Готовый перевод The Villain Who Faked Madness Raised a True Yandere / Русалочьи тексты: как одержимый злодей потерпел крах: Глава 29

Чу Сюаньчжоу медленно приближался. Его ресницы мелко дрожали от волнения, словно лепестки цветов под порывами весеннего ветра.

Он действовал с предельной осторожностью.

В тот миг, когда расстояние между ними сократилось до предела, Чу Сюаньчжоу, повинуясь инстинкту, закрыл глаза.

Холодные и мягкие губы русала коснулись уголка глаза Лу Юньваня.

Его движение было исполнено нежности, осторожности и даже какой-то скованности.

Однако в момент этого сближения у Лу Юньваня возникло пугающее ощущение, будто его выследил опасный хищник — волна острого чувства тревоги захлестнула его.

Лу Юньвань неосознанно качнул головой в сторону.

Из-за этого движения лоб, тонкое веко и дрожащие ресницы Лу Юньваня в течение нескольких секунд лишь скользнули по губам Чу Сюаньчжоу.

В итоге поцелуй пришелся на щеку.

По губам Чу Сюаньчжоу мгновенно разлилось тепло.

Кожа человека была мягкой и горячей, пропитанной самой сутью хрупкости.

Чу Сюаньчжоу невольно захотелось продолжить, спускаясь поцелуями ниже по щеке — неведомая сила неудержимо тянула его к Лу Юньваню.

Так же, как запах крови и стук человеческого сердца успокаивали его, прикосновение к коже и ощущение чужого тепла помогали ему убедиться в реальности существования Лу Юньваня.

Осознав намерения юноши, Лу Юньвань инстинктивно сделал шаг назад. Объятия Чу Сюаньчжоу вмиг опустели.

Пальцы принца непроизвольно сжались. Он горько пожалел, что не обнял Лу Юньваня крепче.

“Тогда бы господин регент не смог сбежать”.

В следующую секунду их взгляды встретились. Лу Юньвань столкнулся с растерянным взором Чу Сюаньчжоу.

— Господин регент?..

Лу Юньвань был в шоке: “Господи, что это сейчас было?!”

Взгляд Чу Сюаньчжоу был чист, словно даже вспыхнувшее во время поцелуя желание растворилось без следа.

Лу Юньвань, не знавший о пробуждении истинной родословной Чу Сюаньчжоу, на мгновение замер. Увидев это выражение лица, он списал всё на инстинктивную привязанность и зависимость.

Но по какой бы причине принц ни решил его поцеловать, он, как великий злодей, безумно влюбленный в главного героя, и как «человек, который больше русал, чем сами русалы», не должен был так реагировать!

Лу Юньвань стиснул зубы и в следующую секунду решил перехватить инициативу.

Он негромко рассмеялся и посмотрел на юношу так, словно нашел нечто забавное.

В отличие от ясного взора Чу Сюаньчжоу, глаза Лу Юньваня наполнились тяжелыми, нечитаемыми эмоциями…

Он медленно поднял руку, коснулся щеки принца и, понизив голос до шепота, произнес:

— Ваше Высочество, поцелуи — это совсем другое.

В его голосе слышалась насмешка. Этот бархатистый шепот, зазвучавший у самого уха, прошелся по сердцу Чу Сюаньчжоу, точно невесомое перышко.

Кончики пальцев регента с легким нажимом скользнули по губам принца, вызывая покалывание и едва уловимую боль.

Сказав это, Лу Юньвань, не дожидаясь реакции, развернулся и, опираясь на трость, зашагал прочь.

В конце коридора, проложенного глубоко под водой, виднелось панорамное окно. С того ракурса, где стоял Чу Сюаньчжоу, казалось, будто море вот-вот поглотит фигуру Лу Юньваня.

Спина регента выглядела величественно и непринужденно, но на самом деле он страшно нервничал!

Лу Юньвань боялся, что если он пойдет медленнее, пришедший в себя Чу Сюаньчжоу догонит его и спросит: «А как же тогда выглядит настоящий поцелуй?».

“Спасите! Откуда мне-то знать!”

К счастью, вплоть до посадки на звездолет Чу Сюаньчжоу больше не вспоминал об этом.

Лу Юньвань решил, что на этот раз угроза миновала.

У регента было полно дел. Даже несмотря на период расследования, его рабочий график был забит до отказа.

Два дня спустя наступила годовщина основания Имперской военной академии.

Лу Юньвань, как регент и легендарный выпускник этой академии, получил приглашение на торжественную церемонию.

Академия находилась недалеко от Столичной планеты, и спустя десять с лишним минут в иллюминаторе показалась темно-синяя планета.

Вокруг нее ровным строем кружили полтора десятка мехов. Согласно плану, Лу Юньвань должен был провести их смотр.

Как и во время недавнего визита на совет, Лу Юньвань облачился в военную форму, но в этот раз на его груди красовался лишь один орден — темно-красный знак отличия легиона Яньвэй.

Лу Юньвань досмотрел показательное выступление у окна, после чего мехи один за другим влетели в открытый шлюз звездолета и приземлились на пустой палубе.

Пилоты в темно-синих тренировочных костюмах покинули кабины и выстроились у своих машин, ожидая прибытия регента.

Лу Юньвань следовал протоколу: принимал приветствия и обменивался парой слов с каждым.

Всё шло гладко, но когда Лу Юньвань дошел до конца строя, случилось непредвиденное.

— Доброго утра, господин регент.

После поклона юноша, стоявший перед Лу Юньванем, выпрямился и внезапно поднял взгляд.

В его нежно-фиолетовых глазах читалось предвкушение.

