начала изнутри разъедать изображение.

Но даже при том, что всё плыло и двоилось, очертания той вещи всё ещё можно было различить.

Она сидела на корточках на крыше машины: огромная, мертвенно-бледная фигура гуманоидного силуэта, с половиной головы и ненормально длинными руками и ногами. Существо молча «смотрело» вниз на солдат, которые, надрываясь, выпускали в него целые очереди.

Эта суматошная сцена напоминала артхаусный фильм, снятый на дрожащую камеру мобильного телефона, и в то же время выглядела так же дёшево и нелепо, как обычное кино про чудовищ.

В миг, когда эта белёсая, странной формы тень рванулась с места, уловить её движение взглядом было попросту невозможно. Тот, чьи воспоминания записывались, выкрикнул в кадр данные. Существо развивало скорость порядка трёхсот метров в секунду и могло разгоняться дальше, без видимого предела.

Командир держался предельно хладнокровно. Он приказал части бойцов закрепиться на позициях и готовиться к ответному огню, словно удерживая инициативу в своих руках. По оружию, по выучке, по тактике эти люди были безупречно натренированы.

Но дальше всё пошло иначе.

Пока шёл бой, где-то вокруг всё время прорывались в эфир трескучие радиопомехи, среди которых будто бы слышались голоса, но разобрать, что именно говорят, было невозможно.

Через две минуты с начала столкновения видео внезапно рассыпалось в рой «снега» и ряби. Вэй Ань перевёл взгляд на полоску прогресса. Как раз в этот момент экран вспыхнул белым и лишь потом снова вернул изображение.

Теперь камера смотрела издали, и обстановка на поле боя уже была совсем другой.

Четверо или пятеро рядовых стояли спиной к камере, уставившись куда-то вперёд. Что именно они видели, в кадр не попадало.

И вдруг один из них поднял оружие и выстрелил себе в голову.

В тот самый миг, когда он нажал на спуск и пуля вошла в череп, в видео не прозвучало ни звука.

Мужчина осел на землю, а спустя секунду другой солдат, стоявший у края кадра, так же вскинул оружие и прострелил себе голову.

Они стреляли себе в голову так тихо, так просто, будто смерть не стоила ровным счётом ничего. Ни тени паники у них не было. Но в этой ненормальной спокойности было что-то настолько чужое, что по коже пробежал холодок.

Сцена длилась не больше трёх секунд и тут же утонула в рое помех.

Вэй Ань ещё какое-то время не отрываясь смотрел в экран, хотя перед ним была лишь серо-чёрная рябь.

Всё это напоминало старомодную программу ужасов и смотрелось откровенно недобрым знаком. Стоило какой-то истории оказаться похороненной на кладбище, засыпанном помехами, и от неё оставались лишь размытые контуры, как у бесплотных призраков.

Подумав об этом, Вэй Ань поднялся и направился в одну сторону.

Только что он заметил вдалеке два-три тела, но тогда всё внимание у него отняло замкнутое пространство, и он так и не успел рассмотреть, что именно там лежит.

Теперь он шёл как раз туда. Тут и там валялись ружья, стояли брошенные машины, пустые гильзы сплошным ковром покрывали землю. Стоило Вэй Аню пройти чуть дальше, как он увидел труп солдата, чьё тело только что наблюдал.

Он сразу понял, в чём тут неладное. Труп раскинулся на земле, не разжав пальцев, всё ещё сжимавших оружие. Голова была запрокинута набок, кровь и мозг брызнули веером вокруг.

Он застрелился.

Вэй Ань ещё пару секунд неотрывно смотрел на него, потом пошёл дальше. Чем дальше он шёл, тем больше трупов солдат валялось вокруг, разбросанных по земле как попало.

Все эти люди… покончили с собой.

Это место отличалось от всего остального. С тех пор как он оказался здесь, Вэй Ань замечал, что по дороге поле боя везде хотя бы как-то подчищали. Но тут перед ним было только запустение, словно этот участок просто бросили, даже не попытавшись что-либо прибрать.

