Готовый перевод Mission Failed Again / Миссия снова провалилась [💗]: 4.2 – Что за претенциозность (4)

В спальне горела лампочка, и настольная лампа на маленьком столике тоже была включена. Чэнь Цзыцин искал на среднем ярусе шкафа банку с чаем.

Руководитель Лю сказал: «Прекрати суетиться, ты же раненый, почему у тебя вообще нет никакого самосознания?»

«Всё в порядке, я просто приготовлю Руководителю чашку чая», – Чэнь Цзыцин не смог открыть банку с чаем с первого раза, поэтому взял её в руку и приложил к крышке силу.

Может, позволить Чжун Мину её открутить?

Нет, он и так недавно уже пережил классический старомодный сюжет драмы об айдолах, побывав на месте героини. Теперь он даже не мог открыть банку…

Ногтевой покров побелел и начал загибаться вверх, кончикам пальцев стало больно.

Забудьте об этом, в жизни не было нужды кому-либо что-то доказывать.

Кроме того, он был слаб, так зачем же ему тогда было пытаться казаться сильным.

Чэнь Цзыцин взял банку с чаем и подошёл к Чжун Мину: «Мастер Чжун, я тут не могу открутить. Помоги мне, пожалуйста, её открыть».

Чжун Мин не обращал на него внимания, стоя у двери. Его глаза следили за носом, а нос наблюдал за сердцем.

П/п: Китайская поговорка «Глаза следят за носом, нос наблюдает за сердцем» означает 1) склонение головы из-за застенчивости, стыда и т.п.; 2) концентрироваться, а не отвлекаться.

Перед его носом покачнулись две ноги, и он сказал: «Учитель, Сян Нин не может стоять».

Руководитель Лю поспешно сказал: «Тогда поторопись и помоги человеку прилечь!»

Чжун Мин не хотел помогать, да и Чэнь Цзыцин его не просил, поэтому он сказал: «Бригадир Сян может сделать это и сам».

«Ага», – Чэнь Цзыцин пригладил свою мокрую челку, поднял глаза и улыбнулся. Красная отметина в уголке его глаза была вызвана сборником стихов, который бросил Чжун Мин.

Чжун Мин поджал свои толстые губы и потянул другого за руку, наполовину поддерживая, наполовину таща к кровати.

У Чэнь Цзыцина не было сил даже снять обувь. Он лёг поверх одеяла и приподнял его, чтобы прикрыть живот. В комнате раздался звук капающей воды. Это было с полотенца, которым он вытирал лицо: оно не было выжато, и с него-то всё время и капало. Слушать было раздражающе.

«Мастер Чжун, – Чэнь Цзыцин усмехнулся, обращаясь к здоровяку, который не успел отойти далеко. – Моё полотенце не выжато, не мог бы ты помочь мне его отжать?»

Чжун Мин повернулся к нему и, понизив голос, предупредил: «Меня не так легко обмануть, как мою сестру, не командуй тут мной».

«Что ты такое говоришь, я никогда не командовал твоей сестрой. Мы с ней просто друзья, которые помогают друг другу и вместе добиваются прогресса. – Чэнь Цзыцин слегка вздохнул. – Я уже гарантировал тебе это своей личностью, почему же ты всё не веришь?»

Чжун Мин стиснул зубы и молча выжал мокрое полотенце, пролив воду мимо таза.

После этого его лицо помрачнело и стало немного сердитым.

Чэнь Цзыцин не стал над ним насмехаться. Он посмотрел на следы воды на цементном полу. На фабрике было полно пыли, и рабочие обливали полы водой, чтобы уменьшить запылённость.

В этот момент руководитель Лю сказал: «Сяо Сян, ах, ты же сам видишь, выписавшись из больницы, ты не можешь поднимать тяжести и не можешь особо передвигаться. С тем же успехом можно было бы и остаться в больнице».

«Я чувствую себя задыхающимся, лёжа в больнице, – Чэнь Цзыцин беззаботно заметил. – И волнуюсь, если бригада остаётся без пригляда».

Руководитель Лю был не совсем согласен с таким подходом: «Они не всегда могут на тебя полагаться, всё равно нужно рассчитывать на собственное самосознание».

«Руководитель прав, – Чэнь Цзыцин обеспокоенно нахмурился. – Но трудно успешно развить в себе хорошие привычки, а расслабиться легко. Как только вы это однажды сделаете, вы сделаете это и во второй раз, и в третий, и бесчисленное количество раз. Если хоть одно звено цепи ослабнет, всё рухнет».

Руководитель Лю не возражал против этого заявления, всё действительно было так.

Руководитель Лю потёр руки. Второго и Третьего учеников забрали домой для обучения, и ни в отношении ни одного из них не ожидалось хорошего урожая. Старший же ученик глубоко осознал свою ошибку. В написанной им объяснительной не было никаких изворотливых оправданий, только одна искренность.

