Готовый перевод Correct Posture Of Masochism / Правильная поза для мазохизма [💗]: 3 – Он не ожидал, что паренёк окажется таким распутным (3)

Раздался чёткий голос: [Динь, трудно сказать]

На лбу Цзян Юя выступили голубые вены. Он развернулся, закрыл дверь и спустился вниз.

Звание художника всегда ассоциировалось с растрёпанными волосами, неряшливым внешним видом и странной одеждой.

А стоящий в холле человек с красивыми глубокими бровями и сдержанным взглядом под выбившимися прядями на лбу не имел ничего общего ни с чем из этого, скорее, он был похож на холодную модель в журнале.

Элегантный, высокий, аскетичный.

Му Чэнь с женой и сыном смотрели на Сюй Имина и вели вежливую беседу. Цзян Юй же в одиночестве отошёл в сторону. Никто не замечал его существования.

Однако Сюй Имин ненароком на него взглянул, но Цзян Юй притворился, что не заметил этого, и отошёл, с любопытством уставившись на нитку на полу, как совершенно невинный и невежественный ребёнок.

Му Сыфань сегодня был особенно наряден. Повяжи на его шею бант, и это будет подарочная упаковка для Сюй Имина.

Дворецкий приказал слугам подать чай. Му Чэнь потратил некоторое время на Му Сыфаня, поочерёдно отмечая его страсть к живописи и талант, а затем указал на Цзян Юя: «Г-н Сюй, это старший сын Шаоцин».

Цзян Юй, сидевший в углу, дружелюбно поздоровался.

Чётко очерченные пальцы Сюй Имина держали чашку из селадона, и на его лице нельзя было разглядеть ни радости, ни гнева: «Оба сына г-на Му талантливы».

Чайный сервиз из селадона

Эти слова обрадовали Му Чэня, а вот лицо Му Сыфаня мгновенно напряглось, будто упоминание его вместе с мусором на противоположной стороне было унижением и оскорблением.

Цзян Юй склонил голову, смотря на чайные листья, плавающий в горячей чашке, а затем наблюдая, как чаинки опускаются одна за другой. В его ушах звучал разговор между Му Чэнем и Сюй Имином, тема которого снова вращалась вокруг презентации Му Сыфаня. На первый взгляд всё выглядело довольно гармонично.

Производительность Сюй Имина была невелика, и каждая его картина была бесценна. Му Чэнь же смог его нанять, и неизвестно, сколько ему это стоило.

Кто знает, действительно ли это было ради мечты сына или же ради репутации и тщеславия внешнего мира.

Цзян Юй держал глаза опущенными, сосредотачивая при этом всё своё внимание на Сюй Имине. Тот с каждым был скромным и вежливым, но при этом держался на расстоянии ото всех, будучи придирчивым до отвращения.

Каждый раз, прежде чем отпить чай, гладко подстриженный указательный палец дважды проводил по краю селадоновой чашки, а после глотка чашка ставилась точно на место, словно вообще его не покидала.

Во время разговора уголки его губ были слегка поджаты, как будто он внимательно слушал и серьёзно размышлял.

Вернувшись в комнату, Цзян Юй зарылся в одеяло. Он потёр сухие глаза. Никаких особых причуд он не заметил, только несколько признаков обсессивно-компульсивного расстройства. Если этот человек не был психопатом, то он был дураком.

П/п: ОКР (Обсессивно-компульсивное расстройство) – психическое расстройство, проявляющееся в непроизвольно возникающих навязчивых, мешающих или пугающих мыслях – обсессиях, а также в том, что человек постоянно и безуспешно пытается избавиться от вызванной этими мыслями тревоги с помощью столь же навязчивых и утомительных действий – компульсий. Иногда отдельно выделяется обсессивное и отдельно компульсивное расстройства.

Му Сыфань учился во втором классе средней школы, и до выпускного экзамена оставался один месяц. Он пообещал, что это не повлияет на его учёбу. Му Чэнь пошёл общаться с Сюй Имином. Время занятий было назначено на каждый вторник, четверг и субботу, по часу в будний день и на полдня в выходной.

Так Сюй Имин начал появляться в доме семьи Му.

Цзян Юю, у которого было запланировано повторение обучения во второй половине года, сняли повязку с его раны, а оставшийся шрам был спрятан в волосах. Он выглядел скучающим, и каждый день ему было нечем заняться.

На самом же деле он плавал в беспокойстве. Первый том начался уже так давно, а никакого прогресса всё не наблюдалось. Если так будет продолжаться и дальше, то, когда Сюй Имин уедет, он рискует вообще не успеть выполнить свою миссию.

Единственный, кого обучал Сюй Имин, был лишь Му Сыфань. Это происходило в комнате на третьем этаже, где располагалась личная студия Му Сыфаня, большая и роскошная.

