Готовый перевод I Have A Secret / У меня есть секрет [💗]: 2 – Спасение (2)

Как только прозвучало сообщение, поле оживилось, и один за другим последовали радостные возгласы.

Молодые люди в возрасте от 15 до 20 лет кричали, не в силах дождаться, когда покинут рисовые поля и, тряся своими руками и ногами, побежали домой.

Ешьте раньше, и уйдёте пораньше, и сможете занять хорошее место.

Неважно, если вы не поедите, главное – фильм.

На окрестных полях осталось всего несколько человек среднего возраста и Хуан Дань, всё ещё сидящий на корточках у пруда.

Ли Гэнь вытер лицо рукавом пиджака: «Ты не идёшь?»

Хуан Дань сказал: «У меня онемела нога».

Ли Гэнь потянул его за руку: «Какая нога?»

Хуан Дань сказал: «Левая».

Ли Гэнь сказал: «Плюнь немного слюны на руку и вытри левый глаз».

На лице Хуан Даня появилось выражение «я не понимаю, о чём ты говоришь».

Ли Гэнь собирался подняться, но, видя, что мужчина не двигается и не уходит с дороги, просто толкнул другого в плечо.

У него была сломана ладонь, и его сила была велика, так что он не собирался сдерживаться.

П/п: Термин «Сломанная ладонь» относится к хиромантии и нумерологии и представляет собой пересечение линии мудрости и эмоциональной линии, от одного конца ладони до другого, образуя прямую линию. С точки зрения хиромантии, люди со сломанными ладонями более решительны и упрямы, чем обычные люди, имеют твёрдые экономические концепции, нервозны и склонны к спорам с окружающими.

Ничего не подозревавший в тот момент Хуан Дань упал прямиком в пруд.

Ли Гэнь: «…»

Он присел на корточки, положив руки на колени и глядя с берега на молодого человека в воде, и в шутку спросил: «Дунтянь, ты ловишь рыбу? Иди на середину и полови там. Как наловишь, дай гэ две штучки, чтобы он вернулся и сварил суп».

Хуан Дань очень хорошо плавал, но первоначальный владелец тела не умел, поэтому он не мог доплыть до берега.

«Гэ, помоги мне… помоги…»

Увидев, что голова молодого человека погрузилась в воду, Ли Гэнь тихо выругался, сбросил пиджак и прыгнул в пруд.

Хуан Даня втащили на каменную плиту, как тонущую собаку.

С штанин Ли Гэня капал дождь, а его лицо, по которому скатывались капли, было мертвенно-бледным: «Чего ты прыгаешь в воду, если не умеешь плавать? Напугал меня почти до смерти!»

Хуан Дань сказал: «Ты меня толкнул».

Ли Гэнь наклонил голову и приподнял брови: «Я тебя толкнул?»

Хуан Дань кивнул: «Угу».

Лицо Ли Гэня дёрнулось: «Тогда почему ты не увернулся?»

Хуан Дань: «…»

Ли Гэнь выловил свой мокрый пиджак: «Поторопись, вечером в Тунмяо будет по крайней мере два показа, которые стоит посмотреть».

Хуан Дань шёл позади. Ли Гэнь его спас, можно ли исключить неприязнь?

Всё ещё предстоит определить.

На ужин был суп с комочками и большим количеством зелени. Была целая кастрюля.

Суп с комочками и зеленью

Хуан Дань посмотрел на большую щербатую миску перед собой, на грубые бамбуковые палочки для еды, и его аппетит оказался на нуле.

От края миски шёл пар, и аромат теста и овощей, переплетаясь, поднимался вверх. Он взял миску, глотнул суп, съел комочек, и его аппетит возрос до 100.

Чэнь Цзиньхуа сказала: «Мама поприветствовала Ли Гэня, он позже позовёт тебя, и вы вместе отправитесь в Тунмяо».

Хуан Дань издал «О» и продолжил поедать комочки.

