Готовый перевод I Just Crave for Your Pheromones / Я просто жажду твоих феромонов: Глава 1

Глава 1. Маленькая ветряная мельница.

Поздней осенью, на севере городка, уже холодно и ветрено, но внутри помещений всё также тепло и атмосферно, отчего людям хочется есть мороженое с легкой одежде.

— Это и правда похоже на чей-то характер…

«В 08:18, 10 ноября 2022 года по времени Яньчэня. Ваше расписание на сегодня выглядит следующим образом:

С 10:00 до 16:00 проходят съемки рекламы нового продукта «Утешение» – ингибитор.

17:00 - 18:30 – интервью на платформе «Гулугулу».

Начало в 20:00 — тематический салонный ужин.

Я повторяю...»

Со «щелчком» светлокожая рука с тонкими костяшками пальцев, поймала большеглазого робо-котика, лежащего на маленьком журнальном столике, прижала пучок волос на макушке и остановила электронный женский голос, который хотел продолжить говорить.

Хозяин руки встал с мягкого дивана и умело простоял еще две секунды, ожидая, пока черный туман перед ним ассеется, прежде чем шагнуть вперед.

— Братец Чэ, — всего в двух шагах позади, раздался сладкий и красивый голос, — что бы ты ни собирался предпринять, почему ты не позвонил мне!

Тонг Чэ обернулся и беспомощно посмотрел на кухню, где возился сейчас с соемолкой, хлебопечкой, яйцеваркой. Он пожалел, что как миниатюрный омега, с очень маленькой ямочкой в уголке правой губы, не может пользоваться обеими руками.

— Что тебе сказать? Ты здесь, чтобы помочь мне с этим?

Услышав это, Руан Танг тут же бросила оборудование, вытерла руки мокрым полотенцем и выбежала из кухни:

—Что за техника разделения, братец Чэ, позови меня хоть раз, разве я не здесь? Прошел уже год, почему ты встречаешь меня снаружи?

Руан Танг — помощница Тонг Чэ. Прошло почти полтора года с июля прошлого года, но Тонг Чэ, похоже, до сих пор не привык к этому и продолжает заниматься обычной жизнью самостоятельно.

Это был не первый раз, когда Руан Танг была чьей-то помощницей. Был артист, еще до работы с Тонг Чэ, он был не так популярен, но очень капризным.

Когда высшее руководство компании впервые назначило её работать с Тонг Чэ, он был всего лишь маленьким стажером. В то время, когда его утвердили в древней кукольной дораме, ему пришлось играть роль, которую едва ли можно было считать пятой главной мужской ролью. Тогда же Руан Танг стала работать помощницей Тонг Чэ и присоединилась к нему в группу.

В то время, даже сам Тонг Чэ не ожидал, что, сыграв роль пятого мужчины, он мгновенно станет популярным. Сейчас, он продолжает находится в так называемом “горячем поиске”.

Руан Танг также беспокоилась, что Тонг Чэ возомнит себя большой шишкой, не говоря уже о том, что он очень холодный и отстраненный, Тонг Чэ вообще не улыбается, из-за чего выглядит агрессивно, нежели предыдущий артист. Хорошо, что даже после стольких лет, он всё ещё был такой же скромный и вежливый, настолько, что Руан Танг чувствовала, будто делает недостаточно и мало старается.

«Братец Чэ, — она невольно подумала об этом, — я твоя помощница и служу тебе, получая высокую зарплату каждый месяц. Тебе действительно не нужно так отдаляться от меня...»

— Хорошо — вздохнул Тонг Чэ и прервал непрерывную болтовню Руан Танг, а затем немного смущенно почесал волосы, — Мне нужно выпить обезболивающее, ты можешь его принести?

Разумеется, как только он произнес эти слова, Руан Танг мгновенно замолчала и, нахмурившись, посмотрела на него.

Согласно последним статистическим данным, средний рост взрослого мужчины-омеги в Китае составляет 170 сантиметров, но рост Тонг Чэ уже 178 сантиметров, что даже выше, чем у небольшой части альф.

