Готовый перевод The Villain Who Faked Madness Raised a True Yandere / Русалочьи тексты: как одержимый злодей потерпел крах: Глава 30

Чу Сюаньчжоу не любил это место.

…Бездонные глубины океана, ветхие, давно заброшенные строения и русалы, прячущиеся по темным углам.

То ли из-за периода гона, то ли из-за чрезмерного употребления препаратов, они давно превратились в рабов собственных желаний.

Там и воздух, и вода были пропитаны омерзительным запахом.

Эти воспоминания вызывали у Чу Сюаньчжоу тошноту, но сейчас он не мог перестать прокручивать их в голове снова и снова.

Картины прошлого всплывали в памяти одна за другой. Чу Сюаньчжоу пытался вычленить из них крупицы знаний: он хотел понять, что же такое «настоящий поцелуй».

В тот момент юноша, выросший на низшей планете и привыкший бороться лишь за выживание, еще не осознавал и даже не задумывался о том, какие именно чувства он питает к Лу Юньваню.

Чу Сюаньчжоу знал лишь одно: ему бесконечно нравилось быть любимым Лу Юньванем, нравилось чувствовать его заботу и ловить на себе его взгляд.

И он желал, чтобы этот взгляд принадлежал только ему одному.

Поэтому он притворялся тем, кого хотел видеть Лу Юньвань, и подстраивался под его вкусы.

Скрыв затаившуюся в глубине глаз бурю эмоций, Чу Сюаньчжоу последовал за Лу Юньванем наружу.

Планета, на которой располагалась Имперская военная академия, называлась Чэньму. В своем первозданном виде она, как и Столичная планета, была полностью покрыта океаном.

Однако для удобства тренировок во время строительства академии на Чэньму возвели искусственные острова и платформы. В итоге площадь суши достигла одной десятой от общей поверхности планеты.

Звездолет пришвартовался к огромной платформе.

Морской бриз, дующий со всех сторон, перебирал пряди волос на лбу Лу Юньваня, открывая его яркие и в то же время резкие черты лица.

В этот момент рядом с Лу Юньванем не было свиты, но его аура подавляла всё вокруг.

— Господин регент, добро пожаловать на Чэньму, — к нему подошел мужчина в темно-синей парадной форме. Он отвесил глубокий поклон, его голос заметно дрожал от волнения.

Это был Фан Исюэ, нынешний ректор Имперской военной академии.

Когда настоящий владелец тела еще учился здесь, Фан Исюэ уже занимал пост проректора.

Но теперь, стоя перед Лу Юньванем, Фан Исюэ не только не проявлял наставнической строгости, но и вел себя чрезмерно робко и подобострастно.

Лу Юньвань с улыбкой кивнул ему и пожал руку. За несколько месяцев в роли регента он давно привык к подобным сценам.

Следом за ректором шла женщина в серой военной форме. Высокая, с суровым выражением лица, она смотрела на Лу Юньваня сложным, нечитаемым взглядом.

— Приветствую вас, господин регент, — после короткого визуального контакта она отступила на полшага и отдала честь.

В отличие от Фан Исюэ, с которым Лу Юньвань был едва знаком, эта женщина по имени Инь Маньсинь была его бывшим преподавателем по курсу ремонта и обслуживания мехов.

Этот предмет считался критически важным, уступая лишь пилотированию.

Это означало, что во время учебы Лу Юньвань и Инь Маньсинь виделись практически ежедневно и когда-то были очень близки.

Опасаясь выйти из образа, Лу Юньвань вел себя с ней предельно осторожно.

— Доброе утро, профессор Инь, — Лу Юньвань медленно протянул ей правую руку.

Женщина на мгновение замешкалась, прежде чем ответить на рукопожатие. То ли намеренно, то ли случайно, её взгляд скользнул по его запястью.

В момент касания Лу Юньвань услышал её нерешительный вопрос:

— Позвольте узнать, прибыли ли вы на Чэньму с официальным поручением? Если вам потребуется помощь, академия приложит все усилия для содействия.

Лу Юньвань на секунду замер… То, что отношения с бывшим учителем стали прохладными, его не удивляло. Но разве он не прибыл сюда по официальному приглашению на юбилей?

Почему Инь Маньсинь спрашивает об этом?

— Почему профессор Инь задает такой вопрос? — как бы невзначай поинтересовался он, прощупывая почву.