Чэнь Цзиньхуа возилась с миской, рассеивая тепло: «В деревне Чэнь есть несколько хороших девушек. Не просто смотри фильмы, найди возможность поговорить с ними».

Хуан Дань сказал: «Я никому не интересен».

Чэнь Цзиньхуа расстроилась: «О чём ты говоришь, мой сын ничем не хуже других!»

Она отставила тарелку и палочки для еды и ушла в глубь дома прилечь.

Хуан Дань же неподвижно сидел за столом и опустошал миску.

В дверной проём влетела старая курица и уронила жёлто-чёрное перо. На перо наступил мужчина и крикнул: «Дунтянь, уходим».

Хуан Дань положил в рот маленький кусочек овощных листьев с края миски и подсознательно захотел вытереть рот салфеткой. Вместо этого он остановился и вытер его рукой.

Для жителей деревни показ фильмов был как фестиваль, очень оживлённый.

Большая армия взобралась на гору и переправилась через реку к братской могиле.

Пока они шли, всё было в порядке: было светло, не жутко и не было никакого зловещего ветра. Если бы робкие захотели тут пройти ночью, то им сначала нужно было бы опорожнить мочевой пузырь, иначе их могла напугать какая-нибудь дешёвая собака, специализирующаяся на шалостях, и можно было бы описаться.

П/п: Между прочим, в Китае считается оскорбительным приравнивать человека к собаке, потому что это означает, что вы – зверь, не способный мыслить, а только получать приказы от хозяина.

Девчата шли группами, и длинные косы за из спинами выбивали весёлый ритм.

Первоначальный владелец тела Хуан Даня не пользовался в деревне популярностью и сначала он был хвостом за задницей Ли Гэня. Как только они появились на въезде в деревню, подошла группа ребят и отрезала этот хвост.

Теперь с ним шёл Чжан Инсюн.

«Всё плохо, свинья не накормлена!»

Чжан Инсюн был потрясён и сказал, что когда он вернётся ночью, его отец обязательно его прирежет: «Дунтянь, ночью я иду спать в твою берлогу, ладно?»

Хуан Дань сказал: «Нет».

Чжан Инсюн преувеличенно зарыдал, и все вокруг посмотрели на него, думая, что что-то случилось.

Хуан Дань же никак не отреагировал.

Чжан Инсюн закатил глаза, пнул ногой камень и в кого-то попал. Идея с берлогой отпала сама собой.

Шаги Хуан Даня постепенно замедлялись. Он шёл позади большой кампании, выуживая информацию о Ли Дагуе из воспоминаний первоначального владельца тела и собирая её по крупицам.

Ли Дагуй раньше был известным в деревне хулиганом, который любил доставлять неприятности и создавать проблемы. Он не знал много китайских иероглифов, но у него был твёрдый кулак, и он также славился своей красотой. Так что всегда находились молоденькие девчонки, который бы за ним бегали.

Позже Ли Дагуй женился на своей невестке по имени У Цуйлин, которая училась в университете и была первой группой студентов колледжа и культурных людей во всей деревне.

У этих двоих был детский брак, они поженились в соответствии с пожеланиями своих старших и очень любили друг друга.

П/п: Детский брак относится к браку между мужчиной и женщиной, заключённому их родителями, когда обе стороны были ещё очень молоды. Такой «брак» не учитывается законом. Этот обычай ещё существует в некоторых отдалённых сельских районах Китая и районах проживания этнических меньшинств.

На втором году брака Ли Дагуй стал отцом, но ребёнок заболел после рождения и не дожил до одного года.

Тем не менее, его отношения с У Цуйлин по-прежнему были очень хорошими, и они никогда не ссорились.

Хуан Дань почесал нос. Всё это слышал первоначальный владелец. Слушая, что говорила семья и говорили другие, было трудно определить, правда это была или ложь.

Кто знает, лежали ли Ли Дагуй и его жена в постели под одним стёганным одеялом или каждый под своим.

