Готовый перевод Судьба неизменна перед лицом смерти / От судьбы не убежишь: Глава 2. И это ваш герой!?

Забежав в гостиницу, Цзин Фаньшэ быстро кивает хозяину и устремляется на второй этаж:

— Цзецзе*, я вернулся! — кричит он, постучав по двери.

*Близкое обращение к старшей сестре.

Вскоре дверь отворяется и оттуда появляется мягко улыбающееся лицо девушки.

— С возвращением, А-Фань. Тебя так долго не было.

Теперь Цзин Фаньшэ спокойно мог вести себя, как и полагалось в его возрасте:

— Прости, цзецзе. Я… Я смог подзаработать немного денег и купить тебе твой любимый чай, — Фаньшэ достал из мешочка Цянькунь деревянную резную коробочку, из которой распространялся приятный цветочный аромат.

Девушка, улыбнувшись и вздохнув, приняла небольшой подарок, пропустив брата в узкую комнатушку.

— Не стоило тебе покупать мне ещё один подарок. Твоя цзецзе может позаботиться о себе, так что просто оставь деньги себе.

Младшенький неловко рассмеялся и с небольшой виной опустил голову, жалобным голосом отвечая:

— Ну, цзецзе… Ты постоянно работаешь. И устаешь. Раньше ты присматривала за мной, теперь моя очередь! — воскликнул Цзин Фаньшэ и ударил себя по груди, мол, смотри, какой сильный! Уже не ребёнок, а настоящий мужчина!

Тихо посмеявшись, Цзин Ятун постучала пальцем по руке семнадцатилетнего юноши:

— Рано тебе присматривать за мной.

У этого жеста было много значений. Иногда она так успокаивала младшего, иногда намекала, чтобы он вёл себя потише и поспокойнее, но чаще всего, конечно, это было небольшое поддразнивание. Пусть Цзин Ятун и казалась на первый взгляд очень спокойной и собранной девушкой, у неё была безобидная привычка подшучивать над братом.

— Будешь кушать? — спросила Ятун, возвращаясь на своё место к вышивке.

Фаньшэ покачал головой, сдерживая улыбку:

— Нет, я уже поел.

Он присел к сестре за один стол и начал молчаливо следить за её тоненькими пальчиками, которые держали иголку и нитки.

«Эй, цзецзе, помнишь, когда ты с большим трудом заработала денег, и мы пошли купить что-нибудь перекусить?»

Цзин Ятун нахмурила свои тонкие брови:

— Чай не считается!

«Тогда мы зашли в чайную, а хозяин дал нам воду с червями?»

— Хорошо-хорошо, я поем, но попозже! Сейчас не хочу, цзецзе.

«Теперь нет ни хозяина, ни чайной. И больше никто никогда не посмеет навредить тебе».

— Что ты так улыбаешься? — спросила девушка.

Пожав плечами, Цзин Фаньшэ ответил:

— Просто так.

— Признавался, ты опять что-то натворил? — проницательно спросила Ятун, положив вышивку на колени. Её брови нахмурились, а глаза уставились на брата.

Младший брат обиженно надул губы и протянул:

— Ну что сразу «натворил»? — Цзин Фаньшэ опустил голову на стол.

Девушка негромко посмеялась и потрепала брата по голове, но гладить по капюшону неудобно, поэтому она убрала его. Ятун запоздало заметила, как вздрогнул её брат.

— А-Фань, тут никого нет кроме меня, — она продолжила успокаивающе поглаживать его по голове, играясь с переливами черных и белых волос.

Из них двоих, брата и сестры, только Ятун можно было назвать настоящей красавицей. Чёрные, как ночь бархатные волосы, фарфоровая кожа, алые губы и яркие глаза, завораживающие окружающих. Она была добра характером и весела. Умела вышивать, танцевать и петь, чем и зарабатывала себе на жизнь. Даже в детстве многие отмечали её красоту, пусть и жалели красавицу-сиротку с её братцем-уродцем.

Цзин Фаньшэ являлся её полной противоположностью. Характер у него отчасти противный и наглый, он постоянно говорил, что думал, и зачастую его необдуманные действия ставили под угрозу жизнь и здоровье окружающих. Его репутация среди заклинателей была хуже некуда. Только Ятун могла хоть как-то его контролировать.

Сестра также была единственной, кто говорил, что он не уродец. А всё потому, что у Фаньшэ в какой-то момент по всему телу начали появляться белые пятна, которые никак не хотели исчезать. Даже несколько прядей волос потеряли свой цвет, окрасившись в седой оттенок.

