Готовый перевод Knife / Нож: Глава 6

Король сидел в своём кабинете. Его тревога была такой же плотной и душной, как тяжёлые портьеры на окнах. Робкий солнечный луч, пробивавшийся сквозь ткань, был бессилен разогнать ледяной холод его страха. Руки были намертво сцеплены в замок на тёмной столешнице, а правая нога нервно дёргалась сама по себе. Казалось, плохие вести прописались в его дворце: ножи над головами подданных исчезают, провальная политика привела к шквалу судебных исков, а за спиной шепчутся, что сама королевская семья желает его сместить. Он не хотел признавать ничего из этого! И где, чёрт побери, этого Великого Мастера носит в такой момент?

— Здравствуй! Меня искал?

Из ниоткуда за спиной Короля материализовался Вельзевул. Монарх подскочил на стуле, будто его ужалила пчела.

— Ты… ты наконец явился! Где тебя носило? — голос Короля прогремел на весь кабинет. Это была жалкая попытка скрыть свой испуг за гневом.

— Я наслаждался оперой, — ничуть не смутившись, ответил Вельзевул и хитро сощурился. — Представление было отменное! Не правда ли, Учёный?

— Истинно так, Ваше Светлейшество, — рядом с Королём, словно из воздуха, возник Учёный — ослепительно красивый мужчина с иссиня-чёрными волосами.

Король едва не подпрыгнул до потолка во второй раз.

— Кто… кто это такой? — взревел он, как лев. — Вас стучаться не учили?!

Вельзевул с едва заметной усмешкой вышел за дверь. Раздался тишайший стук.

— Дорогой Король, дозволите войти? — не дожидаясь ответа, он как ни в чём не бывало вошёл обратно. — Так лучше, Ваше Величество?

— Ты… ты… — Король был на грани извержения, но одна лишь мысль о том, что ему позарез нужна помощь этого наглеца, заставила его подавить готовый взорваться гнев. — Хватит фокусов! Твои ножи исчезают один за другим! Что ты собираешься делать?

— Делать? — голос Вельзевула был беззаботен, как летнее облако. — А мне-то что до этого?

— Это что ещё за тон?! — Король вскочил с трона. Его ярость, казалось, сотрясала стены, он с силой обрушил кулак на стол. — Это я тебя призвал!

Стоявший рядом Учёный не смог сдержать смех и разразился громким хохотом.

— Призвали? — выдавил он сквозь смех, утирая выступившие слёзы. — Ваше Светлейшество, неужели вы до сих пор не открыли ему правду?

Вельзевул с дьявольской усмешкой впечатал ботинок в столешницу, и та с чудовищным треском раскололась. Наклонившись к самому лицу Короля, он оскалился ещё шире и процедил:

— Ваше Величество, вы заблуждаетесь. Мой истинный призыватель — не вы. Ко мне воззвал кое-кто другой. И это…

Тень за спиной Вельзевула раздулась и обратилась в чудовищную массу шипастых щупалец с кроваво-красными глазами. Охваченный животным ужасом, Король попятился, отчаянно бросившись к двери в попытке спастись.

Но на спасение не было и надежды.

Едва его рука коснулась дверной ручки, щупальца оплели его, и их ритмичные, пронзающие удары окрасили кабинет в багровые тона. Учёный вдохнул металлический запах крови, и в его памяти всплыло другое «представление», свидетелем которого он стал…

***

А Чэн сидел в укромном уголке своей книжной лавки, листая древний, видавший виды том.

Едва он прочёл зловещую строку: «Откуда ты знаешь, что смерть не стоит за твоей спиной?», как снаружи раздался до боли знакомый крик:

— А Чэн! А Чэн! А ну выходи!

Смиренно вздохнув, А Чэн вложил между страниц закладку в виде кленового листа и поднялся. Выйдя на улицу, он лениво протянул:

— Цзя Мин, какими судьбами? Ты вроде не по книжной части.

Цзя Мин не ответил, лишь впился в А Чэна хищным, тяжёлым взглядом.

А Чэна это не смутило. Куда больше его беспокоил густой перегар, разивший от Цзя Мина: «Напился посреди бела дня? И почему свою пьяную ярость он решил выместить именно на мне?» — пронеслось у него в голове.