Инь Маньсинь, не заметив подвоха, с некоторым сомнением ответила:

— Сегодня — ваш первый визит в академию за все эти годы.

Лу Юньвань: «…»

“Черт! Неужели оригинал ни разу не возвращался сюда после выпуска? Неудивительно, что все подозревают скрытые мотивы!”

Знай он об этом раньше, точно бы отклонил это приглашение.

Имперская военная академия имела колоссальное значение, любое событие здесь привлекало внимание всей Галактики. Даже император Чу Чжан, вечно прячущийся на Столичной планете, иногда удостаивал это место своим визитом.

Принимая приглашение, Лу Юньвань совершенно забыл проверить, посещал ли академию его предшественник.

Кто же знал, что тот был настолько черств…

Лу Юньвань негромко усмехнулся и перевел взгляд на бескрайнее море.

У большинства людей глаза темно-карие. Но Лу Юньвань был исключением: его радужка имела редкий иссиня-черный оттенок. Этот цвет позволял почти идеально скрывать любые эмоции.

Но сейчас Инь Маньсинь показалось, что она разглядела в его глазах тень ностальгии.

— Профессор Инь, я просто хотел взглянуть на эти места. Я немного скучал по Чэньму, — произнес он.

Инь Маньсинь опешила. Очевидно, такой ответ был последним, чего она ожидала услышать. Спустя пару секунд она пришла в себя и кивнула:

— Понимаю, господин регент.

Основные торжества должны были состояться не сегодня. Узнав о прибытии регента, все важные лица Чэньму освободили свои графики, чтобы сопровождать его во время прогулки.

Осознав, что раньше оригинал здесь не появлялся, Лу Юньвань стал вдвойне осторожен. Весь путь он лишь понимающе улыбался и кивал, почти не вступая в разговоры, что придавало ему ореол таинственности и глубокомыслия.

На борту малого летательного аппарата сопровождающий указал на остров внизу:

— Господин регент, это новый искусственный остров Чэньму. Здесь живут только студенты-люди.

— М-м.

Лу Юньвань, как и прежде, не проронил ни слова, ограничившись кивком.

В этот момент заговорила Инь Маньсинь, предложив спуститься:

— Не хотите ли осмотреться, господин регент? Этот проект был реализован во многом благодаря вашему предложению в те годы.

“Оказывается, этот остров тоже связан с оригиналом?”

Слова профессора удивили Лу Юньваня, но, вспомнив о многотомном «Деле о равенстве наказаний», существование этого клочка суши перестало казаться странным.

По крайней мере, до того дня, как Лу Юньвань стал генерал-майором и вошел в Круглый стол, он никогда не предавал человечество.

— Хорошо, — Лу Юньвань принял предложение.

Аппарат начал снижение. Глядя на приближающийся остров, Лу Юньвань почувствовал странное смятение в душе.

На Чэньму всё было выполнено в стиле минимализма, и этот остров не стал исключением. Кроме нескольких общежитий для людей, здесь не было ничего особенного.

Студенты не ожидали увидеть регента. Когда Лу Юньвань сошел по трапу, они замерли на месте в полном оцепенении.

Видя, что никто не решается заговорить первым, Лу Юньвань понял, что не может вечно отмалчиваться, иначе атмосфера станет совсем неловкой. Он пересилил себя и начал «дружелюбно» общаться с ними.

Впрочем, его интерес быстро стал искренним. Оставив позади формальную вежливость, он начал подробно расспрашивать студентов об их быте и жизни.

Когда короткий визит подошел к концу и они вернулись на борт аппарата, Лу Юньвань заметил, что Инь Маньсинь впервые ему улыбнулась.

Мелкие морщинки в уголках глаз сделали всегда суровую женщину гораздо человечнее.

— Господин регент, я давно не видела вас таким, — сказала она.

Лу Юньвань замер на мгновение, а затем ответил:

— Это место напоминает мне о прошлом, профессор.

В этот миг солнечные блики на воде отразились в его глазах, и его взгляд стал чистым, как у юноши. Даже Инь Маньсинь на мгновение потеряла дар речи от этого зрелища.

Всё время, пока Лу Юньвань осматривал Чэньму, Чу Сюаньчжоу неотступно следовал за ним.

Регент и не подозревал, какую бурю тревоги вызвала у принца его любезная беседа со студентами-людьми.

Чу Сюаньчжоу отчаянно нуждался в том, чтобы внимание Лу Юньваня было приковано только к нему. Он больше не мог выносить, когда его игнорировали.