И пока все считали, что это демоническое проклятие, и Фаньшэ надо убить, Ятун заплетала ему волосы, чтобы было не видно белоснежные прядки, закрашивала брови и ресницы небольшим угольком. К сожалению, с кожей ей помочь не удавалось. Гонения так и продолжались, пока они вдвоём поздно ночью не сбежали из родного города.

С тех пор Цзин Фаньшэ ходит только с капюшоном, перчатками и маской, закрывающей всё ниже глаз. По этой же причине тот хозяин чайной так быстро узнал пятнистого урода.

На какое-то время воцарилась тишина, каждый думал о своём. Время склонилось к вечеру, и Ятун закончила вышивать. Опустив руки на колени, девушка поднимает глаза на задумчивого брата.

— Останешься на ночь? — спросила она, отрезая нитки и возвращая иголку в свой швейный набор. — Тут освободились комнаты.

Цзин Фаньшэ покачал головой из стороны в сторону. Деньги всё-таки лучше экономить. Да и волновать сестру всякими грязными слухами не хотелось.

— Прости, цзецзе, у меня ещё есть дела, но обещаю, как только я с ними закончу, обязательно вернусь. И всецело буду помогать тебе!

На лице девушки отразилась горе. Она прекрасно понимала, что её брат был очень неугомонным, свободным человеком и что он будет оставаться с сестрой, переступая через себя, забывая свои желания. Так что она покачала головой и уверила брата, что у неё всё хорошо.

Выходя из гостиницы, Цзин Фаньшэ вспомнил о сегодняшнем происшествии и решил рискнуть. Он огляделся и, не обнаружив никого поблизости, обратился к духу:

— Эй! Как там тебя, давай мне то задание, и покончим с этим.

В ответ ему была абсолютная тишина. Он даже успел почувствовать себя глупо, ведь даже не знал, слышала ли его эта непонятная штука.

Цзинь! — Появился знакомый квадратик со звуком колокольчика.

[SS24P, будьте добры.]

— Не буду, — Фаньшэ сложил руки у груди, нагло вздёрнув нос, — я даже не знаю, как это выговорить.

[…] — Дух многозначительно промолчал.

Оглядев улицу и увидев несколько людей, он снизил голос и не торопясь поплёлся вниз по переулку:

— Что там тебе от меня надо было? – а в это время предательски обдумывал, как бы по-тихому и с первого раза избавиться от этого существа.

 [Вы должны восполнить пробелы персонажа Жэнь Чжими, которого убили!]

По глупости, а может из-за характера, но для Цзин Фаньшэ эта ситуация казалась забавной. Он всего-то убил какого-то дурака, посмевшего лезть к нему, пока находился в плохом настроении и впервые в жизни он должен был за это отвечать! 

— Он сам умер, — посмел возразить заклинатель, беспечно махнув рукой, хотя ощущения, когда его мотало по «воспоминаниям» вызывали у него дрожь.

[Вы его убили.]

Безразлично пожав плечами, Цзин Фаньшэ сменил тему:

— С чего бы мне тебе «помогать»?

[Если вы этого не сделаете, мне придётся наказать вас.]

Откровенно рассмеявшись, Фаньшэ запрыгнул на крышу дома, разглядывая исчезающий за горизонтом закат:

— Очень страшно!

Какое-то время заклинатель ждал ответа от маленького окошечка, и когда он уже решил, что оно сдалось, дух пиликает снова:

[Разве вам не интересно?]

Вот тут-то оно и попало в точку. Если то, что узнал Цзин Фаньшэ правда, и то, что какой-то мальчишка грозит его убить… Как тут устоять и не проверить? Вдруг этого ребёнка вообще не существует, а его просто водят за нос как последнего идиота?

— Ладно, — Цзин Фаньшэ вскинул руками в признании поражения, — я посмотрю, а потом решу, что мне делать.

Дух что-то пиликнул и радом с ногами заклинателя появились серебряное кольцо и фарфоровая маска, закрывающая глаза.

[Отправляйтесь в Хуэй И, город на севере провинции Чжун Синь.]

Херня какая-то, ну да ладно.

Цзин Фаньшэ пожал плечами. Он раньше не бывал в Хуэй И, поэтому с воодушевлением направился в город, по пути узнавая, чем знаменит этот город и почему этот «особенный» мальчишка жил в нём.