Руан Танг, рост которой меньше 1,6 метра, с трудом подняла голову: «Братец Чэ, зачем ты снова принимаешь обезболивающие! Ты уже принимал его позавчера, нельзя относиться к обезболивающим как к шоколаду. Ешь, вредишь своему организму!»

Тонг Чэ поднял руку и дважды ущипнул себя за руку, и когда он ущипнул определенную акупунктурную точку, произошел еще один всплеск боли. Он облегченно вздохнул и добродушно объяснил:

—Сегодня мне предстоит прожить ещё один день, и я, возможно, не смогу выдержать его без приема обезболивающих.

Руан Танг промолчала. Она тихо повернулась и побежала к большому шкафу, вытащив аптечку, вынула обезболивающее и передала его Тонг Чэ, а сама побежала на кухню, чтобы налить ему стакан теплой воды.

Тонг Чэ тепло поблагодарил ее, выпил обезболивающее и вернулся на мягкий диван.

Светлокожий парнишка с приятной внешностью сидел с поднятой головой на мягком желтом диване, со слегка нахмуренными бровями и почти белыми губами, в свободной футболке с большим вырезом, открывающим четкую линию шеи и глубоко посаженную ключицу. Ношение серебряного браслета на запястье левой руки, с выступающей костяшкой, по какой-то причине заставляет людей чувствовать себя расстроенными, при виде такого.

Руан Танг тихо вздохнула и снова заговорила, уже гораздо тише:

—Братик Чэ, когда все поручения за этот месяц закончатся, ты можешь сказать об этом брату Лу, может он даст тебе отдохнуть недельку или хотя бы дней пять.

Тонг Чэ на мгновение замер, но вскоре быстро расслабился. Покачав головой, он сказал:

—Забудь, я в порядке.

Руан Танг знала, что она всего лишь помощница и не может быть начальницей Тонг Чэ, не говоря уже о том, чтобы быть начальником агента Тонг Чэ – Лу Вэя. Сменив тон, Руан Танг проговорила:

—Неважно, занят ты или нет, в любом случае факт остается фактом, братец Чэ сейчас действительно очень популярен!

Сказав это, она поспешно направилась на кухню, готовясь к борьбе с беспорядком. Нужно всё разложить по местам и прибраться.

Тонг Чэ мягко улыбнулся про себя и прикрыл глаза.

Руан Танг права. Сейчас он действительно популярен. Дорама, в которой он участвовал, транслировалась в марте прошлого года. В период съемки Тонг Чэ смутно чувствовал, что привлекает всё больше и больше внимания людей. Когда съёмки драмы закончились, отметка его поклонников на «Вейбо» уже была свыше 10 миллионов. Если бы вы шли куда-то по улиц, хватит и двух минуты, чтобы вас окружила толпа, и бесчисленные приглашения полетели бы, словно снежинки...

Только тогда Тонг Чэ наконец-таки почувствовал, что он действительно важен.

Но никто даже не знал, что у него была веская причина, так усердно работать.

Руан Танг даже не подозревала, что его постоянные головные боли были не только из-за переутомления и недостатка отдыха, это было во многом вызвано из-за побочных эффектов круглогодичного приема ингибиторов.

У Тонг Чэ есть секрет, о котором никто не знает: он сильно отличается от других омег, у него течка 365 дней в году, каждый день!

Это поправимо только в том случае, если он будет отмечен высококлассным альфой, иначе ему остается пить ингибиторы до конца своей жизни.

С момента разделения на вторичные гендеры, с тринадцатилетнего возраста и по сей день, Тонг Чэ принимает ингибиторы, вот уже десять лет.

Какой бы хорошей ни была формула, после стольких лет ее использования неизбежно появятся побочные эффекты, и частые головные боли — лишь один из них.

Но Тонг Чэ не заботился об этом, или, если быть точнее, было бессмысленно об этом переживать. Его жизнь была предопределена десять лет назад. Пока он ещё молод, нужно заработать побольше денег, а уже потом думать о другом.