В голове юноши начал созревать план.

После завершения осмотра, когда они вернулись на звездолет для отдыха перед завтрашними мероприятиями, Чу Сюаньчжоу постучал в дверь каюты Лу Юньваня.

— Ваше Высочество, что случилось? — Лу Юньвань оторвался от светового экрана.

На принце была простая белая рубашка, в которой он выглядел необычайно невинно.

Чу Сюаньчжоу казался напряженным. Он прикусил губу и, наконец, набравшись смелости, произнес:

— Господин регент, Имперская академия — ваша альма-матер и высшее учебное заведение Галактики. После сегодняшней прогулки мне здесь очень понравилось…

При этих словах улыбка медленно сползла с лица Лу Юньваня. Он молча смотрел на юношу.

Звездолет регента завис над ночной стороной планеты. За окном царила кромешная тьма, и облаченный во всё черное Лу Юньвань, казалось, сливался с этой ночью.

В каюте надолго воцарилась тишина. Спустя некоторое время Чу Сюаньчжоу предпринял еще одну попытку. Он выглядел напуганным и осторожным:

— Я хотел бы… остаться здесь. Учиться в академии. Надеюсь, вы дадите свое согласие.

Чу Сюаньчжоу сказал это намеренно. Он хотел таким образом заставить Лу Юньваня обратить на себя внимание, проявить хоть какие-то сильные эмоции.

На самом деле, у Лу Юньваня когда-то были мысли отправить принца в академию, но они так и остались мыслями. Позже он понял: в академии переплелись интересы множества фракций, она была наводнена шпионами императорской семьи и аристократов.

Если Чу Сюаньчжоу останется здесь, он неизбежно станет мишенью для травли или мести… В худшем случае с ним может произойти «несчастный случай».

В каком-то смысле это место было опаснее окраинных планет.

Лу Юньвань ни за что не оставил бы здесь главного героя… Но терпеливо объяснять причины было совсем не в стиле регента.

С этой мыслью Лу Юньвань резко поднялся с дивана. С непроницаемым лицом он подошел к Чу Сюаньчжоу вплотную.

Лу Юньвань вдруг хищно улыбнулся:

— Не слишком ли много свободы я вам даю, Ваше Высочество?

Его голос звучал пугающе мрачно, казалось, даже температура в каюте упала на несколько градусов.

Лу Юньвань нежно подхватил прядь длинных серебристых волос, накрутил её на палец, а затем прижал ладонь к груди Чу Сюаньчжоу.

В комнате не горел свет, и лицо русала скрывалось в полумраке. Лу Юньвань лишь почувствовал, как тело юноши мелко вздрогнуло — то ли от страха, то ли от чего-то иного.

Он крепко сжал в кулаке ткань белой рубашки на груди принца.

— Господин регент…

Не дав ему договорить, Лу Юньвань внезапно накрыл глаза Чу Сюаньчжоу другой рукой. Плотная ткань перчатки преградила путь любому свету.

В полной темноте слух, осязание и обоняние принца обострились до предела.

В нос ударил тонкий аромат парфюма регента. Чу Сюаньчжоу почувствовал, как Лу Юньвань склонился к самому его уху и, почти скрежеща зубами, прошептал:

— Ваше Высочество, помните моё обещание? Я могу дать вам всё… Империю, трон, богатство, власть и даже мою жизнь…

Его голос гулким эхом отдавался в сознании принца. Сердце Чу Сюаньчжоу забилось с бешеной скоростью.

— Вы можете обмануть меня, предать или даже убить… — Лу Юньвань наконец медленно убрал руку от его глаз.

Даже при слабом свете, проникающем из окна, зрение русала позволяло видеть всё предельно четко.

Прямо перед собой Чу Сюаньчжоу увидел черные, как сама ночь, глаза. В них плескалась такая сложная смесь эмоций, что её невозможно было расшифровать, но на самой поверхности горела почти осязаемая, безумная страсть.

Они молча смотрели друг на друга, пока Лу Юньвань не произнес ледяным шепотом:

— Но единственное, чего вы не имеете права делать — это покидать меня.

— Никогда.

Человеческая сила невелика, но в порыве гнева Лу Юньвань рванул ткань так сильно, что одна из серебристых пуговиц на груди юноши с треском отлетела.

Горячее дыхание Лу Юньваня опалило ключицу Чу Сюаньчжоу.

http://bllate.org/book/14822/1323138