Путь в Хуэй И занял ни много ни мало четыре дня. За это время Цзин Фаньшэ даже забыл, зачем направлялся в город, воспринимая это как обычную прогулку. Только когда дух напомнил (а потом так же стремительно пропал), Фаньшэ вспомнил, зачем он направился в Хуэй.

Это оказался городок средних размеров, но в последнее время он активно расширял сферу торговли, поэтому стремительно рос в численности.

«Воспоминания» были не полными, да и Си Ван фигурировал в них только в юношестве, поэтому хотелось побыстрее посмотреть на наглого мальчишку, который мог убить Цзин Фаньшэ в будущем.

Бр-р…

Ну и жуть! Кто вообще это придумал?..

[Внимание! Перед встречей с героем используйте кольцо, меняющее внешность.]

— Что? Это ещё зачем? — покосился на окошко Цзин Фаньшэ.

[А вы собираетесь светить своим лицом на всю округу?]

«Своим лицом?.. » — подумал Фаньшэ, — «В смысле своим «уродливым» лицом?»

— Да пошла ты! — выплюнул юноша, ища кольцо в мешочке Цянькунь.

С первого взгляда он понял, что кольцо отнюдь не обычное. И правда, оказавшись на пальце, Цзин Фаньшэ стал похож на того заклинателя, которого убил. «Настоящего учителя».

Он зашёл через главные ворота, предварительно использовав кольцо и сменив внешность.

Вот только в гениальном плане младшего Цзин было одно «но». Как именно он должен был найти этого мальчишку? Тот, вроде, сирота, но в таких городах, как Хуэй И бездомных детишек полно. Да и скрываются они, чтобы злобные взрослые их не поколотили за кражу еды у торговцев.

Цзин Фаньшэ начал судорожно думать.

Выманить бы кого-нибудь одного, а потом найти их логово.

Заклинатель ощутил долю азарта, как будто выслеживал опасного монстра, а не обычную детвору. Он развернулся на пятках и, припевая, направился на торговую улицу, посветить кошельком. Фаньшэ маневрировал среди лавок, выслеживая что-нибудь подороже и покрасивее. И как раз увидел лавку с украшениями. Его взгляд сразу зацепился за изящную заколку для волос, украшенную нежно-голубыми невиданными цветами.

«Цзецзе бы подошла такая», — сразу подумал Цзин Фаньшэ и мигом купил её, расплатившись одним золотым, игнорируя торговца, рассыпавшего благодарности.

Конечно же, золотой за обычную заколку — неприлично много, но теперь кошелёк на видном месте так и умолял, чтобы его украли. Этого было достаточно, чтобы привлечь внимание детей. Именно детей. Взрослые разбойники бы наверняка почувствовали, что человек с мечом на поясе не так прост. Дети же в большинстве своём случаев не были такими осторожными, ведь их контролировал голод и страх за свою жизнь. Они были готовы на глупые поступки, дабы добыть немного денег.

Цзин Фаньшэ опять забыл ради чего прибыл в Хуэй И, и с новым рвением пошёл рассматривать лавки, а там и чай, и сладости, и какие-то подвески, и многое другое, из-за чего глаза разбегаются.

В него врезается ребёнок.

Мальчишка кричит «извините» и бежит дальше. Будь на месте Фаньшэ кто-то другой, то разразился бранью и пошёл дальше. Но Цзин Фаньшэ был прекрасно осведомлён во многих планах детей по краже денег. В своё время он и сам придумал несколько тактик.

И правда, на месте мешочка с деньгами ничего не оказалось. Одобрительно хмыкнув, Цзин Фаньшэ по-тихому последовал за ним. Мальчишка петлял по улицам какое-то время, но преследователю на это было плевать. Пока он не пришёл в тупик.

Слева дом, справа дом, посередине огромная стена с небольшой дырой, прикрытой каким-то мусором.

Цзин Фаньшэ знал о втором способе использования отверстий в стенах. Если воришка обнаруживает, что за ним идёт погоня или преследование, он пробирался через дыру в стене и давал своим соучастникам сигнал. И если кто-то всё-таки захочет пролезть за ребёнком, соучастник бил чем-нибудь тяжёлым по голове преследователя. А потом они все убегали.

Запрыгнув на стену с такой лёгкость, будто он просто поднялся на ступеньку лестницы, Цзин Фаньшэ оглядывает ситуацию внизу.

