Готовый перевод The Door Keeps Getting Smaller And Smaller / Дверь становится всё меньше и меньше [💗]: 28 – Однажды я стал крупным дельцом (1)

Прежде чем перейти в следующий мир, Лу Шеньсин попросил удалить все записи первых двух мирах. Его спокойствие было несколько безжалостным, и Система впервые дала сбой, словно была шокирована его просьбой.

Больница Коулун города Т

«Лао Ци, не вини старшего брата за резкость. Если бы не благословения нашей матери, на этот раз тебе не посчастливилось бы пережить эту катастрофу, но чтобы и в следующий раз так повезло, ты должен быть Божьим отцом».

П/анл.: Лао Ци – Старая Семёрка, он 7-й сын своих родителей.

У Лу Шеньсина болели все кости, он взглянул на усталого мужчину, а затем понял, что тот говорил. «Просто послушай совет старшего брата, не связывайся больше с этим парнем Ло Яном. Даже не думай о нём. Тебе не хочется об этом думать, но у тебя заурядная внешность и чересчур вычурная одежда, и ты становишься всё старше. Что бы он мог найти в тебе, если не твои деньги!»

У Лу Шеньсина дрогнули уголки рта, и его разум захлестнула большая плотно упакованная волна воспоминаний. Он закрыл глаза и перебрал все образы.

Это был мир, где мужчины могли жениться, это был также мир, где геев было столько же, сколько и собак.

Лу Шеньсин неловко пошевелился. Система сообщила, что это уже третий том в его списке задач. Какими были первые два тома? Почему у него о них вообще не сложилось никакого впечатления?

«Почему я не помню?»

[Динь, временно заблокировано]

Лу Шеньсин некоторое время поразмышлял над значением блокировки, прежде чем его мысли были возвращены к реальности третьим романом «Первое цветение фонаря». Он бегло прочитал книгу.

Это была история о пути главного героя Ло Яна от студента до кинозвезды.

Целью третьего тома был самая большая ступенька в жизни Ло Яна, а именно первоначальный хозяин этого тела, Чэн Тяньцинь. Задача Лу Шеньсина же состояла в том, чтобы изменить его судьбу.

Чэн Тяньцинь был седьмым сыном семьи Чэн. Будучи подростком, ему не нравилось учиться, поэтому он попросил определённую сумму денег и пошёл дурачиться. Спустя более десяти лет он действительно сделал себе имя.

Говорят, что в тридцать мужчины встают на ноги. Единственное же, что могло встать вертикально на теле Чэн Тяньциня, был его член. Он был известным застройщиком недвижимости, стандартным магнатом.

Чэн Тяньцинь был богатым человеком, он покупал только дорогие вещи, имея при этом уникальный вкус. Он носил первоклассные международные бренды, не выходя за рамки темперамента уличного ларёчника, и любил сочетать красное вино с булочками, приготовленными на пару. Даже среди богатых он считался деревенщиной.

Только несколько братьев семьи Чэн знали, что он был влюблён до умопомрачения.

Другие заводили любовников одного за другим, партнёры в постели менялись быстрее, чем простыни, но Чэн Тяньциню нравился Ло Ян. Он выделил дом и растил его как канарейку, бережно держа на ладони из страха, что тот может упасть и пострадать.

Проблема заключалась в том, что Ло Ян ему не отдавался.

Поскольку Чэн Тяньцинь с детства любил есть лук-порей, однажды он направил свой рот на Ло Яна сразу после еды. С тех пор Ло Ян начал избегать его всевозможными способами.

Ло Ян смотрел свысока на вульгарную ауру Чэн Тяньциня, говорящую «У меня нет ничего, кроме денег», и находил отвратительным его целовать или прикасаться. Единственное, что не вызывало отвращения, – это его деньги.

Поэтому Ло Ян никогда не знакомил своих друзей с Чэн Тяньцинем, думая, что этим себя унизит.

Он лгал, что ещё не готов, и просил господина пока его не трогать. Он вёл себя как кокетливый мужчина и плакал с красными глазами. Чэн Тяньцинь из-за этого так расстраивался, что соглашался.

Иногда он ничего не мог с собой поделать и фотографировал Ло Яна. Их отношения никак не могли быть простыми и честными, и его друзья не могли в это поверить.

Ло Ян знал Чэн Тяньциня со средней школы и благодаря ласковым словам был отправлен в киноакадемию своей мечты. Он начал выступать уже на первом курсе, и с Чэн Тяньцинем за спиной смог добиться хороших результатов, в результате чего его стоимость выросла в десять раз.

Когда Ло Ян стал знаменитым, он решил покинуть Чэн Тяньциня. Он боялся, что обнаружат, что его поддерживает мужчина. В идеале он хотел отрезать все грязные части своей истории и уничтожить их.