—Братик Чэ, — Руан Танг вышла из кухни с подносом, — завтрак готов!

Тонг Чэ встал и направился к обеденному столу.

Руан Танг поставила на поднос тарелку цельнозернового хлеба, стакан несладкого соевого молока и вареное яйцо, а сама принялась есть сэндвич с запеченными яйцами, ветчиной и кетчупом.

—Братец Чэ, — Руан Танг откусила большой кусок сэндвича и невнятно произнесла, – неужели тебя не беспокоит, что ты каждый день ешь только такой завтрак? Я бы так не смогла.

Тонг Чэ отпил соевого молока и улыбнулся:

—Не беспокойся, я уже привык.

Он стал стажером четыре года назад, и первым уроком, который он усвоил, находясь в этом кругу, стала сдержанность.

По сравнению с альфами, омеги, по природе меньше по размеру, но это не повод для потворства. Бережное отношение к состоянию собственного тела и кожи является долгосрочным приоритетом для Тонг Чэ. Пока он продолжает есть подобную пищу, трудно пытаться расслабиться хотя бы на день.

Руан Танг слизала кетчуп с уголка губ, несколько раз восхищенно вздохнула и опустила голову, чтобы сделать большой глоток горячего шоколада, не заметив мерцающих глаз Тонг Чэ, которые смотрели на чашку с горячим шоколадом.

Прошло всего мгновение, прежде чем Тонг Чэ опустил глаза и снова принялся за свой цельнозерновой хлеб.

После завтрака Руан Танг достала из гардероба Тонг Чэ пальто и шарф, которые он должен был надеть сегодня. Пальто было темно-верблюжьего цвета с роговыми пуговицами, а шарф был светлого оттенка, в паре с тёмно-серыми брюками и парой маленьких кожаных ботинок, Тонг Чэ стал похожим на маленького британского принца, который вышел из замка.

—Брат Че, ты такой красивый! — практически визжа сказала Руан Танг, словно извергаясь радугой. – Ты действительно заслуживаешь звание несравненного омеги, и именно ты отвечаешь за внешность в индустрии развлечений!

Тонг Чэ беспомощно посмотрел на нее:

—Это всё шутки от пользователей сети, ты просто смеёшься надо мной.

Такое название возникло из-за дорамы, в которой он принимал участие. Его роль в дораме — джентльмен с холодным характером, который не питал любви к людям и всегда был одет в одежду из белых тканей. Также есть ещё эпизод, где он играет другого персонажа. Шен упал случайно в воду, и когда он выныривал, у него не было смущения, как у обычных людей. Напротив, его длинные волосы были мокрыми и слегка растрепались по щекам. Он всецело был похож на красивые лепестки гибискуса, которых вытащили из воды.

Позже в интернет были загружены кадры, скриншоты и движущиеся изображения этой сцены. Пользователи сети прямо заявили, что видели много красивых людей, но никогда не видели настолько красивого актёра, игра которого была на высоте.

—Щёлк-щёлк, — облизнула губы Руан Танг, – братец Чэ, ты слишком скромный!

Тонг Чэ достал из кармана небольшой чокер и надел его под шарф.

Этот чокер специально был разработан для омег и служит для блокировки феромонов. Хотя Тонг Чэ уже принял ингибитор, он предпочитает носить это, чтобы не вызывать беспокойство у окружающих.

Выйдя на улицу, они направились к автомобилю. Руан Танг села на место около водителя, оставив заднее сиденье Тонг Чэ.

По дороге в студию «Утешение» Тонг Чэ получил звонок от своего агента Лу Вэя. Лу Вэй был очень шумным и говорил очень быстро, попутно сообщал Тонг Чэ, что он сегодня занят и скорее всего смогут увидеться только на ужине.

Тонг Чэ повесил трубку, наклонил голову, чтобы посмотреть на проплывающие за окном деревья, и тихонько выдохнул.

Чем же занят Лу Вэй? Он, наверняка, что-то знает.