Фабрике всё равно придётся выпустить уведомление о них троих.

Честно говоря, он не обучал Сяо Сян, но тот был более уравновешенным, чем тройка его учеников. Он никогда не видел в Сяо Сян импульсивной стороны.

Относиться к фабрике-производителю как к своему дому и считать производство в цеху более важным, чем жизнь.

Было ли это хорошо или плохо, но нельзя было заходить слишком далеко.

Руководитель Лю принял переданный старшим учеником чай и выслушал молодого человека, лежащего на кровати: «Утром на фабрике был выходной – подметали могилы, а днём шла работа. Была ли эффективность такой же, как и тогда, когда ты был там?»

Ни мастер, ни ученик не произнесли ни слова, ответ и так уже был ясен.

Чэнь Цзыцин не был удивлён. Ежемесячный объём производства на этой фабрике рассчитывался производственным отделом, но количество определялось самими рабочими. Это было решением Цзун Линьюя, направленным на то, чтобы предоставить рабочим право решения, но в то же время стало бы позором, если бы выпуск продукции всё равно не был завершён.

Но всегда найдутся толстокожие люди, жаждущие только сиюминутного, невзирая на последствия. Такие были в каждой группе, поэтому там должен был быть и лидер, имеющий сильную волю к победе, и который бы сделал для победы всё возможное.

П/п: Человек с тонкой кожей в Китае считается более чувствительным, т.е. стеснительным. По аналогии толстокожим назовут кого-то бесстыжего и наглого.

Именно таким человеком был первоначальный владелец тела. Однажды он отдал свою зарплату неактивному рабочему, чтобы тот сумел вовремя прийти на работу и выполнить дневную норму, и, в конце концов, им удалось выиграть первенство по месячному объёму производства.

Таким образом его бригада и вырвалась в лидеры.

«Руководитель, дело не в том, что я никому не доверяю, а в том, что я хочу быть как можно лучше и оправдать доверие директора фабрики ко мне. – Чэнь Цзыцин слегка кашлянул. – Объём производства, который мы установили в этом месяце, выше, чем в прошлом. Хотя ещё только начало месяца, мы не можем относиться к этому легкомысленно».

Руководитель Лю обеспокоенно спросил: «Почему ты кашляешь? – он позвал этого ученика-прислужника. – Сяо Чжун, налей-ка стакан воды».

«Кхе-кхе, я не буду пить, кхе-кхе, не буду», – Чэнь Цзыцин вздрогнул и закашлялся, на его бледном лице появился лёгкий румянец.

«Ладно, ладно, если хочешь пойти в цех, то просто иди и делай, что захочешь. Давай поговорим о других вещах в следующий раз. – Руководитель Лю встал, не отпив и глотка чая. – Я сказал бухгалтеру Чжан, что завтра тебе разрешается опоздать. Оставайся в офисе, когда придёшь в цех. Я попрошу Сяо Чжун поговорить с техником Цзун».

В комнате общежития раздались приглушённые звуки подавляемого кашля.

Чжун Мин открыл перед Мастером дверь, когда руководитель Лю сказал: «Позаботься сегодня вечером о Сяо Сян».

«Я уже съехал отсюда», – Чжун Мин отказался.

«Разве после переезда мы перестаём быть членами одной цеховой семьи?» Руководитель Лю хотелось его отругать, но Чэнь Цзыцин спокойно сказал: «Руководитель, я справлюсь один».

Руководителю Лю ничего не оставалось, кроме как напутствовать ему уделять больше внимания своему телу.

Выйдя из общежития, руководитель Лю обеспокоенно сказал своему старшему ученику: «Сяо Сян просто не хочет тебя смущать. Не спи ночью слишком крепко, будь начеку. Если ему станет плохо, позови кого-нибудь».

Чжун Мин опустил голову и расправил складки своей белой футболки: «Он вообще не хочет, чтобы я оставался».

«…» Руководитель Лю покачал головой и вздохнул: «У каждого своё мнение».

Чжун Мин последовал за учителем по коридору.

Руководитель Лю посмотрел на подножие лестницы: «Не то чтобы я не знал о твоём предубеждении против Сяо Сян. Не заходи слишком далеко. Отношения между мужчинами и женщинами свободные. Если твоя сестра действительно хочет быть с ним, ты не можешь этому помешать».

Чжун Мин сказал: «Это неуместно».

«Сейчас не твоя очередь принимать решения, – руководитель Лю спустился на первый этаж. – По моим наблюдениям, Сяо Сян обращает внимание на таланты и образованность противоположного пола. Если однажды на фабрику придёт студентка колледжа, он будет преследовать её».

Чжун Мин сказал глубоким голосом: «У моей сестры неплохой аттестат о среднем образовании».

