Готовый перевод I Have A Secret / У меня есть секрет [💗]: 4.1 – Не так хорош, как девчонка (4)

Каждое домашнее хозяйство в деревне выращивает большую группу кур, уток и гусей, а также свинью, которую забивают в новогоднюю ночь, чтобы год был удачным. Если свиньи не будет, старый год не уйдёт.

Поэтому свинья имела очень высокий статус в каждой семье, и все старались её откормить.

Хуан Дань боялся свиней, но ему нравилось есть свиную корейку. На обратном пути он всё время поглядывал на талию цветочной свиньи.

Цветочная свинья перед ним крутила задницей, не подозревая, что по ней тосковали.

Чэнь Цзиньхуа случайно позволила свинье убежать во время кормёжки. Она, прихрамывая, вышла, сжимая палку. Не увидев свиньи, она пошла к деревенскому старосте, чтобы сделать объявление по громкой связи, попросив сына вернуться и найти её.

Увидев, как её сын возвращается с цветочной свиньёй, подвешенное сердце Чэнь Цзиньхуа вернулось на прежнее место. Она села на пороге, тяжело дыша и похлопывая себя по бедру, и закричала: «Беги-беги, посмей ещё раз убежать, и завтра я тебя зарежу!»

Цветочная свинья продолжала крутить и извивать своей пухлой частью.

Дом Ли Гэня находился рядом со старым деревом акации на востоке деревни, что было по другую сторону дороги от дома Хуан Даня. Он лениво гулял на солнышке, засунув руки в карманы.

Старое дерево акации

Хуан Дань стоял на пороге своего дома и осматривался. Он пробыл в этом мире всего несколько дней. В деревне было довольно много ключей. Мужчины вешали их себе на талию, а женщины – на шею.

Но ни у кого из них не было того чувства, которое давал ему Ли Гэнь.

Ли Гэнь был очень высоким и обладал мощным телосложением. Те части тела, что не были прикрыты одеждой, имели красивые, словно вырезанные, линии мышц. Его спина всегда была прямой, талия узкой, а зад приподнятым, и на нём висела большая связка ключей. При ходьбе он мог встряхнуть ими запах гормонов.

Никто другой не мог.

Каждый раз, когда Хуан Дань видел Ли Гэня, он подсознательно в первую очередь смотрел на его задницу, чувствуя, что связка ключей была кокетливой.

П/п: Связка ключей: (✿◡‿◡)

Чэнь Цзиньхуа попросила Хуан Даня загнать свинью в загон. Взгляд Хуан Даня оторвался от ягодиц Ли Гэня и переместился на задницу цветочной свиньи. По сравнению с этой задница Ли Гэня всё ещё была красивее. Он молча подёрнул лицом, схватил деревянную палку у стены и взмахнул ею: «Заходи».

Цветочная свинья выгнулась на земле у порога, не обращая на него внимания.

Хуан Дань сказал: «Если ты не войдешь, я тебя ударю».

Сказав это, он поднял деревянную палку и замахнулся для удара, но свинья как-то не впечатлилась.

«…»

Хуан Дань потратил все свои силы, чтобы отправить свинью-дагэ обратно в загон. Он схватил свою куртку и вытер пот с лица, чувствую себя так, будто закончил париться в сауне. Лето, проходи скорее. Это слишком мучительно.

П/п: «Дагэ» – обращение к самому старшему брату в семье, а также вежливое обращение в дружеском разговоре. Помимо «старшего из братьев» это слово означает также «босса» (в криминальной среде) и «старик, чувак» при обращении к другу.

Первоначальный обед состоял из тарелки с луком-пореем и недоеденной маринованный редьки, порезанной кубиками. Теперь же была дополнительная тарелка с тушёным карасём.

Зелёный лук и маринованная редька

Тушёный карась

Хуан Дань думал во время еды, что в будущем надо будет каждый день обходить окрестности дома Ли Гэня. Рот Хэ Вэя был очень грязным, но он очень хорошо ловил рыбу.