Именно такой человек завладел сердцем Чэн Тяньциня. В тот день, когда он собрался сделать предложение, его кто-то пырнул ножом, разрубил на куски, и даже целого тела не осталось. Его обиды были глубоки.

Как только Чэн Тяньцинь умер, Ло Ян обнял бёдра знаменитого режиссёра и стал заигрывать со сценаристом, получившем золотую медаль. Его актёрская карьера была настолько блестящей, что он стал самым молодым Киноимператором.

Сначала с тобой спят, а потом ты спишь с другими. В свои пятьдесят Ло Ян нашёл себе красивого и талантливого студента колледжа, и его жизнь была блестящей.

Что касается Чэн Тяньциня, семья Чэн похоронила его на кладбище Хэси, и Ло Ян ни разу его не навестил.

У него был рейтинг в две звезды по индексу печали.

Посмотрев концовку, Лу Шеньсин не мог понять менталитет Чэн Тяньциня, относящегося к Ло Яну как к своему предку. Он всё ещё слышал, как Чэн Тяньдао читал нотации, и крикнул хриплым голосом: «Дагэ».

Чэн Тяньдао никак не отреагировал: «Как думаешь, он вообще звонил тебе после того, как с тобой произошёл этот несчастный случай? Я знаю, это звучит не очень хорошо, но если бы ты умер, он бы и глазом не моргнул… А? Что?»

Лу Шеньсин серьёзно сказал: «Дагэ, я всё понял. Ло Ян и я не созданы друг для друга».

Чэн Тяньдао внезапно охватило желание заплакать. Он облизнул пересохшие губы и взволнованно похлопал Лу Шеньсина по плечу: «Лао Ци, ты наконец-то повзрослел. Дагэ действительно за тебя рад, возвращайся домой».

Лу Шеньсин: «…»

Он всё ещё ему не верил.

«Я знаю, это звучит не очень хорошо…»

Лу Шеньсин поспешно прервал его, когда снова услышал эту фразу: «Если ты знаешь, что это нехорошо, то и не говори».

Чэн Тяньдао потёр лицо: «Ладно, ложись. Сяо Цзы дома, если что-нибудь понадобится, позвони ему на мобильный. Я иду в компанию, зайду к тебе позже».

После того как в палате стихло, Лу Шеньсин выдохнул и задумался, уставившись в потолок. Чэн Тяньцинь получил от Ло Яна звонок во время вождения, где тот сказал, что съёмки были тяжёлыми, и пожаловался Чэн Тяньциню, что он не нашёл для него расслабляющей роли и предложил расстаться. Чэн Тяньцинь, естественно, бросился его уговаривать, и пока отвлекался, машина врезалась в ограждение.

Это был всего лишь второй год, когда они знали друг друга, и в последующие годы подобных расставаний было немало.

Через неизвестный промежуток времени распахнулась дверь, и вошёл парень в белой кепке с козырьком и больших солнцезащитных очках. Он был стройным и стильно одетым.

До носа донёсся запах духов, и Лу Шеньсин перевёл взгляд, украдкой на него взглянув.

Парень закрыл дверь тыльной стороной руки и снял солнцезащитные очки, открыв красивое лицо и красные глаза: «Тяньцинь-гэ, я слышал, ты попал в автомобильную аварию, ты в порядке?»

Суффикс «гэ» в китайском языке буквально обозначает «уважаемый старший брат», и не забываем, что братьями-сёстрами в Китае зачастую называют друг друга, не имея кровно-родственных отношений. «Гэгэ» при этом означает старший брат/старший братец, а «дагэ» – самый старший брат. При этом в кругу семьи старшего брата скорее назовут «лаогэ».

Лежавший на кровати Лу Шеньсин промолчал, глядя на него неясными глазами.

Юношей был Ло Ян, главный герой «Первого цветения фонаря». На этом этапе он был всего лишь первокурсником и уже был хорошо известен, поскольку всё ещё обнимал бедро первоначального владельца.

Ло Ян почувствовал себя странно, но подумал, что тот всё ещё грустит из-за их расставания. В его глазах мелькнуло отвращение, он подошёл и тихо сказал: «Тяньцинь-гэ, я долго об этом думал, и мы действительно не подходим друг другу».

Не дождавшись мягкости и мольбы прошлого, прежде чем его план по смене экипажа смог быть реализован, раздался спокойный голос мужчины: «Согласен».

Ло Ян был ошеломлён, его глаза расширились: «Тяньцинь-гэ, о чём ты говоришь?»

«Разве ты не хотел расстаться? Я согласен, – Лу Шеньсин нахмурился, отгоняя его, как муху, – проваливай».

Пожалуйста, не забывайте ставить лайки и «Спасибо». Переводчику очень приятно. <(＿　＿)>

http://bllate.org/book/14855/1321554