«Я и не говорил, что он плохой. Очень впечатляюще получить аттестат о среднем образовании. Учитель не говорит, что это плохо, – руководитель Лю был обеспокоен. – Почему у тебя, парень, такая деревянная башка? Не принимай каждого появляющегося рядом с твоей сестрой мужчину за будущего зятя. Если у тебя столько времени, можешь тогда найти себе собственную пару».

Чжун Мин почесал в затылке: «Найду».

*

После восьми часов весь шум в общежитии стих, и повсюду воцарилась тишина.

К этому времени Чэнь Цзыцин обычно только приступал к работе на неполный рабочий день. Он никогда так рано не ложился спать и вообще не чувствовал сонливости.

Чэнь Цзыцин на мгновение взглянул на часы первоначального владельца тела. Когда уже почти наступила полночь, он повернулся лицом к умывальнику и обнаружил, что там, оказывается, висело зеркало.

Зеркало было повёрнуто задней частью к нему и лицом к двери.

Чэнь Цзыцин встал, чтобы посмотреться в зеркало. Он перевернул его, протёр и посмотрел на человека в зеркале. Человек в зеркале тоже на него смотрел.

Значит так выглядел первоначальный владелец.

Подобно ему, он относился к тому типу людей, что легко затеряется в толпе.

Чэнь Цзыцин наклонился поближе и высунул язык. На кончике его языка была ранка. Кровь на губах первоначального владельца тела была вызвана им самим: он прикусил язык.

Система не показала ему ситуацию перед смертью первоначального владельца тела. Возможно ли, что это было связано не с миссией, а с целью задания, и первоначальный владелец был хорошо знаком с другой стороной?

Когда прежний владелец поздоровался, он внезапно испугался. Настолько, что не только прикусил себе язык, но и не смог ровно стоять и уже собрался отступить назад, когда поскользнулся на траве и упал на камень.

Какой же уровень ужаса должен быть, чтобы всё стало таким?…

Сейчас у Чэнь Цзыцина не было ни малейшего представления, поэтому он просто сделал предположение. Ему захотелось выкурить сигарету, и он подсознательно залез в карман брюк и что-то достал.

Плоскую белую бумагу.

Похожую на бумажный цветок, сложенный рабочими фабрики на Цинмин.

П/п: Во время праздника Цинмин люди сначала убирают сорняки и мусор вокруг могил, а затем кладут на могилы бумажные цветы. Количество бумажных цветов обычно нечётное, например, 3, 5, 7 или 9. После того, как они вставлены, их необходимо закрепить, и в знак уважения их нельзя произвольно переставлять или выбрасывать.

Эта практика является не только способом почтить память предков, но и отражением благополучия семьи и сыновней почтительности.

Чэнь Цзыцин осторожно надорвал лепестки бумажного цветка и повернулся, чтобы посмотреть на дверь. Снаружи не было никакого движения. Он не знал, будет ли цель миссии делать какие-либо движения сегодня вечером. Он отложил бумажный цветок и пошёл в туалет.

Освещение в коридоре колебалось с яркого на тусклое. Чэнь Цзыцин открыл дверь и направился в сторону туалета. Единственным звуком в коридоре были его шаги, сопровождаемые шелестом листьев. Он был без халата, и в одной рубашке было немного холодновато, так что он начал покрываться мурашками.

Чэнь Цзыцин быстро ушёл и быстро вернулся, не столкнувшись за это время ни с какими отклонениями.

Весь коридор здания для персонала был освещён электрическими лампочками. Он зевнул и открыл дверь свой комнаты общежития – его наконец-то сморила сонливость.

Чэнь Цзыцин слегка потёр глаза и закрыл дверь. Как раз когда он уже собирался выключить свет, он случайно взглянул в угол.

Провода, свисающие со шкафа, шевелились!

Чэнь Цзыцин мгновенно вздрогнул и увидел, что болтающиеся провода раскачивались из стороны в сторону, как маятник, а затем постепенно остановились.

Он уставился на это место, его сердце бешено колотилось.

Прежде чем он зашёл в комнату, кто-то стоял там и касался провода.

Тогда сейчас…

Чэнь Цзыцин медленно выпрямился и напрягся всем телом. Он взглянул на изножье кровати, покрытое простынями, и визуально осмотрел нижний ярус шкафа, за которым мог бы спрятаться взрослый человек.

Этот некто всё ещё был здесь?

Уважаемые читатели, поскольку данная новелла в жанре детектив, то любые комментарии, содержащие сюжетные подсказки, не скрытые под шапкой «spoiler», будут удаляться.

Пожалуйста, не забывайте ставить лайки и «Спасибо». Переводчику очень приятно. <(＿　＿)>

http://bllate.org/book/14835/1321063