Похожие фрагменты сохранились и в памяти первоначального владельца тела. Хэ Вэй был немного знаменит в верхнем течении реки, потому что любит рыбалку. Выловив рыбу в этом пруду, он переходил на другой. Он не только ел её сам, но и щедро раздавал соседям, так что репутация у него была очень хорошей.

Если это не рыба, то с другими блюдами тоже всё было в порядке: бекон, колбаса, солёная рыба, фрукты и овощи – всё это было вкусно.

У Цуйлинь не примет это, Хэ Вэй выбросит, а Хуан Дань подберёт. Это было разумно, и в этом не было ничего плохого.

Хуан Дань любил есть мясо с брюшка рыбы, где у рыбы было меньше костей, а мясо нежнее, но первоначальному владельцу это не нравилось. Он с детства предпочитал заднюю часть рыбы с наибольшим количеством костей и никаких других частей даже не касался.

Бог есть. Первоначальный владелец часто давился рыбьей костью, но всё равно был очарован местом на спине рыбы. Его любовь была глубока и непоколебима.

Хуан Дань не мог себе позволить вызвать подозрения у матери первоначального владельца тела, поэтому пошёл есть мясо со спины рыбы. Он использовал свой язык, чтобы найти и разделить мясо рыбы во рту. Он и так был очень осторожен, но не ожидал, что там всё ещё будет рыба, что выскользнет из сети.

П/п: Китайская идиома «Рыба, выскользнувшая из сети» означает случайно сбежавших врагов и преступников. Из «Исторических записей: предисловие к биографии жестоких чиновников» Сыма Цяня.

Он подавился.

«Сколько раз мама тебе говорила: не думай ни о чём, когда ешь рыбу, и не ешь рыбу, когда о чём-то думаешь. Ты просто не слушаешь».

Ворча, Чэнь Цзиньхуа положила большой рисовый шарик в миску своего сына: «Проглоти это».

Хуан Дань взглянул на рисовый шарик: «Я лучше пойду выпью уксуса».

«Какой ещё уксус, рисовые шарики подойдут, – Чэнь Цзиньхуа взяла палочки для еды, чтобы поковырять лук-порей, и протянула Хуан Даню большой пучок. – У рыбы на спине полно мелких костей. Съешь сначала рисовый шарик, а потом вот это, и с тобой всё будет в порядке».

Не глотая рисовых шариков, Хуан Дань встал и пошёл на кухню. Он нашел бутылку с уксусом и выпил уксус, но это всё равно не помогло. Он вышел за дверь и нажал на основание языка, чтобы вызвать рвоту. Он вытащил рыбью кость, полагаясь на остатки пищи, скопившиеся в его желудке. Он вздохнул с облегчением и вернулся к баку, чтобы прополоскать горло.

Чэнь Цзиньхуа расспросила своего сына и, узнав, что рыбья кость была удалена, сменила тему: «Дунтянь, так откуда ты взял эту рыбу?»

Мысли Хуан Даня повернулись вспять, примерно на два или три поворота, и он рассказал правду.

Выслушав, на лице Чэнь Цзиньхуа не отразилось удивления: «Хэ Вэй раньше был хвостом твоего брата Дагуя. Они были вместе, куда бы ни пошли. Твоего брата Дагуя больше нет, и оказывание поддержки это тоже своего рода ностальгия по прошлому».

«Твоя сестра Цуйлинь не принимает привязанности Хэ Вэя, потому что боится, что люди будут болтать глупости и испортят её репутацию».

Чэнь Цзиньхуа вылила рыбный суп на рис и перемешала: «Перед дверью вдовы ходит много сплетен».

П/п: Китайская народная поговорка «Перед дверью вдовы ходит много сплетен» означает, что как только женщина овдовеет, она станет в центре внимания жителей деревни, и люди будут уделять ей слишком много внимания. Поговорка родом из феодального прошлого, когда женщина должна была соблюдать всевозможные заповеди и добродетели и в какие-то эпохи даже не имела права повторно выходить замуж под страхом смерти, а вокруг всегда находилось много доброхотов, помогающих «присматривать» за обездоленной женщиной. Имеет и продолжение: «А над крышей вдовца идёт меньше дыма».