Хуан Дань остановился, наклонился и снял свои кроссовки. Перевернув их, он похлопал ими по земле и высыпал изнутри песок.

Башмаки ухмыльнулись, дескать по дороге они ещё перекусят.

Хуан Дань засунул ноги обратно. У Ли Дагуя при жизни был близкий друг по имени Хэ Вэй, который жил по соседству в верхнем течении реки.

Кроме него, тот, с кем Ли Дагуй общался больше, был лишь его брат Ли Гэнь.

Хуан Дань поджал губы. Похоже, в настоящее время было ещё трудно сказать, кто был подозреваемым. Сегодня вечером в Тунмяо придут посмотреть фильм люди из нескольких близлежащих деревень. Он может воспользоваться этой возможностью, чтобы увидеть Хэ Вэя.

Хуан Дань посмотрел вперёд, несколько женщин шли вместе, и той, у которой была короткая стрижка, была У Цуйлин.

Время от времени она поворачивала лицо в сторону и говорила вполголоса. Она выглядела очень заурядно, но её кожа была довольно белой. Она была честна в своей жизни и придерживалась женской добродетели, даже более традиционно, чем обычные люди.

После смерти мужа У Цуйлин изо всех сил старалась обслуживать свою свекровь, принося чай и воду, убирая за ней испражнения и делая всё остальное.

Она всегда одевалась консервативно, вела себя прилично, никогда не общалась с мужчинами слишком много и держалась от них на расстоянии даже после нескольких слов.

В деревне говорили, что Ван Юэмэй была благословлена, найдя такую сыновнюю невестку, но жаль, что её младшему сыну выпала плохая судьба.

Хуан Дань прищурил глаза. На фоне грубого и загорелого окружения бледнокожая и ухоженная женщина была особенно привлекательна.

У него зачесались руки, так ему хотелось рисовать.

Чжан Инсюн в какой-то момент вытянул шею: «Дунтянь, что это ты пялишься на благородную невестку?»

Хуан Дань сказал: «Я хочу попросить её одолжить учебники для средней школы».

Чжан Инсюн был шокирован: «Ты даже не закончил первый класс начальной школы. Что ты собираешься делать с учебниками для средней школы? Подложить под стол?»

У него был громкий голос, и он не умел молчать.

Хуан Даню было нечего сказать.

Небо постепенно темнело, и на спортивной площадке начальной школы Тунмяо собралась большая группа людей.

Были поставлены маленькая скамейки, и те, кто не смог за них ухватиться, устраивался позади.

Киномеханик пришел поздно, но большие парни не посмели жаловаться, опасаясь, что тот будет недоволен и прямо уедет на своём велосипеде, и никто не сможет его догнать.

В центре накрыли стол Восьми Бессмертных, беспорядочный шум исчез, и все любовные дела приостановились.

Стол Восьми Бессмертных

Первым показали фильм о том, как даосский священник охотится на призраков.

Чжан Инсюн был немного напуган и прикрывал глаза рукой: «Призрак вышел?»

Хуан Дань: «Угу».

Чжан Инсюн спросил, как выглядел призрак.

Хуан Дань: «Как призрак».

Чжан Инсюн: «…»

Он постоянно что-то спрашивал или кричал «А-а-а-а». Хуан Дань устал от этого и захотел сменить место.

Сторона Ли Гэня же была настоящим сокровищем фэн-шуй: того со всех сторон окружали красивые девушки.

Даже с далёкого расстояния Хуан Дань мог почувствовать запах гормонов от тела Ли Гэня, не говоря уже о девушках, которые были рядом.

У Цуйлин сидела в стороне рядом с несколькими фужэнь, с которыми она пришла, и все серьёзно смотрели фильмы.

П/п: Фужэнь – замужняя женщина.

Хуан Дань не нашёл Хэ Вэя: ему крикнули сесть уже и не мешать смотреть фильм на белой ткани, привязанной между двумя деревьями.