Пока Вэй Ань шёл по этому странному полю боя, окружающая картина вызывала у него мороз по коже. Эти трупы уже успели подгнить. На лицах застыло какое-то особенно жуткое выражение, будто они одновременно и улыбались, и мучились до предела.

Вокруг стояла мёртвая тишина.

Нет, не совсем. Это была не полная тишина. В воздухе всё ещё ощущались радиопомехи.

В тех местах, где сигнал был посильнее, всё становилось похоже на то, будто кто-то стоит прямо рядом и без конца шепчет ему в ухо, но из-за плохого соединения слова распадались, и разобрать ничего толком было нельзя.

Вэй Ань поймал себя на том, что замер и прислушивается. На том конце действительно словно кто-то был, но голос звучал глухо, как через плотную пробку.

Молодой человек напряг слух. Кажется, звук стал чуть отчётливее, но почему именно, он бы не смог сказать. Наверное, дело было в самом тембре. От этого голоса Вэй Аню становилось как-то не по себе…

У него внутри всё вздрогнуло. Он вдруг понял, что как раз об этом Гуйлин говорил ему раньше: не слушай голос с той стороны.

Потому что стоит только начать слушать, и он будет звучать всё отчётливее, всё громче; а как только проникнет в мозг, уже ничего нельзя будет повернуть обратно.

Вэй Ань остановился и собрал всю волю, чтобы больше не вслушиваться.

Он перебрал в уме нынешнее положение дел. Странные аномальные зоны древней цивилизации были чем-то, что он не мог даже как следует представить, но в общих чертах он уже понимал, как устроен этот зловещий план.

Скорее всего, раньше эта армия столкнулась здесь с чем-то куда более серьёзным, чем предполагалось, и потому не смогла продолжать удерживать позицию. Но и бросать эти «сокровища» они не хотели, вот и накрыли район пространственным замком.

Судя по истории с отелем «Rambler», снаружи они ведут какую-то долгосрочную операцию, а раз так, значит, способ решить проблему внутри у них тоже должен существовать…

Видео на телефоне Вэй Аня всё это время продолжало играть, и теперь оттуда вдруг прорезался вопль, полный панического ужаса:

— Убей себя! Живо, убей себя!

Вэй Ань поднёс телефон поближе и посмотрел на экран.

После довольно длинного отрезка сплошной ряби и «снега» картинка снова всплыла. Создавалось впечатление, будто с момента того, что он видел до этого, прошло совсем немного времени.

Неизвестно, как именно всё сорвалось с цепи, но к этому мгновению поле боя уже погрузилось в хаос, больше похожий на ад.

Картинка была по-прежнему не слишком чёткой, но страшной до одури. Весь отряд солдат уже пришёл в полное расстройство: одни выдирали себе глаза или потрошили собственные кишки, другие пожирали трупы своих же товарищей…

В углу кто-то, видя всё это, поднял оружие и выстрелил себе в голову.

Вэй Ань не заметил, в какой момент оказался посреди этого странного кладбища, среди груды уродливых тел. Когда все эти люди были ещё живы, они пережили невообразимые истязания, каждого будто выдуло ветром до полусухого состояния, но даже сейчас по ним ещё можно было понять, какой чудовищный ужас им довелось испытать.

Жуткий фрагмент на экране промелькнул в одно мгновение. Следующее видео и вовсе было непонятно из какого времени: последовательность сцен окончательно превратилась в кашу, кадры перескакивали, наслаиваясь друг на друга.

Хозяин этого взгляда истошно заорал:

— Что это такое?! Что это?!...

В этом мрачном и пугающем окружении в его голосе уже не осталось ни капли рассудка.

И всё же именно сейчас запись на телефоне Вэй Аня, как назло, была предельно устойчивой.

Причиной того крика стала стена, выстроившаяся сбоку. Она словно возникла из ниоткуда и теперь стояла прямо перед ними, бесцветная, как кадр из эпохи чёрно-белого кино. На стене тянулась единственная трещина, высотой меньше человеческого роста. Контуры её были размыты, как след, оставшийся после давней аварии и долгих лет разрушения.