Помимо Тонг Чэ, Лу Вэй также привез с собой трех артистов, но эти трое не были столь популярными и выдающимися.

Тонг Чэ не беспокоился, что кто-то отвлекает внимание менеджера. На самом деле, он не хотел слишком много общаться с Лу Вэем.

Конечно, сейчас Лу Вэй относится к нему хорошо, но нельзя забывать каким человеком Лу Вэй являлся четыре года назад.

Тонг Чэ больше не позволял себе погружаться в неприятные воспоминания и стал пытаться думать о чем-то другом.

Ингибиторы «Утешение» очень известны по всему Китаю. Опрос, проведенный в начале этого года, показал, что 70% омег в Китае пользуются ими, что почти равносильно монополии в отрасли.

Даже сам Тонг Чэ пользовался этим. Поэтому он придает большое значение съемкам этой рекламы. В кругу ходят слухи, что «Утешение» станет новым представителем бренда. После съемок этой рекламы, несомненно, компания станет на шаг ближе к цели.

Если он действительно сможет стать представителем нового бренда, ему не придется беспокоиться об ингибиторах, по крайней мере, в течение трех лет, что действительно может сэкономить много денег.

У «Утешения» есть собственная звуковая сцена, расположенная прямо в здании штаб-квартиры.

Их здания необычайно стильные, с современным и высококлассным декором.

Руан Танг преувеличенно вздохнула:

—Вау! Это правда!

Когда они вошли во внутренний зал, кто-то вышел им навстречу и провел Тонг Чэ с Руан Танг в студию.

Студия уже была очень оживленной. Визажисты, стилисты, фотографы – все уже были там. Как только они увидели Тонг Чэ, все сразу де приветствовали его с улыбкой. Они будто бы извергались радугой, когда увидели омегу.

После простого приветствия Тонг Чэ начал примерять одежду и собираться.

Новый продукт, выпущенный «Утешением», на этот раз имеет чистый вкус леденца. Вкус имитирует леденец на палочке, который стоил 50 центов за штуку, в детстве. Он чистый и сладкий. Тонг Чэ был выбран для съемок этой рекламы не только потому, что он сейчас очень популярен, но и потому, что он очень соответствует личности аутсайдера — холодный и чистый джентльмен.

Окончательный стиль Тонг Чэ был похож на Принца Льда и Снега. Светло-золотистые волосы были зачесаны лаком для волос. Общий макияж был легким, но он делал его и без того холодные черты лица более изящными. Небесно-голубая ретро-рубашка с белыми облегающими брюками, белое пальто и пара коротких ботинок того же цвета. Стоя, в установленной сцене льда и снега, он выглядел необычайно благородно и мгновенно привлек всеобщее внимание.

Его чувство камеры от природы хорошее, и ему не нужно слишком много подсказок от фотографа. Ингибитор может играть разными цветами в руках. Иногда он держит его ртом, иногда ловит кончиками пальцев, а иногда он может просто измениться. Немного магии, и вы попадаете в сказку.

…

Первоначально планировалось, что съемка продлится шесть часов, но Тонг Чэ закончил ее всего за пять. В итоге, фотограф остался очень доволен и полон гордости.

—Братик Чэ, ты потрясающий! – Руан Танг всё ещё не могла скрыть волнения на своем лице, когда села в машину. – Ты знал, что, когда ты фотографировался, глаза молодых девушек и сестричек, наблюдавших за тобой просто сияли!

Тонг Чэ откинулся на спинку сидения и улыбнулся ей, нахмурив брови.

Такие съемки, на самом деле очень изматывают, не говоря уже о том, что здоровье Тонг Чэ не очень хорошее, и он по-прежнему принимает обезболивающие, чтобы выдержать всё это.

Руан Танг, заметив его усталость, тут же включила на большую мощность кондиционер и стереосистему в машине.

Тонг Чэ закрыл глаза, постепенно расслабил свой разум и вскоре заснул.