С десяток детей разных возрастов. Мальчишка, который украл у него кошелёк, стоял бледный и испуганно уставился на Цзин Фаньшэ, ребёнок постарше находился с веткой у стены.

«Такой точно не удастся вырубить, следовало выбрать что-нибудь потяжелее», — подумал Цзин младший, разглядывая остальных.

Несколько мелких девчушек спрятались за парнишкой, который выглядел лет так на четырнадцать. Видать самый старший. Рядом с ним стоял Си Ван. Это Фаньшэ понял сразу, как его увидел.

Нахмуренное детское личико пусть и было измазано грязи, но она не могла скрыть волевые густые брови, яркие глаза, в которых так и плескалась молчаливая ярость и… Аура. Сильная, неугомонная, разрушающая всё на своём пути. Люди с такой аурой обязательно добиваются своего и никогда не отступятся от своей цели. Идеальный заклинатель праведного пути.

От него у Цзин Фаньшэ поползли мурашки по спине. Пристальный взгляд его будущего убийцы заставил сердце биться чаще, а руки панически сжать в кулаки.

Шумно выругавшись, на что все дети испуганно вздрогнули, кроме Си Вана и самого старшего, Цзин Фаньшэ уставился на место, где обычно был дух, но там он никого не обнаружил.

Этот мальчуган действительно был одарён небесами, но заклинатель всё равно отбрасывал мысли, что ребёнок сможет его убить. Упрямый Фаньшэ в одно мгновение, оказавшись рядом с Си Ваном, перекидывает его через плечо. Дети что-то закричали, а ребёнок на плече задёргался, однако, не справляясь с опытным заклинателем.

Подкинув его как мешок с рисом, чтобы он успокоился, Фаньшэ направился обратно.

Вот только его схватила маленькая ручка:

— Отдай, — жалобно заплакала девочка, шмыгая носом.

Старший стал бледным, как мертвец и попытался оттащить девочку от заклинателя, чтобы защитить от проблем. Но мелкая заупрямилась, отказывая отпускать одежду заклинателя. Она закричала громче, чем экайская птица.

— Нет-нет, отдай братца, он не твой!

— Теперь мой, —  без зазрения совести заявил Цзин Фаньшэ, оценив шокированные лица детей.

— Уважаемый Даочжан, — поклонившись, обратился к нему старший, у которого глаза покраснели от страха и напряжения, — мы вернём вам кошелёк, пожалуйста, верните нам нашего младшего брата.

— Ах, точно! Кошелёк! — Фаньшэ ахнул, будто только что вспомнил о том, что у него что-то украли.

Он подошёл к воришке, и когда тот протянул ему мешочек, открыл его, достал пару серебряных монет и положил в руку к мальчишке, забрав оставшееся.

— Благодарность за то, что проводил, — хмыкнул он, крутя мешочек в руках и, прежде чем остальные поймут, в чём дело, запрыгивает обратно на стену, а оттуда и на крышу.

Позади слышатся крики и плач, но Фаньшэ только бежит дальше, чувствуя себя гораздо лучше и свободнее, чем сегодня утром.

Спрыгнув с крыши, Цзин Фаньшэ возвращается в гостиницу, крича прямо с порога:

— Эй, хозяин!

Мужчина в возрасте с небольшим лишним весом вышел ему навстречу, но не смог сдержать удивление на своём лице. Его брови поползли вверх, а глаза расширились.

— Что… — промямлил он, тем не менее, успешно взяв себя в руки, — Что угодно господину?

Сохраняя обычную улыбку (хотя хотелось рассмеяться от его реакции), Фаньшэ ответил:

— Мне нужна лучшая комната с двумя кроватями и приготовьте бадью.

— Как угодно господину, — хозяин поклонился и приказал служанке провести очень странного человека с ребёнком без сознания на плече.

Комната была приличной, чистой и очень даже большой, по сравнению с тем, где жила Цзин Ятун. Фаньшэ с досадой подумал, что сделает так, чтобы цзецзе обязательно жила в своём огромном доме, где у неё будет куча слуг и много-много вкусной еды. И она обязательно будет счастлива!

Не догорела и палочка благовоний, как к ним постучалась служанка и осведомила, что ванна готова. Цзин Фаньшэ поднял бессознательного мальчишку и прошёл за служанкой в заднюю комнату. Кратко поблагодарив её, и дождавшись, пока она уйдёт, Фаньшэ плеснул водой из ковша на Си Вана.

Ресницы мальчика задрожали и он, наконец, открыл глаза. И сразу же отбежал от Цзин Фаньшэ подальше. Поразительные рефлексы.