Вэй Аню казалось, что весь этот треск помех исходит именно от той стены.

Он уставился на трещину, уходящую в толщу кладки. Ничего примечательного, ещё более заурядная, чем можно вообразить.

Но чем дольше он смотрел, тем отчётливее понимал, что внутри… есть что-то.

С той стороны что-то приближалось.

Вэй Ань различил слабое, похожее на рябь помех свечение и только потом понял, что это отблеск глаз. Эти глаза смотрели прямо на него и медленно подбирались всё ближе.

На вид трещина была шириной не больше двух сантиметров. То, что скрывалось внутри, медленно ползло к нему, понемногу, миллиметр за миллиметром. Внизу будто угадывалась часть его тела, но при такой степени размытости можно было уловить лишь отдельные сдвиги, по которым становилось ясно: оно извивается и тянется вперёд. Изображение становилось всё чётче, но даже так было невозможно вообразить, как выглядит это существо целиком…

В телефоне грянул выстрел, экран ослепительно вспыхнул. Человек, чьи воспоминания записывали, застрелился.

Руки Вэй Аня задрожали, телефон выскользнул и упал на землю. Он вдруг заметил, что точка обзора на экране находится от стены на десятки метров. Картинка была совершенно стабильной. Но в какой момент всё изменилось, он не понял. Казалось, будто стена в кадре сама придвинулась вплотную, и теперь до неё оставался всего метр!

Трещина на стене предстала перед ним во всех подробностях. Она была пугающе близко, словно стоило ему лишь сосредоточиться на стене, как та начинала сдвигаться и ползти к нему сама.

Руки Вэй Аня затряслись, молодой человек отступил на шаг. Он не решался смотреть на экран телефона и знал, что лучше всего для него сейчас было бы вообще этого не видеть.

Но в следующую секунду всё его тело словно онемело. Он лишь поднял голову и уставился вперёд.

Перед ним, неизвестно когда, выросла стена. На ней виднелась такая же чёрная трещина, тоже ниже человеческого роста.

Вэй Ань приоткрыл рот, но так и не понял, стоит ли ему кричать. Всё происходящее напоминало кадр из фильма ужасов, абсолютно лишённого всякого смысла.

Он услышал, как из-за стены доносится скрежещущий звук, будто по ней царапали ногтями. Казалось, по ту сторону бесчисленные голоса перешёптываются, умоляют и вопят, но всё это было лишь обманом, насквозь пропитанным злым умыслом, который рвался разрушить границу.

Этот звук с самого детства врывался в его самые страшные кошмары, из которых не было выхода.

Когда страх достиг предела, кошмар стал явью и встал перед ним во весь рост.

Вэй Ань уставился в ту точку, словно его пригвоздило.

В то же мгновение протяжный рёв сигнала стал чаще и настойчивее, будто вызывал к себе что-то из глубины. Электронный голос, монотонно повторявший в эфире: [Система Глубинного домена: соединение потеряно], тоже словно обрёл тревожные интонации.

В трещине медленно проступило округлое глазное яблоко.

Оно походило на человеческий глаз, но его формы были ненормальными, диспропорциональными. Глаз уставился на него немигающим взглядом. В этой зрачковой бездне не было ничего, кроме голода и такой чудовищной, не поддающейся описанию злобы.

В этот миг радиопомехи оборвались. Связь словно на долю секунды стала кристально чистой, но тут в эфир прорвались слоги, которые не могли принадлежать человеческому голосу. Это был крик чего-то из ада, нечто, что человеческий мозг в принципе не должен был уметь слышать и понимать!

Внезапно Вэй Ань понял, почему те солдаты сходили с ума. Орган в его мозгу отчётливо чувствовал чужую силу, вторжение извне, и из глубин сознания поднималось бешеное оцепенение, волной накрывая все чувства…

И казалось, что именно так и должно быть. Что и он тоже обязан обезуметь вот так.

В тот самый момент картинка перед глазами Вэй Аня резко померкла. Кто-то сзади закрыл ему глаза ладонью. Затем он услышал голос Гуйлина:

— Не смотри.

http://bllate.org/book/14900/2089853