Как только он заснул, ему начал сниться тот сон, который снился уже на протяжении десять лет:

Синее море, нежный песок, силуэт мальчика, у которого есть только иллюзорные очертания, лица никогда не было видно...

Кончик носа, казалось, наполнился запахом морской воды.

…

—Братец Чэ, просыпайся, — в его ушах раздался голос Руан Танг, – ты ещё не обедал.

Тонг Чэ нахмурился, медленно открыл глаза и через две секунды полностью проснулся.

Отпив глоток теплой воды, которую протянула ему девушка, Тонг Чэ спросил:

—Который час?

— 4:20, — Танг взглянула на часы, – мы уже прибыли на место, братец Чэ, если захочешь поесть что-то определенное, скажи мне.

Тонг Чэ выглянул в окно машины и понял, что они подъехали к парковке студии, прямой трансляции «Гулугулу».

Тонг Чэ кивнул, и стал наблюдать как Руан Танг устанавливает небольшой столик в центре машины, ставит два ланч-бокса, в одном из которых находятся вареные овощи, за исключением небольшого количества куриной грудки, естественно, это было предназначено для него.

Тонг Чэ положил в рот немного салата и сказал Руан Танг, которая ела острые и пряные овощи:

—Тебе не нужно каждый раз ждать меня, чтобы поесть вместе. Я занят нерегулярными приемами пищи. В следующий раз, когда проголодаешься, просто ешь первая.

Руан Танг неопределенно покачала головой:

—Я не голодна, тем более одной есть скучно, а с тобой еда становится намного вкуснее.

Тонг Чэ посмотрел на свою миску с овощами, полную красного масла, и подумал про себя, что оно очень ароматное.

После еды, оба поднялись наверх и прибыли в комнату прямой трансляции, ровно в 4:50.

Ровно в пять часов, после настройки оборудования, началось интервью.

Целью, такого личного интервью, является установление наличия проблем у артистов на ранней стадии, во избежание намеренного смущения.

Всего интервью длилось 90 минут. Тонг Чэ был хорошо подготовлен и отвечал правильно, а иногда даже шутил, поэтому первые 80 минут прошли хорошо.

Пока ведущий внезапно не сказал, что последние 10 минут будут посвящены пасхальному заданию. В комнате прямой трансляции из вопросов аудитории будут случайным образом выбраны всего пять, на которые актёр обязан ответить.

Тонг Чэ не знал об этом задании заранее, но его это не слишком волновало. В конце концов, вопросов было всего пять, вряд ли могло что-то случиться.

Конечно же, первые три вопроса были дружелюбными.

Пока не дошли до четвертого. Когда ведущий увидел титульную карточку, он сказал:

—Ух ты.

Затем он улыбнулся и посмотрел на Тонг Чэ:

—Сяо[1] Чэ, такой вопрос: как вы оцениваете актера Му Ханьфэна?

На мгновение Тонг Чэ был ошеломлен.

Все мы знаем, что один из самых сложных вопросов в мире — это оценка другого человека. Слишком много слов может вызвать подозрения, а слишком мало слов — привести к обвинению в игре по-крупному.

Не говоря уже о том, что человек, которого сейчас оценивает Тонг Чэ, всё ещё в той же компании, что и он, но он совсем не следует по тому же пути. Его внешность и сила первоклассны. Ходят слухи, что его семейное происхождение очень серьёзно, как у альфа-актера.

Наклонив голову и подумав секунду, Тонг Чэ дал весьма удовлетворительный ответ:

—Актерское мастерство господина Му резко возросло, он является образцом, достойным моего постоянного обучения.

Он тихо добавил про себя:

«На самом деле, господин Му поразил не только своим актерским мастерством, его лицо и фигура стали еще прекраснее!»

Внешность Тонг Чэ довольно холодна, независимо от того, что он думает в глубине души, он действительно может напугать людей, когда говорит это с напряженными уголками губ.

Ведущий мягко улыбнулся, и задал следующий вопрос:

—Последний вопрос, Сяо Чэ, как нынешний национальный идол, кем ты восхищаешься?