По окончанию первого показа мужчины группами пошли справлять нужду, и женщинам тоже надо было пописать.

У всех людей были три срочности, без каких-либо исключений.

П/п: Китайская поговорка «У людей есть три срочности» означает, что у людей есть три неотложных дела, а именно: помочиться, испражниться и выпустить газы, – и иногда они не могут это сдержать. Она часто используется для обозначения проблем с недержанием и диетой.

Небольшая роща за спортивной площадкой испытывала голод и жажду, она склонялась и выворачивалась, умоляя её оросить.

Хуан Дань считал, что было нехорошо следить за женщиной – это пагубно сказывалось на характере, но особые времена требовали особых средств.

Он позаимствовал дерево, чтобы спрятаться, и обнаружил, что У Цуйлин вышла из леса и остановилась на одном месте в ожидании остальных.

Вскоре после этого появился мужчина.

Рост У Цуйлин составлял 1,7 метра, и мужчина оказался не таким высоким, как она. Стоя вместе, была большая разница в росте, но это совсем не выглядело мило.

По воспоминаниям первого владельца тела Хуан Дань узнал того, это был Хэ Вэй, хороший приятель Ли Дагуя.

Он не мог слышать, что тот говорил У Цуйлин, поэтому мысленно сказал: «Г-н Система, не мог бы ты оказать мне услугу? Я бы хотел узнать содержание разговора между мужчиной и женщиной, стоящими передо мной».

Система: [Требуется 50 очков. Очки будут случайным образом выпадать во время выполнения миссии. Количество и кратность выпадения зависят от прогресса выполнения задания. Г-н Хуан должен не забыть вовремя их собирать]

Хуан Дань сказал: «Дай один раз в кредит».

Система: […]

Хуан Дань сказал: «Дай мне умоляющее выражение лица, мультяшное или реалистичное – неважно».

Как только прозвучали эти слова, в его сознании возникла маленькая мультяшная фигура.

Хуан Дань сымитировал это выражение, слегка нахмурив брови и поджав губы: «Пожалуйста».

Система выдала объективную оценку: [Не похоже]

Хуан Дань сказал: «Я старался изо всех сил».

Система: […]

Хуан Дань сказал: «Я хорошо умею громко смеяться, почему бы мне не продемонстрировать тебе это?»

Система сказала: […Не нужно]

Через несколько секунд в ушах Хуан Даня зазвучали два голоса: один принадлежал У Цуйлин, а другой – Хэ Вэю.

Он всё ещё стоял там, где и был, но перешёл от того, чтобы ничего не слышать, к прослушиванию всего.

«Как здоровье тётушки Ван?»

«Неплохо».

«Как только Дагуй ушёл, тётушка Ван слегла от горя, эх».

«Хэ Вэй, зачем ты меня ищешь, ничего не случилось?»

«Ничего. Я тут подумал, мы с Дагуем с детства играли вместе, и тётушка Ван мне как сводная мать, так что если у тебя в будущем возникнут трудности, иди к верхнему течению реки и найди меня».

«Здесь есть старший брат».

«Ли Гэнь заведёт семью, и с его невесткой во главе вам с тётушкой Ван придётся нелегко».

«Давай поговорим позже».

Хуан Дань прятался за деревом. Хэ Вэй интересовался У Цуйлин, и его глаза то и дело скользить по её телу, желая делать это своими руками и залезть в вырез её одежды.

Позиция У Цуйлин же была ясной: соблюдать должную дистанцию, не быть высокомерной, не потворствовать и не допускать двусмысленностей.

Её муж Ли Дагуй был очень привлекательным и мужественным, а Хэ Вэй в этом сильно отставал.

Так что тот лишь выдавал желаемое за действительное.

Не сумев заполучить У Цуйлин, стал бы он ревновать к ней Ли Дагуя? Убил бы?

Это оно?

Давайте сначала ухватимся за эту лозу и пощупаем её.

П/п: Китайская идиома «Следовать за лозой и найти дыню» является метафорой расследования чего-либо на основе определённой подсказки.