Неизвестно, вспомнила ли она что-то из прошлого, но она вздохнула.

Хуан Дань сказал как бы ненароком: «Мама, я думаю, Хэ Вэю нравится сестра Цуйлин».

Чэнь Цзиньхуа перевернула рыбу, выискивая в её брюхе рыбьи кости, и сказала удивлённым тоном: «Твоя сестра Цуйлин училась в институте, умеет читать и писать стихи, а также является честным человеком. Было бы ненормально, если бы она никому не нравилась».

П/п: Иероглиф рыбы 鱼 (yú) звучит так же, как «изобилие» 余 (yú), поэтому её не переворачивают после того, как съели мясо на одной стороне, ведь рыба – это символ лодки счастья и удачи, и если её раскачать (перевернуть рыбу), то удача потеряется. Оптимальным считается просто вынуть рыбий скелет полностью.

Т.е. Чэнь Цзиньхуа, по сути, не суеверна.

«Если ты найдёшь маме невестку, которая будет хоть вполовину так же хороша, как она, то твоя мать сможет умереть спокойно».

Хуан Дань пригляделся к женщине средних лет. На её лице не было следов средств по уходу за кожей, оно было покрыто лишь превратностями ветра и солнца, – всё это было размазано и нанесено на каждую морщинку в уголках её глаз.

В памяти первоначального владельца тела, отец рано ушёл из жизни, и его воспитывала мать, но он не был с ней близок и не выносил придирок другой стороны.

Одно и то же можно повторять снова и снова, из этого года в следующий, из следующего в год после него, и так до бесконечности.

Хуан Дань не понимал, было ли ворчание общей проблемой для многих матерей или же личной привычкой Чэнь Цзиньхуа.

У него самого не было ни матери, ни отца, только дворецкий.

Вернувшись к своим мыслям, Хуан Дань сказал: «Такую, как сестра Цуйлин, трудно найти».

«Да, у твоей тёти Ван такая удача, что другие могут только позавидовать».

Чэнь Цзиньхуа положила палочки для еды на стол, внезапно посуровела и сказала: «Дунтянь, прежде чем ты женишься, твой характер придётся изменить».

«Посмотри на Инсюня, он ненамного моложе тебя, но каждый день словно сходит с ума, всё “хихи” да “хаха”. Проводи с ним больше времени, пусть зовёт тебя, когда выходит поиграть».

Хуан Дань поджал губы, демонстрируя отвращение: «Есть ли в деревне вообще какие-либо развлечения? Я с таким же успехом мог бы остаться и дома».

«Что тебе делать дома? Ты не можешь высиживать цыплят».

Чэнь Цзиньхуа начала ворчать.

Хуан Даню не потребовалось много времени, чтобы сделать то же, что сделал бы в это время и первоначальный владелец тела: отшвырнуть миску и сильно хлопнуть дверью своей комнаты.

Он стоял, прислонившись к двери, и прислушивался к движению в коридоре, но оттуда не донеслось ни звука гнева.

Сын всегда был таким, убегающим, когда был несчастлив. За время бытия матерью та уже привыкла и стала снисходительной.

Хуан Дань подошёл к кровати и сел. Дворецкий был неразговорчивым и редко улыбался. Он специально искал информацию о таких замкнутых личностях.

Большинство интровертов обладают низкой самооценкой, сильным самосознанием и пренебрежительно относятся к мнению других людей.

Эта группа воздвигает защитную стену, чтобы защитить себя, но, сталкиваясь со знакомыми областями знаний и людьми, которым доверяют, они ослабляют бдительность и могут поддержать разговор.

Они отказываются участвовать в коллективных мероприятиях, опасаясь большого скопления людей, и выражают неприятие и сопротивление. Когда же два человека остаются наедине, всё становится по-другому, и им находится о чём поговорить.

Интроверсия и экстраверсия не различаются так уж буквально, грань между ними довольно размыта.