В этот день Цзян Юй воспользовался тем, что дворецкий ушёл по делам и тихонько поднялся по лестнице, остановившись у входа в студию. Его очень интересовала причуда, о которой 000 не хотел говорить.

Дверь студии была наполовину прикрыта, из неё доносился слегка резковатый запах. Внутри был только Му Сыфань, который, как извращенец, подносил кисть к своему носу и нюхал её, как если бы он пристрастился к вдыханию белого порошка. Фигуры Сюй Имина там не было.

Обнаружилось зато, что Му Сыфань уже снял штаны. Он дрожащим движением раздвинул ноги, завёл кисточку назад и начал двигать руками взад-вперёд, краснея и тихонько поскуливая.

У Цзян Юя дёрнулся уголок глаза, а язык облизал губы. Он не ожидал, что паренёк окажется таким распутным.

Полюбовавшись некоторое время подавляемыми плачем и стонами, Цзян Юй повернул налево и прошёл в конец коридора на третьем этаже, где была личная комната отдыха Сюй Имина в семье Му.

Цзян Юй сразу же свернул за угол, как только почувствовал в воздухе слабый запах табака. Неподалёку спиной к нему стоял Сюй Имин, держа в тонких пальцах тонкую сигарету. Эта сцена была вторым случаем, когда он столкнулся с ним дома.

Время от времени делая затяжки, Сюй Имин всё же не погружался в никотиновое оцепенение. Сюй Имин всегда был сдержанным и похожим на джентльмена.

Сюй Имин затушил всё ещё тлеющий окурок: «Выходи».

Никакого движения не было.

«Нужно, чтобы я назвал по имени? – Сюй Имин повернулся, прислонившись спиной к стене, – Му Шаоцин».

Выражение лица Цзян Юя за углом немного скривилось. Вышел же он с испуганным выражением лица: «Г-н Сюй, я просто проходил мимо».

«Малыш, а ты подходишь для того, чтобы стать актёром», – с игривым тоном уголки холодных и тонких губ Сюй Имина слегка приподнялись.

В глазах Цзян Юя вспыхнул резкий огонёк, и он уставился на него, притворяясь глупым: «Г-н Сюй действительно шутит».

Сделав несколько шагов вперёд, Сюй Имин внезапно опустил голову. Поле зрения Цзян Юя было скрыто тенью, и он почувствовал запах чернил. Над его головой раздался низкий голос.

«Я никогда не шучу».

В уголках глаз Сюй Имина появился холод. Этот подросток полностью отличался от Му Сыфаня. В его глазах не было никакого восхищения, когда он на него смотрел. Это было просто своего рода наблюдение и поиск, схожие с выслеживанием охотника. У него действительно была иллюзия, что он превратился в добычу.

Он проверял, Му Шаоцин бросил школу из-за драк и пропусков занятий, был сварливым и импульсивным парнем, не заботившимся о каких-либо контактах с семьёй Му. Тот же, кто стоял перед ним, по собственной инициативе подошёл к двери семьи Му, выдерживая цинизм и злобу Му Сыфаня.

Казалось, что никто в семье Му его не интересовал, и он лишь тайно наблюдал за ним, при обнаружении ведя себя осторожно, робко и невинно.

Необъяснимым образом он начал обращать внимание на движения подростка и обнаружил, что тот был похож на абстрактную картину, зажатую в рамку, неуловимую, но насыщенную яркими красками.

Было много людей, желающих с ним сблизиться и получить от него выгоду, славу, деньги и всевозможные средства, но никто из них не выдержал его испытания. Сюй Имин признавал, что подросток перед ним его заинтересовал.

Тишина в проходе была немного жуткой.

Цзян Юй поднял голову, его глаза были удивительно искренними: «Мне нравятся картины г-на Сюй».

«Которые?» – Сюй Имин символически улыбнулся.

«“Птица в клетке”, связанный мир жаждет света, свободы и раскрепощения», – Цзян Юй повторил голос 000 в своей голове.

П/п: Кстати, птица у китайцев – эвфемизм для мужского полового органа. ( ͡° ͜ʖ ͡°)

На этот раз настала очередь Сюй Имина молчать. Его простое выражение лица сменилось удивлением, а затем оно стало глубоким и неясным.

«Мечта Му Сыфаня – стать учеником г-на Сюй, и у меня тоже есть мечта», – Цзян Юй вытянул шею. По его наблюдениям, такой изгиб мог размыть истинное лицо, и так легче было создать иллюзию восхищения.

У Сюй Имина было время понаблюдать, как тусклое оцепенение на лице мальчика медленно исчезает, а уголки его слегка скривившегося в ухмылке рта сменяются яркой улыбкой, похожей на чёрную краску, пропитывающую полотно, чистую, но злую.

«Я хочу быть моделью г-на Сюй».

Пожалуйста, не забывайте ставить лайки и «Спасибо». Переводчику очень приятно. <(＿　＿)>

http://bllate.org/book/14843/1321253