Этот вопрос был задан очень умно. Тонг Чэ мог бы легко играть в тайцзи[2] со словами «Я стараюсь брать пример со всех своих старших», но так получилось, что ведущий напрямую спрашивает, кто эти идолы, буквально имея ввиду «Я уверен, что у тебя есть тот, кем ты действительно восхищаешься.

Так уж получилось, что Тонг Чэ не запомнил полностью последний вопрос, поскольку в его голове всё ещё демонстрировалась в замедленной съемке, верхняя часть тела Му Ханьфэна, которого он видел раньше...

Кадык, ключица, мышцы живота, талия...

Всё почти идеально, всё доходит до своего собственного идеала, это чертовски хорошо!

Услышав этот вопрос, Тонг Чэ выпалил слово «Му».

Но следующие слова не прозвучали, Тонг Чэ пришел в себя, незаметно прикусил кончик языка и, будто ударил по тормозам.

Не думай, что он может быть твоим, даже посторонние знают, что Му Ханьфэн всегда был необычайно холодным и даже отстраненным, и самое раздражающее, что кто-то хайпится на этом.

Тонг Чэ говорил правду, Му Ханьфэн действительно его кумир, но это интервью уже опубликовано, не стоит думать, что Тонг Чэ не знает, что поклонники Му Ханьфэна и многие прохожие определенно скажут, что он намеренно трётся о Му Инхи[3], чтобы согреться.

В конце концов, он стал популярен благодаря небольшой роли, а клуб по количеству фанатов, независимо от того, насколько он популярен, не так уж и силен.

Хотя он и нажал на тормоза, слово «Му» было передано через гарнитуру, и шум в комнате прямой трансляции в одно мгновение удвоился.

Сегодня в этом круге можно назвать только одного артиста по имени Му, и Му Ханьфэн был единственный.

…

Пока он не вышел из комнаты прямой трансляции и не сел в машину, Тонг Чэ не мог расслабиться. Бог свидетель, он действительно не хотел задеть популярность Му Ханьфэна!

Он просто не мог себе этого позволить!

Но небеса, очевидно, не услышали его голос, не прошло и десяти минут: #Удивлен_Кумиром_Тонг_Чэ#кумиром_Тонг_Чэ_является_МуСейчас, он уже поднялся на третье место, и вошёл в топ горячих поисков. Популярность продолжает стремительно расти.

Тонг Чэ не искал оскорблений, читая комментарии, он всего лишь хотел заколоть себя насмерть десятью инъекциями ингибитора, но рядом с ним была Руан Танг, которая продолжала держаться за его лицо и бормотать:

—Братик Чэ, твой кумир на самом деле император Му Ин!

Тонг Чэ закрыл глаза и прочитал Сутру Сердца, игнорируя её.

Руан Танг продолжала бормотать:

—Братец, ты слишком сильно стесняешься. Почему ты не отвечаешь!

Дыхание Тонг Чэ замерло, он по-прежнему не издавал ни звука.

Кто бы мог подумать, что эта маленькая девочка так счастлива в душе, что не заметила явного «отказа от общения», из-за чего она снова сказала:

—Но он же нормальный, в конце концов, Му Инхи наверняка тысячелетний омега. Возлюбленный мечты!

Тонг Чэ не выдержал и открыл глаза, чтобы посмотреть на Руан Танг, помедлив, он наконец, возразил:

—Не говори так, возлюбленный моей мечты, на самом деле, не он...

Голос Руан Танг внезапно оборвался, она пристально посмотрела на Тонг Чэ круглыми глазами и запинаясь, произнесла:

—Братец Чэ, неужели у тебя, действительно, есть возлюбленный твоей мечты?!

Тонг Чэ замер, кончики его ушей под светлыми волосами необъяснимо покраснели. Он знал характер Руан Танг. Если бы он не сказал правду сегодня, то эта маленькая девочка, вероятно, преследовала бы его целый день.

В конце концов ему пришлось коротко сказать полуправду:

—Мне это снилось, но я не мог видеть его лица. В любом случае, это определенно не Му Инхи.