Поскольку экстраверты могут быть одиноки в глубине души и просто боятся оказаться в изоляции, поэтому они и притворяются оживлёнными.

Хуан Дань почесал комариный укус на руке, и научился смазывать его слюной. Ли Гэнь также окончил университет, , как и У Цуйлин, так что он не был таким же, как другие жители деревни.

Более того, первоначальный владелец работал в других местах и лишь на китайский Новый год возвращался на несколько дней, после чего снова уезжал. Ли Гэнь же должен был уехать в другие места, чтобы поступить в университет. После окончания учёбы он остался работать в большом городе и вернулся в деревню только два года назад.

Эти двое мало общались, и Ли Гэнь не был знаком с первоначальным владельцем тела, самое большее, он мог слышать что-то от других.

Если он станет подозрительным и начнёт его проверять, у Хуан Даня также найдётся набор аргументов, чтобы с этим справиться.

Самое важное сейчас – найти убийцу Ли Дагуя.

Через некоторое время из-за окна донёсся крик Чэнь Цзиньхуа, которая как ни в чём не бывало попросила Хуан Даня пойти с ней на рисовую гряду.

Хуан Дань вышел на улицу в соломенной шляпе.

Солнечный свет был настолько сильным, что на него даже невозможно было прямо смотреть.

Спрятав лицо в тени соломенной шляпы, он прогнал нескольких цыплят и взял вилы, чтобы перевернуть на земле рис.

Это было высушено прежним владельцем, а большая часть посевов так и осталась засыхать.

Чэнь Цзиньхуа переворачивала с другого края, её движения были проворными. В молодости она, должно быть, нравилась старшим. Она была прилежной девушкой, которая умела всё.

Погода была жаркой и безветренной, а жёлтая земля горячей. Если на неё помочиться, то она очень быстро высохнет.

Выгоревшая на солнце соломенная шляпа Хуан Даня едва не начинала дымиться. Он вытер пот, капавший ему на глаза, и пошёл отдохнуть под большим деревом.

У каждой семьи прямо перед домом была грядка с рисом.

Не только Хуан Дань и Чэнь Цзиньхуа вышли, чтобы перевернуть рис, но и семья по соседству тоже была занята, цокая языками и говоря, что Хуан Дань не был сыновним.

Хуан Даню не нужно было обращать внимание, потому что первоначальный владелец тела реагировал на это закрыванием глаз.

Через некоторое время он подошёл к краю одного из углов рисовой грядки: «Мама, вернись, он обгорел».

Чэнь Цзиньхуа указала на два деревянных столба рядом с рисовой грядой, сказав, что они неустойчивы и сильно раскачиваются, и попросила Хуан Даня найти кирпич, чтобы забить их в почву.

Хуан Дань: «…»

Неужели это не потерпит, пока солнце не скроется?

Он нахмурился и пошёл искать кирпичи.

Когда колышек шатается, ему легко упасть. Как только колышек упадёт, натянутая сетка перестанет работать, и набегут курицы клевать рис.

В конечном итоге мать первоначального владельца сама заклюёт Хуан Даня до смерти.

Вернувшись в дом, Хуан Дань снял свою залатанную куртку и повесил её на изножье кровати, чтобы просушить, а затем надеть днём.

Для выполнения сельскохозяйственных работ приходилось одевать грязную и рваную одежду, хорошую одевать было нельзя. Вот только у первоначального владельца тела и не было хорошей одежды.

В час дня Хуан Дань вышел на солнце. Он сел в тени дерева у края поля, держа во рту травинку, хрустящую и немного сладковатую.

Воздух в деревне был хорошим, а местная трава более ароматная, чем в сообществе.

Хуан Дань прислонился спиной к дереву, не зная, придёт ли Ли Гэнь.

Уважаемые читатели, поскольку данная новелла в жанре детектив, то любые комментарии, содержащие сюжетные подсказки, не скрытые под шапкой «spoiler», будут удаляться.

Пожалуйста, не забывайте ставить лайки и «Спасибо». Переводчику очень приятно. <(＿　＿)>

http://bllate.org/book/14844/1321263