— Если это всё, я вернусь к делам, — у А Чэна не было времени на пьяные выходки. В его жизни были вещи и поважнее — например, необходимость зарабатывать на хлеб.

— А Чэн… — Голос Цзя Мина прорычал, словно рык зверя в клетке, заставив А Чэна замереть. — Куда исчез твой нож?

«Так вот в чём дело». А Чэн не почувствовал опасности, списав бессвязную речь на пьяный бред.

— Просто пожелай, чтобы он исчез, и он исчезнет, — ответил А Чэн. — Если ты хочешь жить как человек, а не раб своего страха, нож сам истает. Подумай над этим, Цзя Мин! И передай председателю гильдии, чтобы оставил меня в покое, а то в следующий раз я так добр не буду.

Несмотря на всё своё презрение, А Чэн верил: спасти одну жизнь — важнее, чем возвести семиярусную пагоду. Этого будет довольно.

Повернувшись к лавке, А Чэн думал, что разговор окончен.

Но это была его роковая ошибка.

Смертельная.

Кто же поворачивается спиной к обезумевшему зверю?

В то самое мгновение, когда рука А Чэна коснулась дверной ручки, Цзя Мин вонзил висевший над ним нож ему в спину. Лезвие прошло сквозь плоть и с убийственной точностью нашло сердце.

Некогда живое сердце замедлило свой бег — раз, два, три…

Четвёртого удара не последовало.

«Как узнать, что смерть уже стоит за спиной?» — эта мысль пронзила сознание А Чэна сквозь жгучую боль и странное тепло пропитанной кровью рубашки. Это была его последняя мысль.

***

Запертый в камере, Цзя Мин уловил обрывки разговора охранников:

— Смерть Короля по всем новостям. На следующей неделе — коронация Принца.

— Да ладно? А я думал, старый хрыч нас всех переживёт.

— Официально — сепсис… но шепчутся, что это убийство. Может, «Великий Мастер» приложил руку? Стой, а где твой нож?

— Боги… твоего тоже нет. Думаешь, это связано со смертью жирного борова?

— Угомонись. Пропажа ножей — не повод для сплетен. Нам платят за охрану. Прояви хоть каплю уважения к покойнику.

— Твоя правда.

Что за бред они несут? Король мёртв? Так в чём тогда был смысл его поступка?

— Всё было зря с самого начала.

Призрак А Чэна с пробитой грудью стоял перед Цзя Мином и ухмылялся.

— Как такое ничтожество, как ты, не способное даже заглянуть в себя, могло вообразить, будто его действия что-то значат? Ты хотел быть лишь любимой собачкой. Но запомни: даже псов в конце концов пускают на мясо.

Призрак подошёл ближе, его насмешки становились всё безжалостней.

— Из «добропорядочного гражданина» ты превратился в преступника. Позор будет клеймом на твоём имени. Даже если ты выйдешь отсюда, тебя будут презирать все. Ты станешь низшим из низших. Это участь похуже смерти, не находишь? Может, милосерднее будет покончить с этим прямо сейчас, чтобы избавить себя от мучений.

Нож, покрытый коркой запёкшейся крови, медленно подплыл и замер прямо напротив шеи Цзя Мина.

Его руки в наручниках мелко дрожали. Налитые кровью глаза смотрели на лезвие почти с благоговением.

Он принял решение.

Нож рванулся вперёд, впиваясь в его шею в страстном поцелуе.

Пышный алый цветок крови расцвёл на стене, даровав убогой камере новое, жуткое лицо.

Призрак А Чэна, стоявший рядом, смотрел, как тело Цзя Мина безвольно заваливается на бок. Уголок его рта скривился в презрительной ухмылке. А затем он истаял в воздухе, приняв истинный облик Вельзевула.

***

После похорон А Чэна, которого теперь почитали все, фиолетовая книга в твёрдом переплёте исчезла.

Она появилась из ниоткуда и так же канула в небытие.

На её месте я нашёл письмо, которого прежде не видел. В нём было написано:

«Прошу прощения. Я вынужден забрать книгу. Кстати, Новый Король, в своём нетерпеливом желании занять трон, продал мне душу и участвовал в представлении под названием «Нож». Советую вам остерегаться его».

Сжимая в руке письмо, я надолго лишился дара речи…

Переводчик и редактор — Rudiment.

http://bllate.org/book/14791/1318857