“Кажется, лицо знакомое…”

У Лу Юньваня была отличная память. Спустя пару секунд он вспомнил:

Этот юноша — тот самый русал с розовым хвостом, которого ему пытались «подарить» на банкете в честь дня рождения Императора!

Именно он тогда предупредил Лу Юньваня, что беспорядки в зале связаны с препаратом «Милиуя».

Неужели он студент Имперской военной академии?

Лу Юньвань подавил удивление и кивнул, сделав вид, что не замечает надежды в глазах юноши.

— Господин регент, — к неожиданности всех присутствующих, русал набрался смелости и окликнул его, когда Лу Юньвань уже собирался уходить. — Вы… вы еще… э-э… Вы — наша гордость!

Было очевидно: изначально он хотел спросить «Вы помните меня?», но в последний момент от робости и волнения сменил фразу.

Когда русал впервые заговорил, окружающие замерли в шоке.

Но когда он запнулся и исправился, толпа начала пренебрежительно пересмеиваться — они издевались над товарищем, который, не зная своего места, посмел побеспокоить регента.

Заметив это, Лу Юньвань, уже собиравшийся уйти, снова перевел взгляд на юношу.

Он холодно мазнул глазами по смешкам подчиненных и медленно подошел к студенту.

Лу Юньвань опустил взгляд и прочитал имя на его жетоне:

— Ши Цзяюэ.

— Слушаю, господин регент! — юноша инстинктивно снова отдал честь.

Вокруг воцарилась гробовая тишина.

Стоящий позади Чу Сюаньчжоу тоже узнал этого русала. Его взгляд мгновенно потемнел.

Лу Юньвань негромко усмехнулся, словно его позабавила реакция Ши Цзяюэ.

На глазах у всех регент, славившийся своим несносным и непредсказуемым характером, подошел к юноше и собственноручно поправил криво висящий орден на его груди.

В легионах это считалось высшей милостью и честью!

— Для меня это честь, — Лу Юньвань слегка приподнял бровь.

“Неужели регент и правда его знает?!”

Слова Лу Юньваня упали в тишину, как камень в воду, пуская круги по сердцам присутствующих.

Особенно по сердцу Чу Сюаньчжоу, для которого эта сцена стала невыносимо болезненной.

Смотр завершился, мехи покинули борт, и группа Лу Юньваня направилась к выходу.

В иллюминаторах всё ближе становилась синяя планета. Перед самой посадкой Чу Сюаньчжоу вдруг подошел к Лу Юньваню.

Появление того русала напомнило принцу о сцене на банкете. А вместе с ней — о хаосе и атмосфере похоти, царившей там.

Русалы, живущие на низших планетах, могли спариваться с кем угодно и где угодно. Даже члены императорской семьи, кичащиеся своим «благородством», ничем от них не отличались, а порой были еще более несдержанными.

В глазах Чу Сюаньчжоу это было в порядке вещей.

…И только Лу Юньвань. Он говорил, что любит его, он столько для него сделал, но почти никогда не позволял себе близости.

Это открытие заставляло Чу Сюаньчжоу чувствовать тревогу и даже некое раздражение. Юноше не терпелось подтвердить, что чувства Лу Юньваня к нему именно такие, о каких он заявлял.

— Господин регент, — не выдержал Чу Сюаньчжоу.

— Что такое, Ваше Высочество? — регент посмотрел на него с легким недоумением.

В момент их встречи взглядами Чу Сюаньчжоу смущенно опустил голову, а кончики его ушей залились нежным румянцем.

Затем юноша глубоко вдохнул, словно собираясь с духом.

Когда звездолет плавно коснулся посадочной площадки, Чу Сюаньчжоу наконец поднял голову.

— По поводу того поцелуя…

Лу Юньвань с улыбкой кивнул, хотя внутри у него всё сжалось. Услышав, что принц снова завел об этом разговор, он понял, что его попытка «замять тему» провалилась.

Он крепче сжал набалдашник трости, сердце забилось чаще.

— Вам… он был неприятен? — голос юноши звучал осторожно и бесконечно печально.

“Так, стоп. Что происходит? Я что, случайно обидел главного героя, когда увернулся?”

Лу Юньвань на мгновение растерялся, но тут же решил всё исправить.

— Конечно нет, — он посмотрел на лазурное море за окном, медленно закрыл глаза и с трудом припомнил свои недавние слова.

“Поцелуи — это совсем другое?”

— Ваше Высочество, — Лу Юньвань с улыбкой открыл глаза и повернулся к Чу Сюаньчжоу. Его голос звучал вкрадчиво: — Ваш поцелуй был слишком детским.

В его тоне сквозила легкая беспомощность и даже досада.

Юноша нахмурился, не понимая смысла сказанного.

Шлюз звездолета наконец открылся. В каюту ворвался холодный, пахнущий солью морской бриз, развеивая слова Лу Юньваня.

Сделав шаг к выходу, регент обернулся и с улыбкой добавил:

— Никакой страсти, никакого желания обладать… Словно глоток простой воды. Словно детские игры.

— Думаю, вам стоит сначала поучиться тому, что такое настоящий поцелуй, — с оттенком сожаления произнес регент и неспешно вышел наружу.

Солнечный свет за бортом был ослепительно ярким, из-за чего силуэт уходящего Лу Юньваня казался особенно тонким и хрупким.

В этот миг Чу Сюаньчжоу снова опустил голову, глядя на морские волны.

“Никакой страсти? Как глоток воды?”

Голос Лу Юньваня, подобно шелковой нити, нежно обвился вокруг его сознания, с легкостью выудив из глубин памяти те воспоминания о низших планетах, которые юноша так хотел забыть…

http://bllate.org/book/14822/1323137