Услышав, что он не видел его лица, Руан Танг действительно сильно поубавила интерес.

—О, — снова отреагировал она, — если ты не мог видеть его лицо, братец Чэ, как ты можешь быть уверен, что это не Му Ин?

Тонг Чэ, действительно, не хотел сейчас разговаривать, но, к счастью, они наконец прибыли в место назначения. Машина въехала на парковку, и Руан Танг наконец прекратила говорить на эту тему.

На этот раз машину отогнали обратно в компанию. Тонг Чэ пришлось сменить кутюрный костюм, который он собирался надеть на ужин, и слегка видоизменить свой внешний вид.

К счастью, хоть Му Ханьфэн на словах был в той же компании, что и он, но на самом деле это была лишь номинальная компания. У людей была своя собственная студия, они редко появлялись в компании без необходимости. Что касается званого ужина, не волнуйтесь, Му Инхи никогда не посещает мероприятия такого рода, и это явно к счастью.

Тонг Чэ неохотно вошел в свою персонально выделенную комнату, и поздоровался со стилистом и визажистом, которых ему назначила компания.

Лу Вэй ещё не пришел, вероятно, он так и не закончил свою работу.

Только после того, как Тонг Чэ переоделся и ему делали прическу, дверь комнаты внезапно распахнулась, и в нее поспешно вбежал Лу Вэй.

—Брат Лу, — Тонг Чэ поднял голову и позвал.

Как только Лу Вэй увидел Тонг Чэ, его чарующие глаза треугольного разреза засияли золотым светом, он показал ему большой палец вверх и быстро проговорил:

—Я видел это в горячем поиске, Сяо Чэ, ты действительно хорош!

Тонг Чэ ничего не сказал. Он хотел объяснить, что на самом деле он просто импульсивен, но посчитал это излишним.

В любом случае, Лу Вэю всё равно, что он думает в своем сердце.

Убедившись, что состояние Тонг Чэ в порядке, Лу Вэй вывел его наружу.

На званом ужине, как обычно, присутствовали все агенты без помощников.

Они вдвоем направились к лифту. Увидев, что вокруг никого нет, Лу Вэй прошептал Тонг Чэ:

—Я только что услышал новость, что Му Инхи тоже придёт на ужин, сегодня вечером.

Тонг Чэ на мгновение опешил:

—Му... Разве господин Му участвует в подобных мероприятиях?

—Кто знает, люди могут прийти, когда захотят, — Лу Вэй равнодушно махнул рукой, а затем сменил тему разговора, — но для нас это хорошая возможность! Горячие поиски пока ещё актуальны. Ты должен хорошо выступить, пока не угас интерес...

На расстоянии, не более полуметра от них, прислонившись к стене, стоял высокий альфа.

Чисто черная рубашка завязана сверху, наполовину прикрывая и выставляя напоказ чрезмерно сексуальный кадык. Не слишком яркий свет подчеркивает угловатые линии лица. На высокой переносице также пара очков в тонкой оправе. Его длинные ноги слегка вытянуты вперед, сложены и опираются на землю, а его тело источает тихий запах моря.

Кто же это мог быть, если не Му Ханьфэн?!

Примечания:

Сяо[1] – сыновняя почтительность, уважительное обращение от старшего лица к юношам/девушкам в Китае, не имеет гендерных поправок. Может переводиться как «младший, молодой, маленький». Префикс «сяо» является одним из уменьшительно-ласкательных аффиксов в китайском языке и обладает высокой почтительностью и продуктивностью.

Тайцзи[2] – боевое искусство, основанное на философии, буддизме и законах природы. Из этого же искусства пошел баланс «Инь» и «Янь». Играть в тайцзи для китайцев означает умно философничать.

Инхи или сокращенно Ин[3] — опять же уважительное обращение к какой-либо персоне, также идет как восхваление. Может означать «героический император, герой, потусторонний лидер»

http://bllate.org/book/14793/1318859