— Что вам от меня надо? — в упор спросил Си Ван, пристально наблюдая за каждым действием незнакомца затравленным взглядом.

«Ну что за фигня? » — подумал Цзин Фаньшэ, — «Я же не работорговец, к чему такая агрессия».

[Кража, угрозы, желание привести его в подобающий вид. Как не погляди вы — настоящий продавец детей в публичные дома], — съязвил дух.

«Пошёл нахуй», — в унисон ей ответил Фаньшэ, улыбнувшись про себя.

— Я сделаю тебя заклинателем, — почти честно ответил «не-работорговец».

Нахмурив свои тёмные и густые брови, Си Ван исподлобья не добрым взглядом уставился на заклинателя:

— Почему я?

Уловив его напряжение, Цзин Фаньшэ расслаблено пожал плечами:

— Так звёзды совпали, — и больше не желая отвечать на вопросы, он зачерпнул ковшом воды из бадьи и опрокинул её на Си Вана.

Мальчишка закашлялся и злобно посмотрел на Фаньшэ.

— У тебя потрясающая аура, — вздохнув, начал объяснять заклинатель, — если не научишься её контролировать, то она привлечёт очень много желающих её сожрать.

Конечно, последнее предложение было ложью. Ауру было невозможно сожрать. Только поглотить  энергию ци или его ядро. Но ему об этом знать не обязательно.

— Поэтому мойся, давай, от тебя воняет похуже, чем от Цышайского болота. Это, между прочим, очень вонючее место!

— С чего бы мне вам верить?

— Я что, похож на плохого человека? — искусственно оскорбился Цзин Фаньшэ.

Раскусив его игру, Си Ван нахмурился:

— Да.

Цзин младший замер в безмолвии. Он выпрямился, схватил мальчишку за шиворот и окунул в бадью, расплескав воду по полу. Ухмыльнувшись, он помахал ему рукой и прошмыгнул из комнаты, чтобы не смущать мальчишку.

— Эй, хозяин, — Цзин Фаньшэ спустился на первый этаж и помахал мужчине в возрасте рукой.

Размяв руки (как муха, подумал заклинатель), хозяин льстиво улыбнулся:

— Что угодно, господин?

— Видел мальчишку, которого я привёл? — он специально использовал «привел», а не «притащил».

Видимо не так поняв его замысел, хозяин ответил, не замешкавшись ни на секунду:

— Нет, не видел.

— Я же перед тобой его…

— Не видел, — упрямо повторил хозяин.

Цзин Фаньшэ вздохнул, пытаясь сдержать возмущённый крик.

— Короче. Пошли кого-нибудь купить ему одежду по размеру, — он кинул ему отдельный мешочек с деньгами и уточнил, — убедись, что будет достойного качества! И только попробуй «потерять» хоть одну монету.

— Хорошо-хорошо, — поняв свою ошибку, мужчина поклонился и поспешил удалиться.

Выполнив ещё один пункт плана, Цзин Фаньшэ поднялся обратно на третий этаж. По пути он встретил одну из служанок и приказал принести ему в номер питательную кашу для мальчишки и любой чай самого лучшего качества, который у них есть. Служанка поклонилась и тоже побежала выполнять поручения.

Наконец, закончив со всеми делами, заклинатель смог расслабиться и оценить ситуацию.

Он не до конца понимал, какие цели преследовал дух и чем это всё обернётся для него, но… Фаньшэ не мог спорить с очевидным, что Си Ван, этот мальчишка, одарён талантом. Даже одарённее, чем паршивец Цзин в его возрасте.

В голову пришла очередная непрошенная мысль, но Цзин младший почему-то за неё ухватился.

А что, если он убьёт Си Вана?

Цзин Фаньшэ посмотрел на дверь, которая вела в комнату, где сейчас мылся мальчишка. Даже здесь он чувствовал его ужасающую ауру.

[ЗАПРЕЩЕНО! ЗАПРЕЩЕНО! ЗАПРЕЩЕНО!] – Дух запиликал так громко, что Цзин Фаньшэ пришлось прикрыть уши. – [Жизнь главного героя была предопределена! Мир без главного героя не будет существовать!]

— Ладно-ладно! — крикнул заклинатель, — я понял, заткнись!

Раздражённо цыкнув, Цзин Фаньшэ улёгся на кровать.

Ему надо будет срочно написать письмо сестре, а то он с этими… сумасшедшими с ума сойдёт! Тоже.