Внезапный позыв к мочеиспусканию отвлёк Хуан Даня от размышлений. Он отступил и побежал прочь, прислушиваясь к журчанию воды, чтобы найти оросительную команду.

Ли Гэнь прищурился с сигаретой во рту: «Что ты смотришь, как твой гэ это делает?»

Хуан Дань сказал: «Я не смотрел».

Вот что он сказал, но его глаза остались на месте.

Ли Гэня позабавил внешний вид молодого человека, но в его глазах не было улыбки. Он затянулся сигаретой: «Чжан Дунтянь, если ты посмеешь сказать, что не смотрел на него, твой гэ просто нассыт тебе в рот».

Хуан Дань сказал: «Да, я смотрел».

Чжан Инсюн вмешался с другой стороны: «Брат, у Дунтяня нет никакого злого умысла…»

Ли Гэнь пнул его ногой: «Свали в сторону!»

Чжан Инсюн был напуган до смерти, так что Дунтянь может сам попросить себе удачу.

Другие ирригаторы тоже остановились, чтобы понаблюдать за происходящим.

В деревне было мало людей, и если кто-то пёрнет, все об этом узнают.

Неуместные поступки Чжан Дунтяня, связанные с отсутствием общительности, были хорошо известны группе почти того же возраста, и многие люди всё ещё были в это вовлечены.

Все знали, что все эти годы его мать-калека заискивала перед семьёй Ли Гэня, посылая им то одно, то другое, надеясь, что Ли Гэнь придёт на помощь, когда её никчёмного сына однажды изобьют.

Атмосфера была не очень хорошая.

Хуан Дань сначала помочился, а потом спросил: «Гэ, ты из поколения “Да”?»

Ли Гэнь выплюнул окурок: «Что?»

Хуан Дань сказал: «Ли Дагэнь».

П/п: Тут происходит игра слов: «Дагэнь» = большой корень = дайкон. (*/ω＼*) А «Гэ, ты из поколения “Да”?» также созвучно фразе «Гэ, у тебя большой персонаж?»

Дайкон

П/п: Несколько слов о сложившихся в Китае представлениях о женской добродетели.

Общество Китая приписывало очень строгие и трудновыполнимые стандарты понятию «хорошая женщина». Основные требования были сформированы в моральный кодекс «Три послушания и четыре добродетели», ставший частью таких канонических текстов конфуцианства, как «И ли» («Образцовые церемонии и правила благопристойности») и «Чжоу ли» («Чжоуские ритуалы»), которые кодифицировали протокол для элегантного и утончённого культурного поведения. Этот кодекс сильно повлиял на феодальный древний и имперский Китай до недавней маоистской эры. Это сильно повлияло и на социальную философию Японии и Кореи (пока Северная Корея не стала коммунистической), и даже Вьетнама. Он всё ещё частично соблюдается в Японии и по сей день, хотя в Китае от него отказались во время Большого скачка.

Три послушания:

1. Слушаться отца до замужества

Для незамужних женщин подчинение родителям было главным проявлением почтительности. Свободная воля не поощрялась ни в чём – от повседневной жизни до решения о браке. Желание самостоятельно выбирать, за кого выходить замуж, считалось аморальным и унижало всю семью. Дочери также должны были заботиться о родителях и, если потребуется, ради них пожертвовать собой.

2. Слушаться мужа в браке

Перед свадьбой мать невесты обучала ту «не противиться своему мужу». Примечательно, что поговорка, описывающая идеальные отношения между супругами, буквально переводится как «держать поднос на уровне бровей». Также добродетельная жена должна была хранить верность своему мужу даже после его смерти. Хотя выходить замуж повторно и не запрещалось, общество такой выбор не уважало. Зато тех, кто совершал самоубийство после смерти супруга, восхваляли как целомудренных женщин. А во времена династии Мин существовал закон: если женщина становилась вдовой до тридцати лет и больше не выходила замуж, её семья освобождалась от рабства. Поэтому, даже если женщина и не хотела оставаться одинокой, семья могла её к этому принудить.

3. Слушаться сына во вдовстве

После смерти мужчины главой семьи становился сын. И хотя по традиции он должен был уважать мать, принятие важных решений лежало именно на нём, как и власть над судьбой матери. Таким образом «Три послушания» контролировали все этапы жизни женщин, однако существовали и особые требования – «Четыре добродетели».

Четыре добродетели:

1. Нравственность

В древние времена важность добродетели поднялась до небывалых высот и иногда противопоставлялась таланту. В книге «Уроки для женщин» говорится, что «хорошая женщина не нуждается в талантах», а поговорка «женщина без талантов – добродетельная женщина» известна до сих пор. По иронии судьбы, автор «Уроков» Бань Чжао сама была очень талантливой женщиной.

По мере развития китайского общества стандарты становились всё строже. Как невестка женщина должна была безропотно подчиняться родне мужа; как жена она должна была не ревновать его к любовницам; как мать она должна была обучать детей правильному образу жизни; как мачеха – любить детей мужа, как собственных. В бедности женщине нельзя было проявлять недовольство, а в богатстве ей предписывалось оставаться бережливой и прилежной хозяйкой.

2. Речь

В Китае далеко не все ценят красноречие – считается, что неосторожная болтовня ведёт к проблемам. Для женщины подвешенный язык никогда не был достоинством. От женщин требовалось говорить мало и только правильные вещи. Под этим подразумевалось, что нельзя было критиковать членов семьи, и муж мог развестись с женой из-за её злословия. Слово «сплетница» («чаншэфу») применялось и применяется только по отношению к женщинам, мужского аналога у него нет.

3. Внешность

В конфуцианстве мужчина должен был заботиться о добродетельности жены, а не о её внешности, поэтому и женщина не должна была тратить на это много времени. Ей надлежало быть чистой, опрятной и заурядной. Считалось, что «слишком красивая» женщина, femme fatale, предвещала неудачи и привлекала зло.

В Китае восхваляли порядочных мужчин, которые женились на некрасивых, но добродетельных женщинах. При этом очень популярным был совет: сделай некрасивую женщину своей женой, а красивую – наложницей.

4. Работа

В Китае хорошая жена буквально зовётся «отличным бытовым помощником». Согласно традиционному социальному разделению труда, в обязанности жены входило управление домашним хозяйством, уход за членами семьи и гостями и подготовка к религиозным церемониям.

Бань Чжао утверждала, что хорошая жена не должна быть слишком способной, достаточно «заниматься работой и не отвлекаться». Но на практике, если хозяйка не была достаточно умелой, её могли обвинить в глупости или лени, что плохо сказывалось на репутации.

Прошли тысячелетия, но до сих пор, желая похвалить женщину, в Китае (впрочем, не только там) её называют «сяньци лянму» – хорошей женой и матерью, не учитывая личностные качества.

В целом в обществе сейчас господствуют современные отношения, но кое-где сохранились и традиционные. Особенно переходя из города, из интеллигентной среды, в деревню, на периферию, к более простым семьям – в них заметны проявления традиционной культуры.

Примечательно, что, согласно слухам, у самого Конфуция была очень сварливая и к тому же некрасивая жена. И, по-видимому, он её даже побаивался. ¯\_(ツ)_/¯

Источники: http://atimemag.ru/history/virtue/; https://wiki2wiki.ru/wiki/Three_Obediences_and_Four_Virtues; https://aleks070565.livejournal.com/7540750.html

Уважаемые читатели, поскольку данная новелла в жанре детектив, то любые комментарии, содержащие сюжетные подсказки, не скрытые под шапкой «spoiler», будут удаляться.

Пожалуйста, не забывайте ставить лайки и «Спасибо». Переводчику очень приятно. <(＿　＿)>

http://bllate.org/book/14844/1321261