А вообще…

Этот Силун очень одарённый мальчишка. Будь тут главы Даогуана и Цай Фу, то они дрались бы до смерти, чтобы заполучить его под своё крыло! Но поскольку первым до Си Вана добрался именно Цзин Фаньшэ, хе-хе-хе, то это прекрасная возможность окунуть тех двоих лицом в грязь!

Невольно заклинатель разразился очень недобрым смехом.

Лица недовольных глав орденов так и всплывали у него перед глазами. А о совей возможной смерти он уже и думать забыл.

Злорадство важнее.

В дверь постучали. То был хозяин, которому Фаньшэ дал задание. Заклинатель забрал одежду и оставил её в комнате, чем очень сильно перепугал (смутил) голого мальчишку.

Не догорела и палочка благовоний, как вернулась служанка с подносом еды, а за неё из комнаты показался Си Ван в новой одежде, но с влажными и лохматыми волосами. Заклинатель почему-то сравнил его с цыплёнком.

— Иди, ешь, — подозвал заклинатель мальчишку.

Си Ван неуверенно подошёл и сел за стол, напротив Цзин Фаньшэ. Заклинатель взял палочки и хотел привычным движением снять маску со рта, но пальцы нащупали только его нос. Он совсем забыл, что сменил внешность, и ему не нужно было скрывать своё лицо.

На осознание этого факта понадобилось время, но ощущение свободы без надобности прятаться ему понравилось.

— Кажется, нужно было начать нормально, но уже поздно, — неловко сцепив пальцы в замок, чтобы скрыть то глупое действие, начал Цзин младший, качая головой. — Я бродячий заклинатель, ты ребёнок с большим потенциалом, наша встреча была предсказана звёздами.

Да, вот оно… Искусство пиздежа!

— Меня зовут Цзин Фаньшэ, — признался заклинатель, пробуя еду.

[Ошибка! Легендарного учителя Си Вана звали Жэнь Чжими!]

Отвлёкшись на духа, заклинатель пропустил то, что Си Ван замер и уставился на него, широко раскрыв глаза.

Не желая признавать свой промах, Фаньшэ мысленно огрызнулся:

«Сдох ваш легендарный учитель! Теперь я тут легендарный!»

Дух ничего не ответил, только пиликнула очень устало.

— Как тебя зовут? — Спросил Фаньшэ напряжённого и задумчивого мальчишку.

— У меня нет имени, — без зазрения совести соврал Си Ван, оглядывая яства на столе.

Заклинатель открывает рот, чтобы «назвать» мальчишку, однако неожиданно забывает его имя.

— Значит, будешь Си Ваном, — он махнул палочками и отправил кусочек нежного и сочного мяса себе в рот, — ешь, давай!

Мальчишка уставился на Цзин Фаньшэ неверящим взглядом.

«Неужели то, что я дал ему имя, так сильно его тронуло?» — подумал Заклинатель, уставившись куда угодно, но только не на приобретённого ученика.

Си Ван сжал свои маленькие ручки.

В самом деле… Какова вероятность того, что незнакомец даст ему «новое» имя, которое ничем не отличается от настоящего?

Зарисовка от Автора.

Десять лет спустя:

— Фань-гэ.

— Заткнись.

— Если Фань-гэгэ признает поражение…

— Я ещё не проиграл! — в отчаянии вскрикивает Цзин Фаньшэ, схватившись за голову. Доска с чёрно-белыми камушками идеальной круглой формы уже мозолили глаза, а особенно удручало то, что камушки Си Цзи, чёрные, захватили в круг камни Фаньшэ.

Игра в го никогда не было его сильной стороной.

Вскоре Фаньшэ приходится склонить голову.

— Я проиграл.

На что Си Ван ему с улыбкой на губах напоминает, начиная убирать камни в коробку:

— Видимо этот месяц готовка снова на тебе.

 Совсем не желая кашеварить ещё один чёртов месяц, Цзин Фаньшэ вскакивает и хватает Силуна за запястье:

— Я требую ещё одну игру! Если я выиграю – готовишь ты, а если проиграю, то…

— То займёшься ещё и стиркой.

Такое заявление заставляет Цзин Фаньшэ замереть. А после плюхнуться на стул и недовольно сложить руки на груди:

— Готовка так готовка! — но предчувствуя ещё один смешок от спутника, он хмурит брови. — Заткнись…

http://bllate.org/book/14784/1318551